Дьявол

Глава 27



Дженна

Когда я просыпаюсь после девяти, особняк погружен в тишину. Лежа в постели, я обдумываю сегодняшний день.

Меньше всего я ожидала услышать голос Джей Джея. Боже, какова вероятность, что Энцо его знает? Какой безумный поворот событий.

Я встаю и иду в ванную, гадая, что Энцо собирается сделать с этими четырьмя мужчинами.

Что бы это ни было, они это заслужили.

Они не только разрушили мою жизнь, когда мне было семнадцать, но и каждый раз, когда Уэйн, Кирк и Дерек приезжали на заправку, они насмехались надо мной. Из-за этого я переживала тот кошмар снова и снова.

Я открываю краны, и пока ванна наполняется, добавляю немного соли для ванн. Затем раздеваюсь.

Я не хочу, чтобы сегодняшние события повлияли на весь мой прогресс. Один голос Джей Джея не заставит меня отступить.

Забравшись в ванну, я не торопясь моюсь дорогим гелем для душа, который купил мне Энцо.

Я вспоминаю ту неделю, которую мы провели в Миннеаполисе, и то, что мы делали в тот день, когда вернулись домой.

С тех пор Энцо больше не пытался хоть как-то склонить меня к интиму, а у меня не хватает смелости сделать первый шаг.

Закончив, я вылезаю из ванны и спускаю воду. Потянувшись за полотенцем, я слышу, как открывается дверь спальни.

— Meu amor?

Стоя голышом в ванной, я пищу:

— Э-э... сейчас выйду.

Я хватаю полотенце и быстро оборачиваю его вокруг себя, как вдруг в дверях появляется Энцо. Его взгляд медленно скользит по мне, и когда глаза темнеют, нервы в моем животе начинают скручиваться в тугой узел.

Мое сердцебиение учащается, когда Энцо подходит ближе.

— Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — честно отвечаю я. — Как все прошло?

— Хорошо. — Он не вдается в подробности, за что я ему благодарна. Не хочу знать, что именно Энцо решил сделать с моими насильниками.

Он останавливается передо мной и проводит костяшками пальцев по моей руке. Его взгляд встречается с моим, и, увидев, как сильно он меня желает, я набираюсь смелости и отбрасываю полотенце.

Его обжигающий взгляд опускается к моей груди, и он проводит пальцами по моему соску.

— Tão Linda.

Каждый раз, когда он называет меня красивой, моя самооценка немного поднимается.

Он снова смотрит мне в глаза и наклоняет голову, вопросительно глядя на меня.

Я с трудом сглатываю, после чего киваю.

— Я хочу попробовать.

— Останови меня, если я вдруг сделаю что-то не то, — бормочет он.

— Хорошо.

Я делаю глубокий вдох, затем тянусь к его пиджаку. Пока я снимаю с него костюм, он продолжает пристально смотреть на меня, но, когда мои пальцы касаются молнии, говорит:

— Полагаю, ты не принимаешь противозачаточные.

Я качаю головой.

Он разворачивается и идет в спальню. Гадая, не напортачила ли я, я подхватываю полотенце, оборачиваюсь им и следую за ним.

Вдруг я вижу, как Энцо достает упаковку презервативов из тумбочки у кровати, и, заметив мой взгляд, говорит:

— Я надену презерватив, потому что не хочу, чтобы ты забеременела в ближайшее время. Хочу, чтобы несколько лет ты была только моей.

На моих губах появляется застенчивая улыбка, а щеки заливает румянец.

Я подхожу ближе. Энцо кладет фольгированный пакет на кровать и тянется ко мне. Схватив меня за руку, он притягивает к себе, срывая полотенце с моего тела.

Когда он наклоняет голову и прижимается к моим губам, у меня перехватывает дыхание. Но затем он обнимает меня, и поцелуй становится таким страстным, что по телу разливается волнение, а сердцебиение учащается.

Он полностью подчиняет меня своей воле. Я едва замечаю, как он поднимает меня и укладывает на кровать.

Я полностью растворяюсь в этом восхитительном ощущении, когда его губы касаются моих, а язык проникает в мой рот.

Я теряю счет времени, когда Энцо отрывается от моих губ и начинает покрывать поцелуями подбородок и шею. Постепенно он спускается ниже, осыпая мою кожу новыми жадными поцелуями, пока не раздвигает мои ноги.

Когда его язык скользит по клитору, моя спина выгибается, а пальцы тут же впиваются в подушку. Энцо начинает сосать и лизать меня с такой страстью, будто от этого зависит его жизнь.

— Ох, — выдыхаю я. Его прикосновения вызывают у меня мурашки по всему телу. Вскоре они превращаются в трепет внутри, от которого я не могу сдержать всхлип. — Энцо.

Он вводит в меня два пальца и начинает массировать мои внутренние стенки, усиливая удовольствие.

Как и в случае с нашим первым поцелуем, все, что мне остается – это принять то, что он дает.

Внезапно он начинает сосать так сильно, что экстаз разливается по низу моего живота. Я быстро прикрываю рот, чтобы подавить крик, который вот-вот вырвется наружу.

— О боже, — всхлипываю я. Мое тело содрогается в конвульсиях, а Энцо продолжает вводить в меня свои пальцы.

— Такая хорошая девочка, — хвалит он, прежде чем встать с кровати.

Мне кажется, после оргазма все мои внутренности превратились в желе. Я наблюдаю за ним, когда он начинает снимать штаны, и, впервые увидев его обнаженным, мгновенно теряю способность дышать.

Никогда не видела более устрашающего зрелища, чем мускулистое тело Энцо, покрытое татуировками. Они есть даже и на ногах. Там изображены ребенок, залезающий в мусорный контейнер; мальчик, лежащий нагой в позе эмбриона и такси. Когда я смотрю на эти татуировки, то понимаю, что они рассказывают историю ребенка, который борется за выживание после жестокого насилия.

Мой Энцо.

Я даже перестаю беспокоиться о сексе, когда он ставит колено на кровать и проводит костяшками пальцев по моей коже от груди до бедра.

— Готова, meu amor?

Не колеблясь, я киваю.

— Да.

Вместо того чтобы сразу надеть презерватив, он ложится рядом со мной и обхватывает ладонью мою щеку.

— Я люблю тебя, независимо от того, сможешь ты заниматься со мной сексом или нет. Не хочу, чтобы ты об этом беспокоилась. Есть масса других способов доставить друг другу удовольствие.

Благодаря оргазму, который ранее подарил мне Энцо, я уверена, что со мной все будет хорошо.

Я поднимаю голову и прижимаюсь к его губам. Чтобы показать, что я действительно готова, провожу рукой по его груди и прессу, пока не обхватываю пальцами его твердый член.

Я начинаю ласкать его так же, как и на прошлой неделе, но его рука накрывает мою, заставляя остановиться. Затем он разрывает поцелуй.

— Нет, meu anjinho. Если ты продолжишь в том же духе, я кончу. А я хочу, чтобы это произошло, когда я буду внутри тебя.

Я отстраняюсь, но прежде чем успеваю обдумать дальнейшие действия, Энцо склоняется надо мной и вновь завладевает моими губами. От этого поцелуя у меня поджимаются пальцы на ногах.

Когда он устраивается между моих ног, я чувствую, как его член касается моего лона. Мое тело напрягается, и по нему разливается жар. Обхватив мою голову ладонями, он целует меня с неистовой страстью, заставляя разум затуманиться от желания.

Наши языки сплетаются в танце, дыхание сбивается, а губы покалывает от поцелуя. Но когда бедра Энцо начинают двигаться, и его твердая плоть касается моего клитора, внизу живота вспыхивает фейерверк чувств, настолько сильных, что они почти граничат с болью.

Энцо стонет, разрывая поцелуй, и прижимается своим лбом к моему. Его взгляд, полный похоти, пронзает меня насквозь.

Он не перестает тереться об меня, разжигая во мне жгучее желание. Поэтому я начинаю приподнимать бедра, пытаясь усилить трение между нами.

Уголок его рта слегка приподнимается.

— Мой храбрый ангелочек. Ты меня удивляешь. — Он опускает руку, и я чувствую его пальцы между нами, когда он прижимает набухшую головку члена к моему входу.

Нервозность накатывает с новой силой, а тело напрягается.

— Хочешь, чтобы я остановился? — спрашивает он.

Я быстро качаю головой и шепчу:

— Я просто нервничаю.

— Я не буду входить в тебя до конца. Если ты расслабишься, будет не так больно.

Я киваю, но когда он снова прижимается к моему входу, чувствую, что напрягаюсь еще больше.

Энцо начинает осыпать поцелуями мою шею, помогая отвлечься, а затем слегка скользит в меня. Я громко ахаю, и он тут же поднимает голову, чтобы заглянуть мне в глаза.

Медленно он погружается в меня еще на дюйм. Его взгляд внимательно следит за мной, улавливая каждую мою реакцию. И мое сердце наполняется еще большей любовью к этому удивительному человеку.

Черты его лица смягчаются, и только тогда до меня доходит, насколько он был напряжен. Он явно боится спровоцировать меня или причинить боль.

— Я люблю тебя, — говорю я, кладя руки ему на плечи и проводя ладонями по груди. — Всего тебя. И хорошего, и плохого. Твою темную сторону, что убивает без колебаний, и чувствительную душу, которая исцеляет меня. — Мои руки продолжают исследовать каждый дюйм его тела, и с каждым прикосновением к теплой коже мое желание к нему становится все сильнее. — Ты принадлежишь мне, сердце мое, — тихо шепчу я. — Навсегда.

Энцо отстраняется, хватает презерватив, и я вижу, как исчезает его привычная стальная сдержанность. Его глаза вспыхивают темным, голодным огнем, пока он быстро натягивает презерватив.

Затем его тело прижимается к моему, и я вновь чувствую, как он пристраивает головку к моему входу. На этот раз он входит глубже, но всего на пару дюймов, а затем замирает.

Мои губы приоткрываются, и я громко ахаю, отчего его взгляд тут же устремляется к моему лицу.

Я быстро киваю, чтобы он не подумал, что что-то не так. Просто пытаюсь справиться со странным чувством наполненности внутри меня.

Энцо снова толкается, и мои глаза округляются, когда он входит в меня гораздо глубже, чем в первый раз. Боль внизу живота становится резкой, но терпимой. Или, может, мне так кажется, потому что его бедра продолжают двигаться, а член проникает так глубоко, что моя спина невольно выгибается. Жгучая боль на мгновение лишает меня чувствительности в нижней части тела.

— Ш-ш-ш... ш-ш-ш... ш-ш-ш, — успокаивающе шепчет Энцо, нежно целуя мою шею. — Прости, meu coração. Тебе очень больно? Хочешь, чтобы я остановился?

Я качаю головой.

— Я в порядке. Ты до конца вошел?

— Еще нет.

— Что? — ахаю я. — А насколько ты вошел?

— На дюйм или два, но я подожду, пока ты не расслабишься.

Боже, помоги мне. Он разорвет меня пополам, если войдет еще глубже.

— Дженна, — говорит Энцо. Он редко обращается ко мне по имени, поэтому я быстро поднимаю глаза и смотрю на него, когда он продолжает: — Я внутри тебя.

Меня охватывают настолько сильные эмоции, что я не могу дышать, а на глаза наворачиваются слезы.

Энцо не двигается и продолжает нежно целовать мою шею, давая мне время осознать происходящее.

В глубине моей души что-то оживает. Мечты. Будущее с мужем и детьми. Путешествия по зарубежным странам. Желание испытать все самое лучшее, что может предложить этот мир.

Такое чувство, будто моя жизнь вернулась в прежнее русло после долгого восьмилетнего перерыва.

Я обвиваю руками шею Энцо, и, начиная плакать, шепчу:

— Спасибо.

Он крепко обнимает меня, пока я пытаюсь справиться со всеми приятными эмоциями, что он во мне пробудил. Когда мне, наконец, удается успокоиться, он плавно выходит, а затем снова входит в меня.

Энцо начинает медленно двигаться, и я чувствую, как мурашки и удовольствие возвращаются с новой силой.

Мое дыхание снова учащается, и, глядя ему в глаза, я понимаю, каково это – впервые заниматься любовью с мужчиной.