Дьявол

Глава 6



Энцо

Услышав гул автомобильных двигателей, я встаю с дивана и подхожу к большим окнам от пола до потолка, занимающим два этажа.

Я наблюдаю, как к дому подъезжают три внедорожника, затем подхожу к двери и открываю ее для мужчин.

Один из них отделяется от группы, и, узнав его, я качаю головой.

— Что ты здесь делаешь?

Сантьяго ухмыляется мне.

— Слышал, тебе нужна помощь, поэтому я и пришел.

— Я не говорил, что мне нужна помощь.

— Ты вызвал в общей сложности более двадцати человек. Это явный крик о помощи, — усмехается он и, подойдя, хватает меня за руку, пожимая ее. — Мне скучно, и я бы не отказался от какого-нибудь экшена.

Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, но потом вижу Доминика, и прищуриваюсь.

— И ты здесь?

— Похоже, мне тоже скучно. — Он указывает на Сантьяго. — Он притащил меня сюда.

Я вырываю руку из хватки Сантьяго и быстро приветствую Доминика.

— Если скажете, что и Лео с Кассией тоже здесь, я буду недоволен.

— Они в мотеле, — ухмыляется мне Сантьяго. — Мы сняли все номера и останемся здесь на некоторое время.

Я качаю головой, глядя на мужчину.

— Серьезно? — Я перевожу взгляд с одного на другого. — А как же ваши жены и дети?

— Они проводят время друг с другом и не могли дождаться, когда избавятся от нас, — бормочет Доминик.

— Считай это небольшим семейным воссоединением, — говорит Сантьяго, хихикнув. — Мы с тобой не виделись уже несколько месяцев.

— Я ведь ни разу не пропустил ни одной встречи, — бормочу я. Взглянув на десять охранников, я приказываю: — Рассредоточьтесь по территории. Гостей мы не ждем.

Все они тут же бросаются выполнять приказ.

Сантьяго похлопывает меня по руке.

— Мы проделали такой долгий путь. Будешь держать нас снаружи или пригласишь в свой дом?

— Это не мой дом, — ворчу я, но отступаю назад и жестом приглашаю их войти. — Лео с Кассией действительно здесь?

— Да. — Сантьяго окидывает взглядом обстановку. — Не совсем так я представлял себе твой дом.

— Дом уже был обставлен. Я жду, когда привезут мою мебель.

Доминик садится в кресло, а после спрашивает:

— Не хочешь рассказать нам, что происходит между тобой и мотоклубом?

Сантьяго продолжает шнырять вокруг, и, не обращая на него внимания, я сажусь на диван и смотрю на Доминика.

— Вчера я нанес им визит. Скажем так, пришлось пустить в ход оружие, и я велел им держаться подальше от моей фабрики и грузовиков.

— Думаешь, они послушаются? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Поэтому я и заказал дополнительную группу людей. Уверен, они отомстят.

— Это место довольно отдаленное, — замечает Сантьяго. — Тебе лучше переехать к нам в мотель. Вместе мы сильнее.

— Я подумаю об этом, — отвечаю я.

— Как дела на фабрике? — спрашивает Доминик.

— Хорошо. Рабочие чувствуют себя в большей безопасности, когда рядом охрана, поэтому производство идет полным ходом. На следующей неделе отправятся первые грузовики.

— Что ты производишь на фабрике? — спрашивает Сантьяго.

— Как обычно. Технику. Часы. Электронику. Брендовые товары.

Доминик смотрит на меня с восхищением.

— Я слышал, что здесь, в США, на этом можно заработать триллионы.

— Ты не ослышался.

— Ты по-прежнему работаешь в одиночку? — спрашивает Сантьяго.

— У меня есть люди в Лиссабоне и Африке, — говорю я им.

— Мы знаем, что у тебя есть люди, которые работают на тебя, но у тебя нет никого, кому ты доверяешь, — говорит Доминик. — У меня есть Эвинка. У Сантьяго есть Педро. У Лео – Массимо, а у Кассии – Найт. Прошло много лет, а ты все еще один. Это делает тебя легкой мишенью.

Я смотрю ему в глаза и говорю:

— У меня есть альянс. Это все, что мне нужно.

— Один в поле не воин, — вздыхает Сантьяго. — Все, что ты делаешь, – это работаешь, убиваешь, работаешь и убиваешь. Ты никогда не отдыхаешь.

— Перестаньте беспокоиться обо мне, — бормочу я слишком резко. — Мне нравится быть одному.

— А как же Джон? — спрашивает Доминик. — Он работает с тобой уже много лет.

— Я доверяю этому человеку настолько, насколько могу. Но с легкостью смогу избавиться от него, если что-то пойдет не так.

Сантьяго выгибает бровь, глядя на меня.

— Тогда зачем его держать?

Я пожимаю плечами.

— Он делает свою работу. — Желая, чтобы они перестали волноваться, я говорю: — На прошлой неделе я немного отдохнул.

В голове всплывает Дженна, и я стискиваю челюсти, вспоминая, как она была напугана, когда я остановился на заправке.

Оба мужчины, прищурившись, смотрят на меня, и Сантьяго спрашивает:

— И?

— И... — Я вздыхаю и наклоняюсь вперед, опираясь предплечьями о бедра. — Есть одна женщина.

— О-о-о. — На лице Сантьяго мгновенно расцветает улыбка. — Теперь мы переходим к самому интересному. Ты ведь об этой женщине просил команду найти информацию, да? Дженна… Дженна Дотсон.

— Да. Она работает в Ороре.

Когда я не продолжаю, Доминик спрашивает:

— Но?

— Она не разговаривает. — Я смотрю на словака, который является одним из самых умных людей, которых я знаю. — Она не немая, просто очень встревоженная и застенчивая, так что потребуется некоторое время, чтобы она привыкла ко мне.

Сантьяго, наконец, садится и смотрит на меня.

— Значит, ты планируешь остаться здесь на некоторое время?

— До тех пор, пока она не начнет мне доверять. Она живет одна в каких-то трущобах, и я подумывал о том, чтобы похитить ее, но, боюсь, это нанесет непоправимый ущерб ее хрупкой психике.

Лицо Сантьяго становится серьезным.

— Судя по тому, что ты нам рассказываешь, похоже, она пережила какую-то травму.

— Я тоже так думаю, — соглашаюсь я. — Но это может быть что угодно, от жестокого обращения до Бог знает чего.

— Тебе нужно запастись терпением, — говорит он и улыбается мне. — Что мы будем есть?

Не в силах прогнать этих мужчин, я предлагаю:

— Можем пойти куда-нибудь пообедать. Уверен, Лео и Кассия захотят присоединиться к нам.

— Знаешь какие-нибудь хорошие места поблизости? — спрашивает Доминик.

— Нет.

Сантьяго выгибает бровь, глядя на меня.

— Тогда где ты предлагаешь поесть?

— Ладно, — ворчу я, поднимаясь на ноги. — Я что-нибудь приготовлю. Позвони Лео с Кассией и попроси их прийти.

— Только готовь побольше. Я очень голоден, — говорит Сантьяго, когда я иду на кухню.

Я открываю холодильник и выбираю между стейками и курицей.

Позади меня раздаются шаги, когда мужчины подходят и тоже заглядывают внутрь.

— Мы же в Америке. Можем устроить барбекю, — упоминает Сантьяго.

— Курица и стейки. Что будет в качестве гарнира? — спрашиваю я.

— Я скажу Лео и Кассии, чтобы они купили хлеб и ингредиенты для салата, — отвечает Доминик, вытаскивая телефон из кармана.

Пока он звонит, я достаю все мясо и кладу его на стойку.

Мне пришлось потратить два с половиной часа на поиски мясного рынка, где продавали Вагю⁶. Я хотел приготовить его для Дженны.

Мой взгляд скользит по мужчинам, а затем я говорю:

— Вечером у меня есть кое-какие планы, так что это импровизированное барбекю должно закончиться к семи.

— Ты идешь на свидание с той женщиной? — спрашивает Сантьяго.

Я качаю головой.

— Мне нравится наблюдать за ней, пока она работает.

— Каждый вечер? — Уголок рта Доминика приподнимается, и, когда я киваю, он усмехается. — Не думал, что ты сталкер.

Я пожимаю плечами.

— Это для ее безопасности. В первую ночь, когда я приехал в город, какой-то извращенец сфотографировал ее. Я убил его и нашел сотни фотографий других женщин в его телефоне.

Сантьяго с любопытством смотрит на меня.

— Скольких людей ты убил с тех пор, как приехал сюда?

— Только одного. Кажется. — Я начинаю открывать упаковки со стейками. — Не уверен, убил ли я кого-нибудь из байкеров. Я подстрелил четверых и одного сбил с дороги, так что, кто знает.

Доминик вздыхает.

— Почему у меня такое чувство, что до твоего возвращения в Португалию случится еще много убийств?

— По крайней мере, вам не придется скучать, — бормочу я, вызывая смех мужчин.

Сантьяго открывает заднюю дверь и делает глубокий вдох, глядя на озеро.

— Мы будем готовить барбекю на улице?

— Конечно.

Он выходит из дома, и между мной и Домиником воцаряется молчание. Мы оба по натуре тихие люди, так что никого из нас это не напрягает.

Через несколько минут, пока я достаю мясо из упаковки и посыпаю его специями, Доминик говорит:

— Я понимаю, почему тебе нравится работать в одиночку.

Я перевожу взгляд на него.

Он скрещивает руки на груди и прислоняется к стойке.

— Мы с Эвинкой выросли в детском доме.

Я киваю.

— Я в курсе.

— У нас с тобой похожее прошлое, Энцо.

Я качаю головой.

— Позволю себе не согласиться. У тебя была еда, одежда, вода и крыша над головой. — Я смотрю ему в глаза. — У тебя была Эвинка.

Он размышляет несколько минут, а потом кивает.

— Верно. — Расцепив руки, он отталкивается от стойки и приближается ко мне.

Я знаю, что он ненавидит общаться с людьми. Возможно, даже больше, чем я. Поэтому, когда он кладет руку мне на плечо и на его лице мелькает искренность, в моей груди что-то екает.

— Ты не одинок, Энцо. Мы все приехали сюда, чтобы показать тебе, насколько ты важен для альянса. Сантьяго прав. Один в поле не воин. Позволь нам стать семьей, которой у тебя никогда не было.

— Семью переоценивают. — Это мой стандартный ответ, и я сразу же жалею о своих словах, как только произношу их. Покачав головой, я вздыхаю. — Я доверяю альянсу.

Сантьяго заходит на кухню, потирая ладони друг о друга, чтобы избавиться от пыли.

— Я знаю, но мы можем дать тебе гораздо больше, — продолжает Доминик. — Настоящую дружбу. Тех, на кого ты всегда можешь положиться в трудную минуту. — Он слегка трясет меня за плечо. — Этот альянс существует уже более пяти лет, Энцо. Впусти нас в свою жизнь. Ты не разочаруешься.

Сантьяго подходит ближе с серьезным выражением лица.

— Ты уже член семьи, брат. Перестань упрямиться и прими это.

Мы слышим рев автомобильного двигателя, и я мысленно благодарю бога за это, потому что мне нужно время, чтобы переварить все слова, сказанные Домиником и Сантьяго.

Через мгновение мы слышим голос Лео:

— Где все?

— На кухне, — отвечает Сантьяго.

— А где она?

Доминик подходит к двери.

— Здесь.

Когда Лео и Кассия входят с сумками, я указываю на островок посреди кухни.

— Спасибо.

Они ставят сумки на островок. Затем Лео подходит и пожимает мне руку.

— Как поживаешь?

— Хорошо. А ты?

— Тоже хорошо.

Кассия подходит ближе, и я мягко жму ей руку. Став главой греческой мафии, она зарекомендовала себя как грозный боец. Это завоевало мое уважение, которым я не привык делиться.

— Никогда не думала, что мы устроим с тобой барбекю, — говорит она, оглядывая мясо. — Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет, спасибо. Ты наверняка устала с дороги. — Я смотрю на Сантьяго. — Ты нашел гриль на улице?

Он кивает.

— И стулья. — Он кивает головой в сторону двери. — Пойдемте, я покажу вам, где мы будем сидеть.

Я беру пластиковый контейнер с мясом и выхожу вслед за Сантьяго из дома. Мы идем по крытому крыльцу к веранде, где он уже все подготовил. Я ставлю контейнер на один из стульев и говорю ему:

— Можешь включить гриль, пока я приготовлю салат и принесу нам что-нибудь выпить?

— Если что, я алкоголь не буду, — говорит Кассия. Все наши взгляды обращаются к ней, и она смеется. — Да, я снова беременна.

Трое мужчин поздравляют ее, и когда наступает моя очередь, я спрашиваю:

— Почему ты здесь? Могла бы послать Найта вместо себя.

Она смотрит мне прямо в глаза и отвечает:

— Это семейное дело, и я не собираюсь сидеть в стороне. К тому же, я всего на третьем месяце и все еще могу надрать задницу.

Я вижу решимость в ее глазах и киваю.

— Хорошо.

Не сказав больше ни слова, я разворачиваюсь и возвращаюсь в дом. Я быстро достаю продукты из пакетов и замечаю, что Кассия купила все необходимое для греческого салата. Смешивав ингредиенты в миске, я ставлю ее в холодильник.

Я проверяю время на часах и, увидев, что до начала работы Дженны осталось всего два часа, вздыхаю.

Сегодня я опоздаю.

Я беру пару бутылок воды, содовой и пива, а затем возвращаюсь на улицу. Подойдя к веранде, я слышу как Сантьяго усмехается:

— Если Грейс снова забеременеет от Доминика, она его убьет. Кажется, она уже достигла своего предела с четырьмя детьми.

— На самом деле я сделал вазэктомию, — сообщает нам Доминик. — Чик-чик, и проблема исчезла.

Я ставлю все напитки на свободный стул, отхожу на несколько шагов назад, скрещиваю руки на груди и осматриваю окрестности, прикидывая расположение охранников.

— Я хочу пятерых детей, а потом подумаю о том, чтобы остановиться, — говорит Кассия.

Она должна обеспечить продолжение своего рода после того, как несколько лет назад Братва уничтожила всю ее семью.

Сантьяго смотрит на всех и говорит:

— Адан и Надя не дают нам скучать, но моя Сиара хочет еще одного, и то, что хочет моя жена, она получает.

— Мне исполняется тридцать восемь, — бормочет Лео, наливая себе пива. — На днях Хейвен подняла эту тему и использовала ее против меня, сказав, что у нас не так много времени и нам пора завести детей.

— А ты готов к ним? — спрашивает Кассия, взяв бутылку воды.

— Да. Она прекратила принимать противозачаточные, так что мы, наверное, попробуем зачать ребенка, как только я вернусь домой.

— Может, сменим тему? — спрашиваю я.

— Зачем? Тебе не нравится говорить о детях? — дразнит меня Сантьяго.

— Нет, не нравится. — Я перевожу взгляд на озеро.

На мгновение воцаряется тишина, а затем Лео говорит:

— Расскажи нам, что происходит с мотоклубом.

Сантьяго начинает жарить мясо, пока я рассказываю все, что знаю. Когда мы садимся за стол, уже восемь часов вечера.

Мне становится не по себе, когда я смотрю на других членов альянса, и как бы я ни старался сосредоточиться на разговоре, не могу перестать думать о Дженне.

У меня словно ломка, и только увидев ее, я смогу успокоиться.