Дьявол

Глава 5



Дженна

Через пять минут после ухода мистера Кахуна я слышу рев двигателей и перевожу взгляд на дорогу.

Когда целая группа мотоциклистов подъезжает к заправке, мое сердце начинает бешено колотиться, грозясь сломать ребра. Дыхание учащается, и я замираю, не сводя глаз от мужчин.

Я наблюдаю, как Дерек закуривает сигарету, а затем смеется над чем-то, что говорит Уэйн. Когда Кирк присоединяется к ним и они направляются к магазину, я ощущаю, как по телу пробегают мурашки, а внутри все сжимается от страха.

Нет. Уходите.

Трое мужчин заходят в магазин, и мое тело начинает дрожать от страха. Кирк и Дерек направляются к холодильникам, а Уэйн останавливается у прилавка и улыбается мне.

— Как поживает моя любимая сучка? Скучала по мне?

Мое дыхание с хрипом вырывается из легких, когда я обнимаю себя за талию, опускаю голову и сгибаю плечи.

Они все начинают смеяться, и когда пальцы Уэйна касаются моей руки, я отшатываюсь, врезаясь в полки позади себя.

Не заботясь о магазине, я мчусь в конец прилавка, пересекаю кладовую и оказываюсь в маленьком туалете. Захлопнув дверь, я быстро запираю ее и упираюсь руками на случай, если они попытаются выбить ее.

— Да ладно тебе, сладкая попка. Не порти веселье, — слышу я крик Уэйна, когда они, кажется, начинают крушить магазин.

— Выходи, выходи, где бы ты ни была, маленькая шлюха, — кричит Дерек. — Или я все здесь разгромлю.

— Стоит вновь заставить эту сучку сосать наши члены, — говорит Кирк, а затем громко смеется.

В конце концов шум стихает, затем я слышу, как мотоциклы заводятся и уезжают с заправки.

Я медленно отпираю дверь и слегка приоткрываю ее. Убедившись, что никого нет, я осторожно выбираюсь из своего укрытия.

Зайдя в дверной проем, ведущий из кладовой в магазин, я по-прежнему никого не вижу, но беспорядок тут же бросается в глаза: упаковки конфет, чипсов и печенья разбросаны по всему полу.

Я смотрю на прилавок и вижу несколько долларов, лежащих рядом с моим телефоном.

По крайней мере, они его не забрали.

Чувствуя себя совершенно разбитой, я начинаю наводить порядок.

— Что случилось? — внезапно спрашивает мистер Оливейра прямо у меня за спиной, пугая меня до смерти.

Я вскрикиваю и бросаюсь в другой конец магазина, желая укрыться за рядами полок. Когда мой взгляд, полный ужаса, останавливается на нем, я вижу, как на его лбу проступают морщинки, а лицо приобретает опасное выражение.

Он выглядит устрашающе, когда смотрит на беспорядок, который мне все еще предстоит убрать, а затем переводит взгляд на меня. Его голос звучит как низкий рокот, когда он спрашивает:

— Что здесь произошло, Дженна?

Мне нужно успокоиться. Он мой любимый покупатель, и я не хочу его пугать.

Я качаю головой, медленно возвращаясь к лежащим на полу упаковкам, и начинаю расставлять все по полкам, а мистер Оливейра продолжает смотреть на меня, не двигаясь с места.

— Ты можешь говорить? — внезапно спрашивает он.

Я киваю и дрожащими руками кладу последнюю упаковку на место. Обхватив себя за талию, я расправляю плечи и возвращаюсь к прилавку, но когда прохожу мимо него, он кладет руку мне на плечо. Из меня вырывается всхлип, и, не в силах себя остановить, я бросаюсь к выходу и выбегаю из магазина.

Я делаю глубокий вдох и, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, продолжаю идти к боковой стороне здания, где присаживаюсь на корточки. Закрыв лицо ладонями, я изо всех сил стараюсь успокоиться.

Почему они пришли именно сегодня?

Я с нетерпением ждала встречи с мистером Оливейрой. Когда он пришел в третий раз, я сообразила, что его имя можно посмотреть на карточке.

Мистер Э. Оливейра.

Закрыв глаза, я стараюсь дышать глубже, но вдруг на меня падает тень. Открыв их, я вижу мистера Оливейру, который сидит передо мной на корточках.

Выражение его лица уже не такое суровое, и теперь он смотрит на меня с нежностью.

— Хочешь, я отвезу тебя домой? — спрашивает он.

Я качаю головой и, набравшись смелости посмотреть ему в лицо, открываю рот, но не могу произнести ни слова.

Сегодня вечером я хотела поздороваться с ним. Просто поздороваться. Но потом появились байкеры, и трое из тех, кто ранее надругался надо мной, начали грубо насмехаться.

Он медленно протягивает ко мне руку, и я замираю. Я даже не успеваю сделать вдох, когда он нежно прикасается ладонью к моей щеке. Он наклоняет голову, его золотисто-карие глаза пристально смотрят на меня.

— Если тебе что-нибудь понадобится, можешь обратиться ко мне, — бормочет он.

Этого я точно никогда не смогу сделать. Я чувствую, как мое лицо заливается краской, а по шее ползет румянец.

— И если у тебя проблемы, я могу помочь.

Нет, не может. Никто не может мне помочь.

Я поднимаюсь на ноги и возвращаюсь в магазин, как раз в тот момент, когда машина Мюриэль сворачивает на заправку.

Если я расскажу кому-нибудь об Уэйне, Дереке и Кирке, они убьют меня и того, к кому я обращусь за помощью. Мотоклубу всегда сходили с рук убийства, и на этот раз, вероятно, им снова удастся избежать наказания.

Я спешу к кассе и, когда Мюриэль заходит в магазин, хватаю пачку сигарет и кладу ее на потертый деревянный прилавок.

Она оглядывается по сторонам, а затем спрашивает:

— А где тот красавчик? Это же его внедорожник, да?

Я выглядываю в окно и, увидев вмятину на задней двери, но никаких следов мистера Оливейры, хмурюсь и пожимаю плечами, переводя взгляд на Мюриэль.

Она кладет деньги на прилавок и берет сигареты.

— Увидимся завтра. — Выходя из магазина, она смотрит налево и останавливается. — О, привет. Я видела тебя здесь пару раз. Ты недавно в городе?

— Можно и так сказать, — отвечает мистер Оливейра, тут же появляясь прямо за окном.

Я смотрю на него, когда Мюриэль говорит:

— Мы всей компанией тусуемся в доме друга. Хочешь пойти? Это отличный способ познакомиться с местными жителями.

На его лице мелькает раздражение.

— Мне это неинтересно. — Он заходит в магазин, больше не обращая на Мюриэль никакого внимания.

Она качает головой, после чего направляется к своему седану.

Собирая купюры с прилавка, я замечаю пластиковый контейнер. Убрав наличные в кассу, я гадаю, чей он.

Мистер Оливейра берет бутылку воды и направляется к прилавку. Два дня назад он перестал покупать кофе. Поставив воду на прилавок, он пододвигает контейнер ко мне.

— Я готовил ужин, но переборщил с количеством. Решил, что тебе может понравиться.

От удивления я замираю, но потом все же приподнимаю крышку, чтобы заглянуть внутрь. Там меня встречают золотисто-жареные пирожки.

— Это португальское блюдо, — сообщает он мне. — Попробуй.

Они выглядят вкуснее, чем все, что я ела с отъезда мамы и тети Шерри. Я не могу удержаться и осторожно беру один из пирожков в форме полумесяца. Сначала я нюхаю его, и, почувствовав восхитительный запах, откусываю маленький кусочек.

Он хрустящий, а почувствовав вкус курицы и грибов, я чуть не стону от удовольствия.

Боже. Как вкусно.

Я откусываю гораздо больший кусок и быстро проглатываю его.

Вытирая кончики пальцев о рубашку, я перевожу взгляд с контейнера на мистера Оливейру, дыхание которого учащается. На его лице появляется выражение, которое можно описать только как желание, и это заставляет меня насторожиться.

Долгое время он пристально смотрит на меня, и я испытываю странную смесь лести и смущения.

Мое сердцебиение вновь учащается, но на этот раз не только от страха, но и от предвкушения.

Затем он отводит взгляд и достает карту из бумажника. Не раздумывая, я протягиваю руку и кладу ее на его ладонь, останавливая его.

Я качаю головой, показывая, что не хочу, чтобы он платил, и, чувствуя, как по моей руке бегут мурашки, медленно отстраняюсь.

Он быстро тянется через прилавок и мягко хватает меня за руку. Затем его большой палец касается моей кожи, отчего по мне, словно маленький фейерверк, пробегает еще больше мурашек.

В животе у меня порхает калейдоскоп бабочек, а грудь наполняется огромным приливом нервной энергии.

— Дженна. — Он ждет, пока я посмотрю ему в глаза, а затем говорит: — Я хочу, чтобы ты считала меня своим другом.

Уголок моего рта слегка приподнимается, но я слишком нервничаю, чтобы улыбнуться.

Когда он отпускает мою руку, я быстро отдергиваю ее и сжимаю кулаки, дабы скрыть обкусанные ногти.

Он стучит по крышке контейнера.

— Съешь все. Хорошо?

Я киваю и притягиваю его к себе. Мои губы приоткрываются, чтобы поблагодарить его, но вместо слов вырывается лишь тихий вздох.

Мистер Оливейра берет бутылку воды и направляется к выходу, но останавливается у открытой двери и оглядывается через плечо.

— Хорошего вечера, Дженна. Увидимся завтра.

На этот раз мне удается улыбнуться, хоть и немного робко.

Он смотрит на меня так, словно я с другой планеты, и улыбка исчезает с моих губ. Я склоняю голову, сжимая пальцами края контейнера.

Я слышу его удаляющиеся шаги, и вскоре после этого дверь внедорожника захлопывается.

Я слежу за ним из-под челки, замечая, что он, как и в любую другую ночь, не спешит уезжать.

Понятия не имею, что он делает в своем внедорожнике, но, зная, что сегодня вечером он больше в магазин не зайдет, я сажусь на табурет и тяжело выдыхаю.

Глядя на контейнер с восхитительной выпечкой, я задаюсь вопросом, почему он принес ее мне. Мы же не знакомы. Ну, я ведь даже не разговаривала с ним.

И все же я благодарна ему за то, что он подумал обо мне. Да и я слишком бедна, чтобы отказываться от такого подарка.

Мои мысли возвращаются к тому, что произошло до приезда мистера Оливейры. Когда я вспоминаю о Дереке, Уэйне и Кирке, мне кажется, будто на моих плечах лежит груз всего мира.

Поднеся руку ко рту, я начинаю грызть ноготь большого пальца.

Я знаю, что должна быть благодарна за то, что они не часто заезжают на эту заправку, но мне бы хотелось, чтобы они вообще не появлялись здесь. Ненавижу их видеть, и они постоянно издеваются надо мной.

Я боюсь, что они снова изнасилуют меня. Или того хуже. Убьют.

Боже, я ненавижу свою жизнь.

Я просто… просто хочу, чтобы все наладилось.

Пожалуйста, Боже, позволь мне выиграть в лотерею, чтобы я смогла уехать из Ороры.

Хотя при таком раскладе я бы все равно не смогла перебраться к маме и тете Шерри. Никакие деньги в мире не смогут стереть тот ад, который те мужчины устроили мне той ночью.

Но они, безусловно, облегчили бы жизнь.