Фанат. Мой 2007-й

Глава 29

Лариса Ивановна Виридарская была на седьмом небе от счастья. В кои-то веки в её жизни появился настоящий Мужчина. Да-да, именно так, с большой буквы. Даром что совсем ещё молодой, — напрямую она не спрашивала, но что-то подсказывало девушке, что он даже моложе неё самой… так вот! Новый ухажёр со старта уделывал всех своих конкурентов.

А конкурентов, признаться, было много.

Если уж виноватить Ларису Ивановну в чём-то, то разве что в деловой беспринципности и в том, что во имя построения карьеры она пошла на преступление. Точнее даже на целый ряд преступлений — каждая подделанная подпись Прянишникова автоматически увеличивала срок.

Но так было надо! Мир жесток! Либо ешь ты, либо едят тебя — это всем известно.

Однако именно «распутности» в списке личных качеств Виридарской не было. Тут у неё всё было чётко. Девушка не приезжала покорять Москву любой ценой, она здесь родилась и выросла; получила достойный старт от родителей и знала себе цену. А внешность… внешность, конечно же, помогала. Многие пытались купить её, но получая отказ за отказом постепенно смирялись. И ведь всё равно продолжали помогать! Просто потому, что Лариса — это Лариса, она радует глаз, за ней приятно наблюдать, и можно довольствоваться просто общением.

Она уже давно привыкла к напору и к самоуверенности богатых самцов, а в какой-то момент её даже начало это раздражать.

Однако сейчас всё было по-другому.

Андрей не форсировал события. Он ухаживал точечно и выдерживал грамотные паузы. Не навязывался, не перегибал и не утомлял. А что самое интересное — он не терпел! То есть за его вниманием крылось нечто спокойное и благородное, а не одна лишь капризная эрекция и текущие слюни.

И более того! Будучи взрослой девочкой со вполне нормальными и объяснимыми физиологическими потребностями, Лариса Ивановна сама решила сделать первый шаг. И каково было её удивление, когда после первого же намёка на возможную близость, Андрей не побежал к ней сломя голову и не устроился в ногах, как покорный пёс? Ни после первого намёка, ни после второго, ни после третьего.

Это интриговало. Чертовски интриговало! И в последние дни Лариса уже не могла думать ни о чём, кроме своего Андрюши.

До сих пор.

— Слышала? — заглянула в её кабинет секретарша нового гендира. — Прянишникова всё-таки взяли.

— Да ладно⁈ Так он не улетел⁈

— Не-а. Где-то в Подмосковье прятался. В подвале каком-то, что ли?

— А когда?

— Да вот, вчера буквально. Только-только новость до наших главнюков дошла.

И улыбка, без сомненья, вдруг коснулась Ларискиных глаз. И хорошее настроение не покинет её как минимум до оглашения приговора. И можно выдохнуть.

— Ну наконец-то!

— И не говори.

Новость радовала. Лариса не имела ничего против того, чтобы Сергей Петрович покинул страну, обосновался где-нибудь на другом континенте и стал Серхио Петро Прянейра, — так-то мужик никому и ничего плохого не сделал и потому заслуживал свободы. С другой стороны, лично ей будет гораздо спокойней, если Сергей Петрович будет на виду, где-нибудь в колонии-поселении валить руками лес. Или чем они там ещё занимаются? Шахматы из хлеба лепят?

Не суть!

Ведь до сих пор оставалась вероятность того, что Прянишников на самом деле сопротивляется. Возможно, ищет доказательства своей невиновности, тайком работает с адвокатами и что-то такое затевает.

— Эт-то надо отметить, — улыбнулась Лариса, схватилась за телефон и написала… кому? Пра-а-авильно, своему драгоценному Андрюше.

«Извини» — прилетело в ответ: «прямо сейчас никак, целая куча дел навалилась».

«Совсем никак?»

«Подожди минутку, попробую что-то придумать».

Минутка растянулась на десять, а то и на все пятнадцать. Ларисе было приятно думать, как прямо сейчас Андрей судорожно расчищает свой график специально для неё, переносит важные дела и заставляет ждать важных людей. Но… увы. «До вечера никак не получается», — наконец ответил он: «Давай заеду за тобой в шесть?»

Ну… тоже вариант.

Раз такое дело, Лариса Ивановна решила не уходить из офиса прямо сейчас, чуть усмирить свою радость и всё-таки отработать должное. Так она, впрочем, и сделала. Закончила со всеми делами, оделась, попрощалась с коллегами и поехала домой.

Причём что интересно, ехать ей нужно было против основного пассажиропотока. В то время как все обычные люди добирались из центра к себе на окраину, Виридарская ехала с окраины к себе в центр. Родители постарались, чтобы у их дочери было всё что нужно, и небольшая квартирка на Макаренко, принадлежавшая семье с незапамятных времён, в том числе.

Прогулочным шагом от станции метро Чистые Пруды до дома Виридарской нужно было пройти всего-ничего. Минут пять, ну максимум десять, — это если глазеть по сторонам на манер приезжих. Однако в этот раз что-то пошло не так…

Автобус она заприметила ещё издалека.

Ну а как иначе? Серый ПАЗик с номерами, как будто бы специально залепленными грязным снегом, стоял на аварийке и всем своим внешним видом отравлял надменную благодать исторического центра. То ли заглох, то ли ещё что-то — рядом, открыв капот, в его внутренностях ковырялся огромный мужичара в дутой куртке.

Причём заглохнуть этому грёбаному тарантасу угораздило прямо напротив арки во двор Ларисы. По канону Виридраская должна была бросить нечто пренебрежительное, проходя мимо, но то ли решила этого не делать, а то ли просто не успела.

В какой-то момент двери ПАЗика с шипением распахнулись, и наружу выскочил парень в чёрной балаклаве, за которой не разобрать лица. Ублюдок молча рванул в сторону Ларисы, и в руках у него был мешок. Пустой. И явно не с подарками.

— И-и-иии! — завизжала Лариса Ивановна, едва смекнув что происходит. — ПОМОГИТЕ!!!

Но поздно.

Преодолевая сопротивление слабеньких рук со свежим маникюром, налётчик пытался накинуть мешок Ларисе на голову. Получалось плохо, но на помощь ему уже бежал тот самый гигант, что секундой назад «чинил» автобус.

— ПОМОГИТЕ!!!

И вот с его-то помощью, — поняла Лариса, — её сейчас тупо затолкают в автобус и… ну да, похитят. Для чего? Зачем? В такой момент особо не до анализа причинно-следственных. А люди вокруг, конечно же, были, но что-то как-то не спешили её спасать. Едва вывернув на Макаренко из-за угла, парочка молодых ребят решила, что им сюда вовсе не надо. Кто-то делал вид, что ничего не слышит, а кто-то прятал глаза и ускорял шаг.

И отчаяние от этого становилось каким-то уж с перебором мрачным. Сволочи!

— ПОМО… м-м-м-м!!! — ублюдки всё-таки справились и накинули Ларисе мешок на голову.

Тот, что здоровенный, подхватил Виридарскую на руки и уже потащил в сторону автобуса, но дальше…

Дальше раздался визг тормозов и крик:

— А ну-ка убрали свои руки!

Андрей⁈ Это что, действительно он⁈ Ларису Ивановну поставили на землю и даже отпустили, так что она смогла сорвать с себя мешок. И первое, что она увидела — это то, как её рыцарь в сером твидовом пальто прямой ногой прошибает грудину тому из налётчиков, что был поменьше. Тот отлетает, будто в индийском боевике, кувыркается через голову и остаётся лежать в нечеловеческих корчах.

— Ы-ы-ы-ы! — вон, даже воет.

А Андрей тем временем уже разбирается с другим. Гад как минимум вдвое больше него, но Маркелов не боится — пока эта неповоротливая туша лишь заносит кулак на удар, он успевает ударить дважды. Порхает вокруг него как бабочка и жалит как пчела.

— С-с-с-сука! — за злостью прошипел Андрей, юркнул великану за спину и ударил ногой по внутренней стороне колена. Причём замахивался со всей дури, будто пенальти пробивал, но самого звука удара Лариса почему-то не услышала.

Но это ведь не главное, верно⁈ Главное — результат!

— А-ы-ы-ый! — немного театрально взревел гад и упал одно колено, а Андрей ребром ладони ударил ему в ухо.

Почему именно так? Почему не кулаком? Лариса не знала, но сочла это очень эффектным! Так-то шаолиньские монахи, — или не шаолиньские? — именно таким манером стопку кирпичей умеют поломать! И надо будет потом спросить у её героя, что это за техника такая и где он ей научился?

Но смотрим дальше:

Первый из налётчиков уже понял, что ему здесь ничего не светит и что миссия провалена. А потому едва поднявшись на ноги он забежал в автобус и прыгнул за руль:

— Феофан, уходим! — крикнул гад своему подельнику.

— Бегу, Всеволод! — ответил тот.

А Андрей тем временем уже подскочил к Ларисе:

— Ты в порядке?

— Я… Я…

— Это ещё не конец! — крикнул предположительно Феофан, двери ПАЗика захлопнулись и автобус тронулся с места.

— Всё хорошо, — Андрей прижал Виридарскую к груди. — Всё позади. Они ничего тебе не сделали?

— Нет… не успели… если бы не ты… если бы… они… спасибо, — Лариса расплакалась.

И почему-то после этого инцидента ей перехотелось идти домой. Логика «спрятаться под защиту родных стен» уступила логике «в толпе мне никто ничего не сделает», и девушка слёзно попросила Андрея посидеть где-нибудь в заведении. Французское кафе «Жан-Жак» располагалось буквально неподалёку — туда-то парочка и направилась.

Андрей припарковал машину, поухаживал за своей барышней и расположившись за столиком заказал кофе. Ларису тем временем всё ещё нехило трясло. Какое-то время молодые люди просто молчали.

— Не хочешь поговорить? — серьёзно спросил Андрей. — Что это вообще сейчас такое было?

— Если бы я сама знала, — ответила Виридарская и почувствовала, как слёзы подступают вновь.

И ведь действительно! Она до сих пор не понимала, кто это был, зачем и почему? Кому она могла помешать⁈

— Послушай, кроха…

«Кроха» — так её называл только Андрей. Не пошлое «крошка», а милое, уютное и невозможно заботливое «кроха».

— … кроха, я не смогу защитить тебя, если не буду знать от кого.

— Андрей, я сама не понимаю!

— Ты уверена?

— Да!

— Понятно, — Маркелов тяжело вздохнул и поднял руку, подзывая официантку. — Девушка, принесите мне, пожалуйста, сто егермейстера с апельсином, а девушке лонг-айленд. Большой. И попросите бармена сделать покрепче, мы доплатим.

— Одну минуточку.

Андрей помрачнел и уставился в окошко. И только тут Лариса увидела, что всё это время его левое ухо было заткнуто ма-а-а-а-ахонькой блюшкой. Во всяком случае, до сих пор она таких не видела. Крохотная затычка вместо громоздкой хренотени, которая превращала своего носителя в сельского агента Смита.

— Джабра, — улыбнулся Андрей, поймав её взгляд. — Очень удобная штука. Я с ней уже сросся практически. Подарить тебе такую же?

— Нет, спасибо…

— Значит, подарить, — Маркелов протянул ладони над столом и нежно взял девушку за руки. — Ларис, подумай. Это серьёзное дело.

— Я позвоню ментам…

— Менты не помогут. Не знаешь, что ли? Пока кого-нибудь не убьют, они даже не пошевелятся, а я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Справимся сами, поверь, у меня есть ресурсы. Но для этого нужно понять.

— Что понять?

— Всё, — вздохнул Андрей. — Может, ты кому-то где-то дорожку перешла? Ты только не подумай! Я даже не намерен тебя ругать или что-то ещё… мне действительно просто нужно знать.

Лариса молчала. Думала. Вспоминала.

И тут вдруг дошла до очевидного — ну конечно же! Единственный серьёзный враг, которого она успела нажить к своим годам — это Сергей Петрович Прянишников. И покушение на неё произошло ровно в тот момент, когда его наконец-то задержали. Значит, он всё-таки вынашивал планы. И значит, просто ускорился с момента своей поимки — решил действовать радикальными методами.

На вскидку — те два мордоворота, которых он подослал, должны были выбить из неё признание. И… о ужас! Лариса Ивановна в красках представила себе, как могла бы сложиться её дальнейшая жизнь, если бы не вовремя подоспевший Андрей.

— Спасибо тебе, — забормотала она, покрепче сжав его руки. — Спасибо, спасибо, спасибо…

— Ваш коктейль.

Точно! Алкоголь успокоит расшалившиеся нервы и прочистит мозги. Вытащив из харикейна неудобные трубочки, девушка припала к живительной влаге.

— Ху-у-у-ух.

— Чудилка, — улыбнулся Маркелов и сам опрокинул стопочку егеря. — Пей-пей. Клянусь, это именно то, что тебе сейчас надо.

— Я знаю.

Так. Покушение. Где одно, там и второе. Если Прянишников уже пошёл против закона, значит и дальше не остановится. Кроме того! Это значит, что у него подельники на свободе. Он ведь специально срежессировал всё это именно сейчас — сам сидит в СИЗО и как будто бы не при делах. Ужас!

И кажется, что Андрей прав насчёт милиции. И кажется, что только он сможет её защитить. И ещё! Кажется, что именно так должна начинаться НАСТОЯЩАЯ история НАСТОЯЩЕЙ любви — через драму и испытания, что они пройдут вместе…

— Ладно, — выдохнула Лариса. — Похоже, я действительно должна тебе кое-что рассказать.

— Слушаю.

— В общем, есть один человек…

— Спасибо! Спасибо тебе огромное за помощь!

— Да брось, — улыбнулась Кристина Игоревна, сидя на заднем сиденье ПАЗика. — Я, по-твоему, похожа на простушку? Для меня ведь это полезно — отличный вариант вкатиться в профессию. Образование образованием, но без практики… сам понимаешь.

— Понимаю.

Не, ну а что? Телефон был. Относительно дружеские отношения и должок с её стороны тоже. Вот мы и командировали себе из Северной Столицы юриста Кристину. Во избежание подкупа со стороны недоброжелателей, так сказать.

Во-первых, она уже официально вызвалась защищать отца Прянишникова в суде и получила на это дело добро, ну а во-вторых, с её помощью мы нарыли вкуснейшего оправдательного компромата. То есть нарыли бы мы его и без её непосредственной помощи, но Кристина Игоревна по наушнику подсказывала Андрею какие именно вопросы задавать.

Ну и так ещё, по мелочи. Как себя повести сейчас, а как вот сейчас. Женский взгляд со стороны явно не помешал.

— Ну как⁈ — это запрыгнул в автобус чуть пьяненький, но весьма довольный собой Маркелов.

— Хорошо. Под конец она уже, конечно, лыко не вязала и там трудно что-то разобрать…

— Но-о-о-о…

— Но лет на десять себе наговорить уже успела. 159-я о «мошенничество» доказана, 327-я о «подделке документов» тоже и 174-я прошла по касательной. Намёками, так сказать. Но можно вцепиться всё равно можно.

— А 174-я это у нас что?

— Легализация денежных средств. Но это всё-таки не к ней вопрос, — Кристина Игоревна хлопнула в ладошки. — Итого: если будет лапушкой и сдаст всех, кто выше, можно разыграть карту того, что на неё, дескать, давили, угрожали и принуждали к противоправным действиям. Так что в перспективе уважаемая Лариса Ивановна вообще может на нашу сторону переметнуться.

Ну разве же это плохо? Конечно хорошо!

Одной глобальной проблемой становится меньше. И пускай Петрович под арестом, а Пряня на этой почве сорвался в неврозы, а счастливый конец теперь виден на горизонте. Остаётся лишь довериться профессионалам и ждать.

— Давайте уже домой поедем, ладно? — Марчелло глянул на часы и присвистнул. — Охрене-е-е-еть. Так! Лёх, а что мы там сегодня мне в качестве алиби придумывали?

— Встречу одноклассников.

— Точно! Это ж я поэтому поздно и пьяный.

Андрей попросил меня вернуть его настоящий телефон, который я хранил во время операции, разблокировал его и перепугался так, будто чёрта на экране увидел.

— Двадцать пропущенных от Янки, — прошептал он и тут же начал набирать в ответ.

Набирал.

Набирал.

Набира-а-а-а-ал.

— Не берёт, — Андрюха принялся нервно расхаживать по салону туда-сюда. — Может случилось что-то?

И забегая чуточку вперёд спешу ответить: да, случилось. Как Марчелло узнает несколько позже, его в-перспективе-благоверная решила не терять времени даром, и пока Андрей уехал тусить с одноклассниками, сама она тоже подготовила себе культурную программу. Одна в пока ещё чужом городе по соседству со Столицей, Яна решила культурно обогатиться и взяла себе билет в «Современник».

Андрей ведь от любых театральных движух технично отмазывался, а тут, что называется, звёзды сошлись.

Ну и вот. Пару часов назад Яна приехала на станцию метро «Чистые Пруды», вышла на поверхность и потопала в нужном направлении. А по дороге внезапно увидела дивное диво: её парень в одежде, которую она никогда не видела, припарковал автомобиль, который она никогда не видела, — к слову, арендованный на сутки, — и повёл в кафе девушку, которую она… ну понятно, короче говоря.

Андрей был галантен и учтив по отношению к незнакомке. Парочка мило ворковала и держалась за руки. Дальнейшее, как мне кажется, объяснять не нужно…

— Домой можешь не приезжать, — прочитал Марчелло прилетевшую СМС. — Чего?