Жизнеописание оболтуса

Мальчик без лица (жуть, как страшно)

— Коллеги, — обратилась к нам Белла, — завтра на стажировку выйдет парень — Руслан. Он сын какой-то двоюродной тети Якова Моисеевича. Вы знаете, что наш руководитель против блатных. Для него превыше всего — качество новостей. Поэтому никаких поблажек ему не даем. Будет работать, как все. Сможет влиться в коллектив — хорошо. Не сможет — без особых угрызений совести мы его выпроводим обратно к маме. Витя, к тебе особое задание. Ты у нас человек неконфликтный, возьми шефство над мальчиком.

Так у нас в редакции завелся этот странный стажер — здоровый детина лет двадцати со скучающим взглядом, язвительной ухмылкой и дипломом айтишника. Надо сказать, что, несмотря на повадки избалованного маменькиного мальчика, он оказался неплохим парнем. Это если округлить все его качества, не вдаваясь в подробности некоторых из них.

— Я вообще не знаю, что я хочу. Ну вот мама отправила к вам на телек. Говорит, может быть, мне здесь понравится. Пока не знаю. Масштаба у вас нет. Мне бы документальные фильмы снимать, по миру ездить. А тут машину фиг выпросишь для сюжета.

— Машин хватает, но надо важные темы предлагать. Ты вот вчера что хотел снять? Как бомжи у вас в доме подъезд обоссали. Еще и вживую хотел преступление запечатлеть. Это не самая важная проблема для общества. А еще мне кажется, ты просто хотел под это дело на редакционной машине домой съездить, чтобы деньги на такси не тратить.

— Да, хотел. Деньги на пиво потратил, пришлось на лоховозе домой пилить. Но вот тему мою зарезали зря. Я бы от частного к общему перешел. Вот, мол, видите, как подъезд по этому адресу зассали. А теперь оцените проблему в масштабах города! Страны! Планеты!

— Попробуй еще раз Белле предложить, кто знает, может, она разрешит тебе снять такой общественно значимый для человечества сюжет. Кроме шуток, найди специалиста, узнай, какой ущерб могут нанести домам подобные уринопроцедуры. Вдруг выяснится, что здания от этого быстро разрушаются и кирпич крошится, а в правительстве все знают, но деньги на специальные капканы для писюнов не выделяют. Это уже будет солидный материал.

И так слово за слово потихоньку мы дошли до отношений почти приятельских. Дружить по-серьезному, если честно, с Русланом не хотелось. Мы были слишком разными, а он ко всему прочему оказался еще и проблемным.

Однажды вечером он позвонил.

— Витя, мне страшно!

— Привет, Руслан! Ты все еще писюнов караулишь? Что случилось?

— Витя, у меня комнате стоит мертвый мальчик без лица в тельняшке. Я его боюсь. Не знаю, что он от меня хочет. Можно я к тебе приеду?

— Руслан, что с тобой? Ты — пьяный? — спрашиваю я.

По молодости лет я тогда еще не умел угадывать состояние запоя и «белочки».

— Нет, я совершенно трезвый. Вчера баночку пива выпил. Больше ничего. Слушай, ну можно я приеду?

— Конечно, приезжай, раз такое дело. Ты, видимо, на работе перенервничал.

Тогда мы уже начали жить вместе с моей девушкой Аленой на съемной квартире. Я обрисовал ей проблему, объяснил, что парень рос без отца, и она сочувственно покивала. Мы вообще с ней до сих пор страдаем приступами бестолкового благородства и бессмысленной эмпатии. А некоторые граждане этим бесстыдно пользуются…

Через полчаса Руслан ввалился к нам в дом, неся на могучих плечах здоровый позвякивающий рюкзак.

— Здравствуйте, Руслан, — приветствует его Алена, — пойдемте, я вам крепкий чай приготовила.

— Не надо, у меня все с собой, — ответил Руслан на странном заплетающемся диалекте и достал комплект из початой бутылки водки и нескольких банок пива.

— Ты же говорил, что не пил! — я искренне удивился.

— Ты про это? Не-не, это я только сейчас выпил. Просто очень страшно было.

— А что, ты все еще видишь своего мальчика без лица в матроске?

— Да, вижу. Он как раз за вашими спинами вон в том кресле сидит, — будничным тоном отвечает Руслан.

— Мамочки, — Алена как-то резко побледнела, покачнулась, перекрестилась и осторожно оглянулась.

Мне тоже стало как-то не по себе. В кресле никто не сидел, но появилось ощущение, что сидел. И смотрел на нас своим лицом без лица.

— Водки хочешь? — спросил Руслан.

— До этого не хотел, но сейчас не откажусь.

Руслан вальяжно разместился перед телевизором, расставил свой комплект и вежливо попросил тару.

— Вы, наверное, не ужинали, — предположила девушка. — Хотите котлеты?

— Не откажусь, несите, — отозвался Руслан.

Гость хлопнул водки и принялся за пиво, запасы которого заполняли весь объем рюкзака. Мы включили в телевизоре юмористическую программу. Руслан громко смеялся, подхрюкивая и теребя ногами. Девушка периодически спрашивала про мальчика, и каждый раз он оказывался у нее за спиной. Она взвизгивала и убегала на кухню за очередной порцией подношений.

Пару раз гость выходил в туалет, едва не сломав половину мебели в квартире. Через пару часов он съел все запасы в холодильнике. И на весь этот балаган из каждого угла, хитро ухмыляясь, посматривал мальчик без лица. Дома стало неуютно. Постепенно накал нашего сострадания стал спадать. Первой от наваждения очнулась Алена.

— Слушай, ты еще ничего не понял? — недружелюбно зашипела она. — Он же алкоголик. Ты кого в дом притащил? Какой он нервный? Нажрался и видит теперь всякое. Котлеты все слопал! Давай его культурно домой отвезем.

Да, все так и было. Вот так решишь человека спасти, а он все котлеты съест, пройдоха.

— Руслан, а давай мы тебя отвезем домой.

По нашим словам, вдруг выяснилось, что мама Алены неожиданно приезжает. С братом и тетей. И дядей. И что им ночью от нас понадобилось, непонятно. Случилось, наверное, что-то.

— А мальчик? — гость посмотрел на меня мутными глазами.

— Пусть у нас переночует. Мы не против.

— Домой не поеду. Я там один. Там мне страшно. Мальчик отсюда придет туда.

— А давай мы твою квартиру окропим святой водой! — неожиданно предложила Алена. — Прямо сейчас поедем в церковь, наберем пару бутылок. Прочитаем молитвы, освятим у тебя в доме все углы, и мальчик пропадет. Выспишься нормально в своей кровати, а то у нас и лечь негде.

— А это мысль! Поехали! — обрадовался Руслан.

В час ночи мы подкатили на такси к церкви. Кое-как разбудили сторожа и купили у него две полторашки со святой водой.

— Зачем вам святая вода ночью? Родился кто? Или помер? — допытывался церковный постовой.

— Нечистую силу надо из квартиры изгнать.

— Тогда еще крестик, икону и свечи купите. Так будет надежней.

— Все берем! — сказал Руслан и щедрым жестом пригласил меня все оплатить. Деваться некуда. Садимся в такси. Приезжаем домой к Руслану.

— Слушайте, а нам же батюшка нужен. Сейчас я в сети поищу номер круглосуточной церкви и вызову попа.

Мы с девушкой присели передохнуть. Нашли чайник и заварку. Сидим, ждем, пьем ароматный напиток. Из соседней комнаты раздался голос Руслана.

— Алло, церковь! Пришлите мне нормального батюшку — квартиру надо освятить. Да, сейчас. А можно всех посмотреть? Не понял… Витя, ик, а что такое анафема?

— Это значит, что ваш звонок очень важен для них, но свободных батюшек на линии пока нет.

— Да? Погоди, они сказали, что мне передадут какую-то анафему, ик.

— Так это статус лояльного клиента. Золотую карту пришлют и в следующий раз обслужат без очереди.

— Это хорошо. Но что мы сейчас будем делать? Мальчик, кстати, стоит возле чайника.

Мы уже как-то перестали бояться, и я предложил справиться своими силами.

— Давай я квартиру освящу. Тут батюшка не нужен, это любой верующий может сделать. Главное — молитву подходящую надо знать.

— А ты знаешь?

— Конечно. Давайте перельем воду в тазик, чтобы было удобней рукой окроплять.

На самом деле никаких молитв я не знал. Все мои познания начинались и заканчивались на «Отче наш, иже еси на небеси». Но очень хотелось домой и спать. Таинство началось. Я взял тазик в левую руку и двинулся вдоль стен. Правая рука ритмично погружалась в воду, а затем разбрызгивала ее по территории вверенного периметра. За мной торжественно шла девушка с крестом, иконой и горящей свечой. Я делал вид, что шепчу молитву, изредка декламируя известные строки внушительным голосом.

— Раз, два, три, четыре, пять… Отче наш! Шесть, семь, восемь, девять, десять… Иже еси на небеси!

Через пятнадцать минут круг был закончен, а остатками воды окропили фикус. Мы с Аленой вопросительно уставились на Руслана.

— А вы знаете, мне стало легче. И мальчик пропал. А еще мне спать охота.

Мы уложили его, захлопнули дверь и отправились домой.

— Ну, ты артист! — смеялась Алена. — Дай тебе рясу и кадило — и вообще от батюшки не отличишь. Что ты там за молитву читал? Не думала, что ты хоть одну знаешь.

— Да я шипел просто. Но, знаешь, главное же — результат. Видишь, как я своим тембром изгоняю нечистую силу. Смотри, если вдруг превратишься в ведьму, я тебя быстро зашепчу!

— Насмешил! Случайно избавился от несуществующего мальчика, и теперь думаешь, что сможешь справиться с настоящей нечистой силой в халате со скалкой? Наивный охотник за привидениями. Ладно, живи пока.