Жизнеописание оболтуса

Милицейская история

Эта история произошла с коллегами в те времена, когда полиция еще была милицией. Корреспондент Валера и оператор Егор работали в криминальной хронике — делали сюжеты с мест преступлений и несчастных случаев. Естественно, были знакомы с половиной милиционеров в городе и их начальством. Валера и Егор упорно и нудно упрашивали стражей порядка взять их на настоящее задержание, чтобы снять бодрый экшн-сюжет. Долгое время милиционеры отказывались: хрен его знает, как сложится ситуация, а тут еще два охламона с камерой под ногами мешаются. В какой-то момент парочка так допекла городских констеблей своими уговорами, что они решили немного проучить докучливых представителей прессы. И вот в редакции криминальной хроники раздался телефонный звонок.

— Алло, Валера. Это лейтенант Барашкин. Помнишь, ты просился на настоящее задержание? Давайте, собирайтесь с оператором. Через час за вами машина придет.

Ровно через час Валера и Егор, изобразив героические физиономии, сели в милицейский микроавтобус. Там уже разместились группа захвата и вышеупомянутый лейтенант Барашкин. Все бойцы были в бронежилетах и шлемах, а в руках сжимали автоматы.

— Поздравляю, парни! Едем на настоящее задержание! В город заехала банда террористов из Восточного Судана. Автоматы, пулеметы, гранатометы, взрывчатка — эти сволочи вооружены до зубов. Там только танка не хватает. Это будет настоящий бой! Увидите все с первого края!

Валера и Егор резко изменились в лице: героическая полуулыбка спала, а лица побледнели. Захотелось домой к маме.

— Да ладно, шучу я. Откуда у нас в городе террористы из Судана? Тем более из Восточного, — засмеялся Барашкин. — Будем брать двоих мошенников. Они берут черенки от лопат, пилят их на такие, типа, таблетки. Потом красят в оранжевый цвет и продают пенсионерам под видом целебного африканского корня. Мол, заваривайте его и пейте бульон. Черти какие, подумать только, сколько людей обманули! Кстати, некоторым помогло, но это не важно. Будем их брать. Кстати, кодовое название банды — «деревянные фармацевты».

— А нам надо бронежилеты? — опасливо спросил Валера, который никак не мог забыть террористов из Судана.

— Нет, эти гаврики не вооружены. Максимум, у них есть черенки, которые они не успели попилить. Но это не очень опасное оружие, вы просто близко к ним не подходите.

— А вы почему все в бронежилетах? Все-таки есть опасность?

— Нам по правилам положено. Не боись, если что, мы вас прикроем! Главное — хорошо снимите нашу работу. Ну вот мы и приехали. Вытрухаемся!

Они остановились на краю дачного поселка. Была поздняя осень, и горожане уже оставили свои летние резиденции, фазенды, шале и ранчо. Свет горел лишь в одном домике.

— Сидят, сволочи. Черенки пилят… Парни, берем это логово в кольцо. Так, Валера и Егор, вы будете рядом со мной.

Группа захвата разделилась и стала обтекать участок с двух сторон. Минут через десять подчиненные доложили Барашкину о готовности начать штурм. Лейтенант взял матюгальник.

— Граждане бандиты! С вами говорит командир группы захвата. Вы окружены. Сдавайтесь, иначе будете уничтожены!

— Уничтожены? Ни хрена себе, как стали за обман пенсионеров наказывать! — удивился Валера.

— Это я для острастки, — подмигнул Барашкин, — сговорчивей будут.

Внезапно что-то резко хлопнуло недалеко от журналистов. Со всех сторон начали бахать громкие выстрелы.

— Ложись! — крикнул Барашкин, пригнулся за забором и затараторил в рацию, — Осьминог, Осьминог, прием! Что там у вас?

— Ложная наводка! Как слышно? Ложная наводка! — кто-то кричал из приемника. — Фармацевтов здесь нет. Мы напоролись на банду Гоги Закавказского. Они вооружены. Есть потери среди бойцов!

— Бл******, — выдохнул Барашкин. — Это же самый озверелый убийца в стране. А банда у него — самые кровожадные упыри в мире. Что же делать? Мы не можем отступить!

Валера и Егор лежали на земле и с замиранием сердца слушали разговор. Примерно с этого момента они, фигурально выражаясь, начали откладывать кирпичи оптовыми партиями. Валера немножко ненавидел лейтенанта за то, что тот не выдал ему бронежилет и шлем, падла такая.

— Осьминог, надо держаться! — продолжал Барашкин. — С нами гражданские, надо их защитить. Да, хотя бы и ценой своей жизни. В прошлом году Гога Закавказский убил троих журналистов за то, что они про него критические статьи написали. Он же просто зверь, живодер, палач!

Валере и Егору хотелось плакать и домой. Господи, ну кто же тянул их за языки, на хрена они поехали на это задержание? Тем временем продолжались выстрелы автоматов и хлопки гранат. Шел бой.

— Осьминог, как ситуация? Какие потери?

— Погибаем, лейтенант, — послышался грустный голос. — Один патрон остался. Для себя. Гога с бандой идет в атаку. Отступайте. Сберегите гражданских, они ни в чем не виноваты.

— Может быть, правда пора отступать? У меня камера очень дорогая, и бронежилета нет, — Егор начал хныкать и дергать Барашкина за штанину.

— Конечно! Ползите к машине, а я вас прикрою! Простите парни, я виноват. Я готов погибнуть здесь. Искуплю свою вину кровью!

Валеру и Егора не нужно было просить дважды. Прижав к телам драгоценную камеру и штатив, представители СМИ на карачках поползли к машине.

— Скажите, чтобы водитель отвез вас домой! Только никому ничего не говорите, а то Гога вас найдет и убьет!

Парочка успешно доползла до автобуса.

— Шеф, гони в город!

— А как же командир и ребята? — охнул водитель.

— Они прикрывают наш отход! Приказано спасать беззащитных гражданских! Гони!

Приехав в редакцию, парни решили там же и переночевать. Ехать домой было опасно, ведь в городе уже мог быть Гога с бандой. А так — здание канала под охраной, да и недалеко милицейский опорный пункт. Все как-то надежней. От перенесенных переживаний и склонности к алкоголю Валера и Егор всю ночь не спали и просто калдырили. Ближе к утру они отрубились на редакционном диванчике.

Утром Валеру разбудил звонок. Это был Барашкин.

— Привет! Вы живые? Это хорошо. Очень за вас переживал. Как я мог не дать вам бронежилет, баран я эдакий! Ладно, парни, ситуация такая. Молчите обо всем. Гога Закавказский вчера с бандой ушел в горы. Где он сейчас — неизвестно. Может быть, вообще возле вашего канала притаился за углом. Если он узнает, что с группой захвата были журналисты, вас никто не сможет защитить.

— Но ведь такое скрыть невозможно! Вчера погибли ваши бойцы!

— Валера, не переживай. К счастью, все оказались живые. Ночью в суматохе боя ребята падали, мы думали, погибли. Но бронежилеты всех спасли. Есть не очень серьезные ранения, но это — ерунда, поправятся. Ладно, вы не бойтесь. Думаю, что Гога про вас не знает. А мы будем вас прикрывать на всякий случай.

— Хорошо, спасибо!

— Валер, ну ты это, не обижайся. Хочешь, возьмем вас с Егором на новое задержание. Дам броник, шлем, и даже с автомата постреляете!

— Благодарю, но пока Гогу с бандой не поймают, пожалуй, мы воздержимся.

Эту историю мне рассказал сам изрядно подвыпивший лейтенант Барашкин. Он был очень доволен собой и ржал, словно стадо коней. И я тоже ржал, хотя, подозреваю, что история эта, если и не придумана от начала до конца, то лейтенант ее точно безбожно приукрасил и бессовестно переврал.