Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера

Глава 16. Из огня да в полымя

Узнать, сколько стражники захотят за то, чтобы отпустить нас, мы не успели. Явился сводный братец с очень заманчивым, на его взгляд, предложением — выйти за него замуж и вернуться в поместье. Тогда он обещал отозвать обвинения против меня и Данаи. В противном случае Андерс заявил, что сделает всё, чтобы признать меня недостойной наследницей, которая покушалась на жизнь более достойного конкурента.

— Ты ведь, Айна, от меня всё равно никуда не денешься, — рассуждал он. — Добром не захочешь, так силой возьму. Да и кто мне помешает слухи распустить, что ты давно со мной сожительствуешь? И куда ты, опороченная, пойдешь? На тебя каждый пальцем показывать станет. Каково это твоему отцу узнать будет, что его дочь — блудница и гулящая девка?

И вот знаете, с чем другим я бы нашла способ, как бороться, но слухи и сплетни — от них и в двадцать первом веке спасения нет. Но замуж за него — увольте и к белым медведям пошлите. Хотя я и так сама туда уже еду…

— Допустим, — сказала осторожно, прикидывая, что обещание меня ни к чему вроде не обязывает. — Я соглашусь, и что дальше?

— Мы вернемся домой и поженимся, — сказал этот достойнейший человек и поборник нравственности. — Будешь женой мне.

— Ну не знаю, — протянула задумчиво, — а вдруг твоя мать против будет? Да и девочку надо князю доставить.

— Наймем охрану, доставят, — отмахнулся Андерс. — А матушка не будет против, это она сама придумала и мне предложила.

Ага, баронесса предложила. Ну что-то такое я и предполагала. Не смирилась, видать, тетка, что наследство баронское от нее уплывает. Поэтому замуж за ее отпрыска мне никак нельзя, после этого ни я лишнего дня не проживу, ни отец, ни брат. В последнем я была абсолютно уверена, будто сама всё это планировала, как поместье баронское к рукам прибрать. И наследничек-то хорош — на ночлег у старухи денег занимает, а тут хвост павлиний распушил, охрану нанять собирается, ну-ну.

— Не хочу ждать, — с вызовом сказала я. — Немедля замуж желаю. Подписывай бумаги, что претензий не имеешь, и прямо сейчас в храм едем. И платье хочу новое, коли вызвался женихом быть, так будь добр, обеспечь.

Парень растерялся. Не знаю, чего он ожидал, но точно не встречных требований.

— Сейчас в храм никак не получится, надо же маменькино благословение получить, домой поедем, — пытался настаивать он на своем. — Поженимся, потом уже старуху отпустят. Да и что с ней будет, посидит в кутузке недельку-другую.

— Экий ты прыткий, братец! «Посидит», — передразнила я Андерса. — Ты хоть знаешь, кто она и что за девочка с ней?

Парень помотал головой. Чудесно. Хотела сначала сказать ему, что Линнея — княжеская дочка, чтоб проникся, на кого он пасть раззявил, но потом подумала, что отец прав — лихие люди везде есть, а мы слишком легкая добыча для них. Поэтому решила зайти с другой стороны:

— Да это самая страшная колдунья Вальхейма и ее ученица, — принялась я увлеченно сочинять. — Им, чтобы проклясть кого-то, даже со скамейки вставать не надо. Разве ты ничего не заметил, когда в комнату к ней залез?

— Нет, не было ничего такого, — замялся брат. — Разве что травами пахло.

— Ну вот. Травами! Все ведь знают, что для того, чтобы свои черные дела творить и порчу насылать, ведьмы травы жгут. А ты там случайно волосок не потерял? Потому что если у ведьмы твой волос остался, то всё, считай, пропал. Думаешь, я сама добровольно от кортежа невест отстала? У меня просто иного выхода не было, кроме как с ведьмой и ее ученицей в Вальхейм отправиться. А иначе жизнь потеряла бы.

Потому что или утонула бы, или замерзла в той реке, куда меня Ванга столкнула. Но этого я говорить парню не стала, он, на мой взгляд, и так достаточно впечатлился.

— Так что пиши бумагу, что отпускаешь их и претензий не имеешь. Ну а меня коли отправил за решетку, так что ж делать, буду сидеть. Жениться на мне ты, видать, не очень-то хочешь. Впрочем, можешь ничего не делать. К ночи только постарайся подальше уехать, и каждое полнолуние в храм ночевать уходи. Ведьмы ночами в полную силу входят, а на большую луну их и расстояние не остановит. Так что бывай, братец. Мамане привет.

И я развернулась, чтобы уйти.

— Погоди, — остановил меня Андерс. — Я подпишу всё. Но ты со мной домой едешь, клянешься?

— Нет, милый братец. Не верю я твоей матушке. Только в храм и только в новом платье, — ответила я. Еще чего не хватало, в мире, где есть магия, клятвы давать.

— Тогда хоть невестой назвать тебя позволишь? — с таким отчаяньем попросил Андерс, что что-то во мне дрогнуло.

— Невестой дозволю, — согласилась я.

Хотела добавить, что только после того, как он купит мне новое платье, но парень с неожиданной прытью подскочил ко мне, схватил за руку и надел на меня браслет.

— Это чего это? — растерялась я.

— Теперь ты моя невеста. И как жених я приказываю тебе отправиться со мной! — заявил этот тип, вскинув голову и расправив плечи.

Так захотелось недалекого по голове погладить и по ней же стукнуть, что я вздохнула устало и села на место.

— И? — спросила, видя, что парень стоит и чего-то ждет.

— Ну это, пошли уже, — неуверенно сказал он, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Ты дурак, Андерс? Я под арестом вообще-то, — заметила я, не испытывая ни малейшего желания куда-то с ним идти, пока он не подпишет бумаги.

А потом сбежать мы по-любому сможем, одинокий не самый умный парень — это же не ватага разбойников.

— Но я твой жених. Я право имею. Ты должна меня слушаться, — убежденно сообщил он.

— Так иди и стражам это объясни. Я-то тут при чем, закон один для всех, — с раздражением заметила я.

“Жених” постоял еще немного и вышел. Ну и ладно. Я пожала плечами и отправилась к своим. Уточнить на всякий случай надо, имеют что-то под собой слова Андерса или он и правда просто дурак. И вообще, что-то слишком много эмоций я стала себе позволять в последнее время, надо успокоиться уже и взять себя в руки.

Стражи нас отпустили. Андерс подписал бумаги, что отозвал свою жалобу, и мы получили свободу.

Но при этом парень с чего-то решил, что он может мной командовать:

— Едем домой! — заявил он, схватив меня за руку, как только мы вышли на крыльцо участка.

Приграничный городок Ралисарм был местом интересным: он располагался на границах Делара и уже не был во владениях отца, а считался условно-независимым. Оттого публика тут собиралась самая разная — купцы, ремесленники в поисках заказов, мужчины, желающие наняться в охрану, и прочие искатели удачи. Таверна, где мы остановились, располагалась на окраине городка, а участок находился в самом его центре, рядом с торговой площадью, конторой законника и почтовой станцией. Народу тут было куда как больше, и все они с любопытством принялись присматриваться, что происходит на крыльце участка стражей. Особенно, конечно, привлекала внимание Линнея. Не каждый день увидишь, как из участка выходит ребенок за руку с бабулей, суровый страж советует им быть хорошими девочками и больше не хулиганить, а они обещают подумать об этом.

— Кхм-кхм, — прокашлялась я, намекая, что тут совсем не место для выяснения отношений. — Может быть, сначала зайдем куда-нибудь перекусить, и там и поговорим? У нас ребенок, и он голоден.

— Мне плевать, — отчего-то завелся мой сводный братец, — она ученица ведьмы, вот пусть та за ней и смотрит. Пошли уже, — он продолжал тянуть меня за руку.

“Я спокойна, я совершенно спокойна”, — внушала я себе. Зрителей прибавилось, потому что про ведьму Андерс ляпнул во весь голос, и это неожиданно вызвало оживление в толпе.

— Андерс, я никуда с тобой не пойду, — спокойно и твердо сказала я. — Я должна отвести ребенка в Вальхейм. Я обещала.

Я вырвала руку у парня и отступила к своим.

— Ты моя невеста, ты должна меня слушаться, — выкрикнул мой недалекий братец.

Но к этому времени я уже знала, что это не совсем так. Оказывается, в мире, где есть магия, рта лучше лишний раз вообще не открывать. Особенно, если там процветает шовинизм и магический домострой.

Жених тут действительно имел власть над невестой, муж над женой, а отец над дочерью. Они могли им приказывать. Но это было закреплено не законом, а магией. То есть, будь я на самом деле невестой этого дурачка, то мне было бы очень проблематично сопротивляться его требованиям. Сама магия толкала бы меня поступить так, как он хочет. Но я лишь разрешила Андерсу называть меня невестой, а не стала ей на самом деле. А потому хоть он и надел мне браслет, который я, к слову, не смогла снять, но полной власти не получил.

И видимо, парень сам понял свою ошибку, оттого и злился.

— Братец, давай мы потом выясним наши сложные взаимоотношения, не здесь и не сейчас, — снова предложила я. — У меня есть обязательства, которые мне придется выполнить, так что поехать с тобой я никак не могу.

Но и парень не желал сдаваться, и народ тоже настроился на зрелище.

— Сжечь ведьму! — выкрикнул кто-то из толпы, и Андерс тут же оживился:

— Она оскорбила наследника барона Наурас! — Завизжал брат. — На костер ее!

Ну вот, допрыгались.

— Это ложь! — заявила я, выступая вперед так, чтобы загородить собой Данаю и Лин, Фрося и так предусмотрительно спряталась куда-то им за спины. — Никто наследника барона Наурас не оскорблял, потому что он еще слишком мал и спит в своей кроватке. А я, Айна Наурас, как его сестра, подам на вас, господин Андерс Фроскейт, жалобу на клевету. Стойте тут и никуда не уходите, я сейчас вернусь со стражами!

Я схватила Данаю и Лин за руки и, пока толпа, гудя, обдумывала мои слова, буквально втащила их обратно в отделение стражей.

— Госпожа Наурас? — Дежурный удивленно приподнял бровь, увидев только что отпущенную и уже вернувшуюся компанию.

— Мой брат слишком эмоционален и теперь обвиняет меня в том, что я якобы ведьма, — улыбнувшись, “пожаловалась” я. — Даже толпу собрал, чтобы со мной расправиться. Ума не приложу, с чего он решил, что беззащитная и слабая девушка захочет управлять баронством. Господин страж, мне очень страшно. Прошу вас, помогите! — Я умоляюще прижала руки к груди, сняла мешочек с монетами и положила его перед мужчиной.

Если сначала он не понял, чего я хочу, и не собирался даже вставать с места, то, завидев мешочек, заколебался. Но выходить к толпе ему явно не хотелось.

— Я всего лишь прошу вывести меня через другой вход, — подтолкнула я мешочек к стражу так, чтобы он открылся.

Когда оттуда выпала не медяшка, а серебряный, страж утратил сомнения.

— Конечно, виконтесса. Помочь дочери славного барона Наураса — честь для меня. Пойдемте, я провожу вас.

Второй раз мы покинули участок стражей, заплатив за свободу тем, что я заработала, продавая книги. А некоторые еще сомневаются, есть ли польза от чтения бульварной литературы. Да она нам, можно сказать, жизнь спасла!