Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера

Глава 40. Что-то пошло не так

Я пыталась договориться, как цивилизованный человек. Объясняла, что его поведение деструктивно, оно будет иметь нежелательные последствия. Он криво улыбался и расстегивал штаны.

Я начала торговаться. Сказала, что у меня есть деньги и украшения, и предложила их за то, чтобы он просто дал возможность написать родне и сказать, куда всё привезти.

Он рассмеялся и опрокинул меня на лавку.

Пока он задирал мне подол, я отбивалась, но всё ещё верила, что смогу воззвать к разуму. И только когда его жадные руки коснулись моей обнаженной кожи в сугубо интимных местах, тогда только я поняла, что ничего хорошего меня не ждёт. И испугалась по-настоящему. Чтобы оттолкнуть насильника, я вложила всю силу и весь свой страх.

И неожиданно он отлетел к стене и ударился об нее. Но не сдался. Пока он сжимал кулаки и смотрел на меня волком, размышляя, как подступить снова, я одернула подол и забилась в угол:

— Не подходите, — сказала, вытянув вперед руки. Кончики пальцев все еще светились, пугая больше меня саму.

— Магичка, значит, — хмыкнул мужик. — Ну-ну, посмотрим, надолго ли тебя тут хватит.

И вышел. Очень хотелось верить, что всё закончилось, но что-то подсказывало, что это лишь затишье.

Некоторое время никого не было и я осмотрелась. Судя по всему, мы были в какой-то избушке или охотничьем домике. Стены были бревенчатые, как в доме у того странного старика, у которого я очнулась прошлый раз, потолок низкий. Еще было окно, забранное толстыми прутьями и жаровня с камнями и углями. От нее шло тепло, поэтому холодно не было, скорее душно. Хотелось выйти на улицу и я так и попыталась поступить — подошла к двери и подергала ее. Оказалось, что меня заперли.

Итак, я по своей дурости или чьему-то наущению оказалась в плену у недоговороспособных личностей, которым зачем-то нужна княжеская дочка.

И хоть похитивший меня тип чем-то походил на местных варваров — та же привычка заплетать волосы и бороду в косы, те же украшения в виде колец или бусин, то же обилие оберегов и талисманов, даже шкура на плечах присутствовала, — но я ему не верила. Северяне в своем образе варваров были органичны, а тут всё будто выставлялось напоказ. Мне, когда меня собирали в ратушу в волосы тоже много чего вплели, о об этом знала я и Даная. На виду тоже было конечно, но большая часть была скрыта. А тут не так. Не удивлюсь, если у разбойника борода приклеенная!

Но так это или нет, надо думать как выбираться. В окно не вылезть, слишком маленькое, а решетка крепкая. Входа в подпол нет, я поискала, специально обойдя мои крохотную комнатку. Вообще ничего нет, кроме топчана и небольшого грудоскорлнсенного столика, будто меня в чулане заперли.

Пока осматривалась и убеждалась, что просто так не уйти, подумала, что, блин, ну я же маг! И попыталась атаковать дверь магией. Но, увы, кончики пальцев погасли, и ничего не происходило — ни искр, ни света, ни ударной волны, на которую я так надеялась. Видимо, тот выплеск был случайным и возник из-за сильного испуга. Подумала так и принялась нагнетать себе уджасов.

Бесполезно.

От отчаяния постучала в дверь пятками и кулаками и пошла примерять себя к весу топчана.

Он оказался неподъемным, как и стол. Выломать решетку или хотя бы прут из нее я тоже не смогла, поэтому села обратно и принялась, наоборот, успокаиваться и думать о том, зачем разбойникам Линнея.

Девочка опасна, и все это знают. Да, она знает, что ей нельзя колдовать, но не думаю, что запрет остановит ее, если ей или кому-то из близких будет угрожать опасность. Тогда зачем?

Вариантов мне на ум приходило несколько. Во-первых, похищением спровоцировать князя. Дочь похищена, страж в гневе, срывается, замораживает кого-нибудь и дисквалифицирует себя как жениха и правителя. Вполне годный план для тех, кто хочет отстранить его от дел.

Второй вариант — хотят навредить Линнее, чтобы девочка призвала лед или как это у них называется и тем самым если не погубила себя, то хотя бы допустила Стужу в сердце. Но зачем? Связано ли это с тем, что все стражи собираются к щиту? И что будет, если за поиском девочки они туда не поедут? Но самое главное — что я могу сделать, чтобы предотвратить это?

Пока я думала и успокаивалась, в дверях заскрипел засов. Что ждет меня на этот раз: силовое решение или новый тур переговоров?

Интерлюдия.

— Господа Стражи, как вы и предполагали, мне поступил заказ на похищение госпожи Наурас, — Бри склонился, приветствуя князей, собравшихся в таверне.

Питейное заведение выглядело непритязательно и стояло в отдалении, и гости из Делара ее не жаловали. Несостоявшиеся невесты предпочитали тратить выделяемое им содержание в более респектабельных местах. И только посвященные знали, что тут самые толстые стены, способные выдержать любую осаду, самый глубокий погреб и самый молчаливый хозяин.

За это и ценили таверну те, кто хотел обсудить дела без лишних свидетелей. На этот раз весь зал снял Эйнар Вормус именно для встречи с протеже своего младшего брата. Финн отзывался о пареньке чуть ли не восторженно и уверял, что именно к нему обратится Силавия, чтобы устранить конкурентку. И оказался прав, Стужа его забери!

— Замечательно! — провозгласил Финн, поднимая тяжелую кружку. — Осталось выгнать главную претендентку на замужество, а остальным предложить компенсацию и, полагаю, что все девицы с радостью разойдутся по домам. Или ты кого-то решил оставить, брат?

— Воздержусь, — коротко бросил Эйнар. — Время еще есть сделать более осмысленный выбор, не вступая во все эти танцы. А пока: “Прощайте, невесты”. Бри, вы использовали артефакт для фиксации разговора?

— Разумеется, все как договаривались, — кивнул Бри. — Но есть одна проблема. Девушку похитили.

— Замечательно! Осталось дождаться, когда ставленница его Величества придет к Айне насладиться триумфом и взять ее на горячем, — сказал Финн, отпил из кружки, довольно крякнул и с грохотом опустил ее на стол. Развернулся, чтобы сказать что-то хозяину, но замер, услышав следующие слова своего помощника в теневых делах:

— И сделали это не мои люди. Мы просто не успели.

На пару секунд в таверне воцарилась тишина, только было слышно, как капает в жестяной ковш вино из неплотно закрытого крана на бочонке.

— Ничего, — сказал князь Вормус. — На девице столько артефактов в еее плаще, что мы без труда найдем ее. Надо сказать волховице, она активирует руны. Так что госпоже наурас ничего не грозит.

— Есть еще кое-что, не уверен, что вы имеете в виду что-то другое, но поделюсь наблюдением. На госпоже Наурас был не плащ, а меховая накидка-полушубок по гномской моде. И в момент похищения она как раз вышла из лавки братьев Бухбиндеров.

Князь Вормус словно заледенел лицом, ничего не сказав, а Финн вздохнул:

— А это, кажется, проблема.

Интерлюдия продолжение

— Боюсь, проблема даже чуть больше, чем вы ожидаете, князья, — Бри поклонился, положил на стол сверток и отошел на шаг, предлагая мужчинам самим взглянуть на его содержимое.

Пока Финн Сормус, прищурившись, пристально разглядывал своего протеже, Эйнар Вормус не спеша, даже с некоторой ленцой, развернул принесенное.

— Ведьмовское? — приподнял он брови. — Но откуда? И что он делает?

— Я послал людей следить за тем, куда отвезли госпожу Наурас, и велел присматривать за ней. Поэтому, если вы позволите, я изложу некоторые факты и домыслы, — вежливо сказал молодой парень.

Стражи согласились, и Бри поведал им все то, что он замечал в последнее время.

— Ни для кого не секрет, что Содружество охотно берет то, что может дать им Вальхейм: пушнину, мясо, шкуры, лес, самоцветы, и что определенная доля товаров проходит в обход официальных каналов, — начал Бри.

— Контрабанда, — вставил Финн.

— Да, и мы ее контролировали, — согласился парень. — Но в последнее время объем товара, проходящего через мои каналы, снизился. А объем продаж оружия, пороха, сетей и всего прочего, что обычно берут браконьеры, возрос.

— Браконьеры нашли другой канал сбыта и увеличили добычу? — сделал вывод Эйнар, чуть нахмурив лоб.

— Я тоже так предположил и заставил торговцев подать списки, кто что у них приобретает, — сообщил Бри.

— А что, так можно? — Удивился князь Сормус.

— Вам нет, — отрезал парень и продолжил: — Наши браконьеры брали все то же самое, что обычно. В общем, не буду вас утомлять подробностями, я начал искать, кто и через кого сбывает добытое и кто им помогает. На какое-то время все вернулось на круги своя, но с началом отбора картина опять поменялась. И вроде бы то, что в лавках стали продавать значительно больше товаров, можно было бы объяснить тем, что в Зельберге осталось много кандидаток в невесты, которые не спешат покидать наш городок. Но зачем им капканы, силки, веревки, мешки, сани и спички? А также продукты, которые можно долго хранить? В общем, я думаю, что вместе с делегацией Содружества к нам прошли браконьеры и лесорубы. И не просто прошли, но и начали свою деятельность.

— Но мы бы почувствовали чужеродную магию на своей земле, — возразил князь Сормус. — Да и ветер нашептал бы волховицам, что творится на просторах Вальхейма.

— Я тоже не мог понять, как так. Пока в мои руки не попал вот этот амулет. Теперь многое можно объяснить.

— Вы полагаете, что ведьмы помогают браконьерам? — нахмурился сильнее князь Вормус. — Но зачем им это?

— Уверен в этом. Я подходил к госпоже Данае, она подтвердила, что амулет перед вами — вещица, имеющая ведьмовское происхождение, и она блокирует магию льда.

Некоторое время мужчины молчали, изучая вещицу, рассматривая и применяя к ней чары.

— Я должен рассказать еще кое-что, — сказал со вздохом Бри. — Для того, чтобы наладить неучтенные поставки товаров в Содружество…

— Контрабанду, — поправил его Финн.

Паренек сверкнул на него глазами, но продолжил:

— …я вступил в партнерство с господином Фьюри. И он в качестве услуги попросил создать для него артефакт, защищающий от магии льда. Такой артефакт был создан и находиться сейчас у его дочери. Но, боюсь, что не только у нее.

— Ты вступил в сговор с отцом Силавии, этой гадюки? И сделал для нее артефакт? И это помимо того, что ты занимаешься контрабандой?! — принялся возмущаться молодой и горячий младший князь.

— Я занимаюсь контрабандой, чтобы подчиненные мне люди не начали убивать, грабить и насиловать! — Резко и эмоционально ответил Бри. — Как по мне, так от нее есть польза, она позволяет ввозить в Вальхейм все то, чего здесь недостает, минуя грабительские поборы. Моя ошибка лишь в том, что я не думал, что артефакт попадет в руки ведьм и они поставят похожие амулеты на поток. Я осознал свою вину, хочу исправить ошибку и потому я здесь.

Молодой князь и его протеже секунду испепеляли друг на друга прожигающими взгладами, пока не вмешался всегда холодный Эйнар:

— Успокойся, Финн. Я в курсе, что в моем княжестве много мужчин занимаются этим. Они действительно контролируют вырубку и добычу зверя, не нанося вреда, в отличие от пришлых. Теперь я понимаю, как чужакам удается заходить так глубоко внутрь княжества, ведь последних я взял практически у барьера. Хорошо, что ты нашел в себе мужество признаться в этом, Бри. Мы примем меры.

Мужчина хотел подняться, но молодой лидер криминального мира продолжил:

— Это еще не все, — мрачно сказал он, и оба князя уставились на него уже очень недобро. Но Бри это не смутило: — Даная считает, что эти штуки могут влиять на барьер. Что ведьмы сделали так, что те берут силу оттуда. Поэтому вы и не чувствуете тех, кто скрывается с их помощью.

— И как давно тебе это известно, мой дорогой друг? — с угрожающей ласковостью поинтересовался князь Сормус, сжимая под столом кулаки.

— Остынь, брат, — бросил Эйнар, беря вещицу в руки и вглядываясь в нее более внимательно.

— Сегодня узнал, — ответил Бри. — Я говорил с волховицей, когда она приехала в город со своей подопечной.

— Линнея в городе? Давно? — оба стража резко встали со своих мест, с Эйнара вмиг слетела его вечная холодность.

— Какого демона ты молчал?! — Финн схватил парнишку загрудки.

— Где моя дочь?! — потребовал ответа Эйнар, окончательно скидывая всякую расслабленность и равнодушие.