Клеймо бандита

Глава 23

*** Соня *** Месяц спустя

— Сонь, сходи, пожалуйста, в третью палату, там убрать надо, — заглядывает Нина в подсобку, в которую я уже все убрала. Ну ничего, достану.

Нина кстати хорошая, всегда с улыбкой. Это несмотря на две работы и больную бабушку. Вот бы и мне так, ко всему с позитивом относится.

— Сейчас, — киваю я и иду выполнять свою работу. Только мельком посмотрела в зеркальное отражение шкафа за которым у нас лежали медикаменты. Усмехнулась. От той Сони, что Абрамов выставил из машины месяц назад не осталось ничего.

Ни красивого каскада волос, ни шикарного макияжа, ни маникюра. Разве что еще на ногах гель держится. Но и он скоро сойдет.

Наверное мне просто комфортно в образе серой мышки. Образ роковой стервы не для меня.

А я и рада.

В конце концов та была не я.

Та была красивая шлюха, которую Абрамов хотел сплавить. А я хотела сбежать.

А в итоге все осталось как прежде. Учеба. Работа.

Я никуда не уехала и вздрагиваю от каждого шороха когда остаюсь одна.

Жду его.

Жду, что он ворвется в мою жизнь и начнет угрожать. Насиловать. Или не насиловать. Чем больше времени проходит, тем меньше я вспоминаю плохие ощущения, зато все чаще вспоминаю хорошие. Те, от которых крышу сносило. В ту ночь, когда я соглашалась на все добровольно. В ту ночь, когда все грязное отчего-то казалось правильным.

Я точно безумная, если вообще думаю об этом. Прокручиваю в своей голове снова и снова то каким порой нежным может быть Абрамов, как он умеет обжигать губами, как умеет сжимать в объятиях выбивая из меня новые и новые стоны.

Ненавижу! Сволочь! За то что заразил собой. За то что показал как это бывает...

Мне нужно было уехать. Может быть в другом месте я бы меньше думала о том, что было.

Я хотела уехать, правда!

В ту ночь я, потерянная дошла до вокзала, уже встала в очередь, чтобы взять билет. Не обращала внимания на взгляды, обращённые на меня. До сих пор не могу забыть тот образ, который на меня нацепил Захар. Мне было в нем неуютно, словно в тесном платье на пару размеров меньше.

Уже почти подошла моя очередь, когда я позвонила матери и сообщить что хочу побыть дома. О причинах я конечно упоминать не стала. Мать вдруг сообщила, что они уехали на море, а в нашем доме временно живут дочь тети Гали с семьей.

Я тогда застыла как вкопанная, не смея пошевелиться. Это было как пощечина. С размаху, выбивающая из колеи. И ладно, что мне жить негде, ладно, что в нашем доме чужие. Мама уехала... На море. Еще одна мечта детства, которую исполнили без меня. Оказывается, мама копила, чтобы свозить Раю. Оказывается, у мамы очередной мужчина. Оказывается… Я им не нужна.

Никому не нужна. Ни там. Ни здесь.

Была мысль, вложенная Элей, что нужна Абрамову, но и он выкинул меня из своей жизни как нашкодившего котенка.

Раз, и нет его в моей жизни.

Радоваться нужно, плясать до потолка.

Только вот не пляшется.

В тот раз я так и не уехала, вернулась в общежитие, получив горькое в спину «еще одна шлюха» от нашей коменды. На утро наплакавшись вдоволь, позвонила Эле.

Если она и удивилась моей просьбе вернуть меня на работу, то по голосу этого не было слышно. Наоборот, спокойно сказала, что могу выйти в любое время.

Так и работаю здесь, совмещая с учебой. В принципе довольна жизнью.

Ничего не изменилось. За месяц стало казаться, что тех событий не было. Что Абрамов никогда не появлялся в моей жизни, никогда не прижимал к себе, не признавался в своей неправильной симпатии, а я словно никогда не занималась сексом.

Либидо крепко уснуло и больше не поднимало головы. И это хорошо. Вообще все хорошо.

Хотя нет, кое — что изменилось. Я больше не отсылаю денег маме. Несмотря ни на что, я обиделась. Наверное, все могла простить, но не то, что она уехала на мои деньги на море. Хоть она и пыталась извиняться. Хотя вру. Не пыталась. Лишь сказала, что втроем все равно мы бы не потянули.

Я простила, но обида не прошла. Так что пусть теперь у мужика своего нового просит.

Я даже собой гордилась. Недолго правда, потому что чувство одиночества и ненужности скрутило меня вновь. Так и ходила приведением, наверное надеясь, что однажды совсем растворюсь в воздухе. Перестану существовать.

Зима в этом году пришла раньше. Уже в ноябре повалил снег, и я поняла, что нужно покупать что — то другое, потому что бегать до метро в одной парке, стало холодно. Не говоря уже о кроссовках, которые на ходу разваливались. Можно конечно надеть те самые туфли, в которых я вышла от Илоны, но я их сложила в шкаф, вместе с тем самым платьем. Сама не знаю, почему не выкинула. Почему каждый вечер снова и снова примеряла на себя образ той, кем не стану никогда.

Наверное могла бы стать, попроси меня Абрамов остаться только его шлюхой.

Нет, нет…

Глупости это все.

Сегодня же выкину платье.

А лучше сожгу, чтобы пеплом припорошить все те ощущения, что не дают сделать шаг вперед.

— Сонь, — и снова ставлю швабру на место. Немного раздражаюсь, потому что меня явно хочет попросить о чем-то Эля. Теперь она просит называть ее только так.

Она, как всегда красивая. Сегодня в белом костюме с юбкой в три четверти. Моя зарплата, как три четверти этого костюма.

— Еще нужно где — то убраться?

— Нет, — качает головой. — Поехали поедим. Мне одной скучно.

Я смотрю в недоумении, а потом догадываюсь. Я же не дура

— Хотите меня с Абрамовым снова свети? Не пойдет. Я не…

— Причем тут вообще Абрамов, дурочка? И зачем мне тебя с ним сводить, не преувеличивай свою значимость в его жизни. Он и думать о тебе забыл.

Как стыдно-то. Еще и чуть слово это не сказалось. А ведь давно даже не думала о нем.

— Простите, Эля, вырвалось. А зачем вам со мной есть?

Это и правда странно.

— Да предложение есть для тебя, но поесть хочется больше. Так что бросай свои швабры и пошли.

Я так и делаю. Семеню за ней на выход. Только вот по дороге прошу выбрать более бюджетное место. Но она конечно не соглашается.

— Нормально ты выглядишь. Джинсы немного виснут, тебе просто питаться лучше надо. Мужики на кости не бросаются, — затягивается она сигаретой, пока мы выезжаем с парковки на ее красивой машине. В ее жизни все красиво, но счастлива ли она. Спрашивать боюсь. — Ну а чего ты себе не купишь что — нибудь? Вроде нормально я тебе плачу?

Сама не знаю. Словно сознательно делаю себя некрасивой.

— Деньги экономлю. Зачем мне одежда? Да и мужики мне не интересны.

— Странная ты конечно. Не удивительно, что Абрамов от тебя избавился. Ты бы ему похерила все. Ты только не обижайся.

— Я рада, что он от меня избавился. Мне без секса и побоев живется намного лучше, — говорю твердо, пока мы паркуемся возле ресторана.

— Побоев? Абрамов бил тебя?

И почему всех это так удивляет, словно он бил меня одну.

— Не хочу говорить про него, Эль, так что вы хотели мне предложить? — перевожу тему, пока идем ко входу. Правда моя решительность тает как только что выпавший снег, потому что на той стороне дороги вижу черный, большой джип. Точно его. Ни с кем не спутаю. Словно колесницу дьявола пришедшего по мою душу. По делам едет или везет очередную жертву.

Торможу как вкопанная на входе, смотрю через стеклянную дверь. Он здесь случайно?

Задыхаюсь, когда он выходит из машины с несколькими парнями и направляется ко входу невысокого здания. Они настроены агрессивно, о чем-то переговариваются.

Но я смотрю только на него. На отросшую бороду, на кожаную курту и потертые джинсы, на то, как пальцы сжимают сигарету и легко выбрасывают, чтобы носком кроссовка втоптать окурок в асфальт. Парни уже поднялись по лестнице, а он застыл. Повернул голову в право, влево. А я дыхание затаила. Дико хочу чтобы понял, что я здесь. Чтобы обернулся, чтобы посмотрел. Увидел.

И словно по команде Абрамов оборачивается, но я тут же шагаю влево, чтобы спрятаться. Выглядываю спустя секунду и его уже нет. Но на моем лице сияет глупая улыбка, потому что он обернулся.

Потому что даже спустя месяц, даже на расстоянии я имею над ним толику власти.

И пусть это только фантазия, но она растекается по венам алкоголем, лаская нервные окончания, делая меня почти пьяной.

— Ты чего улыбаешься? — удивляется Эля, а я качаю головой.

— Настроение хорошее, — прячусь за меню, но вижу идеальные вскинутые брови. Кстати у меня такие же. Мне нравится какие они ровные, пусть это и не надолго. — И есть хочется.

— Даже так? — смеется она ничего не понимая. Дает знак официанту подойти. Заказывает себе салат, кофе и десерт. Я заказываю картофельные вафли с жульеном, чтобы это не значило, чай и медовик.

— Смотрю ты сегодня разошлась...

— Я заплачу сама.

— Ерунду не говори. Давай быстр скажу, пока готовят. У меня девочка увольняется на днях.

— Кто?

— Саша. Ее парень вроде как в другой город собирается, она с ним. А я терпеть не могу искать новых людей на такие ответсвенные должности.

Я даже рот приоткрываю от удивления.

— Вы хотите меня администратором поставить?

— Ну а что? В клинике ты все уже знаешь, все знают тебя. Да и учишься ты менеджера если я не ошибаюсь.

— На учителя.

— Ну не важно.

Действительно, какая разница.

— А как я смогу совмещать? Ну то есть, ничего если я буду работать не с утра?

— Клиника у нас как ты помнишь круглосуточная, так что проблем не вижу. Просто немнго перестроим график других девочек.

Вот так просто? Такая работа.... А там такая зарплата, что у меня слов нет.

— Это Абрамов? Он попросил?

— Соня, у тебя какой-то нездоровая зависимость от Абрамова. Я уже месяц не видела, не общалась. Что ты про него заладила. Если ты считаешь что не справишься...

— Я справлюсь, конечно справлюсь!

— Ну и отлично. А вот и наш ужин. А после пройдемся по магазинам. Сама знаешь, в чем у нас админы ходят.

— Только в счет зарплаты.

— Естественно. Не думаешь же ты, что я буду заниматься благотворительностью.

Я улыбнулась. Да уж. Это не про Элю. Ее скорее можно назвать жадной стервой. Но зато она честная и всегда говорит то что думает.

Когда мы уходили сытые и довольные я невольно тормознула в дверях, чтобы посмотреть через дорогу. Машины уже не было и я испытала нечто сродне разочарованияю. Хотя это и глупо. Я его забуду. Еще пару месяцев и я его забуду.

Мы с Элей приезжаем в большой торговый центр, где сразу идем покупать мне платье. Я долго не выбираю. Одно зеленое под горло и одно синее, с небольшим вырезом. Эля же набирает целый ворох и я с удовольсввием наблюдаю, как она крутится перед зеркалом.

— Вы такая красивая...

— Ну спасибо. Это все?

— Ага.

— Тогда еще нужно белье.

— У меня есть.

— Ты его зашивала сколько раз?

Так плохо зашила, что видно?

— Не красней. пошли купим пару компектов. Я и себе возьму, — подмигивает и я киваю. Ладно. С новой зарплатой пару комплкктов я могу себе позволить. Тем более Эля, словно все понимая приводит меня не в самые дорогие магазины.

Туфли я отказываюсь покупать, потому что у меня есть. Там небольшой каблук и мне в них удобно. Разносила за столько времени. Но зато я наконец купила себе кроссовки. Они идеальные. Белые. Красивые. Самые лучшие. И пока мы сидим в кафеи ждем наш заказ я их рассматриваю. Снова и снова любуясь со всех сторон под едкие комментарии Эли.

— Их ты похоже будешь носить до второго прешествия.

— Даже не сомневайся Ну смотри какие они. Мне даже кажется они блестят.

— Ага. Ну где там наш кофе.

— Соня? — слышу свое имя и поднимаю глаза. Коля? На меня мешком по голове стад наваливается. Я больше не приходила к нему в больницу. А он уже выписался. лицо еше немного опухшее, но уже выглядит здоровым. Рядом с ним женщина с короткой стрижкой, судя по всему мама. — Привет! Я думаю ты не ты.

— Привет, — поднимаюсь чтобы его обнять. Как неудобно-то... — Прости что больше не заглядывала. Тебя давно выписали? Добрый день. Это Элина, моя начальница.

— Добрый вечер, — кивнул он ей, но продолжал жадно разглядывать меня. Даже как то не по себе. — Это моя мама. Людмила Николаевна. Ничего, если мы присоединимся.

В глазах Эли любопытство, так что она явно не против. А вот мне до ужаса не удобно. И если честно — страшно. Кажется вот вот из под стола выпрыгнет Абрамов как черт из табакерки и начнет кричать, что я шлюха и изменица.

Наверное только минут десять спустя разговора ни о чем я успокаиваюсь и даже начинаю улыбаться. Он милый. И смотрит не так, словно хочет сожрать, а так, словно я ему просто нравлюсь.

— Сонь, — наклоняется ко мне Коля, когда Эля с Людмилой о чем — то начинают мило спорить. Кажется о методах лечения. Коля близко, почти руки касается, а я не чувствую ничего. Ничего похожего на ощущения от Абрамова, дажа не растоянии. — Тот урод. Он оставил тебя в покое?

А что страшно?

Дурочка. Зачем думаю об этом.

— Оставил. Ты прости, что он тебя избил. Я хотела заявление написать, но там такая история...

— Забей. Ты уже извинялась. Я хотел позвонить, то сначала боялся. Прости.

— Ну конечно боялся, он же псих.

— А я все равно приглашу тебя на свидание.

— А ты я смотрю отчаянный.

— Просто ты мне правда понравилась. И раз уж мы вот так встретились, разве это не судьба?

— На свидание точно нет, Толь. Ты меня извини, но я не самая лучшая девушка для отношений.

— А давай я сам буду это решать. Друзьями мы быть можем?

— Наверное, да. С друзьями у меня всегда была напряженка.

— Исправим, — подмигивает он и тут же отзывается на возглас раздраженной Людмилы.

— Нам уже идти нужно, Николай. У меня укол вечером и ужин.

— Да, мам. Пока Сонь. Я позвоню.

— До свидания, — величаво кивает эта женщина, окидывая меня оценивающим взглядом. Я перевожу свой на Элину, которая делает вид, что ее тошнит.

— Ну не знаю, Сонь. Он конечно ничего, но с такой свекровью будешь вечно на антидепрессантах.

Мне так смешно, что я начинаю хохотать. Вот уж забавная.

— Ну ты сказала, Эля. Какая свекровь. Я сомневаюсь, что Коля мне вообще позвонит. Он же Абрамова боится. Думаешь он рискнет снова своим здоровьем?

— А чего он тогда с тобой шушукался?

— Дань вежливости, я уверена, — говорю спокойно, а потом на пакеты киваю. Их тут не меньше двадцати. Два из них мои. — Ты мне лучше скажи, как мы это тащить будем?

— Пф... Смотри и учись, мышка.

Она встает, откиыдвает волосы назад и подходит к мужчине восточной внешности. Он одет прилично и его глаза загораются при виде приближающейся Эли. Он тут же отключает телефон и кажется готов на все, что не попросит эта женщина.

Классная она. Не смотря на все что пережила. Может быть и меня это ждет. Смирение со всем пережитым. Ведь я тоже хочу идти по жизни с высоко поднятой головой. Не смотря ни на что.