Клеймо бандита

Глава 45

*** Захар ***

— Ну что за девочки у тебя, Абрамов, ну просто прелесть, — жирная рука Сальникова шлепает по упругой заднице рыженькой девчонки в светлом кружевном лифаке.

Либо я старею, либо они становятся все моложе.

— Все для тебя, друг, — поднимаю я бокал.

— Садись, милая, потрись своей кисулей об мой жирок, — хохочет он, а девочка, послушная и явно желающая денег, делает как он говорит. — Ну так что, Абрам. Мы все порешили?

— Сейчас еще Романов придет. Обсудим, как будем проворачивать это дело.

— Не нравится мне он… Московские хрены. Наглые сволочи.

— А чего? Потому что он смог договориться с губером, а ты нет?

— Да плевать мне на его связи. Главное, чтобы дело на несколько миллиардов не завалили.

— Когда я дело заваливал? Тем более они сами просятся в руки. Этот застройщик всегда наебывал людей. Одним олухом больше, одним меньше. Хотя я понимаю твое нежелание делиться с Романовым, мутный он.

— Вот-вот, и я говорю. Извращенец, говорят. Девкам сиськи отрезает, — он щиплет девочку за сосок, а я вот люблю классные сиськи. Кстати, вон у той ничего. Ее можно купить?

Поворачиваю голову, и гнев поднимается так быстро, что я вскакиваю.

— Нет, она первый и последний день.

Встаю из-за стола и направляюсь к телке, что крутит задом на круглом подиуме.

Ладно хоть лифчик не сняла.

Кстати, двигается хорошо, тут сложно не признать. Даже член дергается, но тут же опадает, когда понимаю, что пришла эта идиотка из-за меня.

— Управляющего мне позови! — ору Марине— официантке, и она кивает, испуганная моим тоном. Убегает, а я сдергиваю Раю с подиума. Она тут же вжимается в меня.

— Понравилось, как танцую?

— Нет. Малолетки меня не возбуждают.

— Пиздеж. Сестра всего на пару лет меня старше. Ты же трахнул ее, — обнимает за шею, дергает на себя, поцеловать пытается. — Ну так трахни меня. По-родственному.

Сука, все-таки слишком близко я ее поселил.

Вижу бледного управляющего, в которого буквально кидаю Раю.

— Еще раз увижу на работе несовершеннолетнюю, вылетишь, как пробка из задницы шлюхи.

— Захар, — орет эта ненормальная. — Однажды мне исполнится восемнадцать. И моя киска все еще будет тебя ждать.

Приходит понимание, как эта краля пробралась в клуб.

Управляющий Колосов отводит взгляд, удерживая Раю возле себя. Не понимаю блядь. Ее же холили и лелеяли, почему она выросла шлюхой, готовой продавать себя за услуги. Дура.

— Что с ней делать? — Матвей рядом, собирается уйти и дать в рожу Колосову.

— Мне похуй. Главное, чтобы Соня не узнала. Не хватало, чтобы она еще защищала эту суку. И мать их. Она чем занимается?

— Да ничем особо. С мужиком каким — то зависает.

— Все, разбирайся, я пошел дела делать.

Возвращаюсь за стол, где продолжает набухиваться Сальников. Через минут двадцать появляется Романов в сопровождении сына. Я кстати ему недавно отличную девочку нашел, как раз любящую пожестче. Мы здороваемся. Он примерно моего возраста и судя по всему не очень ладит с отцом.

— Ну наконец — то мы познакомились, — здороваются Романов-старший и Сальников. Оба жирные и наглые, а главное у обоих такие связи, что иметь с ними дела очень выгодно. — Мы кстати виделись на Экономической конференции.

— Помню-помню, ваш сын выступал с докладом.

— Было такое. А можно и мне такую самочку, — пускает он слюги на девочку, и я щелкаю пальцами Колосову, что понуро трется рядом и тот кивает. Приводит брюнетку. Именно такие во вкусе Романова— старшего. Смотрю на Андрея.

— Хочешь развлечься?

— Я же женат, — напоминает он, а отец его смеется.

— А кому это когда мешало. Вон Андронов тоже женат, но я слышал, что это не влияет на его любвеобильность.

— Какая нравится? — продолжаю смотреть на Андрея, который мнется. И это странно. Я видел его с женой. Любовью там и не пахнет.

— Вон та ничего, — кивает на сцену, и я щелкаю пальцами, чтобы привели девочку после выступления. — Но может сначала дела?

— Да, для дел, телкам тут не место, — пихают они девок, и они послушно уходят в сторону комнат, где будут ждать гостей. — Кстати, а твоя супруга в курсе твоих дел?

— А причем тут моя супруга?

— Но разве это не она там, идет сюда.

Эта семейка мне сегодня решила мозг вынести.

Точно Соня. В каком — то дико блядском черном платье, больше открывающем, чем скрывающем тело. Она настроена весьма решительно, даже не улыбается. Щелкает каблуками, разгоняя толпу только одной своей энергетикой. Какого хуя она приперлась, дрянь. Ну я ей устрою.

Встаю, извиняясь, и торможу ее за локоть, где — то за пару метров от стола.

— Какого хуя ты здесь делаешь?

— Пришла провести время со своим мужем и его друзьями.

— Мы вроде как говорили, что тебе здесь нельзя появляться. Ты блядь обещала.

— Захар, — зовет Сальников. — Да дай своей супруге присесть, давно мечтаю познакомится с женщиной, покорившей твое сердце.

Он ржет, а эта сука улыбается. Зло так. С ядом. И у меня самого от злости в груди болит, но сука член стоит, как по волшебству. Пиздец ей.

— А ты обещал не трогать мою сестру, но обжимаешься с ней у всех на виду, так что с этого момента наши обещания аннулированы, — она вырывает руку и идет к столу, где изящно садится за стол. Мужики тут же похотливо осматривают ее наряд.

И кто блядь ей сказать успел?

Смотрю на Матвея. Он стоит, даже глазом не моргает. Неужели ревнует и выставляет меня подонком? Неужели между ними все таки что — то было?

Сажусь рядом, отбираю у Сони бокал и вжимаю пальцы в талию, чтобы почувствовала боль.

— Сиди тихо и не дергайся. И тогда возможно, я тебе не сломаю ноги за подобное поведение.

— Моя сестра…

— Пришла сюда работать шлюхой и хотела соблазнить меня. Я тебе камеры покажу. А сейчас заткнись, — шиплю на ухо, ощущая дурман от ее запаха. — Друзья, давайте уже к делу.

Мы обсуждаем, как обмануть людей, которые уже вложились в постройку крупного жилого комплекса на окраине Питера, а так же правительство, что собирается строить там станцию метро. Проект большой и требует работы мозга и сил. Но нет, я думаю о том, как буду трахать Соню, выбивая из нее дурь.

Она молчит, пьет сок и смотрит куда — то на танцпол, пока мы обсуждаем все детали. И потом я извиняюсь и тяну ее за собой. К охранникам. Чтобы показали записи.

Толкаю ее в кресло и показываю запись часовой давности, чтобы увидела, что вытворяла ее сестра. Она поджимает губы.

— Но я думала.

— Ты? Мне кажется, ты думать не способна. Иначе не надела бы это шлюханское платье и не приперлась бы, зная мой приказ?

Он взбрыкивает, вскакивает и с размаху бьет меня по щеке. Это видят охранники и наверное без них, я бы просто трахнул ее, но сейчас придется дать сдачи. Даю затрещину так, что она летит обратно на стул, а затем со стула.

Охранники бросаются помогать, благородные какие. Но я лишь коротко рявкаю.

— Вышли!

Они тут же покидают кабинет, а Соня поворачивает лицо с красной отметиной.

— Тебе обязательно унижать меня при своих людях! Теперь все будут знать, что ты меня бьешь!

— Думаешь, кто — то сомневается. Нечего было руки распускать.

— Ты назвал меня тупой!

— Я не так сказал.

— Какая разница, как ты сказал! — орет она, продолжая оставаться на полу, а меня так заводит что она сидит на коленях, в задранном платье, одетая в чулки, что начинаю соображать медленнее. Именно поэтому вижу ее только ночью.

Так спокойнее. Потому что мозг рядом с ней плавится. — Ты унизил меня!

— Не надо было приходить. Я предупреждал!

— Мне показали, как ты обжимаешься с моей сестрой! Которой шестнадцать еле— еле исполнилось? А трубку ты не брал! Что мне нужно было делать!

— Ждать! Ждать дома и спросить! А ты что и кому доказать хотела? То сопротивляешься и не хочешь о моих делах слушать, то рвешься в клуб и становишься соучастником. И после этого ты хочешь сказать, что не тупая!

Она кусает пухлые губы и меня уже ведет. Тупая. Глупая. Обидчивая. Но моя. Моя глупая ревнивая девочка.

— А тебя что больше обидело, Сонь. Что я обжимаюсь с твоей сестрой или, что я вообще с кем — то, кроме тебя, обжимался?

— Да какая разница!?

— А кто тебе видео прислал? — сажусь на корточки и беру ее лицо в плен пальцев, щеки сжимаю, она хочет вырваться, но я только сильнее давлю. Как мне нравится этот ее взгляд. Страх смешанный с возбуждением. Ни с чем не сравнить. — Матвеюшка? Хочет, чтобы ты поскорее в руки его перешла?

— Ты больной? — бьет она меня в грудь, а я ее за руку хватаю. — Не скажу! Откуда я знаю, может ты с ней то же самое, что с Катей сделаешь?