Костя

Глава 11

В следующие несколько дней, в перерывах между тренировками с Аней, я собирал команду из тех людей, которых Михаил назвал неудачниками. Конечно, я проверил их сам и убедился, что он был прав. Эти люди некомпетентны. Они слабые звенья. С ними все равно нужно было разобраться, так почему бы не извлечь из их смерти хоть какую-то пользу.

Диего, следуя плану, который я предложил Клаудио, тоже набрал собственную расходную команду.

Также у меня есть информатор, который сливает информацию чеченцам. Последние несколько дней он агитировал их против нас, говоря, что русские оскорбляют их мужское достоинство и насмехаются над их лидерами. В конце концов, он сообщил им, что мы собираемся осуществить доставку партии оружия на небольшой склад за пределами города, а у покупателей будут с собой мешки с наличными.

Продажа оружия прошла в точном соответствии с планом. Мы с Диего отправили свои отряды пушечного мяса. В итоге я подчинился приказу отчима, отправив только восемьдесят автоматов вместо ста. Однако это не стало проблемой, потому что чеченцы ворвались на склад с оружием наперевес, убив и моих людей, и людей Диего, а затем скрывшись с оружием и деньгами.

Отчим взбешен. На какое-то время он забыл о своей вендетте Джоуи Эспозито, и они объединились против общего врага. Именно на это мы с Диего и рассчитывали. Чеченцы здесь не так сильны, и если уж начинать войну, я бы предпочел воевать с ними.

Экстренное собрание проводится сегодня в ресторане в Уикер-парке. Им владеет бизнесмен, который отмывает деньги для обеих наших организаций; это место считается нейтральной территорией.

Я оставил Александра и еще нескольких парней дома охранять девушек и взял с собой Михаила и уличного солдата по имени Леонид. Леонид хороший человек. Он живет в небольшом коттедже на участке, где я всегда размещаю около дюжины парней, чтобы они могли постоянно патрулировать территорию. Леонида я также лично привел в Братву. Замечаю, что эти люди особенно преданы мне, и это может спасти мне жизнь, если дела с отчимом пойдут совсем плохо.

Перед входом в зал для переговоров нас обыскивают. Все должны пройти через сканер и сдать оружие и мобильники.

Джоуи Эспозито и Тиберио уже здесь. Обоим под семьдесят, оба обрюзгли от долгих лет праздной жизни и от того, что позволяли подчиненным выполнять всю грязную работу за них. Они сидят, как толстые жабы в костюмах. Джоуи кивает мне, когда я занимаю место за столом. Леонид и Михаил стоят у стены с Кармело, Рокко и другими телохранителями итальянцев.

С тех пор, как началась вся эта вражда между Джоуи и отчимом, я поручил своим людям собрать на него компромат. Ищу слабые места, способ его уничтожить. Он трахает несовершеннолетних шлюх, изменяет жене, умирающей от рака, но это не то, что может настроить против него остальных членов Совета.

Поэтому я начал копать глубже. И когда коснулись его семьи на родине, столкнулись с информационной черной дырой, что довольно необычно, потому что большинство мужчин из Совета очень гордятся своей родословной.

Конечно, его ближайшие родственники были убиты давным-давно, еще когда он был подростком. Пятьдесят лет назад, на Сицилии разразилась война между его семьей и конкурирующим мафиозным кланом. Джоуи отправили в Америку при весьма туманных обстоятельствах. Одни утверждают, что это было сделано для его защиты. Другие же говорят, что семья с позором сослала Джоуи в Америку, но это было так давно, что никто не помнит почему. А может, просто боятся признаться.

Пока Джоуи находился в Чикаго, его ближайших родственников уничтожили, и он улетел домой на Сицилию, чтобы отомстить. Быстро и методично убил каждого взрослого члена клана, который участвовал в расправе над его собственной семьей, а затем покинул страну, заявив, что ему невыносимо жить с таким количеством горьких воспоминаний.

С тех пор он ни разу не возвращался на Сицилию, даже навестить дальних родственников. Все настолько странно, что я отправил туда пару своих лучших людей, чтобы навести справки, не привлекая внимания.

Клянусь, что докопаюсь до сути, и, возможно, это то, что смогу использовать против него. Но сейчас, устраиваясь поудобнее, я одариваю его своей самой приятной улыбкой.

Отчим присутствует заочно — по видеосвязи, наблюдая за нами с экрана на стене.

Приветствия кратки и сухи.

— Мы должны ответить, и ответить максимально жестко, — говорит отчим, его лицо багровеет от гнева.

— Согласен. Но полиция уже в курсе. Кто-то сообщил о перестрелке на складе, и они прибыли раньше нашей бригады по зачистке, — уныло произносит Тиберио.

Подозреваю, это дело рук Диего. У него много своих людей в полицейском управлении. Нам на руку, что полиция занимается этим делом, следя за каждым нашим шагом. Это означает, что у нас нет абсолютно никакой возможности объявить кому-либо тотальную войну. Ни друг другу, ни даже чеченцам. Совет Пяти и Старейшины не допустят эскалации, которая может привести к потенциальной гибели мирных жителей. Такие вещи сразу попадают в заголовки новостей, после чего следуют суровые репрессии.

— У меня есть человек, который может выйти на чеченцев, — говорю я. Это тот самый информатор, который сообщил им о продаже оружия, но никто, кроме меня и Александра, этого не знает. — По моим данным, за убийство наших людей ответственен Хасан. Он доверяет моему человеку, и тот сможет подобраться достаточно близко, чтобы убрать Хасана, и таким образом передать сообщение. Правда, это дорого обойдется. После того, как все будет сделано, мне придется обеспечить его новыми документами и заплатить кругленькую сумму, чтобы он мог уехать из страны.

— Я даю добро, — говорит отчим, — сделай это как можно скорее.

— Это моя территория. Любые акты возмездия должны согласовываться со мной, — перебивает Джоуи, и Тиберио тут же кивает в знак согласия. Его верная марионетка. Отчим мгновенно становится красным как рак, он втягивает воздух, готовый взорваться от ярости. И вот мы снова на грани войны.

— Как мы дадим понять, что итальянцы тоже причастны? — быстро спрашиваю я, пока отчим не начал орать. — Потому что чеченцы должны усвоить, что нельзя связываться ни с кем из нас. Как вы знаете, я сторонник обезглавливания — для пущего эффекта. Но, если Хасану отрежут голову, станет очевидно, что приказ отдал я. Но что, если мы также засунем ему в рот канноли, а голову оставим на обеденном столе? Продемонстрируем, что действовали вместе.

— Канноли, — ухмыляется Джоуи Эспозито. — Мне нравится. Обложи голову профитролями, и договорились. Я заплачу половину вознаграждения за убийство.

Отчим энергично кивает.

— Чертовски верно. Мы оставим для них действительно красивую композицию, — говорит он, будто это была его идея. И на данный момент напряжение спало.

Но Диего хмурится, его челюсть напряжена, и я знаю, о чем он думает. Мы больше не можем их сдерживать. И, во что бы то ни встало, должны найти способ справиться с этими людьми.

— Все будет сделано завтра к ночи, — уверяю отчима.

Вскоре после этого мы с парнями уезжаем, и я спешу домой. Потребность увидеть Аню, побыть с ней, всепоглощающа. И эта проблема тревожит меня даже больше, чем стычка между отчимом и Джоуи Эспозито.