Маленькая хозяйка замка Шгрив

Глава 7

Темный переход в эту ночь был освещен одним единственным факелом, отбрасывающим блики на стены далеко по обе стороны от себя. Если бы в это время сюда кто-нибудь забрел, то обязательно наткнулся бы на две подозрительные фигуры, тихо о чем-то переговаривающиеся...

- Ну, хоть пять капель, Том, никто не узнает!

- Не могу.

- Пожалуйста...

- Да пойми ты, если прознает учитель, он с меня три шкуры сдерет!

- А ты разбавь чем-нибудь... Ой, да что я тебя учу! Томас, миленький, ну очень надо.

Девушка протянула мальчишке маленький флакончик.

Даже прижатый к стенке твердой рукой Томас Хейли колебался.

- А что мне за это будет? - хитро сощурился прохиндей.

Служанка растерялась, глядя на щуплого помощника лекаря. В чем только душа держится? Не то, что руку на него положить - дыхнуть в его сторону страшно. Сдует.

- А что ты хочешь?

- Поцелуй! - юнец злодейски ухмыльнулся.

Горничная удивленно хлопнула ресницами, а потом, решительно взяв вымогателя за грудки, приподняла его над полом и, притянув к себе, смачно поцеловала в губы.

- Теперь нальешь валерьянки? - строго спросила она обалдевшего Тома, слегка встряхнув его.

- Еще!.. - осоловело прошептал малолетний шантажист и свел глаза к переносице, перед которой появился внушительный кулак Матильды.

Обреченно вздохнув, протянул руку:

- Давай склянку.

***

Легкие снежинки приятно касались кожи, а в свете фонарей вечер казался просто чудесным. На территории замкового парка располагался небольшой пруд, который сегодня с самого утра расчистили и приготовили для желающих покататься на коньках. Замерзший водоем освещался факелами на высоких шестах, установленных по всему периметру на берегу. И в свете огней лед мерцал и искрился красными всполохами, придающими ему вид необычный и пугающий.

Юлия спешила по утоптанной дорожке, ведомая взрывами смеха и музыкой, что лилась из "ниоткуда", благодаря чудесной магии графа Рафаэля Бурже.

Рядом с катком находился небольшой шатер, где был накрыт стол с напитками, крепким вином и горячим глинтвейном. И гости, скорее всего, уже получившие свою порцию синяков после падения на скользком льду, столпились там, попеременно выкрикивая тосты. Лия устремилась к собравшимся, привлеченная их весельем. Тепло поздоровалась с леди Антор, проигнорировала язвительное замечание графа Бероуза о том, не легко ли она одета, перемигнулась с Оноре и бросила раздраженный взгляд в сторону мага, слишком пристально разглядывающего ее.

Настроение начало стремительно падать.

Всё понимающая Августа, вручив Лие какой-то напиток и канапе, предложила прогуляться вокруг пруда и "полюбоваться видами ночного сада".

Леди неторопливо шли по тропинке, стряхивая снег, маленькими шапочками осевший на ветвях кустов и низких деревьев, растущих вдоль всего их пути. Графиня Антор делилась своими воспоминаниями о столичных увеселениях в бытность старого короля и зимними дворцовыми забавами, как вдруг со стороны катка раздался хлопок, затем леденящий душу треск и крик или, сказать вернее, громкий писк, переходящий в жалобное поскуливание.

Юлия бросилась к замерзшему пруду и с удивлением и страхом увидела, как на самой середине, казалось бы, насквозь промерзшего водоема образовалась полынья, в которой трепыхалась Аника — "Хвостики"!

Не медля ни секунды, герцогиня сорвалась с места и, не думая об осторожности, кинулась девчонке на выручку. Ноги путались в юбке, скользили, разъезжались. Неуклюже взмахнув руками, девушка остановилась, выравнивая равновесие, а потом, упав на коленки, быстро поползла к перепуганному насмерть ребенку, барахтающемуся в ледяной воде.

— Держись, держись, маленькая!

Лия не слышала, как ахнула сзади графиня, как гости, увидевшие хозяйку замка, бегущую по льду в сторону полыньи, бросились на помощь. Не заметила герцогиня, как кричали, чтобы Юлия даже не смела ступать на оказавшийся таким коварным лед…

Рукавички полетели в разные стороны. Лия только успела заметить, как что-то тяжелое ярко блеснуло, поймав свет Эута в полете, и плюхнулось в воду.

— Лови, Аника!

Упав на живот перед ледяным провалом, девушка сдернула с себя длинный шарф и кинула один его конец девочке, судорожно цеплявшейся пальчиками за крошащийся ледяной край.

Когда подоспели мужчины? Когда успели бросить большую толстую доску, по которой легко пробежался виконт Оноре де Катис и вытащил за шкирку девочку, с которой потоком лила вода? Кто подхватил саму Юлию, чуть не примерзшую к этому льду, и отнес ее в замок, где кудахтающая Матильда едва не вырвала герцогиню из рук спасителя? Сознание леди Эррол от этого отрешилось. Ее бил нервный озноб, в голове шумело, а перед глазами все стояли глаза Аники, в которых плескались паника и ужас.

Горячая ванна и грелка в постели, молоко с медом — все это Юлия воспринимала как-то отстраненно, словно это случилось вовсе не с ней. И сон сопровождался кошмарными видениями: она опять видела маленькую девочку, которая пыталась уцепиться за шарфик своими побелевшими пальчиками…

— Ваша светлость! Ваша светлость! — Вирош Данкин мчался навстречу герцогу Эрролу, только что въехавшему на территорию замка, и это выглядело странно. Дункан устал, поездка его просто вымотала, а еще и непогода, что застала в пути. Но вид взъерошенного секретаря, чья зимняя куртка оказалась застегнутой только на среднюю пуговицу…

— Что случилось, Вирош? Гости все съели и выпили? Или перестреляли друг друга на радость дамам? — неудачная шутка, но измотанному тяжелой дорогой мужчине было не до политесов.

— Милорд, Ваша жена, она, она… — секретарь сглотнул и, осознав, что все-таки на улице зима, а не жаркое лето, да к тому же еще и холодно, начал спешно перебирать пуговицы трясущимися пальцами.

— Что с Юлией? — воскликнул герцог, позабыв про усталость, что только недавно косила его с ног.

— Герцогиня едва не утонула, но все обошлось, — лепетал секретарь, ловя поводья, брошенные ему Дунканом, и провожая взглядом спину хозяина, взбегающего, прихрамывая, по ступеням и исчезающего в недрах собственного замка.

— Герцог Эррол, — послышался незнакомый голос, и лорд обернулся. Сухонький старичок в синем костюмчике из дорогой, но поношенной ткани сидел на стульчике при входе. И казалось, что он практически не занимает места, настолько незначительным смотрелся этот человек.

— С кем имею честь? — нахмурился его светлость, в то время как мыслями он уже вбегал в покои к жене.

— Глава агентства по расследованию преступлений департамента правопорядка Вениамин Дринк, — старичок проворно спрыгнул со стула и быстро приблизился к герцогу.

— Зачем вы здесь? — спросил лорд, не понимая, что забыл тут этот человек.

— Вы не знаете? — очень убедительно удивился чиновник.

— Сомневаюсь, что вы просто заехали нанести визит вежливости, — отозвался Эррол, вновь начиная нервничать. — И все же, господин Дринк, цель вашего здесь появления?

— Как? Вам не доложили, что герцогиня едва не погибла?

— Доложили, но при чем тут вы?

— А вот это мы выясним, потому как такое происшествие, случись оно с кухаркой или даже, скажем, с горничной — всего лишь досадная неприятность… — следователь достал из нагрудного кармашка пенсне и нацепил на нос. — А вот герцогиня, едва не утопшая, уже получается нехорошая картинка!

— Вы считаете, что…

— Еще как! — указательный палец Дринка взмыл вверх. — Ничего просто так не бывает. Даже курица яйцо не снесет, если не захочет, а тут герцогиня! На льду! Мне нужно, с вашего позволения, осмотреть место происшествия.

— Поступайте, как считаете нужным, господин Дринк. Мои слуги в вашем распоряжении. Они предоставят все, что понадобится, — устало произнес герцог и поспешил к жене.

— Вот и славненько, — обрадовано потер руки агент. — Милейший, как вас там?

— Вирош, господин, — отозвался секретарь.

— За мной, любезнейший!

"Юля, девочка моя…" — стучало у него в голове, пока лорд Эррол добирался до спальни супруги, на ходу выслушивая обо всем, что произошло, от едва поспевающих за ним слуг.

— Как она? — шепотом спросил герцог у лекаря, стоявшего у столика, заставленного баночками-скляночками с микстурами-зельями, а взгляд безошибочно нашел в пышных атласах постельного белья жену. Разметавшиеся по подушке локоны, тихое дыхание — она сейчас казалась ему такой маленькой и беззащитной. Такой ранимой и нежной. Такой отважной…

"Выздоровеет — всыплю!" — тут же подумалось герцогу.

— Плохо, лорд Дункан. У вашей жены нервное истощение плюс недоедание. Горничная сказала, что у её светлости в последние дни был плохой аппетит. Ну и добавьте ко всему этому стресс! — увидев, как хозяин замка в недоумении уставился на него, лекарь быстро успокоил, — Вы не волнуйтесь, ничего, что может угрожать жизни герцогини, нет. Покой и хорошее питание быстро поставят ее светлость на ноги. Я дал миледи общеукрепляющее и несколько капель сонного зелья. Ни в какую не хотела засыпать, все рвалась к спасенной малышке!

— Благодарю вас, Кален, — с облегчением вздохнул Эррол и тяжело опустился в кресло, приставленное к кровати, потирая больной сустав.

— Что с вашим коленом?

На этот вопрос герцог только отмахнулся. Не до того сейчас, как-нибудь переживет. Но замковый лекарь оставлять неприятную тему не спешил.

— Я так понимаю, травма десятилетней давности дает о себе знать? Я сегодня оставлю вас в покое, но завтра с утра ждите меня у себя. И никаких возражений. Вашей супруге вы нужны на двух ногах.

После ухода сурового врачевателя в комнату тихо вошла Матильда.

— Хозяин, — позвала шепотом. — Там маг, граф Бурже, просится к вам, поговорить ему надо.

— Скажи, все до завтра. Сегодня я хочу дождаться, когда Юлия проснется, — упрямо ответил Дункан и отвернулся.

Как его смелый воробушек не побоялась кинуться навстречу опасности, спасая дворовую девочку? Как когда-то вернулась к нему, не оставила своего мужа один на один с диким вепрем. Дункан держал жену за руку, передавая ей свое тепло и ласково перебирая расслабленные пальчики.

— Ваша светлость, простите за вторжение… — низкий голос за спиной мог принадлежать только наглецу-магу. Тому, кто позволил себе беспардонно вломиться в покои герцогини! — Я понимаю ваши переживания, но это срочно. Касается произошедшего с леди Юлией.

Дункан бросил уничижительный взгляд на молодого мужчину, поднялся и, выходя из спальни, кивнул горничной:

— Останься с госпожой, я скоро вернусь.

Девушка мышью скользнула в кресло, схватила свое вязание, и тихий монотонный стук спиц так и доносился герцогу в спину, пока лорд не прикрыл за собой дверь.

— Вы поймите, я никогда бы не…

— Я тебя слушаю, — резко перебил Эррол, устало сел за стол, пытливо изучая мага, стоящего перед ним. Высокий, холеный, красивый, опасный. Для молодых леди в первую очередь.

— Лед… Он провалился не сам.

— Что? — ошарашенно прошептал герцог. — Рассказывай!

— Я был там и могу с уверенностью сказать, что без магического вмешательства в этом деле не обошлось.

— А поподробнее?

— Пока точно не могу ничего сказать, кроме того, что это что-то странное и пугающее, а еще — неестественное.

— Я только понял, что ничего не понял, — в раздражении Эррол откинулся на спинку кресла. — Подождем агента, что он скажет.

— Здесь сыскари? — маг выглядел обескураженным. — Кто их вызвал? Зачем?

— А что ты хотел? Моя жена "не горничная и не кухарка", — передразнил Дункан чиновника. — Расследование подобных случаев даже не во власти местных сыщиков. Все на уровне императора… — вздохнув, герцог поднялся с места. — Вирош вызвал. И правильно сделал.

— Правильно, — как-то растерянно согласился Бурже, глядя в одну точку. И вместе с герцогом, не сговариваясь, подошел к окну, из которого, несмотря на сумерки, хорошо было видно парк и мелкого сухонького мужчину, ползающего на коленях по льду. Сыщик часто наклонял голову к самой поверхности, что-то колупал ногтем и как будто принюхивался. А секретарь Вирош в ярко-красных вязаных гетрах всюду следовал за ним с саквояжем, иной раз перегибаясь через агента, как журавль, чтобы переброситься репликой или подать тому какой-нибудь предмет из сака.

Эрролл и Бероуз наблюдали за этой картиной пять минут, десять, пятнадцать… Вирош вместо обычной походки перешел на танцевальную, попеременно похлопывая себя то по бокам, то по коленям, и каждый раз непременно притопывая ногами.

— Секретарь ваш прям оригинал, — хмыкнул Рафаэль, намекая на нестандартную одежду Данкина. — Может, им помочь?

— Если только фонарь подержать. Темнеет, — буркнул герцог и тут же спохватился, — непременно займись этим. Я к жене. Если понадоблюсь — пошли за мной!

В холле первого этажа засияла арка портала, из которой вышел высокий рыжий молодой мужчина в мантии и с маленьким чемоданчиком в руках. Остановился, рассеянно оглядываясь. Дворецкий бросился к вновь прибывшему и с поклоном спросил о цели визита. Не замок, а проходной двор!

— Милейший, где я могу увидеть господина Вениамина Дринка? Он прибыл сюда двумя часами ранее.

— А, так в парке они. На катке. Прикажете проводить?

Ползающих по снегу стало на одного человека больше. И если агент Дринк, протирая колени, обследовал лед вокруг проруби, то прибывший специалист по особо важным магическим делам Михельсен (как будто одного дознавателя мало!) медленно передвигался по краю замерзшего пруда, тоже иногда опускаясь на колени и ковыряя маленькой лопаткой, изъятой из чемоданчика, снежную бровку.

Через два часа, когда уже совсем стемнело, вся эта департаментская компания, включая Бурже, предстала перед герцогом Эрролом.

— Господа, я понимаю, что есть определенные критерии секретности, но настоятельно прошу вас ничего не скрывать. Я имею на это право, господин Дринк? Как супруг леди Эррол.

— Несомненно, — отозвался чиновник, продолжая обмерять рулеткой вещи Лии, зачем-то принесенные в кабинет герцога, а потом вписывая цифры в блокнотик со словами: "Все для следствия. Исключительно!". Особенно не понравился Дункану момент, когда сухонький старикан измерил линию груди, пусть бы даже и на шубейке. И кто бы объяснил лорду, зачем это надо?

— Обследовав место происшествия, мы пришли к выводу, что это спланированная диверсия, — подал голос Михельсен.

— Вы уже имеете подозреваемых? Не тяните!

— Не спешите. На льду остались кристаллы арганской соли. Не буду напоминать, что это такое, с ее свойствами все хорошо знакомы.

На Эррола бросили многозначительный взгляд. Его светлость равнодушно пожал плечами. Арганскую соль незаконно использовали некоторые промышленники для усиления взрывчатых веществ при разработке и добыче различных полезных ископаемых. И герцог искренне не понимал, а причём здесь он? Свои алмазы он "добывал" без использования запретных средств, пользуясь услугами магов. Да, затратно, но законно.

Видя скепсис на лице хозяина замка, главный поморщился.

— Оставьте, лорд Дункан, мы не за просто так зарабатываем "звезды" на колпаки. Ввоз этого минерала в нашем королевстве находится под строжайшим запретом. А значит, кто-то приобрел контрабандный товар и притащил его сюда. В ваш замок. Чтобы использовать против вас или же ваших близких. Я только одного не мог понять — почему девочка? Пока не зашел к ней. Опекун пострадавшей сушил вещи, некоторые удивительно отличного качества для простолюдинки. Оказалось, что это герцогиня пожаловала малышке свою одежду. — Дринк, оставив, наконец, в покое шубку герцогини, произнес, чуть ли не по слогам. — И на ней остались следы этой дряни!

— Девочка оказалась одетой в вещи Юлии? Значит, она приняла удар на себя?!

— Я тоже так считаю, ваша светлость. Ребенок выходит на лед, поскальзывается, падает… Возможно, даже проехалась немного попой… Происходит трение с поверхностью — и вот вам маленький взрыв и небольшая полынья. Удивительно, как при этом девочка осталась жива, лишь одежда в нескольких местах подпалилась. Кто приводит в порядок гардероб госпожи? — вдруг задал он неожиданный вопрос.

— Ее горничная. Но это верный человек, можете не сомневаться.

— Вам виднее. Один ваш секретарь чего стоит. Надо же, не упустил из вида информацию о хлопке, услышанном вашими гостями, и забил тревогу… Не боитесь, что переманят? Впрочем, такая преданность господину не предполагает измен. И мой вам совет, — как-то рассеянно продолжил агент, — ищите среди своих приближенных… Даже затрудняюсь предположить, когда именно подобное было подброшено. — Рулетка полетела в раскрытый саквояж. — На всякий случай Михельсен накидал на лед заклятий, нейтрализующих опасность. Будем искать. — Мужчина выглядел виноватым, несмотря на то, что он сделал даже больше, чем можно было предположить вначале.

— Спасибо, — поблагодарил герцог магов и, поручив секретарю позаботиться о гостях, отправился в комнату супруги.

Ночные звезды благосклонно освещали снежные равнины, но сейчас эта красота вовсе не интересовала Дункана, сидевшего в кресле около кровати своей маленькой жены. Надо же, какая она все-таки смелая и решительная, его Лия! Броситься на помощь чужому ребенку, пытаться спасти его! А ведь получается, если верить словам чинуши, эта Аника спасла его ангела. Герцог мысленно сделал себе пометку отблагодарить истопника, а там уж пусть покупают, что хотят.

— Милая моя девочка, — прошептал он и коснулся губами худенькой ладошки. — Как же я скучал по тебе!

***

— Куда спешит моя супруга в такую рань? Вижу, ты себя уже прекрасно чувствуешь. Этот здоровый румянец на щечках, улыбка… Я рад, что ты прислушалась к наставлениям Калена.

Выходя из своих покоев, Юлия буквально упала в объятия мужа и зарделась уже по-настоящему. И пора бы привыкнуть к этому, но нет — снова и снова кровь приливает к щекам, а от комплиментов мужа хочется потупить взор и как девчонке ковырнуть носком туфельки пол.

— Мой лорд, вы слишком добры ко мне, — Лия подала мужчине руку, с трепетом в сердце ощутив, как Дункан перецеловал каждый пальчик, не отрывая от нее своего взгляда.

Вот зачем он это делает?

— Какие планы на сегодня у моей супруги? — поинтересовался герцог, все еще не решаясь отпустить руку жены.

— Инспекция погребов… подсчет серебра… отчет управляющего… прошения крестьян… — скучным монотонным голосом начала перечислять молодая леди. Еще и глаза закатила.

— Остановись, остановись, — Эррол сурово посмотрел на супругу. — Какие отчеты, какие крестьяне? Никаких погребов и сереб… — и, увидев на лице девушки лукавую улыбку, осекся. — Я так и думал! Мой ангел изволит шутить? Твое хорошее настроение греет мне душу, дорогая. Как там твоя подопечная?

— Так мило, что вы спросили! Хорошо. Девочку будто оберегает кто-то сверху. В это сложно поверить, но у нее даже насморка нет! Вчера уже гоняла свою козу по двору, представляете?! Рогатая вредина стащила вилок капусты из корзины, оставленной перед кухней, так они потом вместе прятались от Норы в дровяном сарае…

За шутливым разговором супруги дошли до парадной лестницы, где встретили Вироша, поднимавшегося навстречу с серебряным подносом.

— Ваша светлость, корреспонденция. Только прибыла. Отнести в кабинет?

— Что тут у нас? От кого? — произнес нахмуренный герцог, "размазывая" конверты по подносу.

Юлия следила за действиями мужа. Сейчас Дункан мельком, как бывало раньше, взглянет на письма, а потом возьмет жену под руку, и они выйдут вместе на улицу, чтобы прогуляться по заснеженным аллеям, почувствовать, как задорно скрипит снег под подошвой сапог… Внезапно рука мужа замерла над одним бумажным прямоугольником — особым, перевязанным красной ленточкой, а спустя секунду лорд небрежно перемешал его с ворохом других писем, как будто бы ничего особого и не произошло. Но герцогиня точно видела тот напряженный взгляд в свою сторону, и сосредоточенное выражение лица, что нацепил на себя муж после касания к этому растреклятому конверту.

И духами так запахло приторно — жасмин, но в таком безмерном количестве!

Женщина?!