Мексиканский для начинающих

Естественный отбор

Так и отправились по картонному маршруту — Гаврила Первый, потрясенный килограммами, вообще переполненный Васька и молчаливая Хозефина с временно запеленатым Гаврилой Вторым.

Свернув за отмеченный угол, они наткнулись на шеренгу удлиненных кожаных купальников. Было тихо и серьезно. Будто на тактических учениях отряда по борьбе с сексуальным терроризмом.

— За тот ли угол мы свернули? — оробел Васька.

— Выбирайте, господин! Девок много — ты один, — выдал вдруг Гаврила. — Это мой первый поэтический опыт на русском языке.

Опыт ободряет. И Васька отправился вдоль шеренги, покачивая головою, вроде бы принимая достойный в целом парад. Но оруженосца, лучшего из лучших, выбирать тяжело. На что в первую очередь глядеть? Глаза, губы или нос? Грудь или попа? Лодыжки или бедра? Подробности сбивали, уводили в сторону от сути.

«Вот Шурочка, — вспомнил Васька, — глядит на уши. Странно, конечно, но определенно. Была бы здесь, не раздумывал!»

— Знаешь, Гаврила, — осенило его. — Скажи им, Гаврила, — кто хочет со мной, шаг вперед!

Без задержки, как в хорошем старом фильме, когда политрук вызывал добровольцев, дамы шагнули единым строем.

«Не может быть, — подумал Васька, — чтоб все одинаково».

— Скажи им, Гаврила, — кто очень-очень — вперед!

И вновь черные купальники придвинулись. Лишь одна девушка осталась на месте. Потупилась и готова была разрыдаться.

— В чем дело? — спросил Васька. — Почему отказники?

— Не обращай внимания, — сказал Гаврила, укачивая Гаврилу Второго. — Это моя Хозя. Стесняется.

Васька махнул рукой:

— Пускай посчитаются. Шишел-мышел — и так далее! Есть на испанском считалки?

Дамы сбились в кружок, и Гаврила, тыча пальцем, бормотал заунывно — эники-беники-веники!

Над океаном, кажется, занимался рассвет, а считалка не кончалась. Пару раз Гаврила сбивался и начинал сызнова. Наконец, подвел к Ваське покорную Хозефину:

— Так распорядились боги! Можешь быть спокоен — проверена и обучена. Двадцать долларов, со скидкой.

— Прости, Гаврила, — это невозможно! Спасибо за все — до завтра в гольф-клубе! — И Васька потащил из распадающегося круга, как билет на экзаменах, первое, что подвернулось. И, едва ухватив, понял, что он счастливый. Именно такая мамзель мерещилась весь вечер!

У нее были глаза, нос, губы, грудь, попа, бедра и лодыжки. Словом, было все, включая легкое имя мамзели — Адель.

Об руку они вошли в тихий отель под вывеской «Гараж». Улыбнувшись привратнику, Адель повлекла Ваську по устланной ковром лестнице к маленькой двери, отворила своим ключом грациозно, как шкатулку с драгоценностями, и включила свет.