Мне тебя подарили

Глава 34

Злат (Злой)

Просто счастье какое-то, что от больницы до моего дома ехать не больше двадцати минут. На внутреннюю парковку заезжаю уже на каком-то автопилоте. Хоть спички в глаза вставляй. Паркуюсь, широко зеваю и глушу двигатель.

— Приехали, — поворачиваюсь к Славе, чтобы убедиться, что она не спит.

Женушка молча открывает дверь и выходит из машины. Я, следом за ней.

Поднимаемся на лифте на двадцать третий этаж. Выходим, и Златослава удивленно смотрит на единственную дверь на площадке.

— Весь этаж мой. Не люблю соседей, — устало бросаю и открываю дверь.

Неужели, я хотя бы несколько часов смогу поспать. Энергия практически равна нулю. Скидываю кроссовки и сразу же направляюсь в ванную комнату. Слава и сама может погулять по квартире, экскурсовод сегодня не в ресурсе. Умываюсь холодной водой не меньше минуты, чищу зубы, а потом плюю на все и захожу в душ. Через десять минут переодеваюсь в серые шорты и белую футболку, направляюсь в гостиную. Славки нет. Заглядываю зачем-то на кухню, в столовую, и здесь ее нет. Внутренне начинаю закипать и быстрым шагом иду в прихожую.

— Твою мать, Славик, ты какого хрена все это время торчишь у двери?

— Ты ничего не сказал и ушел. Я… не знала, что мне делать, — тихо говорит она.

— Ну точно не стоять как сиротка! Почему с тобой так сложно? Разувайся и осматривайся в квартире сама.

— Мне это не надо. Просто скажи, где я могу отдохнуть.

Стискиваю зубы с такой силой, что, кажется, еще немного и они крошиться начнут. Как же она раздражает.

— За мной, — бросаю и двигаюсь к спальне рядом с моей. Будет лучше, если Златослава будет под присмотром.

Толкаю дверь и прохожу в гостевую спальню, по сути она практически дубль моей. Отличие только в отсутствии балкона.

— Твоя комната. Так, смотри: справа туалет, ванная. Мыльно-рыльные средства там уже есть. А здесь, — подхожу и приоткрываю соседнюю с ванной дверь. — Гардеробная комната. Тут пока одна база: халат, полотенца там всякие… Вещи твои завтра привезем. Ну все, обживайся. Я спать, — бросаю и шлепаю к себе.

Плюхаюсь на кровать, отзваниваюсь старику и сообщаю, что буду у него только завтра.

— Злат, ты не охренел часом? Я жду тебя весь день! Сегодня. Ты притащишь свою задницу ко мне сегодня, если не хочешь, чтобы тебя приволокли ко мне под конвоем охраны.

— Слушай, из-за того, что ты сжег дом бабки моей… Шутовой, — торможу себя, чтобы не сказать “жены” при нем. — Я вторые сутки на ногах. Поэтому извиняй, но я хочу отдохнуть. Уверен, что ты уже и без меня со всех сторон успел подложить соломку.

— Ах ты, мелкий су… — разгоняется отец, но сам себя осекает на полуслове.

— Кто, папа? Ну? Кто же я? — устало выдыхаю в телефон.

— Завтра утром жду!

— Буду. Пока.

Сбрасываю звонок и перевожу телефон в режим полета. Каждая беседа с ним, как сеанс мазохизма. Прикрываю глаза, эпицентр головной боли сосредоточился в висках, но я все равно пытаюсь расслабиться и провалиться в сон. Но куда там. Мне то жарко, то подушка кажется неудобной, то поза не та. В итоге встаю с намерением, выпить стакан воды. Прохожу мимо комнаты Славы и слышу ее тихие всхлипы.

Ноет гадина. Сама виновата во всем. Думать своей башкой надо было раньше. Она же думала своей похотливой дыркой. Сучка. С одной стороны, мне на нее похрен, пусть хоть грузовик завтра переедет, с другой, какого-то хрена, мысль о том, что она сношалась с Зотовым, вызывает дикое отвращение и желание пойти и добить его.

Залпом осушаю стакан воды, тут же наливаю еще и возвращаюсь обратно. Гребанное нытье до сих пор продолжается, но я твержу в мыслях мантру: “Мне похрен на нее”. Захожу в свою спальню, ставлю стакан на тумбу, сажусь на край кровати, опираясь руками о колени, опускаю голову и конкретно так подвисаю. Спустя десять минут не выдерживаю, подрываюсь и широкими шагами направляюсь в комнату Славы. Без стука открываю дверь и выплескиваю скопившийся во мне гнев во все горло:

— Заткнешься ты или нет? Невыносимо слушать твой щенячий скулеж. Если б ты была чуточку умнее, не пришлось бы сейчас сопли месить, и бабка твоя сидела бы спокойно дома, пироги пекла или что она там делает обычно! Но ты абсолютно безмозглая дура!

Все, выговорился. Пламя тут же гаснет. Златослава икает, громко шмыгает носом и прячется под одеяло с головой.

Выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью. Зажмуриваю глаза и облокачиваюсь спиной о стену. Давлю пальцами на виски. Не представляю, как выдержу жить рядом с ней. Я ее либо придушу, либо сам в дурку уеду. Ни один человек настолько меня ни триггерил своим существованием.

Спустя еще полчаса я стою и подпираю лбом дверь в ее комнату. Вроде тихо. Уснула? Осторожно открываю дверь и прохожу в комнату. Огибаю кровать, приближаюсь к своей фиктивной жене. Спит. Волосы все еще мокрые от слез, на подушке влажное пятно. Тянусь рукой и аккуратно убираю тоненькую прядку золотистых волос, которая упала ей на губы. Морщится. Только бы не проснулась. Не хочу встречаться с ее взглядом.

Златослава и правда изменилась. От кабанчика не осталось и следа. Я даже и представить себе не мог, что она может быть такой… Совсем маленькой и худенькой. Глаза только остались прежними. Чистые озера, укрытые в горах. Красивая она. И тогда была, просто я себе не признавался в этом. Стремно как-то было. Может, встреться мы в прошлом при других обстоятельствах… Нет, исключено. Я бы и тогда не обратил на нее внимание. Когда ты учишься в школе и являешься лидером или как-то популярен, то у тебя по умолчанию стоят настройки, что в тренде фигуристые девочки, а не розовощекие пончики. Такая вот суровая реальность.

Взгляд падает на ее скулу, на которой отчетливо виден кровоподтек. И это точно не моих рук дело. Заметил его еще там, у строящегося особняка отца. Значит, он, сука. В голове тут же крутятся мысли, есть ли на ней еще следы побоев, но ведь не признается.

Черт бы тебя побрал, Славик! Почему ты так тупо позволила себя забрать? Хоть бы вскрикнула, чтобы я услышал.

Потупив еще несколько минут, все же разворачиваюсь и ухожу к себе. Надо морально подготовиться к завтрашней встрече с отцом, узнать, как обстоят дела у Зотова, и передать наконец-то Бессонову мобильники голубков.

“Если Зотов выкарабкается, надеюсь, он поймет, что их история с моей женой закончена” — проносится последняя мысль в голове, и я наконец-то проваливаюсь в сон.