Мне тебя подарили

Глава 40

Златослава (Слава)

Ехать в квартиру к Злату совершенно не хотелось. Казалось, неправильным это. Хозяин отсутствует, а я буду там свои порядки наводить, обустраивать что-то.

Дмитрий паркуется на углу дома, отстегивает ремень безопастности и в этот момент раздается веселенькая мелодия его телефона.

— Да, — сухо отвечает он. — Злат Альбертович в курсе? Хорошо, понял. Скоро будем.

Помощник Злата прощается с неизвестным собеседником и небрежно откидывает телефон на пассажирское сидение рядом с собой.

— Златослава Владимировна, планы немного поменялись, — смотрит на меня в зеркало заднего вида. — Я отвезу вас к Артуру Эльдаровичу Бессонову.

— Кто это? — захожусь в легкой тревоге и сжимаю пальцами кожаную обивку сидения.

— Не переживайте. Он знакомый вашего мужа. Пару дней вам лучше побыть у него.

— Почему?

Дмитрий тяжело вздыхает, наклоняет набок голову и хрустит шейными позвонками.

— Ваш свекор сейчас не в лучшем расположении духа, а к Бессоновым он не сунется.

— У меня дома рыбка осталась…

— Если оставите мне ключи от квартиры, я ее заберу и позже привезу вам.

— Хорошо, — тихо отвечаю и передаю Дмитрию ключи.

Через полчаса я стою в чужой квартире, перед совершенно незнакомым парнем, которому на вид около тридцати лет.

— Здравствуйте, меня зовут Златослава, — пищу мышкой.

— Привет, Артур. Давай без официоза, — бросает он и внимательно разглядывает меня. — Сильно не парься, Витман там надолго не задержится.

— Я и не парюсь, — отвечаю еще тише и тут же краснею за свой длинный язык.

— Хах, настолько муж не нужен? А зря, Витман, так точно к тебе неровно дышит. Я посмотрел видео с камер наблюдения в ресторане, — усмехается он и сдувает упавшую на лоб прядку волос. — Но я тебя понимаю, он еще тот говнюк.

Ничего не отвечаю, да и Артур больше не лезет с разговорами. Показывает мне комнату, в которой я буду спать, а также сообщает, что в универе пока лучше не появляться.

В этой квартире я провела три дня в полном одиночестве. Бессонов лишь заезжал по вечерам и узнавал, как мои дела, а также привозил продукты.

Было очень стыдно перед бабушкой за то, что не могла приехать и навестить ее. Но к счастью, Артур вернул мой девственно-чистый (отформатированный) телефон, и я могла хотя бы звонить бабуле. С незнакомых номеров трубку не брала, как мне и было наказано. Про Стаса и Злата совершенно ничего не знала, и это сводило с ума, порой до какого-то безумия. Мне то хотелось сорваться в больницу к Стасу, то выяснить, где именно содержат моего фиктивного мужа и прорваться туда. И если мое беспокойство о первом я понимала, то о втором, совершенно не поддавалось никакой логике. Почему я вообще о нем думала? Ведь Злой получил то, чего и заслуживал. Мне нужно было только радоваться тому, что он, возможно, получит срок и будет сидеть там, где ему и место. Но… одна лишь мысль об этом отзывалась во мне грубым протестом.

В глубине души, я не хотела этого.

На четвертый день Артур вновь приехал и сообщил, что я могу возвращаться в квартиру своего мужа, а через полчаса за мной уже приехал Дмитрий.

Все выходные вместе с ним провела в магазинах, делая покупки. Бабулю выписали в понедельник, но о том, где находится Злат, она, к счастью, не знала, поэтому я просто сказала, что он уехал в командировку по рабочим вопросам. Но правда все равно всплыла, а виной тому местные новости. Бабушка снова перенервничала, да так, что пришлось вызывать врача на дом.

Рука по привычке тянется под подушку, скользит по прохладной шелковой простыне до тех пор, пока не натыкается на маленькую круглую вещь. Мамин кулон. Достаю его, прижимаю к губам, прикрыв глаза, и разглядываю выгравированную на нем розу. Нежнейший, невероятной красоты цветок, который защищает себя от внешнего мира шипами. Вот бы и мне обзавестись такими и научиться давать отпор.

— Мамуль, ты тоже от кого-то защищалась? — бормочу вслух. — Я думаю, ты была очень сильной женщиной, прости, что я совсем другая. Слабая, бесхребетная, постоянно влипаю в ужасные ситуации, из которых, кажется, нет никакого выхода.

Замолкаю, слушаю тишину дома. Бабушка наверное еще спит. Открываю на телефоне календарик и отмечаю сегодняшний день очередным прочерком. Витман находится в СИЗО уже три недели, но у меня такое чувство, словно прошел целый год. Поворачиваюсь набок, прячу обратно под подушку мамин кулончик. Медленно встаю с кровати, собираюсь, и Дмитрий отвозит меня в универ.

За эти дни изменилась не только я, но и мои друзья. Увы, но наше трио окончательно распалось. Илья больше не общается с нами и даже пересел максимально далеко. Не здоровается, да и в целом старается избегать нас. Вечно веселая болтушка-Линка, периодически прогуливает пары, все меньше веселится и часто находится в своих мыслях, похудела очень, хотя в этом я могу с ней посоревноваться.

— Привет, — улыбаюсь, заключаю подругу в объятия и целую.

— М-м-м… привет, Злата, — выдает легкую улыбку, но видно, что пребывает где-то далеко от реальности. — Как ты?

Пожимаю плечами, достаю из рюкзака тетрадь, ручки, сажусь на стул.

Всю пару телефон Лины то и дело мигал от уведомлений, отчего она только больше хмурилась.

— Все в порядке? — касаюсь рукой ее плеча, как только заканчивается пара.

— Что? Д-да, нормально все.

— Может, перестанешь врать? Я же вижу, что с тобой что-то происходит в последние дни. Я беспокоюсь за тебя, — выпаливаю на эмоциях громче, чем думала.

Да, мои нервы окончательно расшатались.

— А ты? С тобой уже давно не пойми, что происходит, но тоже молчишь. Я уже и не знаю, считаешь ли ты меня еще своей подругой или нет, — взгляд Алины холоден и больно колет в самое сердце.

Закусываю губу, к лицу приливает жар, хочется расплакаться от обиды. Психую, подхватываю свой рюкзак, дергаюсь вперед, чтобы трусливо сбежать и не разрыдаться перед Линой.

— Злата, стой, — вскакивает она с места и выкрикивает. — Черт! Стой, я переборщила! Златка!

Оказываюсь около двери, дергаю ее и с силой впечатываюсь в чью-то грудь. Рецепторы сразу считывают аромат дорогого мужского парфюма. Делаю шаг назад и поднимаю глаза. На меня смотрит наглая морда дружка Злата. Узнаю его моментально, а вот он, кажется, замешкался.

— Шутова, это ты? — Денис Романцов, озвучивает свою догадку и смотрит на меня с удивлением. — Почти не узнать… Пиздец, ты изменилась.

Затем он переводит взгляд за мою спину.

— Нашлась! Рыжее чудо, давай, собирайся, — бросает он, глядя на Алину.

— Иди ты к черту! Никуда я с тобой не поеду, урод! — рычит она, подходит к нам и крепко вцепляется в мою руку.

— Только не говорите мне, что вы подружки?

— Какие-то проблемы? — давит подруга.

— Да нет, пох как-то. Сумку свою бери и уезжаем, — настойчиво давит Денис.

— Романцов, отвали уже от меня! Никуда я с тобой не поеду, смирись.

— Либо идешь по своей воле, либо я помогаю тебе, но ласковым быть не обещаю, — скалится он во все тридцать два зуба.

— Лин, что происходит? Этот придурок тебя достает? — смотрю на нее с беспокойством, после чего мечу взглядом стрелы в Романцова.

— Шутова, ты бы лучше своей жизнью занималась. Кстати, мужу привет передавай, как вернется.

Значит он тоже в курсе Злата…

— Обязательно передам, не переживай.

Денис смотрит на меня оценивающим взглядом, но больше ничего не добавляет. Видимо, понимает, что с женой Витмана лучше не переходить грань, даже если его нет рядом. Огибает нас, направляется вглубь аудитории, подхватывает сумку Алины, возвращается, берет ее за руку и тянет за собой.

Подруга хоть и ворчит, но покорно идет за ним, то и дело оборачиваясь на меня, пока они окончательно не скрываются из виду в толпе студентов. Кажется, у каждой из нас скопилось слишком много секретов. Просто подруги года.

Отсиживаю оставшиеся пары в упадническом настроении. А еще понимаю, если я не хочу потерять Алинку, то нам необходимо серьезно поговорить, потому что больше так продолжаться не может. Мы на самом деле теряем друг друга.

Звенит звонок, выдыхаю с облегчением. Собираю свои вещи и наконец, выхожу из универа.

Майское солнце слепит глаза и приятно припекает. Поднимаю голову навстречу теплым лучам, щурюсь и в голове мелькает мысль: “В такой день должно случиться и что-то хорошее”, затем снимаю пиджак и сбегаю по лесенкам. Взгляд безразлично мажет по прохожим, как вдруг натыкается на знакомую фигуру.

Злат стоит около своей машины и смотрит прямо на меня. От охватившего шока открываю рот, ноги отказываются идти дальше и я останавливаюсь.

Мы так и стоим на расстоянии около сорока метров друг от друга, не решаясь сделать шаг.

Что я сейчас чувствую? Счастье? Нет. Облегчение? Нет. Так что же внутри меня так вибрирует и издает тонкий, пронзительный писк? Почему в груди так щемит, а кончики пальцев неприятно покалывает? Почему в животе у меня щекочут миллионы белоснежных перышек?

Даже отсюда вижу, как поднимается его кадык и медленно возвращается обратно. Витман первым делает осторожный шаг мне навстречу и я зеркалю его движения. Он ускоряется, и я тоже, а под конец мы оба переходим на бег.

Сумасшедшие!

Два человека, что на дух друг друга не переносят, притягиваются сильнейшим магнитом.

Влетаю с Злата, ныряя в его теплые объятия. Заливаюсь слезами, громко всхлипываю, подвываю, скулю. Дышу его ароматом, скольжу щекой по футболке, сминаю ее руками на спине. И не могу, не могу им напитаться, мне так его мало. Критически мало. А Злат крепко прижимает меня к себе одной рукой, другой гладит по голове, зарывается носом в мои волосы, вдыхает их запах и целует в макушку. Каждое наше движение говорит за нас. И эти безмолвные слова пропитаны незнакомыми мне эмоциями. Словно мы вместе, настоящие. Так, будто между нами самые сильные чувства, которые могут быть между мужчиной и женщиной. Нас трясет в унисон, дыхание в чистый синхрон и сердца бьются на одной частоте.

Так и молчим, боясь нарушить эту хрупкую, долгожданную встречу. Только сейчас понимаю, как же я… скучала, по тому, кого до сих пор считаю врагом.

Поднимаю голову, сквозь слез пелену рассматриваю его лицо. Улыбается. Боже! Злат Витман искренне мне улыбается!

В его взгляде столько всего: и раскаяние, и надежда, и какая-то нежность, от которой у меня подкашиваются ноги. Он осторожно касается моей щеки, большим пальцем стирает слезы... все бесполезно. Этот поток просто невозможно остановить.

— Привет, — выдает слегка охрипшим голосом. — Как ты? Больше не тошнило? Бледная такая... Все хорошо было? Нафаня, в смысле, Диман помогал тебе? А Елена Степановна? Она знает обо мне? — посыпал он вопросами.

— Привет, — отвечаю, заикаясь. — Да, все в порядке. В смысле, все хорошо.

— Слава… я…

Быстро мотаю головой и накрываю его губы холодными как лед пальцами.

— Лучше молчи. Опять наговоришь гадостей, и я пожалею о том, что тебя выпустили.

— То есть сейчас “мой подарочек” рад меня видеть? — в своей манере усмехается он.

— Об этом я и говорила Витман.

Его взгляд ненадолго задерживается на моих губах, после чего он отводит его в сторону.

— Славик, я отвезу тебя домой, переоденусь и сразу уеду. Много дел на работе, еще к отцу нужно заехать, а вечером к сестре с матерью.

— Ты не обязан мне докладывать, — бубню и отстранаюсь, приходя в себя.

Вся магия момента рушится, становится неловко, и я отхожу от Витмана на пару шагов назад. Мы просто были на сильных эмоциях. Да… так и было.

— Перед бабулей можешь не играть спектакль, она узнала из новостей, что тебя загребли.

— Как отреагировала? Теперь считает меня демоном, от которого надо спасать свою любимую внученьку? — выплевывает с сарказмом.

— Сколько же в тебе говна. Знаешь, не все люди такие же, как ты. Бабушка, вообще-то, переживала, — разворачиваюсь и иду к его машине.

Нет. Он никогда не поменяется.

И все-таки, улыбаюсь.

Увидев на пороге Злата, бабушка сразу же бросается к нему со слезами. Прямо как и я при встрече с ним. И ведь она знает, за что он был под следствием, а все равно хорошо к нему относится — парадокс.

— Сынок, ты не уйдешь из дома, пока не покушаешь. Посмотри на себя! Худой, бледный как бумага. Нет уж, пока я живу у вас дома, вы оба под моим строгим надзором. Качаетесь как две березки на ветру, это разве порядок? Как ребятишек рожать будете? Вы уж сколько лет вместе, когда старухе правнуков подарите?

— Ба, ну, прекрати! У нас со Златом все не…

— Прекрасно, — улыбается он и ощутимо щиплет меня за бедро, пока бабушка не видит.

— Эй! — вскрикиваю и злобно смотрю на него.

Злат придвигается ближе и шепчет мне на ухо с хитрой ухмылочкой:

— Прикуси-ка свой ядовитый язычок Гадинка моя. Кстати, ты помнишь, что муж и жена должны спать вместе? Мы же не будем расстраивать Елену Степановну?

__________________________

Дорогие мои, вы просили визуалы героев

Вообще не люблю выкладывать визы, так как у всех вкусы разные. Еще раз оговорюсь, Златик не красавчик в привычном представлении. Я его вижу таким, но каждый может себе представлять героя по-своему.

Таким, я вижу Злата

(делитесь впечатлениями, как вам Злой?

Совпало с вашими представлениями или видите его другим?)