Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть]

Глава 52

— Убирайся из моего дома, — пришлось приложить усилие, чтобы не показать, что боюсь. — Я позову на помощь.

— Не позовёшь, — Хорхе стал медленно приближаться. — Где кольцо?

Я молчала. Ну конечно, он явился за печатью, вернувшись раньше из своей поездки. И откуда я могла знать это? О боже, да я и забыла со всеми делами об опасности, которая мне грозит!

— Молчишь? — Хорхе стал обходить меня, загораживая единственный путь к отступлению. — Ты делаешь только хуже. Просто отдай мне кольцо и останешься жива.

— Ты в моём доме! Никто не выпустит тебя! — голос дрогнул.

В следующую секунду Хорхе рванул на меня и, не дав даже набрать воздуха в грудь, чтобы закричать, обхватил сзади и закрыл ладонью рот.

— Неужели ты забыла, моя куколка? — он шипел теперь прямо мне в ухо, вызывая озноб, — здесь, в этом доме, много путей, которые никому не известны. Нам ли не знать?

Он резко опустился и прижался губами к моему плечу, не убирая руки, которая продолжала закрывать мне рот. Сорочка поползла ниже, и только тогда я опомнилась, чтобы двинуть мерзавцу локтем в живот.

К несчастью, промахнулась. А тот лишь рассмеялся.

— Ты вдруг стала такой строптивой, моя кошечка, — продолжал он шептать. — А ведь ещё недавно клялась в любви и готова была отдаться мне в сыром коридоре. Но такая ты мне нравишься больше.

Я мелко дрожала и с трудом удерживала слёзы, пока он гладил мой живот и бёдра, не забывая при этом болезненно сдавливать их, чтобы я не вырвалась. Освободиться я не могла — уж больно сильным оказался противник. И, как назло, рядом не находилось ничего тяжёлого, чтобы огреть мерзавца.

— При иных обстоятельствах я бы не упустил возможности, — сказал он, с жадностью обнюхивая мою шею. — Но я спешу. Если хочешь жить, говори, где кольцо?

Он медленно отвёл руку от моего лица, и в тот же миг что-то жёсткое упёрлось мне в спину. Пистолет?

— Без глупостей, Марлен.

Он не оставил мне выбора. Холод оружия ощущался даже сквозь ткань халата, но я медлила, понимая, чем может грозить оплошность. Моя жизнь или жизни множества людей, которых этот негодяй готов обречь на страдания одному ему известным способом? Ответ очевиден. Вот только Хорхе легко отыщет кольцо в комнате и без моей помощи, а мне жить хочется. Никогда ещё так не хотелось.

— Оно под кроватью, — сказала, отдавая себе отчёт в возможных последствиях.

Спине стало ещё больнее. Схватив меня за волосы, Хорхе резко дёрнул мою голову назад, выдавливая болезненный хрип из груди.

— Вздумала играть со мной?! — рявкнул он. — Где кольцо?!

— Оно там. Я нашла его в своих украшениях, когда пошла сдавать их скупщику. Понятия не имею, как перстень оказался среди драгоценностей. Но он был там, я не вру. Когда вечером я изучала его, пытаясь понять, что это такое, он загорелся красным. Он светился как самый настоящий огонь, Хорхе. Я так испугалась.

Говорить с запрокинутой головой было тяжело. А от боли сами по себе наворачивались на глаза слёзы. Но я выдержала и, как мне показалось, была убедительна. Гарсия выпустил мои волосы, и, не дав опомниться, пихнул с силой так, что я с налёта влетела в кресло, стоявшее дальше всего от двери.

— Не двигайся, — приказал он мне, наставляя дуло пистолета и приближаясь к укрытой пологом кровати. — Мне будет жаль лишать это прекрасное тело жизни. Уверен, оно ещё меня порадует.

— Ты отвратителен, — с омерзением выплюнула я, вжимаясь в кресло. — Какой дурой нужно быть, чтобы поверить такому, как ты!

— Тобой, моя сладкая, — продолжал насмехаться Гарсия. — Но даже лучше, что ты всё осознала. В тебе отпадёт надобность, когда я заполучу перстень, и мне не придётся разбивать наивное сердце.

Он рывком отодвинул один угол кровати от стены. Как и следовало ожидать, кольца под ней не было.

Хорхе зарычал.

Многообещающе глянув на меня, он кинулся к изголовью и сдвинул его ещё дальше. Кольца и там не оказалось.

Свирепый взгляд приковал меня к креслу.

— Уверен, ты от души повеселилась. Если сейчас же не скажешь, где кольцо, я убью тебя.

— Не убьёшь, — мой голос безотчётно вибрировал, а взгляд гипнотизировал направленное в голову дуло. — Только я знаю, где оно, я нужна тебе.

Хорхе стал приближаться пугающе медленно, и я видела, как наливаются кровью его глаза.

Подойдя совсем близко, он брезгливо оглядел меня, а потом вдруг вскинул руку с пистолетом и, засунув его за пояс, зловеще улыбнулся.

Наблюдая с ужасом, как он присаживается напротив на корточки, я не сразу заметила, нож, который блеснул в руке злодея.

— Я тоже люблю поиграть, куколка, — сказал он, легонько проводя лезвием по моей дрожащей щеке. — Как тебе такие правила: ты молчишь, а я отрезаю твой маленький пальчик. И чтобы я не лишил тебя всех пальцев, ты рассказываешь, куда спрятала колечко. Весело, правда?

Продолжая улыбаться, он с силой сжал мою руку и ткнул лезвием в основание большого пальца. На коже мгновенно выступила капля крови, а я заскулила.

Гад не останавливался:

— Только мне придётся заткнуть тебе рот чем-нибудь, — а то некоторые так орут, когда им больно. Не обижайся, договорились?

Не дожидаясь ответа, Хорхе потянулся к полке комода, который стоял здесь же, намереваясь отыскать там то, что сошло бы за кляп.

Не помня себя от страха, я следила за его движениями и желала лишь одного — проснуться от этого кошмара. Наверное, всё же следовало поднять шум. Но тогда, боюсь, Гарсия точно бы меня прикончил.

Психопат. Самый настоящий психопат, который получает удовольствие, мучая людей, мог с лёгкостью изуродовать меня, чтобы добиться своей цели. Когда же он выдвинул полку, и оттуда пробилось зловещее алое сияние, хватка ослабла.

Гарсия резко подскочил с места и рванул ящик на всю, выламывая его из пазов. Тот с грохотом полетел вниз вместе со всем содержимым, тогда как мужчина уже сжимал в кулаке жуткий артефакт, который наполнял теперь всю комнату своим чудовищным светом.

На миг облик мужчины исказился. Глаза почернели, лицо будто бы вытянулось, словно морда собаки, удлинились клыки. Мне пришлось потрясти головой, отгоняя наваждение.

Хорхе перевёл взгляд на меня.

— Вот и славно, моя девочка, — сказал он, подкидывая перстень на ладони. — Осталось вскрыть зал призыва, и дело будет сделано. Хотя, — снова оглядел меня, размышляя о чём-то. — Мне понадобится жертва. И, кажется, я знаю, кто это будет.

Испугаться я не успела. Размахнувшись, Хорхе ударил меня по лицу, а потом стало темно.