На войне. Записки лейтенанта

Огонь на себя

Прекращаю вести заградительный огонь. Поднимаю своих разведчиков, связистов и двигаю в сторону просеки. К нашей группе примкнули несколько солдат второго батальона. Со мной радист Гаврилин, разведчики Ложкин и Гвоздков, командир отделения Гладкин.

Подхожу к опушке, сквозь кусты вижу на просеке танки. Приказываю всем залечь, и с радистом забираюсь в прикрытую кустами канаву на опушке леса. Танки ползут мимо. Решаю: огонь по танкам. Разворачиваем рацию. Передаю данные на огневую:

— По танкам. Первому. Два снаряда, беглым. Огонь!

Огонь по танкам веду “на себя” — немецкие танки между нами и батареей. Если, не дай бог, перелет, то не по противнику, а по себе. Но огневики работают мастерски. Снаряды рвутся в непосредственной близости от танков, в нескольких десятках метров от нас.

Разрывы 122-х миллиметровых снарядов заставили солдат противника плотнее прижиматься к танкам. Отчетливо вижу высоких небритых автоматчиков, оказавшихся под огнем наших орудий. Прижимаясь к корпусам танков, перебегая ближе к нам, они все внимание направляют в противоположную сторону — туда, откуда велся огонь, откуда летели снаряды. Солдаты в мышиных мундирах находятся буквально рядом с нами, но нас не замечают.

Огонь восьмой батареи задержал продвижение танков. Захлопнулись люки.

Двигаясь по краю просеки, танки маневрируют, меняют направление.

Подаю по рации команды. Еще несколько осколочных. К нам подбирается Гладкин:

— Товарищ лейтенант. Как бы нас не заметили и не отрезали выход автоматчики.

Тогда как выберемся отсюда?

Слушаю молча. Понимаю, если танки дойдут до края просеки, то нам придется выбираться по открытому месту, под дулами танковых пушек и пулеметов. Мы в отрыве от батальона, в отрыве от основных сил. Сохраняется опасность оказаться “замкнутыми” в лесу, где хозяйничал противник.

Осторожно, стараясь не обнаружить себя, свертываем рацию. Возвращаемся немного назад, к основной группе. Чтобы выйти из полукольца, нужно опередить танки. В двух словах объясняю ситуацию:

— Чтобы выйти отсюда, нужно обойти стороной танки. Двигаться лесом. Открытое место проскочим короткими перебежками. Не плотной группой (нас человек десять), а по двое-трое, соблюдая дистанцию.

Выбираемся на край поляны. С нами по-прежнему стрелки второго батальона. Невдалеке на опушке леса ведут огонь минометчики. Их атакует немецкие автоматчики. Трубы минометов устремлены вверх. Мины рвутся в полусотне метров от огневой. Поразить расчеты автоматным огнем атакующим не удается.

У самого края просеки минуем опасное место. Танки еще не подошли сюда.

Огневые трассы над нашими головами. Проскочили открытое место без потерь.

Минуем лес, в котором еще недавно сидели подтянутые к передку тылы. В беспорядке разбросаны какие-то вещи, лопаты, пилы, котелки, ватники, шинели.

На опушке нас встречает командира артиллерийского полка полковник Крамаренко. Его первый вопрос ко мне:

— Где батальон? Почему оставили командира батальона?

Докладываю, как развивались события. Батальон оказался в полуокружении, оставил боевые порядки, выходил из леса отдельными группами. Со мной часть солдат батальона. Управление взял на себя адъютант старший.

— Если доложили верно, упрек снимаю. Подробнее о противнике!

— Танки с автоматчиками двигаются по просеке. По ним вел огонь гаубичными.

— Теперь твоя задача связаться с батальоном Щукина (батальон 1119-го сп). Будешь поддерживать его огнем. Батальон на северной опушке леса, метрах в пятистах к северу от железнодорожной будки.