Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер

Глава 33

Только что в нашу сторону стреляли, и я вздрагиваю, резко оборачиваясь. В нескольких шагах от нас стоит мужчина с ружьём, у которого дымится ствол. И, кажется, это брат женщины, которую Эйтлер оставил здесь за главную.

- Вы стреляли в детей?! – мои глаза открыты настолько широко, насколько можно.

- Это отродье повадилось ходить в поместье, чтобы красть.

- Грибы? – не верю своим ушам. – Они растут повсюду, и оттого, что кто-то собрал их себе на обед, никто не обеднеет.

Мужчина подходит ближе, кривя рот. Я не видела его так близко раньше, лишь из окна, но он на одно лицо с сестрой, впрочем, характером тоже. Такой же мерзкий и отвратительный. С лица воду не пить не про него. Сейчас совпало то, что внутри, с тем, что снаружи.

Волос почти нет, только какой-то странный пух пробивается на макушке островками. Прикус явно стоит выправить, потому что несколько зубов выпирают так, что ему приходиться постоянно натягивать на них губу. Глаза широко посажены и смотря враждебно. Коренастый и сутулый. И что-то мне подсказывает, что рождён вместе с сестрой двумя близкими родственниками.

- Мне велено охранять Фрейтен Хилл от воришек, - забрасывает ружьё на плечо, заглядывая мне за спину, где, ухватившись за юбку, прячется ребёнок. – Отойдите, леди, и я пристрелю его на месте. Каждому известно, что проникать на территорию строго запрещено. Другим будет не повадно ходить сюда.

- Да вы с ума сошли?!

Неужели, каждый мужчина в этом мире возомнил себя вершителем чужих судеб, будь то женщина или ребёнок. Какое право имеет этот ужасный во всех проявлениях человек решать, кому жить, а кому умереть?

- Я хочу, чтобы вы покинули поместье! – принимаю решение, и ответом мне звучит каркающий смех.

- Я не нанимался к вам, - он громко собирает слюну, вытягивая её из носа, а потом плюёт рядом, показывая, что никакого уважения ко мне выказано не будет. – Мне платит лорд Эйтлер, и указаний касательно ваших приказов не поступало. Наоборот, он велел приглядывать за женой, потому что намекал на ваше легкомыслие.

Мои щеки вспыхивают. И это говорил тот, кто берёт себе вторую жену?

- Не беспокойтесь, Леди Маорика, мы напишем письмо Гордену Памру, уполномоченному по рассмотрению дел, в которых простолюдины неподобающе относятся к титулованным особам, и тогда он назначит наказание. И кто знает, в каком настроении будет Горден, потому что однажды он отправил одного беднягу на каторгу, потому что тот недостаточно низко поклонился герцогине.

- Как же ты пошлёшь письмо, гнора, если, кроме меня и Миты здесь никого нет?!

- Следи за выражениями, - поджимает она губы, а я осознаю, что незнакомое слово означает какое-то ругательство. – Если думаешь, что можешь безнаказанно стрелять в детей и хамить леди и её служанке, то спешу огорчить – законы Лаории в этом будут на нашей стороне!

- Я здесь закон, - усмехается кривой улыбкой негодяй. – И пока вы здесь будете жить по моим правилам.

Я внутренне негодую. Да кто он такой, чтобы указывать мне, по чьим правилам должна жить?

- Напомните, как называется это место? – нарочно интересуюсь.

- Фрейтен Хилл, - говорит так, словно как-то причастен к строительству или владению.

- И кому принадлежат эти земли?

Он бродит языком по внутренней части рта, раздумывая над ответом.

Я бы никогда не стала поступать подобным образом, но завравшегося мужика надо хотя бы попробовать поставить на место.

- Леди Эйтлер, - нехотя отвечает.

- Кажется, это я, - улыбаюсь ему искренне, потому что даже жестокое сердце можно растопить добротой. Сюда бы Леопольда с его спокойствием и умением не терять самообладания. – Потому убери ружьё, и я запрещаю пользоваться им на территории поместья. Если, конечно, этого не потребуется. Но ни при каких обстоятельствах, слышишь, никогда ты не направишь его в детей!

- Даже если они приставят нож к вашему горлу, леди?

- Не могу себе вообразить подобного.

- Зря вы так, - кривит он улыбку. – Даже не представляете, на что могут быть способны эти голодранцы. Они же прирежут вас первую за кусок хлеба.

- Если они голодают, отчего же вы не накормите их досыта?

Он смотрит на меня, как на умалишённую, а потом снова сплёвывает себе под ноги.

- Если бы вы гнули спину с утра до вечера, зарабатывая крохи, я бы посмотрел, как вы станете кормить каждого, кому требуется еда. Но попомните моё слово, они ещё отплатят вам чёрной монетой.

Он разворачивается и уходит, а мы переглядываемся с Афой.

- Не берите в голову, леди Эйтлер, он сам не понимает, что говорит. Видно, что обозлён на весь свет, не оставив в душе ничего светлого. А где мальчишка?

Мы оглядываемся в поисках ребёнка, но его уже и след простыл. Лишь корзинка валяется рядом и истоптанные шляпки грибов подтверждают, что он был. А когда возвращаемся в дом, понимаю, что пропала небольшая брошь, которая была приколота к шали.