Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер

Глава 60

Теперь у меня есть возможность покинуть Фрейтен Хилл благодаря амулету на запястье, и я поспешно собираюсь в дорогу, намереваясь разыскать Карфа, чтобы отговорить его от глупостей.

Никому не говорю о намерениях. Предупреждаю Афу, что исчезну, но и ей не называю истинной причины.

- И вы оставите здесь эту девушку? – решает уточнить. А у меня перед глазами знакомые шрамы на руках Розалии. Такие же, как у меня. Почерк моего мужа.

- Мы можем ей доверять, - уверенно говорю. А на следующий день, когда сбегаю, Пропп догоняет меня у самых ворот.

- Подождите, - зовёт, и я оглядываюсь, боясь, как бы здесь не было всех слуг. – Не знаю, что вы задумали, но уверена: вам это пригодится.

Она протягивает мне какую-то круглую серую кнопку.

- Что это?

- Артефакт изменения внешности. Лицо не очень красивое, но так даже лучше. Используйте в случае крайней необходимости, потому что эффект не превышает получаса. Слабый, но безотказный, когда необходимо сбить кого-то со следа. Просто разместите его под челюстью, и он сразу заработает.

- Вы так добры, - округляю глаза, смотря на кругляш в моей руке, и она горячо прижимает меня к груди, желая удачи. Потом уходит обратно в дом, где поселилась на нижнем этаже. А я смело шагаю через пульсирующую преграду.

От дороги порядком устаю. Прошу кучера разыскать дом Карфа Лайфина, и он останавливается у поместья за городом, говоря, что мы на месте.

Слуги тут же пропускают, понимая, кто я такая. Двери дома распахиваются передо мной с тяжестью - не от физического усилия, а от значения. Я стою на пороге, в груди трепет, как перед бездной.

Что я ему сейчас скажу?

В большой гостиной свет скользит по гобеленам, шаги отдаются эхом, будто замок тоже слушает, затаив дыхание. Здесь всё, как Карф: сдержанно-благородное, прекрасное и милое. Меня ведут по коридору до двери, а потом оставляют одну, и я вхожу.

Он подходит ближе. Медленно. Почти с опаской. Будто боится меня ранить. Его взгляд такой внимательный и серьёзный.

- Я не хотел, чтобы нам мешали. Потому выбрал кабинет.

Оглядываюсь, различая стол, нерастопленный камин и софу в углу. Шкаф с книгами и какую-то этажерку.

- Если тебе не по себе здесь, можем отправиться в гостиную.

- Нет, так даже лучше, - говорю, чувствуя дрожь по всему телу.

- Мики, - произносит он, и моё имя из его уст звучит не как звук. Как дыхание. С трудом киваю, не зная, с чего начать. Хочу говорить о дуэли, о Кайре, о политике, но он делает шаг, достигая меня, и прижимает к себе так, что по телу пробегает ток. – Ты здесь, - выдыхает мне в ухо.

- Я здесь, чтобы просить тебя не делать глупостей, - начинаю, и он отстраняется.

- Если ты про испытание кровью, ничего не изменить. Я был у императора, и он дал согласие на ритуал.

- Что? - не верю собственным ушам. – Но ведь это запрещено!

- Нам дали возможность сразиться. И ты скоро сбудешь свободна, Мики. Поверь мне.

Меня бросает в жар. Неужели, он полагает, что может тягаться с драконом?

- Но ты погибнешь! Ты сгоришь в его пламени и…

- Нет, Мики. Он недооценивает меня. Неужели ты думаешь, что все эти годы, пытаясь забыть о нашей любви, я ничего не делал? Я топил горе в магии, которой овладел достаточно хорошо. Да, твой муж драконорождённый, но это не значит, что ему не может противостоять кто-то.

- Например ты?

- Например, я. Это не моя гордость. Это право освободить женщину, которую люблю больше жизни. Зная, что он никогда этого не сделает, потому что до последнего станет использовать тебя. - Его голос спокоен, но в нём дрожит что-то хрупкое. - Я долго хранил молчание, Мики. Но сколько можно жить с человеком, который никогда не заслуживал тебя?

Я замираю. У меня дежавю. Словно он говорит не только о Кардиусе, но и о моей прежней жизни.

Лайфин поворачивается ко мне. Его взгляд не судит, не давит. Он бережёт.

- Знаешь, когда я впервые понял, что люблю тебя? – начинает, а я снова твержу себе, что самозванка. - Ты стояла в конюшне вся в соломе и смеялась так, что слёзы текли. Ты гладила жеребёнка, а потом повернулась, и в твоих глазах было солнце. Мне было одиннадцать. С тех пор я не знал, как не любить тебя.

Слова его, как поток тёплой воды по замёрзшей коже. Я дышу, но всё внутри меня замедляется.

— Карф. - шепчу. - Это было так давно.

Давно для Маорики. А для меня и вовсе никогда. Но я не знаю, как ему признаться в том, что я – не она. Но он не соглашается.

- Не для сердца. Для него это было вчера. - Он улыбается, касаясь моей выбившейся прядки и заправляя её за ухо. - Ты была моим летом. Моей молитвой. Моей главной невозможностью.

Я опускаю взгляд, но он берёт мою ладонь. Так мягко, как будто прикасается к лепестку, и не отпускает.

- Когда ты вышла за него, я не винил тебя. Я винил твоего отца себя. За то, что не успел. Не боролся.

- Это не твоя вина, - говорю, почти не слыша себя.

- Но ещё не поздно.

- Не поздно для чего? - мой голос дрожит.

Карф улыбается. Грустно. Радостно. Честно.

- Для того, чтобы ты узнала, как это быть любимой. Без условий. Без требований. Просто быть ею.

И тогда он склоняется. Его губы не касаются моих, только дыхание. Но я знаю: стоит мне податься вперёд, и всё изменится.

Сердце стучит в горле. Я впервые за столько лет чувствую себя лёгкой. Нужной. Любимой. За спиной словно вырастают крылья, которых никогда не было.

- Если ты уйдёшь - я не удержу. Если останешься - не спрошу, что будет дальше. Но если ты позволишь мне любить тебя, - он замирает, - я буду делать это так, будто больше ничего в мире не существует.

Моё сердце тихо рвётся. Я всё ещё не знаю, что отвечу. Я всегда мечтала о таких чувствах, но думала, что они существуют лишь на бумаге. А тут передо мной живой и заботливый мужчина, который предлагает мне всю свою жизнь!

В этот момент я влюбляюсь. И это не чувства Мики, это мои собственные. Я различаю их, распознаю. Моё тело наполняется светом и нежностью к Карфу. И больше не хочу дышать без него.