Нейронафт. Часть 2

Эпизод 18. Нити

Я уже почти дожимаю спуск дробовика, как, с той стороны, откуда несётся надрывный вопль, раздаётся чавканье, и туннель начинает сокращаться, как глотка, в которую насильно заталкивают еду.

Сука! Дело — дрянь! Что-то происходит, но я не знаю, что именно. Всё это может быть — лишь иллюзией. Глюком в моей голове. Попыткой меня запугать. Воздействие на моё психику, чтобы я совершил ошибку.

Да…

Я матерюсь про себя.

«Пошло оно всё нахер! Погнали!»

И я нажимаю на спусковой крючок дробовика.

Оружие огрызается автоматически огнём. По три выстрела с отсечкой, и снова три выстрела.

Бах! Бах! Бах!

Пауза.

Бах! Бах! Бах!

Кислотная картечь накрывает конструкта плотным огнём. Рвёт эту тварь на части. Разрывает и прожигает его мёртвую плоть.

Во все стороны летят лапы и ошмётки от монстра.

Я же делаю шаг к нему навстречу и палю в него, как в тире. С близкого расстояния, превращая тварь в фарш. Вгоняя её в изначальное состояние трупа.

Бах! Бах! Бах!

Выстрел идёт за выстрелом.

Тварь падает вниз. Корчится. Дико колотится, как припадочная, точно её дёргают за ниточки. На полу эта херня ещё больше похожа на смесь насекомого и человека с гуманоидом.

Мутант, чтоб его!

Нужно его добить!

Быстрее!

Паук стоит рядом со мной. Подсвечивает мне, но не мешает. Знает своё дело. Чтобы не подставиться под заряды.

Смена магазина. Теперь в ход пошли пули.

Я стреляю и стреляю в конструкта, пока не расчленяю его. Реально, раскидываю на запчасти. Теперь его точно не соберут обратно.

Башка валяется в стороне. Лапы в другой, как и ноги. Только изрешечённое туловище лежит посередине, и дымит, растворяясь под действием кислоты.

Я стою над этим монстром. Держу его на прицеле дробовика. Тяжело дышу. С хрипом, как человек, который только что пробежал стометровку.

Кровь стучит у меня в висках, а перед глазами пляшет серая муть.

Надсадный вопль уже не раздаётся со всех сторон, будто вместе с этим существом умерло и то, что его воспроизводило.

Туннель тоже не пляшет. Успокаивается, как палуба корабля, после того, как затих шторм.

Смотрю на тварь, точнее, на то, что от неё осталось. Изуродованный труп, будто пропущенный через мясорубку.

Мне всё ещё не верится, что я так легко его завалил. Практически, без напряга. Просто всадил в него два магазина, и вот — результат. Монстра больше нет, а есть только набор деталей, оставшихся от этой сборки.

Я оборачиваюсь. Смотрю в туннель, откуда доносился крик. Там ничего нет, кроме кромешной тьмы. Ни всполоха огней. Ни светящихся глаз. Ни уханья, ни вздоха.

Мёртвая тишина, в которой я слышу тонкий писк. Практически, как от летающего вокруг тебя комара.

Кручу головой по сторонам, чтобы определить источник звука.

Не могу понять откуда он доносится, пока до меня не доходит, что этот писк раздаётся у меня в голове.

Такой:

Пиииии…

Действующий на нервы. И это — неспроста!

Я снова смотрю на поверженного конструкта. Он не шевелится. Тупо лежит на полу туннеля.

— Сдох, сучара! — я смачно харкаю в его тушу, и уже собираюсь уходить, чтобы отправиться дальше, на поиски выхода, как, вдруг, я замечаю, как отстрелянная лапа твари сжимает пальцы.

Резко. Словно это была рефлекторная реакция.

Раз!

Пальцы разжимаются, и конечность, сама собой, начинает движение к туловищу.

— Чтоб меня!

Я смотрю на Паука. Затем снова перевожу взгляд на останки конструкта и вижу, как все они приходят в движение. Лапы и ноги рывками передвигаются к туловищу. Срастаются с ним через свои шарниры.

Башка монстра тоже сдвигается. Из неё вытягиваются туго переплетённые друг с другом нити, которые, как змеи ползут к брюху, чтобы снова стать с ним одним целым.

— Огнемёт! — быстро говорю я Пауку, и биомех протягивает мне моё оружие.

Я цепляю дробовик за пояс. Сжимаю рукоятку огнемёта. Она, через био-порт коннектится с моим симбионтом. Он вбрасывает в оружие жижу. И у огнемёта снова начинает биться его биомеханическое сердце.

Отхожу подальше от собирающейся на моих глазах твари и нажимаю на спуск, как раз в тот момент, когда башка твари прирастает к туловищу существа.

Бух!

Струя пламени хлещет по конструкту. Я снова жму на спуск и заливаю тварь морем огня, чтобы спалить его дотла.

— Гори, сука! Гори! — шиплю я, наблюдая, как это существо сначала чернеет, потом обугливается, и начинает превращаться в дымящую головёшку.

От него исходит смрад. Воняет палёным мясом, вперемешку с горчащим запахом, который забивает мне нос.

Языки пламени взметаются вверх и лижут свод туннеля, коптя его, как керосинка.

— Теперь, точно, — цежу я, — сдох! Туда ему и дорога!

Я решаю дождаться, чтобы убедиться, что конструкт наверняка сгорел и больше не воскреснет. Отхожу ещё дальше. Стою и смотрю на палёную тушу, как на пионерский костёр.

Огонь отражается в моих глазах. Я это знаю, будто вижу себя со стороны. Красные огоньки окрашивают мои белки алым цветом и делают меня похожим на демона, который смотрит на свою добычу.

Конструкт уже не горит. Просто дымит. Всё, что могло сгореть, уже сгорело. Остался только один костяк. Остов, который похож на экзоскелет робота, только биологический, собранный из костей и металлических деталей.

Больше всего моё внимание привлекает башка этого монстра. Зачернённый череп с глазницами графитового цвета и забралом.

Стою и смотрю, немного отстранённо, как будто это — кино, и я всегда могу перемотать плёнку, чтобы начать просмотр сначала, или забежать в конец.

Дым уже почти рассеялся, и тяжёлые, мутные и тошнотворные клубы висят под самым сводом туннеля, превращая его в нечто ирреальное.

— Пора! — говорю я сам себе, как, мне в голову приходит одна идея.

«Что если взять череп конструкта и сделать на его основе для себя шлем? А, что, размеры вполне подходящие, моя голова там поместится. Забрало есть. Глазницы станут смотровыми щелями, если вставить в них, что-то вроде стекла. Паук с этим справится».

Едва я об этом подумал, как…

— Да, ну… нах… — тяну я, — вот, млять! Этого не может быть!

Я вижу, как конструкт снова оживает! Сожжённая тварь дергается. Конечности приходят в движение. Голова поворачивается и, точно смотри на меня!

Задние ноги твари упираются в пол туннеля, а лапы в стенки, будто хотят их раздвинуть.

Хвост с жалом дрожит, как от предвкушения добычи, и из раскрытых челюстей, прямо из глотки конструкта выдвигается сегментированный хобот и начинает расти в мою сторону.

— Да как же тебя убить⁈ — задаю я сам себе вопрос.

Конструкт, точно услышав меня, медленно поднимается, всё больше напоминая своим костяком причудливого робота, или аватара, которым управляют со стороны, дёргая его за ниточки, как марионетку.

«Точняк! — я сразу же вспоминаю слова Анаморфа, когда он мне рассказывал о городе Древних. Помните его слова? „То, что уже мертво, убить невозможно, но то, что имеет подобие жизни, можно уничтожить, если разорвать связь между хозяином и его рабом!“ — Мне не уничтожить эту тварь, пока я не рассеку невидимые нити, который связывают его со своим хозяином. И свалить я отсюда не могу. Конструкт будет меня преследовать, пока не убьёт! А, чтобы это сделать, я должен увидеть эти нити и разрубить их своим клинком. Третьего не дано».

Я быстро отдаю огнемёт Пауку и достаю из-за спины меч. Вот только биться с монстром, который всё время восстаёт из мёртвых, — так себе затея. Изначально обречённая на провал. Мой единственный шанс, сместить подслой, и действовать в изменённом пространстве, с изменённым сознанием. Самому стать монстром, сбросив с себя оболочку человека!

Начали!

Я представляю, как меняется окружающая меня действительность. Это происходит резко, со сдвигом. Конструкт уходит на второй план, как бы отъезжает от меня, а туннель, наоборот, надвигается.

Все звуки пропадают, кроме того писка в голове. Он, наоборот, усиливается, и я понимаю, что я нахожусь на верном пути.

Я начинаю видеть чётче. В ином диапазоне. Воздух окрашивается в коричневые оттенки. Пространство тоже перестраивается. Стенки туннеля покрываются налётом в виде пепла, и его тяжёлые хлопья, как серые снежинки, только наоборот, поднимаются вверх, к потолку, превращая его в пол, на который он выпали.

Я понимаю, как всё это для вас звучит. Дико. Как бред сумасшедшего. Но всё это происходит у меня в голове, в сознании, которое выстраивает эту картинку, а потом проецирует её в ту реальность, в которой я сейчас нахожусь, перекраивая её по своему образу и подобию.

В этот момент я слышу, как Система мне сообщает:

До смены конфигурации подслоя остаётся:

Перед глазами появляются цифры обратного отсчета, которые бегут с неимоверной скоростью.

10… 9… 8…

Конструкт же на меня быстро наступает.

Бросок!

Тварь отталкивается от пола туннеля и прыгает на меня, вытянувшись во весь рост, буквально растянувшись в прыжке.

Я ещё не готов к сватке. Ещё недостаточно переделал пространство, где я сейчас нахожусь. Поэтому, я делаю то единственное, что может спасти мою жизнь, быстро отхожу назад. Чуть ли не бегом. Задом-наперёд. Выставив перед собой клинок.

Удар!

Взмах лапой!

Когти твари проносятся в считанных сантиметрах от моего лица.

Я пригибаюсь. Ухожу и линии атаки и взмахиваю перед собой клинком, а затем начинаю вращать его с бешеной скоростью, создавая перед собой нечто вроде мельницы, через которую конструкту не пробиться ко мне. Пока не пробиться.

Тварь сразу же меняет свою тактику.

Существо прыгает вверх, мощно оттолкнувшись от пола задними ногами, как кузнечик. Врезается в свод туннеля. Цепляется за него. Раскорячивается и переходит в атаку по потолку.

Я же отступаю. Ещё быстрее. Разрываю дистанцию по максимуму. В голове хаос из мыслей. Главная из которых: «Чтобы уничтожить эту тварь, нужно играть не по правилам. Нужно схитрить!»

Цифры обратного отсчета добегают до единички:

3… 2… 1…

Затем до нуля, и Система снова мне сообщает:

Конфигурация подслоя завершена!

У вас есть одна минута, чтобы этим воспользоваться!

Затем конфигурация откатится на исходную точку.

Время пошло!

60… 59… 58… 57…

«У меня есть одна минута, чтобы разделаться с этим монстром! — думаю я. — Немного, но и этого хватит!»

И я делаю то, что совершенно от себя не ожидал. Я делаю шаг вбок, вправо, и ставлю ступня на стенку туннеля, в самом его основании, а потом, не сводя глаз с твари под потолком, начинаю вращать этот долбанный пищевод, в котором я застрял, как бы вы перекатывали трубу, находясь внутри неё.

И… Млять! Мне это удалось! Туннель вращается! Сначала медленно, затем, всё быстрее и быстрее. Прям получился аттракцион!

Я стою на месте, только быстро переставляю ноги. Пол меняется с потолком и конструкт оказывается на одном уровне со мной.

Это похоже на кино, на магию, или на специальный эффект, как в фильме «Начало». Помните ту сцену боя в коридоре со сменой гравитации? Здесь, в Сотканном мире происходит нечто похожее, только я управляю физикой этого места.

Погнали!

Туннель продолжает вращение. Тварь пытается на меня напрыгнуть, вот только я меняю своё положение и, теперь, бегу по туннелю, как по кольцу, и в обратную от вращения сторону. По часовой стрелке, заодно смещаясь к конструкту так, что теперь я нахожусь на потолке, а он внизу меня!

И я рублю клинком! Со скоростью молнии. Наотмашь!

Ширх!

Тварь отвечает на мой удар ударом лапы, но промахивается, тупо мазанув по пространству, где меня уже нет!

Понеслось!

Удар!

Удар!

Поворот!

Я бегу по вращающемуся туннелю, то и дело меняя верх с низом. Запутывая и обманывая тварь, которая тупо за мной не успевает. А ещё она падает, как только туннель её подхватывает и закидывает на потолок, откуда её швыряет вниз.

Удар!

Ещё удар!

Я сокращаю дистанцию. Вишу вниз головой. Врубаюсь костяным лезвием в лапу твари и отрубаю её одним махом.

Но этого — недостаточно!

Она снова соберётся, сколько бы раз я её не разделал. Нужно рассечь нити, связывающие её с незримым кукловодом.

Цифры обратного отсчёта бегут, со скоростью курьерского поезда, и отсчитывают время, которого у меня уже практически нет.

29… 28… 27…

И я иду на крайний шаг. Одна моя часть машет клинком и рубит тварь в капусту, отсекая её конечности, которые тут же прирастают, а другая смотрит в пустоту.

«Ты смотришь, — говорю я сам себе, — но не видишь! Нити должны находиться здесь! Совсем рядом! Кто-то дёргает за ниточки!»

Бах!

Вращающийся туннель от меня удаляется. Вот так! По щелчку пальцев! На раз!

Пространство искажается. Как бы преломляется, как кривое зеркало, и в этом отражении я вижу… Я вижу нити. Тонкие, как паутина. Серебристые. Примерно с десяток. И они уходят в пустоту.

Эти нити дёргаются, колеблются. Сокращаются и удлиняются. Каждая из них привязана к конечности твари, к её башке и к туловищу. Реально, как у марионетки. И её хозяин так ей управляет, как куклой, заставляя меня атаковать.

А время идёт. Ускользает, как падающие вниз песчинки в песочных часах. У меня нет запаса, чтобы отрезать их по одной. Мой единственный шанс — перерубить их с одного удара. И, чтобы это сделать, мне придётся пройти сквозь тварь, которая, наконец-то сообразила, что ей делать, чтобы не летать от пола и до потолка.

Конструкт тупо упёрся задними лапами в стенки. Вращается вместе с туннелем, как в центрифуге и всё пытается достать меня оставшейся лапой. Заграбастать, а потом вонзить своё жало и убить, как я думаю, впрыснув в меня нейротоксин, прежде чем выпить мои внутренности, а затем разорвать на части, как и остальных жертв этого места.

Мы смотрим друг другу в глаза. Туннель кружится, и мы вместе с монстром вращаемся вместе с ним.

Тварь готовится к атаке. До неё метра три.

Она сжимается в пружину для решающего прыжка. Её дрожащее жало точно нацелено мне в голову, а башка конструкта клацает тремя оставшимися жвалами.

Монстр широко разевает пасть, разверзая свою глотку, и…

Из неё, неожиданно, выстреливает хобот монстра!

Выстреливает, как пуля. Он быстро удлиняется, типа, как телескопическая херота, и летит прямо в меня! Точно мне в грудь, как копьё.

Мне остаётся только одно — остановить время. Точнее, мгновенно сместить слой, иначе хобот пробьёт меня насквозь.

Стоп!

Мир останавливается. Замирает.

Только бегущая строка бездушной Системы продолжает свой обратный отсчёт.

10… 9… 8… 7…

Цифры, которые отсчитывают время, отделяющее меня от смерти.

И я решаюсь на отчаянный шаг. Чтобы разом убить трёх зайцев — уйти с линии удара хобота и разрубить нити, чтобы, потом, добить тварь, лишённую внешнего управления.

Для этого мне нужно мгновенно переместиться за монстра. Телепортироваться прямо сквозь слой и собраться уже там. И, всё это — за одно мгновение.

Вот только сложность, даже не в том, что я раньше такого не делал. Самое стрёмное, и я это точно знаю, что я могу застрять в этом слое, и уже никогда из него не выйти, навсегда оставшись в изнанке Сотканного мира!