Нейронафт. Часть 2

Эпизод 29. Собранные заживо

До существ — метров двадцать.

Я их отчётливо вижу через нейрозрение своего шлема, в мире, разбитом на ячейки, и сразу узнаю. Это — некромеханоиды — твари, собранные из остатков живой плоти и разных железяк, найденных на Свалке.

И они, резко отличаются от тех существ, которые обычно шастают по лабиринту Бесконечности.

В них есть, что-то совсем запредельное. Такое не должно жить, двигаться, смотреть и хватать, а оно — вот, прямо перед тобой — живое! Чтоб его!

Твари двигаются странно, рывками, будто механизмы с заклинившими шестерёнками. Их тела — жуткая смесь из мёртвой плоти и ржавого металла.

Таких я раньше здесь не видел.

Черепа. Кости. Позвонки. Сгнившее мясо. Выпирающие болты. Проржавевшие пластины. Провода, свисающие, как оголённые нервы.

Монстры. Уроды. Порождение самой извращенной фантазии. Больше, чем биомеханические машины.

Впечатление, что их собрали такими заживо, или же они такими родились — выползли из самых тёмных закоулков Сотканного мира.

У одного вместо руки — клешня, от какого-то промышленного агрегата, а у другого из груди растут, да именно так, вырастают, как побеги растений, кривые трубы, из которых сочится чёрная жижа.

Вместо глаз у них — страшные буркала на выкате. Огромные, раздутые, наполненные кровавыми сгустками и гноем.

Думаю, что эти глаза, твари, или, кто их там создал, тупо вытащили из трупов, и присобачили в пустые глазницы оскаленных, нечеловеческих черепов. Вытянутых и раздолбанных, с трещинами, будто, перед тем, как насадить их на плечи монстров, ими изо всех сил колотили об асфальт, пытаясь их размозжить.

А ещё, от них жутко воняет. Прям реально несёт мертвечиной, которая уже начала разлагаться.

Этот смрад забивает собой всё вокруг. Проникает, впивается в каждую клеточку моего тела. И, мне уже кажется, что от меня тоже уже смердит, как от трупа.

Хотя… Пофиг! И не в таких местах я бывал!

Тем временем некромеханоиды замечают меня с Пауком. Замирают на секунду, словно сканируя нас, определяя: «свой-чужой».

Затем, следует резкий рывок вперёд.

Их конечности так и мельтешат в воздухе.

— Паук, — кричу я, одновременно вскидывая дробовик, — стой у меня за спиной! Если что, свисти мне! Сфера на тебе!

«Свисти» было сказано, так, ради хохмы. Уверен, биомех понял, что я имел ввиду, и понял мою шутку.

Вот только мне становится не до приколов.

Некромеханоиды бросаются на меня не всей толпой. Трое из них отделяются от основной группы и… резко разогнавшись, перебегают на стену, и движутся прямо по ней, втыкая в ржавый металл острые когти.

Остальные прут все разом, плотной группой, больше похожей на многорукое существо, собранное из нескольких тел.

Из всех тварей больше всех выделяется только одна — та, с клешнёй. Другие же просто болванчики, как в игре, которых мне нужно перебить, чтобы добраться до босса этого уровня.

Я держу тварей на прицеле дробовика, отслеживая траекторию их движения через прицельную сетку, развернувшуюся у меня перед глазами.

Мозг, сам по себе, будто отдельно от тела, даёт мне советы, словно у меня в голове поселился ИИ-бот, который действует с опережением, и предугадывает все последующие ходы тварей.

Команды появляются у меня перед глазами в виде быстро бегущей системной строки, но я успеваю их считывать за доли секунды.

Вот, как это выглядит в реальности:

Внимание! Контроль пространства!

Не дайте себя окружить!

Я отступаю к стене. Прижимаюсь к ней.

Внимание! Приоритет целей!

Самый опасные — те, кто бежит по стенам. Они ближе всех. Затем тот, кто с клешнёй. Остальные, пока держатся на дистанции. Ими можно временно пренебречь.

Совет, конечно, дельный, но я и сам об этом знаю.

Внимание! Найдите укрытие! Отступите к нему, если твари к вам прорвутся!

А вот это — уже ценная информация!

Я кручу головой по сторонам. Замечаю, что в нескольких метрах позади меня есть ниша в стене, что-то вроде углубления, прикрытого свисающей с потолка бахромой, в виде остатков кожи.

Если что, там можно будет заныкаться и отстреливать наступающих на меня тварей по одной. Всем вместе им туда не пролезть. Покажу им: «300 Спартанцев»!

Я жду, не тороплюсь. Выцеливаю тварей, мысленно делая для себя отметки, кого из монстров завалить первым.

Время для меня снова уплотнилось. Чуть ли не остановилось, хотя, на самом деле, всё происходит со скоростью молнии.

Первый некромеханоид уже в трёх метрах от меня!

Он несётся по стене.

Жму на спуск.

Бах!

Дробовик отдаёт в плечо. Кислотная картечь врезается в грудь твари, и её сбивает со стены.

Эффект от выстрела мгновенный.

Плоть шипит. Её разъедает. Металл покрывается дымящимися язвами.

Существо издаёт скрежещущий вопль, пытается подняться, но заваливается назад, и, внезапно, с громким хлопком, БУХ! его разбрасывает на части, будто некромеханоид проглотил гранату.

Останки твари накрывают собой, как осколками, пару других некромеханоидов, тоже бегущих по потолку, от которого я успеваю укрыться, быстро переместившись к ранее мной примеченной нише в стене.

«Быстрее! Быстрее! Ещё быстрее!»

Выдаёт мне мой мозг, заставляя тело работать за гранью человеческой скорости. Но, я-то уже, не человек!

Пока твари на стене, замешкавшись, падают вниз, потеряв момент инерции, необходимый им для перемещения, по практически вертикальной плоскости, я перемещаюсь вправо.

Как раз вовремя, чтобы избежать удара трубы от ещё одного, неожиданно подбежавшего ко мне монстра, который отделился от основной группы со скоростью пули.

Ширх!

Труба проносится у меня над головой.

Пригибаюсь.

Тварь промахивается, теряет равновесие, и, едва не падает.

Я же отпрыгиваю вбок.

Делаю кувырок.

Быстро поднимаюсь на ноги и произвожу выстрел в упор.

Бах!

Картечь попадает некромеханоиду в башку. Череп лопается, как гнилой арбуз. Наружу выплескивается чёрная слизь и шестерёнки. Тварь оседает, но, её тело, всё ещё дёргается. Видимо, какие-то механизмы продолжают работать.

Следующая тварь прыгает на меня сверху, как паук.

Я едва успеваю уклониться от её граблей.

Когти только царапают броню на моём плече.

Разворачиваюсь и, со всей дури, бью монстра прикладом в челюсть. Раздаётся хруст.

Хрясть!

Челюсть сворачивает набок, и из раззявленного рта, вместе с чёрной жижей, вылетают гнилые зубы.

Но, тварь не падает. Вместо этого она вцепляется в мою руку, как бульдог.

Я вижу, как её пальцы, наполовину металлические, наполовину костяные, впиваются в защитный щиток на предплечье.

Резко дёргаю руку на себя, одновременно ударяя коленом в живот монстра. Тот ослабляет хватку, и я, тут же, стреляю в него, приставив ствол дробовика практически вплотную к его туловищу.

Бух!

Звук выстрела гасит плоть.

Кислотная картечь прожигает дыру в его груди, и пробивает тело навылет, оставляя след из жижи и слизи на стене.

Некромеханоид отлетает в сторону и сползает вниз по тюбингу. Он дымится и быстро растворяется под действом едкой субстанции, выплеснувшейся из моего оружия.

Последний некромеханоид пытается обойти меня сзади. Быстро пробежав по потолку и спрыгнув уже с другой стороны туннеля.

Я слышу его шаги за спиной. Скрежет металла по металлу.

Ширх! Ширх! Ширх!

Паук, не растерявшись, перебегает за меня, держа в своих щупальцах огнемёт, разрушитель и ещё и сферу, чтобы не мешать мне гасить эту тварь.

Прям, как ёж, который тащит на себе яблоки и грибы.

Запасливый!

Я, резко развернувшись, прижимаю приклад к плечу.

Бах!

Стреляю, почти не целясь.

Картечь попадает в руку монстра. Её отрывает, но тварь продолжает двигаться.

Некромеханоид бросается вперёд, вытянув ко мне свою уцелевшую конечность.

Я уворачиваюсь от очередного удара. Отпрыгиваю в сторону.

Припадаю на колено, быстро вскидываю дробовик, и стреляю снова.

Бах!

На этот раз я попал монстру точно в голову, начисто снеся его левую часть.

Кислота быстро разъедает череп, обнажая провода, мешанину из разных железяк и трубок, и, ещё, какой-то хлюпающей субстанции, из которой вытекает серая слизь.

Существо, на мгновение, замирает, затем валится набок, дёргаясь в лихорадочных конвульсиях, и, затихает.

В туннеле воцаряется тишина.

Её прерывает только шипение разъедаемой кислотой плоти монстров и шелест всё ещё работающих механизмов, которые, будто живут отдельно от своих хозяев.

Я поднимаюсь. Дышу тяжело, прерывисто, с хрипом, глухо доносящимся из-под шлема.

Поднимаю забрало и осматриваюсь.

Все некромеханоиды мертвы, если так можно говорить о тварях, которым только придали подобие жизни.

Их тела дымятся. Кислота продолжает пожирать металл и органику, от которых уже валит едкий белёсый дым.

Паук стоит в стороне. Не вмешивался, как мной ему и было велено.

Я же смотрю на останки тварей, и у меня в голове, будто срабатывает нейробот. Круто! Настоящая Система в башке, которая выдаёт мне вот это:

Данные собраны!

Выполняю анализ некромеханоидов.

Структура объектов:

49 % органика.

35 % механика.

8 % импланты.

7 % неизвестное вещество.

1 % энергетические элементы.

Слабое место тварей — соединения между конечностями.

Суставы, связки, сухожилия.

Вывод:

Кислотная картечь эффективна на 75 %.

Для увеличения урона требуется повысить скорострельность оружия в несколько раз.

Также рекомендую повысить убойную мощность зарядов, чтобы некромеханоид переставал функционировать с одного выстрела.

Анализ закончен!

Строчки исчезают. Что же, видимо я получил новую способность, о которой даже не догадывался, или же разблокировал старую, хорошо забытую.

— Полезная информация, — хмыкаю я, и перезаряжаю дробовик. — Значит, мне точно нужен автомат. Вот только автомат с разрывными пулями!

Как вам такое, друзья мои, а⁈

Оглядываюсь по сторонам. Туннель впереди мне кажется пустым, но я-то точно знаю, что это — затишье перед новой атакой.

Некромеханоиды — это так, разминка, перед предстоящей бурей. Слишком легко мне дался этот бой, словно игроки сыграли со мной в поддавки. И, где-то там, в глубине Сотканного мира, меня ждёт, что-то более смертоносное, чем это!

Я пинаю обуглившуюся кисть твари, которая отлетает в сторону, как мяч.

Ещё раз смотрю на останки тварей, и у меня внутри, где-то в животе, возникает спазм.

Голод!

Он вернулся, ещё сильнее, чем прежде.

Червь хочет жрать!

А передо мной, на полу туннеля, валяется много еды. Только протяни руку и зачерпни из этого источника чистого белка.

Я давлю в себе отвращение и приступ тошноты.

Еда — это жизнь.

А мне нужно жить дальше, чтобы убить всех!

И я приказываю симбионту активировать щупальце, чтобы насытить моего Червя.

Щупальце отключается от моего запястья. Удлиняется, вытягивается, как хобот у слона, и я делаю шаг к твари, у которой я снёс половину черепа.

В её башке всё ещё продолжает хлюпать жижа, и я думаю, что этой еды мне хватит, чтобы напитать Червя и пополнить запасы нейробустера в капсуле с симбионтом за моей спиной.

Щупальце заползает в череп. Я прекрасно знаю, что сейчас произойдёт, и, знаете, мне абсолютно пофиг.

Во мне ничего не дрогнет. Совсем ничего!

Щупальце впрыскивает кислоту в дохляка. Нужно выждать несколько минут, чтобы плоть в его теле растворилась и превратилась в питательную массу.

И я жду, наблюдая, как мясо становится желе — вязкой жижей, похожей на кисель, который мне предстоит сожрать, чтобы меня не сожрал Червь!

А затем… я оглядываюсь и кидаю быстрый взгляд на остальных некромеханоидов.

«Из вас получится отличная основа для сборки автомата — биомеханической импульсной штурмовой винтовки, которая превзойдёт собой всё, что видел этот мир!»