Нейронафт. Часть 2

Эпизод 9. Извне

Меня несёт на это существо, будто я лечу верхом на ядре, прям, как барон Мюнхгаузен. Даже боль, из-за крючков в спине, ушла на второй план. Меня волнует только одно, как выжить в бою с этой биомеханической Годзиллой?

Я закрепляю дробовик на поясе, в таком креплении, типа петли, дулом вниз.

Ширх!

Я извлекаю клинок.

Стрелять в тварь, как мне кажется, бесполезно, и, лучший способ продать свою жизнь подороже — вогнать лезвие в колосса, или, хотя бы, попытаться перерубить эти нити, которые меня держат.

Едва я об этом подумал, как у гиганта вверх взметается одно из щупалец и обвивается вокруг меня, как удав. Сдавливает меня. Буквально вяжет по рукам и ногам. Ни охнуть не вздохнуть. Даже не пошевелится. Не говоря уже о том, чтобы взмахнуть клинком.

Чёрт!

Млять!

Чувствую себя жертвой паука. Насекомым, которое попало в паутину и, теперь, только ждёт момента, когда его превратят в кокон.

Щупальце поднимает меня выше и выше. На уровень верха этого колосса, который всё ещё скрывается в тумане, который стал для него отличным камуфляжем, размыв все его контуры.

Знаете, как в картинах, нарисованных акварелью. Такой стиль, когда ты видишь только смутные образы, а остальное отдаётся на откуп твоего мозга, который сам должен сложить из разрозненных кусков мозаики цельное изображение.

Я зависаю в воздухе, примерно, метрах в десяти от гиганта. Странное зрелище, скажу я вам, видеть так близко то, на что ты ещё недавно смотрел снизу-вверх.

У твари нет головы. Рук. Ног. Вообще, конечностей. Бесформенная масса, будто слепленная из разных частей тел безумным скульптором.

Как ЭТО вообще может передвигаться⁈

Кости, иссохшие оголённые мышцы, сухожилия, металл, остатки вен, сгнившая плоть, иссохшая кожа и всё это скрепляет биомасса чёрного цвета, которая наползает, чавкает, пузырится и живёт своей жизнью, в отличие от этой мёртвой и воскресшей твари.

Или не мёртвой? А хрен его знает!

«И спящие проснутся».

Теперь эта фраза приобрела совершенно другой смысл.

Странно, но, почему-то, мне, как-то пофиг, что со мной будет дальше. Скорее, любопытно, с чем это я столкнулся на этот раз.

Ул… лла… Ул… лла… Ул… лла…

Этот звук исходит именно от этой твари. Это — не похоже на речь, скорее, на нечто вроде сигнала маяка. Типа — «свой-чужой».

Может быть… Может быть…

В этот момент щупальце стискивает меня, оплетает сильнее, отчего крючки врезаются в мою плоть, и я могу только глухо стонать, сжав зубы.

Всё моё оружие, пока, при мне, а значит, шансы выжить есть. Если бы оно хотело меня убить, то уже бы убило, просто разорвало бы на две части и дело с концом.

А так… ещё повоюем…

Существо приближает меня к себе и, точно заглядывает мне в душу. Хотя у него нет глаз, рта, носа, да, и вообще, самого лица!

Я бы назвал эту хрень Анаморфом. Что-то совсем странное и непонятное. Реально, бесформенное.

Теперь меня отделяет от твари не более трёх метров. От этой груды биомеханической плоти несёт смрадом разложения, болотным запахом и такой, специфической вонью, которая часто бывает на мусорных полигонах, с таким сладковатым привкусом гнили.

Заунывный звук, вот это: «Ул… лла… Ул… лла… Ул… лла…» резко обрывается, будто по туго натянутой струне резко рубанули мечом, а дальше…

Дальше происходит совсем странное. Голова существа, если это вообще можно назвать башкой, пусть это будет просто верх, раскрывается, точнее, как бы взрывается, распадается на несколько частей, как будто это был бутон цветка, и, из этой фигни вылезает толстенное чёрное щупальце.

Жирное. Сегментированное. С лоснящейся от слизи плотью. Похожее на огромную и раздутую от крови пиявку с вертикальной щелью на конце.

Это щупальце змеится прямо ко мне. Если это — внешний пищевод, то уж очень необычный. Такое меня просто заглотит и, даже не подавится.

Я пытаюсь выбраться из пут, но это — всё равно, что попытаться разорвать связанными руками стальной трос.

Крючки только глубже впиваются мне в спину, а щупальце, которое меня держит, сжимается до тех пор, пока у меня не начинают трещать кости.

Сопротивляться — бесполезно. Я могу только ждать и надеяться, что цель этого существа не выжрать меня до дна.

Нити, дёрнувшие меня на эту головокружительную высоту, раскачиваются в воздухе, и похожи на две тонкие и гибкие лианы, в виде петель.

Мне кажется, что я нахожусь в невесомости. На помощь мне никто не придет. Даже Паук. До него — несколько десятков метров. Если только биомех не вскарабкается по этой туше вверх. А толку от этого? Он что, сможет перегрызть эти щупальца и освободить меня? Ха! Держи карман шире!

Это веселье, неспроста. Что-то нервное. Такая защитная реакция организма на всю эту запредельную херню, что здесь происходит. Наверное…

Тем временем толстое щупальце приближается ко мне вплотную. Это — фантастическое зрелище, скажу я вам! Вообще запредельное!

Вблизи оно похоже на удава, только из фильмов ужасов. Даже больше на инопланетную тварь в виде змеи. Упитанной, как бы сделанной из множества частей, которые скрепили друг с другом, как если бы перед вами появился огромный гофрированный шланг от пылесоса, только с оболочкой из кожи.

И вся эта конструкция живёт сама по себе. Существует отдельно от основы — биомеханического колосса, и напоминает мне паразита.

Неожиданно, я замечаю, что в основании щупальца, из того места, откуда оно выходит из титана, начинает, что-то происходить.

Щупальце резко расширяется, и внутри него, что-то с усилием начинает продвигаться вперёд.

Если вы хоть раз видели, как змея заглатывает лягушку или крысу, или анаконда проглатывает нечто крупное, то вы сразу же поймёте, о чём я сейчас вам рассказываю.

Только здесь всё происходит в обратной последовательности. Что-то протискивается ко мне от сегмента к сегменту.

Щупальце расширяется. Опадает. Снова расширяется. И, толчками, пихает, и пихает наружу… Что пихает⁈..

Мне становится не до шуток. Речь идёт о том, сдохну я или нет.

Я напрягаю все свои силы. Ёрзаю, пытаюсь ослабить хватку и, мне, как-то удаётся, протиснуть сквозь сжимающие меня кольца кисть с мечом.

Теперь клинок находится с той стороны пут.

Я, с хрустом, через острую боль, изгибаю запястье вниз, чтобы вогнать остриё в щупальце, как, вдруг…

А я-то думал, что я уже видел всё в Сотканном мире.

Нечто протискивается к самому концу жирного щупальца. Из щели начинается сочится чёрная слизь, вперемешку с белыми хлопьями. Края этой хрени приоткрываются. Это, как наблюдать за родами в прямом эфире, и, из этого биомеханического чрева показываются длинные пальцы.

Они упираются в края щели и раскрывают её, чтобы дать появиться на свет…

Огромной голове.

По-другому это никак не назвать!

Тварь, состоящая из одной башки на тонкой шее, как бы сотканной из мышц и сухожилий, и двух лап, напоминающих приводы от некого оборудования с несколькими шарнирными суставами.

Вся эта херня раскладывается и лапы с пятью пальцами, резко, молниеносно, хватают меня за голову, смыкая в замок тонкие и гибкие ледяные пальцы.

А дальше. Дальше происходит совсем странное.

Голова, эта башка, трансформируется. Она похожа на длинную и изогнутую тыкву. Тыквоголовая хрень!

Бледно-серая кожа, с отчётливо видимой сеткой вен и сосудов, туго натянута на деформированный череп. Два огромных глаза без зрачков, заполненных тьмой. Носа нет. Только тонкая щель в виде рта, без губ.

Лапы продолжают меня удерживать, а башка приближается ко мне вплотную.

Она раза в три больше, чем моя. Вдоль затылка, если это вообще так можно назвать, к шее уходят несколько жгутов, похожих на косы чёрного цвета.

Башка вперивается в меня своими глазищами. Смотрит на меня несколько секунд. Пальцы сжимаются. Я пытаюсь пырнуть тварь клинком, но она только сильнее стискивает мою голову, отчего мне начинает казаться, что у меня сейчас лопнет череп.

Я шиплю. Из уголка моего рта стекает тонкая нить слюны, и я всё смотрю и смотрю в обсидиановые глаза твари, проваливаясь в них, точно в бездну, в центре которой кружится гигантский водоворот.

Я перестаю пытаться вогнать лезвие в ЭТО. Просто держу клинок, сжав его с такой силой, словно я хочу раздавить рукоятку, и тварь, сразу же, ослабляет свою хватку, переставая пытаться раздавить мою голову.

«Дрессирует сучара! — думаю я. — Прям, как собачку Павлова! Ничего! Мы ещё посмотрим, куда чья возьмёт! Если ОНО не хочет меня убивать, то — это означает, что шансы есть!»

— Че… го… — говорю я, еле шевеля языком, — тебе… от меня… нужно?

Это похоже на момент из старых фантастических фильмов, когда главный герой пытается установить контакт с инопланетянином.

Тварь, (Кто бы мог подумать!) ничего мне не отвечает. Только чуть открывает рот, из которого вылезает длинный язык, похожий на плеть.

Язык облизывает моё лицо, оставляя на нём разводы от склизкой и вонючей слюны. Как бы тест тестирует меня, прощупывает. Существо убирает свои лапы с моей башки, а потом эта фигня обвивается вокруг моей шеи, как удавка.

Башка твари приближается ещё ближе. Я смотрю существу глаза в глаза, и проваливаюсь в них, точно в омут. Сейчас, на самом деле. В реальности, а не виртуально.

Бах!

Вспышка.

Бах!

Вспышка!

Они чередуются. Это похоже на мигание ламп стробоскопа.

Я смотрю в глаза твари и вижу только бешено сменяющуюся чехарду из вспышек и затемнений.

Они нарастают. Ускоряются. И это похоже на код. Попытку установить контакт со мной, — существом, чей разум абсолютно чужд разуму Анаморфа.

Меня мутит. У меня кружится голова. Боль уходит на второй, даже на десятый план.

Язык существа душит меня всё сильнее и сильнее, лишая возможности сделать живительный вдох. Я задыхаюсь. Умираю. Пытаюсь открыть рот, чтобы захватить последние крупицы ускользающего от меня кислорода.

И я, в полупридушенном состоянии, практически потеряв связь с действительностью, проваливаюсь в себя, в свой внутренний мир, из которого, извне, из пространства, созданного мои разумом, начинает проступать шифр. Кодировка, созданная в сознании существа и переведённая на язык, который я бы смог понять.

Тварь, как бы переместилась на мой уровень, чтобы я мог прочитать, что она хочет мне сказать.

Передо мной, в черноте пространства моего внутреннего мира, — мира контролируемого безумия, возникают строчки — слова и предложения Системы, которые переформатировались из разума твари в мой разум.

Вот они:

Загрузка

1… 2… 3…

Проверка всех систем

Проверка пройдена

Переход?

Да

Переход выполнен

4… 5… 6…

Обратный отсчёт наоборот. Что-то новенькое!

До начала диалога

7… 8… 9…

Старт!

Бух!

Снова вспышка перед глазами.

Снова тьма.

Я точно оказался внутри некого нейро-переводчика, который, на ходу, переделывает слова твари в язык, который я смогу понять.

И, между нами, возникает диалог.

Чего ты хочешь? Кто ты такой?

Спрашиваю я существо.

Древний!

Отвечает мне тварь.

Так тебе будет проще понять, с чем ты имеешь дело. Главное, — не пытайся перейти на мой уровень! Наши разумы слишком чуждые друг к другу, чтобы ты осознал, с чем ты имеешь дело! Я буду разговаривать с тобою образами! И ты окунёшься в прошлое! В прошлое, которое позволит тебе понять, что тебя ожидает в грядущем!

«Вот это поворот! — думаю я. — Кто бы мог подумать, что это существо — Древний, захочет прийти мне на помощь, чтобы… Чтобы что⁈.. — этого я пока не знаю. Но, уже скоро, как мне кажется, я это узнаю».

На моей стороне появился новый игрок. Игрок, который, (Звучит, конечно, банально), и я в этом уверен, ведёт свою игру. Для чего? Загадка!

Валяй!

Отвечаю я, и готовлюсь. Ещё бы знать, к чему я готовлюсь…

Смотри!

Вопль бьёт меня по ушам.

Смотри, человек, что произойдёт уже в твоём будущем! И это — только один из возможных вариантов!

На этих словах меня швыряет вверх. Не на самом деле, а виртуально, словно из меня вытрясли саму душу, и она перешла на астральный уровень.

Я вижу… Я вижу…

На меня надвигается пространство.

Появляется чернота. Она бледнеет. Образы сменяют друг друга и, из этой тьмы возникает территория.

Мне кажется, что я вижу всё это с головокружительной высоты.

Сначала, всё, как в тумане, а потом, туман рассеивается, и в поле моего зрения попадают города, если это вообще так можно назвать.

Здания, целые мегаполисы, которые, как причудливые растения, уходят на многие километры вверх. Биомеханические конструкции. Невероятные сооружения, которые покрывают собой целую планету. Сотканные из живых материалов — плоти, костей, мышц и металла, а среди них, этих зданий, движутся титаны — биомеханоиды, твари, которых ещё никогда не видел человеческий разум.

Затем, планета биомехов отдаляется. Немного уменьшается в размере, а вокруг неё появляется ещё одно пространство. Даже не космос, а именно пространство, без звёзд, планет и созвездий.

И, в этой черноте возникает провал — дыра в ничто — абсолютная чернота, из которой, вниз, к мегаполису тянутся щупальца. Длинные, как солнечные протуберанцы. Покрытые слизью, и они уходят вниз, как столбы гигантских смерчей.

И эти смерчи сметают всё на своём пути. Уничтожают саму основу мира. Превращают его в нечто, что ещё никто и никогда не видел. Терраформируют в то, что пришло извне — плоть, которая поглощает всё, пожирает на своём пути любую ткань, создавая из неё корм для субстанции — чёрной жижи.

А дальше, там, внизу, возникают чёрные вспышки. Мегагорода исчезают. Проваливаются в себя. Схлопываются на моих глазах. Их уничтожают сами существа, — биомеханоиды, отправляя свой мир в иное измерение, во временные и пространственные провалы, только бы он не достался наползающей плоти, и она не смогла пойти дальше, поглощая иные миры.

Вот только…

Частица. Как я вам и говорил ранее — одна частица равна целому. Пролезло одно, значит — поглощено всё.

И там, за гранью реальности — в ином измерении, на основе осколков многих сотен и даже тысяч миров, возникает новая реальность — Сотканный мир — вселенная, вобравшая в себя плоть иных галактик, и, сформировавшая на её основе нечто иное — паутину Лабиринта Бесконечности, — разумное мегасущество, которое постоянно хочет жрать, а, ради этого, ему постоянно требуется новые миры, которые оно хочет поглотить, чтобы продлить свою жизнь.

Я вижу это!

Чувствую боль.

Ненависть.

Ощущаю злость и бесконечную ярость тех, кто погиб в этой невероятной по масштабу бойне, и тех — кто превратился из этого месива в тварей Лабиринта. Тех, кто отныне обречён вечно скитаться по этим бесконечным коридорам, и жрать, жрать, жрать себе подобных, чтобы воспроизводить чёрную жижу, и искать пути для экспансии в иные вселенные. Чтобы уже жрать там, и так — до тех пор, пока существует Сотканный мир!

Я понимаю, что всё это означает, и, что хочет сказать мне эта тварь, которая выползла из этой оболочки колосса, как из кокона, как из внешнего экзоскелета.

И я принимаю этот вызов и, надежду, что мой мир не станет очередной добычей для Лабиринта Бесконечности.

Как мне победить?

Спрашиваю я существо, которое всё ещё сжимает мою шею своим языком.

Ты должен найти артефакт судеб!

Отвечает мне тварь.

А для этого ты должен отправиться в город Древних — Первый Домен этого слоя!