Отблески тебя

Пролог

Грей

ПРОШЛОЕ, ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ

Я вертела в пальцах цепочку от кулона и наклонилась вбок на валуне, пытаясь получше рассмотреть парковку у начала тропы. Вдохнула и выдохнула с разочарованием, когда в поле зрения въехал внедорожник. Не он.

Холодный мокрый палец влез в ухо, и я взвизгнула, отмахнувшись от руки.

— Фу! Ты что, ненормальный?

Старший брат, Холт, расхохотался и зажал меня в захват.

— Кто-то же должен учить тебя держать ухо востро.

Я схватила его за руку и сильно дернула за волосы.

— Ай! Черт, Джи, это больно!

— Вот что бывает, если играть с огнем, — сказал со смешком Лоусон, наш самый старший брат, подходя ближе.

— Она как тасманский дьявол. Маленькая, но смертельно опасная, — пробурчал Холт.

Лоусон взъерошил мне волосы, а я отмахнулась.

— Но мы ее так и натаскали.

Я нахмурилась, но спорить было бесполезно. В этом они были правы. Четверо старших братьев означали три вещи: во-первых, я была самой опекаемой девчонкой в Сидар-Ридж. Во-вторых, научилась драться не хуже их уже в пять лет. И в-третьих, свидание у меня будет не раньше, чем лет в тридцать.

— Вы худшие, — пробормотала я без особой злости. На самом деле я их обожала. Но они были невыносимо надоедливы.

— Ты отвлеклась. Кого высматриваешь? — подозрительно спросил Холт. — Слышал, Рэнс сегодня с отцом будет тренироваться.

К нам подошел Роан с нахмуренным лицом, и я уже знала, что бедняге однокласснику обеспечен пронизывающий взгляд молчаливого брата на всю тренировку.

— Нет, — простонала я. — Рэнс — просто друг. Может, вы слышали о таком понятии.

Надо было сказать, что именно его я ждала. Это было бы куда безопаснее, чем правда. Тем более что Холт лицемер — сам ведь встречался с моей лучшей подругой, Рен.

— У тебя не должно быть друзей-мальчиков. Ты слишком мала, — нахмурился Лоусон.

— Мне пятнадцать. Большинство девчонок в моем классе уже лишились девственности, — огрызнулась я, вскакивая на ноги.

Разом послышались возмущенные стоны и крики. Тут подошел отец.

— Эй, что тут у вас? Мы начинаем.

Папа всю жизнь помогал руководить командой поисково-спасательной службы округа Харрисон. Работы у них хватало — в наш городок в паре часов к востоку от Сиэтла приезжало полно туристов за активным отдыхом. И он нас, детей, рано вовлёк в это дело.

Мы все полюбили поисково-спасательные операции. Природа, помощь людям — лучше сочетания не придумать.

Лоусон похлопал отца по плечу:

— Поверь, тебе лучше не знать.

Папа посмотрел на меня:

— Тыковка?

Я вспыхнула:

— Ничего. Они просто бесятся.

Он усмехнулся:

— Что нового? — и, окинув взглядом собравшихся на тренировку, крикнул: — Нэш.

Младший брат оторвался от телефона. На его лице мелькнула тревога, и у меня свело живот. Так было всю последнюю неделю. Я ведь знала, что этот день придёт. Пальцы снова нашли кулон-компас, который стал моим талисманом с тринадцати лет.

— Иди сюда, — позвал отец. — Начинаем. А вы все — надевайте снаряжение.

Нэш медленно двинулся к площадке, и я пошла ему навстречу.

— Он не выходил на связь? — спросила я тихо.

Нэш покачал головой:

— Не отвечает на сообщения.

Сердце болезненно сжалось.

— Совсем ничего сегодня?

— Нет. Он сказал, что придет, и все… тишина. Может, ему нужно побыть одному.

Я закусила ноготь.

— Может. — Но я знала: Кейдену это вряд ли пойдет на пользу, даже если он так думал.

— Встаем в круг, — позвал отец.

Но я направилась к маме, которая стояла у парковки. Она сразу уловила что-то неладное:

— Все в порядке?

Я вонзила ноготь в подушечку пальца, чтобы собраться с мыслями.

— Я волнуюсь за Кейдена.

— Он должен был прийти?

Я кивнула.

— Нэш от него ничего не слышал. Но я думаю, я знаю, где он.

Брови мамы приподнялись.

— Тут есть одно место, недалеко. Он как-то показывал его мне и Нэшу. — Я ведь всегда таскалась хвостом за ними и за Мэдди, их лучшей подругой. Но Кейден никогда не заставлял меня чувствовать себя лишней. Он всегда брал меня в их компании.

Это место стало для него тихой гаванью. Иногда я заходила туда — сначала в надежде встретить Кейдена, потом просто потому, что мне там было спокойно.

Мама нахмурилась:

— Не уверена, что тебе стоит ехать одной.

— Я возьму квадроцикл и напишу, как только доберусь. Если его там не будет, сразу вернусь.

Она вздохнула:

— Ты ведь правда о нем заботишься?

— Конечно. Это же Кейден.

Он был в нашей жизни с тех пор, как мне было четыре, а ему пять, когда он с Нэшем играл в футбол. По идее, он должен был бы быть мне как пятый брат. Но это было не так.

— Ладно, — мама убрала прядь с моего лица. — Только сразу напиши. И шлем надень.

Я улыбнулась и быстро обняла ее:

— Спасибо. Обещаю.

Подбежав к парковке, я запрыгнула на квадроцикл и надела шлем. Сорвавшись с места, я поспешила прочь, пока братья не сунули нос.

Ветер бил в лицо, унося пряди светлых волос из-под шлема. С каждой секундой в груди становилось тяжелее. Если Кейдена там нет — я не знала, где еще искать.

Я свернула с дороги на лесную тропу, достаточную для квадроцикла. Скорость сбавила, когда деревья расступились и показалась поляна. Заглушив мотор, я резко вдохнула.

Он был там.

Кейден даже не поднял головы от шума двигателя. Он смотрел на поток ручья перед собой, спиной ко мне. Плечи у него стали шире, волосы темнее. А глаза — те самые ореховые, только печаль в них была сильнее, когда он думал, что никто не видит.

Я спрыгнула с квадроцикла, сняла шлем и оставила его на сиденье.

Кейден не шелохнулся, пока я шла к нему. Он, казалось, растворился в игре воды — в ее зелено-синих с вихрями.

— Я гадал, появишься ли ты, — его голос тоже изменился. Стал ниже, грубее.

Я перелезла через бревно и устроилась рядом, оставив пару сантиметров между нами.

— Не хотела, чтобы ты был один.

— Может, я и хотел.

— Тогда ты бы сюда не пришел.

И в этом было такое облегчение. Кейден не закрывался от меня.

Уголки его губ дернулись вверх.

— Наверное, ты права. Может, я просто хотел проверить, найдется ли кто-то, кому не все равно.

Я нахмурилась.

— Многим не все равно. Нэшу. Моим родителям…

— Но не моей семье.

Я прикусила щеку изнутри.

— Они ничего не сказали?

Кейден запрокинул голову, уставившись в небо.

— Мама сказала бы, если бы не наглоталась кучи таблеток и не вырубилась. А отец с Гейбом делают вид, что все как обычно.

Я двинулась по наитию, переплела пальцы с его пальцами.

— Она была лучшей. Одним из самых добрых людей, которых я знала. И с потрясающим чувством юмора.

Дыхание Кейдена сбилось, он уставился на наши сцепленные руки.

— Она обо всех заботилась. Черт, единственный раз, когда она повышала голос, — если кто-то собирался прибить жука дома. Она настаивала, что надо поймать его и выпустить на улицу.

Сердце болезненно сжалось.

— Это и была Клара во всей красе.

— Я так чертовски скучаю по ней, — голос Кейдена был сырой, сорванный.

Конечно, скучал. Это же его младшая сестра. Он любил ее до безумия. Он сделал бы ради нее все. Но остановить рак он не мог. Сколько бы лечений ни пробовали, ей становилось все хуже, пока два года назад она не ушла из жизни.

Я сильнее сжала его руку.

— Это только доказывает, как сильно ты ее любил. Она часть тебя. И ты не можешь не чувствовать ее отсутствие.

Взгляд Кейдена метнулся ко мне.

— Она оставила на мне клеймо, и иногда кажется, будто рана свежа, как в тот день.

Мое сердце забилось быстрее от этой его интенсивности.

— Горе не идет по прямой. Бывают дни полегче. А бывают такие, что сбивают с ног.

Он снова посмотрел на воду.

— Не все это понимают. Многие хотят, чтобы я просто стал прежним.

— Но ты уже никогда не будешь тем человеком. Это изменило тебя.

Взгляд Кейдена снова рванулся ко мне.

— Как ты это понимаешь, если никто другой не понимает?

Я пожала плечами, не желая выдавать правду: я смотрела на Кейдена с болезненным, одержимым вниманием. И я видела перемены. Они приходили медленно и сразу, вместе с той тьмой, которой раньше не было. Но для меня это было частью его, и я любила ее так же, как все остальное в нем. Просто из-за этого его проблески света сияли еще ярче.

Взгляд Кейдена скользил по моему лицу, задержался на губах. Но через секунду он заставил себя отвернуться и выдернул руку.

— Хочешь пройтись по тропе?

Я постаралась не выдать разочарование. Сколько бы мы ни проводили времени вместе, он ни разу не сделал шаг, чтобы перейти границу дружбы. Я привыкла к этой постоянной горечи. Поднялась на ноги.

— Конечно.

Я достала телефон и быстро отправила маме сообщение, куда мы идем.

— У тебя с собой рюкзак? — спросил Кейден.

Я поморщилась.

— Забыла его на тренировке по поисково-спасательной службе.

Он подхватил свой и закинул на плечо.

— Думаю, нам хватит.

— Одолжишь воды?

Кейден протянул бутылку, и я сделала большой глоток.

— Господи. Хорошо, что я взял две.

Я виновато улыбнулась.

— Я мчалась сюда что было сил.

Он нахмурился.

— Надо быть осторожнее. Квадроциклы опасные.

Я закатила глаза и вернула бутылку.

— У меня уже есть четверо старших братьев. Пятого не нужно.

Кейден усмехнулся.

— Учту. Пойдем по северной тропе?

Я кивнула. С нее открывался потрясающий вид: весь город у озера и километры вокруг.

Мы двинулись вверх по склону. Первые участки тропы были широкие, и мы шли бок о бок. Сначала молчали, позволяя ветру конца лета кружить вокруг нас.

С Кейденом я не чувствовала давления разговаривать. Достаточно было просто быть рядом. Но если я и хотела что-то сказать, знала: он выслушает без осуждения. Он видел все стороны и понимал, что жизнь редко бывает черно-белой.

— Она любила эти, — тихо сказал он, кивнув на сиреневые цветы среди трав.

— Красивые. Как называются?

— Люпины.

Хотя Кейден вырос в обеспеченной семье, он обожал природу и жадно впитывал о ней все, будто голодный. Больше него знал, пожалуй, только Роан. Но тот вообще чаще общался с горами, чем с людьми.

Я подняла телефон, сфотографировала цветы и занесла название в заметки.

— Зачем это? — спросил он.

Я пожала плечами.

— Хочу запомнить. Теперь, каждый раз, когда их увижу, буду вспоминать о Кларе.

Кейден сглотнул, кадык дрогнул.

— Это в каком-то смысле держит ее живой. Каждый раз, когда помним.

Мне хотелось снова взять его за руку, но я сдержалась.

— Мы не дадим ей быть забытой. Обещаю.

Он кивнул, прочистив горло.

— Как там поисково-спасательная служба?

Я поняла намек. Ему нужно было отвлечься, не утонуть в горе.

— В целом нормально… Команда почти в полном составе. Братья снова достали. Как обычно.

Он усмехнулся.

— За что на этот раз?

— За Рэнса Грейнджера, — выдохнула я, откидывая прядь с лица.

Шаг Кейдена на мгновение сбился.

— А что с ним?

— Думают, я влюбилась.

— А ты? — в голосе Кейдена прозвучало напряжение.

— Неважно даже если да. Они отпугивают любого, с кем я хочу встречаться.

Кейден буркнул:

— И правильно. Если твои братья могут его отпугнуть, значит, он и не стоит твоего времени.

— Так я и останусь девственницей навсегда, — пробормотала я.

Кейден тут же закашлялся.

— Черт, Джиджи. Предупреждать надо, прежде чем такое выкидывать.

Меня кольнула досада.

— Мне почти шестнадцать, между прочим. У большинства девчонок моего возраста уже были парни. Я не ребенок. — Он всего на год старше, и я знала, что у него было немало девчонок.

Кейден остановился и посмотрел сверху вниз.

— Поверь, Джиджи. Я знаю, что ты не ребенок. Но не стоит торопиться. Это должно быть с тем, кто дорог тебе и кто оценит, что ты делишься с ним таким.

— А ты ждал? У тебя это было особенное, ценное?

Кейден скривился.

— Ты же знаешь меня. Я никогда такого не искал и не ждал.

Боль пронзила мою грудь.

— Почему?

Его взгляд скользнул мимо меня.

— Просто нет. Не хочу об этом говорить.

Кейден не всегда был таким. В средней школе у него были девушки, он водил их на свидания, танцы. Но после смерти Клары все изменилось. В его жизни больше не было ничего, похожего на привязанность.

— Дашь еще воды?

Он протянул бутылку.

— Ты в порядке?

Я кивнула, хотя должна была признать, что первые метры тропы дались тяжелее, чем обычно. Мне хотелось лечь прямо на землю и уснуть.

— Я плохо спала прошлой ночью, — пробормотала я. — Все думала о тебе.

Кейден забрал бутылку обратно.

— Можем вернуться, если ты не в форме.

Я покачала головой.

— Нет. Свежий воздух поможет.

Мы снова пошли по тропе, и мышцы протестовали при каждом шаге. Я заставила себя идти дальше. Становилось чуть легче, но когда мы добрались до первой обзорной площадки, у меня расплылось в глазах, пейзаж передо мной дрожал и колыхался.

Я на автомате ухватилась за руку Кейдена.

— Эй, — он тут же подхватил меня. — Присядь на минутку.

Кейден довел меня до валуна, но ноги тряслись все время. Он присел напротив.

— Голова кружится?

— Да, и картинка плывет.

Даже сквозь мутное зрение я заметила тревогу в его глазах.

— Дашь еще воды? — язык будто прилип к небу.

Он протянул бутылку, и я осушила ее до дна.

— Ну как? — спросил он.

Мир снова поплыл.

— Все неправильно. Будто я под кайфом. — Хотя я не знала, как это на самом деле, но именно так себе и представляла.

Кейден вскочил, достал телефон.

— Я звоню твоему отцу. — Он выругался. — Черт, сигнала нет.

— Не надо ему звонить, — я попыталась подняться, но это было ошибкой. Земля под ногами заскользила, как движущаяся лента, и меня повело вбок.

Кейден подхватил меня прежде, чем я рухнула в грязь.

— Черт, Джиджи! Что с тобой?

— Я… я не знаю, — пронзила боль в животе.

Размытое лицо Кейдена нависло надо мной, когда он поднял меня на руки.

— Я держу тебя. Мы найдем помощь.

— Ты не донесешь меня… — расстояние до стоянки было слишком большим.

— Ты? Да ты невесомая рядом с теми громилами, которых мы вытаскивали с гор.

Я и правда была хрупкой, но он нес меня один, и мы прошли уже не меньше полутора километров.

Перед глазами замелькали темные точки, и голова бессильно уткнулась в его грудь.

— Джиджи? — в его голосе зазвенела паника.

— М-м?

— Держись. Не засыпай, — приказал Кейден.

Я хотела. Я всегда хотела быть рядом с Кейденом. Но я была так устала.

Тьма накрыла меня, но я все же успела услышать его отчаянный крик:

— Только не оставляй меня тоже.