Отблески тебя

49

Грей

Тихое, едва различимое пиканье раздражало слух.

— Выключи это, — пробормотала я.

Попробовала перевернуться на бок, но тело пронзили волны яростной боли.

— Полегче, Джиджи, — предостерег хриплый голос, и теплые, осторожные руки мягко вернули меня на подушку.

Я быстро заморгала, вцепившись в этот голос, словно он был моим спасением.

Яркий свет резанул глаза, почти больно.

— Вот и ты, — выдохнул Кейден.

Его лицо проступало передо мной урывками — будто в замедленной съемке. Мужчина, которого я любила всей душой. Но он выглядел измотанным: густая щетина на челюсти, темные круги под глазами, волосы растрепаны, словно он бесконечно запускал в них пальцы.

— Что случилось? — прохрипела я.

Его ладонь легла на мое лицо, большой палец ласково скользнул по скуле.

— Ты напугала нас до смерти. У тебя закончился инсулин в помпе, и у тебя начался кетоацидоз. Ты была в коме больше суток.

Воспоминания вернулись рывками: открытая дверь. Электрошокер. Домик. Огонь.

Мое тело дернулось, и новая волна боли пронеслась по нему.

— Эдди.

Кейден не убрал руки с моей щеки, другой он крепко сжал мою ладонь.

— Его больше нет. Ты в безопасности.

— Больше нет?

Кейден кивнул.

Глаза наполнились слезами и пролились через край. Не из-за того, кто меня терроризировал, а из-за друга, которого я потеряла.

— Его разум так искривился…

Кейден склонился ниже, прижав свой лоб к моему.

— Я знаю.

— Почему? — выдавила я.

— Не думаю, что мы когда-либо полностью поймем. — Кейден выпрямился, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Полиция нашла его дневники. После смерти Меган он зациклится на тебе. Ты стала его смыслом, чтобы продолжать жить. Но эта потребность стала темной, болезненной.

Грудь сжалась, и я крепче вцепилась в его руку.

— Я не видела этого.

— Я знаю. Никто не видел, — боль мелькнула в глазах Кейдена. — Прости, что оставил тебя одну.

Я резко дернула рукой.

— Это не твоя вина.

— Этого бы не случилось, если бы я не ушел.

— Не будь идиотом, — резко оборвала я.

Он удивленно поднял брови.

— Даже если бы не в тот день, Эдди нашел бы другой момент. Ты не мог быть со мной круглые сутки.

— Похоже, в ближайшие месяцы я докажу обратное, — пробормотал он.

Я подняла руку и коснулась его лица, щетина легонько покалывала ладонь.

— Пожалуйста, не взваливай это на себя.

— Я был в ужасе, — прошептал он.

В груди вспыхнула боль.

— Мне так жаль.

Глаза Кейдена заблестели от несдержанных слез.

— Потеря Клары что-то сломала во мне. Я так боялся снова кого-то потерять, что никого не подпускал близко. Никого по-настоящему не впускал.

Мое сердце разрывалось за того мальчика, который потерял сестру, напарницу в проделках, лучшую подругу. За мужчину, который до сих пор носил эти шрамы в душе.

— Но когда ты угасала на моих глазах, я думал только о том, сколько времени зря потратил, пытаясь оттолкнуть тебя.

Я скользнула рукой по его шее и притянула ближе.

— Мы больше не будем терять время.

Он заглянул мне в глаза.

— Никогда больше. Не хочу упустить ни секунды.

— Думаешь, в этой больнице найдется священник, который поженит нас прямо здесь?

Кейден улыбнулся:

— Уверен, наши мамы убили бы нас обоих за это.

Из меня вырвался смех — такой чистый, долгожданный.

— В этом, пожалуй, ты прав.

— Никогда не устану слушать, как ты смеешься. Я так чертовски скучал по этому звуку.

В носу защипало.

— Кейден...

Он сунул руку в карман и достал что-то маленькое.

— Я должен вернуть тебе одну вещь.

Я нахмурилась.

— Что?

Кейден выложил на одеяло крошечный серебряный кулон на тонкой цепочке.

Я ахнула, схватила его в ладони.

— Мое ожерелье? — Я уставилась на маленький компас, который так любила, не веря, что он настоящий.

Кейден с трудом сглотнул.

— Медсестра дала его мне, когда я привез тебя в больницу тогда. Я держал его в руках все то время, пока они боролись за тебя. Каждый момент, что ты была в коме. Для меня это был талисман. Я верил, что если буду держаться за него, с тобой все будет хорошо.

Глаза защипало, за ними нарастало давление.

— Кейден...

— Даже когда я ушел, этот кулон всегда был у меня в кармане. Каждый день. Он заставлял меня чувствовать, что ты рядом.

Несколько слез вырвались и потекли по щекам, а Кейден аккуратно стер их пальцами.

— Иногда мне кажется, что это ожерелье снова привело меня к тебе. Ты всегда была моей путеводной звездой. Моим внутренним компасом, который указывал путь. И теперь я должен вернуть его тебе.

Он нагнулся и застегнул ожерелье у меня на шее. Я подняла на него глаза.

— Я не могла бы любить тебя сильнее.

Кейден склонился и коснулся моих губ.

— Я не могу дождаться, когда женюсь на тебе, — его губы дразнили, пока он надевал кольцо, которое врачи, должно быть, сняли перед операцией. — Когда мы заведем детей. — Его язык легко скользнул по моим губам. — Когда построим прекрасную жизнь.

— Тошнит, — проворчал Нэш, вваливаясь в палату. — Не целуй мою сестру у меня на глазах.

Кейден отпрянул, сверля его взглядом.

— Ты мог бы хотя бы постучать.

— Это, на секундочку, больница. Я не должен бояться застать вас за этим в любой момент, — огрызнулся Нэш.

Губы Роана дернулись, когда он зашел следом.

— Судя по этому камню на ее пальце, нам придется привыкнуть. — Он подошел и осторожно обнял меня. — Я так рад, что с тобой все в порядке.

— Спасибо, братик, — прошептала я.

— Камень? — пискнула мама с порога, ее взгляд метнулся от меня к Кейдену и обратно.

Нэш схватил мою руку и поднял к свету.

— Черт возьми. Она и правда сказала «да». — Он ухмыльнулся Кейдену. — Молодец, чувак. — А потом нахмурился. — Но целоваться при мне тебе все равно запрещено.