Паслён

27

СТИЛВЕЛЛ ПОЛОЖИЛ КОРОБКУ с обувью в большой пластиковый пакет для улик, который взял из ящика на «Гаторе». На участке он оставил её на столе Мерси, провожая Лесли Снид в комнату для допросов. Он указал ей на стул для свидетелей.

— Присаживайтесь, я скоро вернусь, — сказал он. — Могу что-нибудь принести? Кофе, колу?

— Диетическую колу, если можно, — сказала Снид.

Он оставил её, закрыл дверь и вернулся к столу Мерси.

— Мерси, на коробке с обувью есть номера. Можешь попробовать проследить, где её купили?

Он знал, что такие задания ей по душе, потому что не нужно покидать офис, и они отвлекают от неблагодарной работы отвечать на звонки и рацию весь день. Также он знал, что она мастерски владеет клавиатурой. В интернете она была как дома.

— Скорее всего, купили на «Amazon», — сказал Стилвелл. — Но стоит попробовать.

— Это подарок нашей жертве? — спросила Мерси.

— Скорее всего. Они дорогие. Почему спрашиваешь?

— Потому что сомневаюсь, что «Prada» можно купить прямо со складов «Amazon». Придется через стороннего продавца, а там всегда есть риск подделок. Можно купить б/у через сайты перепродажи, но ты говоришь, что это подарок, а ни один мужчина не подарит девушке ношеные туфли. Скорее всего, он купил бы их в магазине.

Стилвелл кивнул. Это имело смысл.

— Ну, посмотри, что удастся найти, — сказал он. — Как наш заключенный? Ещё один день остался.

— Тихо себя ведет с самого завтрака, — сказала Мерси.

Стилвелл пошел в тюремный блок и заглянул в камеру, где держали Спивака. Заключенный лежал на полу без рубашки, делая упражнения на пресс, зацепившись ногами за металлическую раму кровати.

— Спивак, завтра утром твоя первая явка в суд, — сказал Стилвелл. — Твой адвокат будет здесь?

Спивак остановился и остался лежать на полу, тяжело дыша от нагрузки.

— Отвали, — сказал он.

— В последнее время я часто это слышу, — сказал Стилвелл. — Знаешь, что такое ЧМТ, Спивак?

Спивак молчал. Он встал с пола и подошел к решетке — попытка запугать Стилвелла своим тяжелым дыханием и накачанными грудными мышцами. Стилвелл заметил множество татуировок, покрывающих его торс, все выцветшие, сделанные, похоже, тусклыми синими тюремными чернилами. Он задумался, сидел ли Спивак в Мексике или другой стране, поскольку в базе Национального центра криминальной информации, кроме трехсот дней в Питчессе, ничего не нашлось, а этого времени вряд ли хватило бы на сложные переплетающиеся узоры, покрывающие почти каждый дюйм его верхней части тела.

— ЧМТ — это черепно-мозговая травма, — сказал Стилвелл. — Похоже, у Данна может быть ЧМТ, что, вероятно, положит конец его карьере. Мы позаботимся, чтобы судья завтра это знал.

Он не заметил никакой реакции от Спивака, кроме пульсирующей вены на левом виске.

— Зачем ты это сделал, Спивак? — спросил он. — Кто-то тебя подговорил, да?

Это был выстрел наугад. Стилвелл был убежден, что нападение на Данна не было случайным. Спивак слегка улыбнулся.

— Как я сказал, отвали, — сказал он.

— Ясно, — сказал Стилвелл.

Он вышел из тюрьмы, зашел в комнату отдыха и взял две банки диетической колы из холодильника. По пути в комнату для допросов он включил камеру, которая записывала бы беседу с Снид.

Он поставил банки на стол и сел напротив неё. По дороге в участок из квартиры Снид Стилвелл подтвердил её подозрения, что Ли-Энн Мосс мертва и была опознана как женщина, найденная на дне гавани. Снид молчала всю оставшуюся дорогу.

— Прежде всего, спасибо за ваше время, — сказал он. — Вы уже очень помогли.

— Думаете, я могла бы получить часть вознаграждения, раз помогаю? — спросила Снид.

— Я обязательно сообщу, что вы помогли. Обычно такие вещи выплачивают, только если есть арест. Иногда — только после обвинительного приговора. Но его только что объявили, так что я не уверен, как это будет работать.

Снид кивнула.

— Это так странно, — сказала она.

— Что именно? — спросил Стилвелл.

— Что она теперь мертва. Я чувствую себя немного виноватой, потому что мы перестали быть подругами, и я наговорила вещей, которых, наверное, не стоило.

— Вы сказали их ей или кому-то другому?

— Ей. В смысле, не прямо в лицо. Но когда она перестала брать трубку, а я сменила замок, всё накалилось. Я уверена, вы слышали сообщения, которые я оставила на её телефоне. И она оставила мне пару злых.

— Мы пока не нашли её телефон, и мы работаем над ордером для её записей. У вас сохранились сообщения от неё?

— Я оставила последнее. На всякий случай.

— На какой случай?

— Не знаю. Например, если со мной что-то случится. Она была очень зла.

— Можно послушать?

— Думаю, да.

Она достала телефон из заднего кармана своих брюк и включила сообщение через динамик. Стилвелл знал, что оно записывается на камеру и аудиосистему комнаты:

«Сука, ты не захочешь со мной связываться. Ты не можешь держать мои вещи. Твоя задница еще пожалеет об этом. И если ты думаешь, что смена замка меня остановит, ты ошибаешься, милая. Не играй со мной в игры. Ты проиграешь.»

Стилвелл молчал несколько мгновений, прослушав гневный голос жертвы.

— Она не стеснялась в выражениях, да? — наконец сказал он.

— Нет, — сказала Снид. — Поэтому я его сохранила.

— Какая дата и время этого сообщения?

Снид посмотрела на экран телефона.

— Семнадцатое мая, девять сорок одна утра, — сказала она. — Я работала на завтраке.

— Вы специально не взяли трубку?

— Нет, наш менеджер не разрешает держать телефоны при себе во время работы, так что я пропустила звонок, и она оставила сообщение.

— Вы отвечали на него? Перезванивали?

— Да, я перезвонила после обеденной смены, но она не ответила. Я оставила сообщение. Сказала снова, что как только она заплатит мне пятьсот долларов, которые должна, она получит все свои вещи обратно. Я не знала про туфли под кроватью. Наверное, их она и хотела забрать. Остальное было обычным барахлом.

Стилвелл задумался о времени звонков. Мосс, вероятно, оставила сообщение перед тем, как пойти в клуб «Чёрный Марлин» в субботу, семнадцатого, а Снид, вероятно, перезвонила Мосс уже после её смерти.

— Когда мы были у вас в квартире, вы упомянули парней, которых она разводила, — сказал он. — Можете рассказать подробнее?

Снид открыла банку диетической колы и сделала глоток, прежде чем ответить.

— Мне немного неловко говорить плохо о покойнице, — сказала она.

— Лесли, мне нужно знать всё о Ли-Энн, — сказал Стилвелл. — Какой бы она ни была, она не заслужила того, что с ней случилось. Я пытаюсь найти того, кто это сделал, и для этого мне нужна любая информация о ней. Мне не нужно, чтобы всё было приукрашено. Я ищу правду, и думаю, вы можете мне помочь.

Снид кивнула и посмотрела на банку, которую держала на столе перед собой. Она не поднимала глаз, пока говорила.

— Она… не была хорошим человеком. Она говорила о всех этих парнях. Парнях, которые давали ей вещи, если она с ними спала. Но дело в том, что, по-моему, ни один из них ей не нравился. Она возвращалась в квартиру и хвасталась, как использует их. Например, про старого бойфренда на материке, у которого была квартира, где она могла жить, и как он был безнадежно в неё влюблен.

— Но она его не любила.

— Нет. Ни за что. Она называла его «придурком». Никого она не любила, если вы меня спрашиваете.

— А здесь, на острове? Она делала то же самое?

— О, да, она говорила о паре парней, с которыми встречалась время от времени.

— Откуда они?

— Из клуба, я уверена. Она не говорила прямо, но сказала, что устала иметь дело с парнями без денег.

— Мы говорим о «Чёрном марлине», верно?

— Точно. Поэтому она и устроилась туда работать. Сказала, что это как стрелять рыбу в бочке. Все эти старые мужики, изменяющие своим женам. Она встречалась с ними, если ей что-то перепадало.

— Она упоминала какие-нибудь имена?

— Нет — она была достаточно умна, чтобы этого не делать. Такие девушки знают правила игры, я думаю.

Похоже, Ли-Энн всё же могла нарушить правила или хотя бы угрожать этим, подумал Стилвелл.

— Помните что-нибудь ещё, что она говорила об этих мужчинах, с которыми встречалась? — спросил он.

— Она просто говорила, что иногда тяжело держать всё раздельно, — сказала Снид.

— Что вы поняли под этим?

— Ну, что она встречалась с разными мужчинами и должна была держать их отдельно, чтобы один не знал о других.

— Она упоминала, что были проблемы с кем-то из них?

— Не совсем. Думаю, парень на материке знал, что происходит здесь, и ревновал. Она что-то об этом говорила, но также называла его щенком, которого держит на поводке.

— Вы говорите о том парне, которого она называла придурком?

— Уверена, это был он.

Стилвелл решил передать эту информацию Сампедро и Эхёрну, поскольку они теперь занимались материковой частью дела.

Он попытался вытянуть из Снид ещё что-нибудь.

— Но она никогда не упоминала о проблемах с кем-то здесь? — спросил он. — Никого из клуба?

— Нет, совсем, — сказала Снид. — С ней это было как балансирование.

— Знаете, встречалась ли она с кем-то здесь, кто не был из клуба?

— Не знаю, но не думаю. Помню, она однажды назвала этот клуб «местом, богатом целями».

— Её слова? «Место, богатое целями»?

— Да, так она сказала.

Стилвелл собирался закончить допрос, но вспомнил ещё кое-что.

— Туфли от «Prada», они, вероятно, были подарком, — сказал он. — Помните, были ли другие подарки от этих мужчин?

— Она получала всякое, — сказала Снид. — Обычно просто продавала это за деньги. Так она платила мне, пока не перестала.

— Как она это делала? Продавала, в смысле.

— Онлайн. «Fashionphile» и «The RealReal». Много сайтов перепродают такие хорошие вещи.

Стилвелл кивнул. Он знал, что часть этой информации нужно добавить в заявление о вероятной причине для ордера на обыск. Это поддержит необходимость проникновения в клуб.

— Хорошо, думаю, на этом пока всё, Лесли, — сказал он. — Спасибо за помощь. Я отвезу вас обратно в «Сэндтрэп», в вашу квартиру или куда захотите. Дайте мне минуту.

— И вы упомянете меня для вознаграждения? — спросила Снид.

— Если мы произведем арест, думаю, вы будете очень подходящей кандидаткой хотя бы на часть его.

— Хорошо, спасибо.

Стилвелл встал и вышел из комнаты для допросов, надеясь найти одного из дневных помощников шерифа в участке, чтобы тот отвез Снид обратно в гору.

Там была только Мерси.

— Все на выезде? — спросил он.

Он заметил, что она в одноразовых перчатках, а коробка с обувью вынута из пакета для улик и открыта на её столе. Туфли и папиросная бумага, в которую они были завернуты, лежали рядом.

— Все на выезде, — ответила Мерси. — Я нашла это на дне коробки. Ты видел это раньше?

Она подняла открытку с рисунком улыбающегося котенка на обложке. У Стилвелла не было перчаток, так что он не стал её трогать.

— Нет, раньше не видел, — сказал он. — Что там написано внутри?

Осторожно держа открытку за края, она открыла её. Внутри была рукописная записка: «Для тебя, Паслён — Дэн».

Стилвелл достал телефон и посмотрел на фотографии визиток, которые он сделал, использованных как закладки. Он сосредоточился на визитке с именем Дэниел Истербрук — адвокат из Лос-Анджелеса.

— Нужно упаковать это отдельно и отправить в лабораторию на отпечатки и контактную ДНК, — сказал он.

— Отправлю сегодня на пароме, — сказала Мерси.