Песни седого Арала

ПЕСНЯ О ВОЗРОЖДЕННОЙ ЗЕМЛЕ

Песни седого Арала… Их бесчисленное множество, этих звонких песен, то веселых, то печальных, разнесшихся по белу свету. Вслушайтесь в каждую из них, и перед вашими глазами встанут живые картины из жизни древнего трудолюбивого и талантливого народа. Словно в кадрах кинохроники перед вашим взором пройдет вся история каракалпаков с древнейших времен и до наших дней. Каждая песня — это судьба, похожая на тысячи других человеческих судеб и способная послужить сюжетом для целого повествования. Каждая песня — это легенда и сказание о том, что когда-то было, есть и еще будет в этом древнем крае, большую часть территории которого сегодня занимает песчаная пустыня.

На берегах Арала и Аму, где издавна селились каракалпаки, были когда-то плодородные поля и полноводные каналы, плотины и дороги, цветущие сады и голубые озера, крестьянские селения и многолюдные города-крепости. От всего этого до нашего времени дошли одни развалины крепостных стен да полузасыпанные песком пересохшие русла каналов. Да еще легенды и песни и многочисленные находки археологов.

Еще более тысячи лет назад Аль-Бируни писал о низовьях Амударьи следующее: «И люди построили на берегах ее более трехсот городов и селений, от которых сохранились развалины до сих пор». Для Аль-Бируни время былого расцвета этого края тоже было историей, потому что и до времени великого ученого тоже дошли одни развалины и легенды. Да еще песни. Среди тысяч легенд и песен большинство говорит о двух явлениях или событиях, решительно повлиявших на судьбу этого края. Первое — это жестокое нашествие иноземных захватчиков, принесших на эту землю опустошение и разрушения. И в первую очередь это были черные ураганы нахлынувших в Среднюю Азию монгольских орд. Они предали огню и мечу города и селения, их кони вытоптали плодородные нивы. Каналы и плотины были разрушены, и население почти все истреблено.

Великий поэт Хагани так писал об этой народной трагедии:

Другие песни и легенды рассказывают нам о причине запустения этих мест, связанной с тем, что Амударья, своенравная и непостоянная, изменила свое течение, и десятки городов, сотни крестьянских селений, огромные площади плодородных полей остались без воды. Ушла Амударья. Солнце и ветер в союзе с пустыней подняли в воздух миллиарды пудов песка и бросили его на цветущие сады и хлопковые да рисовые поля. Песок засыпал, похоронил под толстым слоем все живое, и жизнь надолго ушла из этих мест. Человек оказался бессильным перед недобрыми силами стихии.

Песни седого Арала… Они разные. И те, что сложены когда-то безвестными народными певцами — жирау, и те, что написаны современными каракалпакскими поэтами.

Аральское море, прозрачное и светлое в спокойную и тихую погоду, кажется добрым и умиротворенным и под лучами жаркого среднеазиатского солнца, и в бледно-золотистом сиянии луны и звезд на ночном небе. Оно неторопливо и размеренно катит тогда свои волны на берег, с ласковым шелестом касается его и вполголоса, словно убаюкивая младенца, напевает вам песню о красоте жизни и радости, о счастье и изобилии. Когда же над морем сгущаются тучи и разгуляется непогода с дождем и ветром, голос Аральского моря звучит жестко и гневно. Высокие волны стремительно несутся по вспененному простору и с ревом и грохотом обрушиваются на берега. В такие мгновения море поет о тревогах и битвах, о трудностях и страданиях, которых в историческом прошлом немало выпало на долю каракалпакского народа. В голосе моря слышатся стоны и причитания, гнев и призывы к отмщению, и в такое мгновение море страшит своим видом недоброго человека.

Бывает, что волны несутся по морю не грозно, не злобно, несутся как птицы по вешнему небу, как стаи белокрылых облаков на рассвете, и в песне слышится сила, радость, жажда труда и творенья. Море поет торжествующий гимн человеческой воле и страсти, уму и дерзанью, стремленью и силе. Славит оно день миновавший и день наступающий, то, что свершилось, и то, что должно совершаться в трудах и заботах.

Мы слушали песни седого Арала в любую погоду, и море нам пело о том, как страдали каракалпаки от буйных набегов кочевых племен из приволжских и оренбургских степей, как стонали они под гнетом хорезмшахов и хивинских ханов, как тщетно искали они долгие годы защиты, и, наконец, нашли ее в добровольном союзе с великим северным соседом — русским народом. Да, море поведало нам, как еще в XVIII веке послы из Каракалпакии шли через Оренбург и Казань в далекий северный Петербург и там на невских берегах выражали желание своего народа соединиться в великом братстве с могучим русским народом, как во второй половине XIX века, когда власть и гнет Хивинского ханства стали особенно невыносимы, сбылось, наконец, заветное и по мирному договору между Россией и Хивинским ханством, подписанным 12 августа 1873 года, правобережье Амударьи, где жило большинство каракалпаков, вошло в состав России.

Море пело… пело о том, что и гнет царей не слаще ханского гнета для бедняков, что, присоединившись к России, каракалпаки оградили себя от физического истребления в результате феодально-родовых междоусобиц, прикоснулись к передовой культуре русского народа и в то же время вместе с русскими трудящимися каракалпакский дехканин и бедняк испытывал угнетение и эксплуатацию со стороны богачей и вместе с русским рабочим классом поднимался на революционную борьбу. Русские рабочие и каракалпакские бедняки рука об руку, к плечу плечом боролись за светлое будущее, встав под знаменем Ленинской партии. Море, как и люди, обладает памятью, и в своих песнях оно вспоминает имена тех, кто боролся за Советскую власть в Каракалпакии, имена В. Е. Крошилова, И. Косьяненко, У. Тынымбаева, Н. А. Шайдакова, А. Кудабаева, К. Авезова, А. Досназарова, А. И. Качанова, К. И. Школина, У. Халмуратова и многих-многих других народных заступников и борцов за народное счастье.

Торжествующим гимном звучала песня Аральского моря о дружбе советских народов, о том, как, откликнувшись на письмо В. И. Ленина «К товарищам рабочим, ловцам Аральского моря», каракалпакские рыбаки в трудном 1921 году оказали помощь голодающим Поволжья, и как потом Советская Россия оказывала помощь каракалпакским земледельцам, направляя на берега Амударьи семена и сельскохозяйственные орудия, выделяя денежные средства на ирригационное строительство, как из Москвы, Ленинграда и из других промышленных и культурных центров страны сюда ехали учителя и врачи, инженеры и землеустроители, агрономы и работники искусства. В Турткуле и Нукусе, Кунграде и Чимбае они открывали школы и курсы ликбеза, рабфаки и техникумы, больницы и клубы.

Слушая песни бегущих волн, мы думали о том, как в 1924 году в результате национального размежевания среднеазиатских республик в Каракалпакии получила развитие национальная государственность. Тогда была образована Каракалпакская Автономная Область, которая уже в марте 1932 года вошла в состав Российской Федерации как Каракалпакская Автономная Советская Социалистическая Республика. По Конституции 1936 года Каракалпакия вошла в состав Узбекской ССР, что было обусловлено общностью исторических судеб, родством языков и близостью территорий двух народов.

Вдохновенную песню пропело нам море о том, как в братской семье советских народов и прежде всего благодаря повседневной помощи великого русского народа каракалпакские кочевники и скотоводы, земледельцы и рыбаки научились строить заводы и школы, гидроузлы и театры, управлять могучей техникой, издавать на родном языке книги и газеты, открывать тайны природы в научных лабораториях и отвоевывать у пустыни целинные земли, растить высокие урожаи и развивать свое народное искусство.

Да, много песен пропел нам седой Арал, и каждая песня глубоко западала в душу. Это были песни труда и побед, славы и величия социалистического строя, песни радости и тревоги, песни преодоления и дерзания, и среди всех этих песен одна особенно памятна и близка сердцу каждого из нас — песня о героическом подвиге советского народа в грозную годину Великой Отечественной войны, когда все мы — русские, узбеки, каракалпаки и казахи, украинцы и белорусы, латыши и эстонцы, грузины и армяне — все народы и национальности Советского Союза в великом единении отстояли свободу и независимость своей Родины, каждый внес посильный вклад в лучезарный День победы над ненавистным врагом человечества. Море пело о подвигах воинов-каракалпаков в окопах Подмосковья и Сталинграда, на Курских и Орловских равнинах, в лесах Брянщины, на берегах Днепра и Балтики, у стен Варшавы и Будапешта, Берлина и Праги. Четырнадцати сынам каракалпакского народа за беспримерные подвиги на фронтах Великой Отечественной войны присвоено высокое звание Героя Советского Союза, тысячи отважных и смелых бойцов награждены орденами и медалями Советского Союза за ратные подвиги. Но не только о боевых подвигах каракалпаков в годы войны поет свои песни Аральское море. Славит оно и самоотверженный труд тысяч и тысяч каракалпакских женщин и подростков, которые в годы войны, в глубоком тылу на берегах Арала и Аму помогали ковать победу, растили хлопок и хлеб, пестовали для армии коней и шили обмундирование, перевозили по реке и морю снаряды и продовольствие. Глубокий тыл тоже был фронтом, и море об этом помнит.

Море поет о счастливом сегодняшнем дне торжествующие песни, и песни его продолжают и подхватывают звонкие и вдохновенные голоса современных каракалпакских поэтов и писателей. Море само и сегодняшняя счастливая жизнь народа на берегах Аму и Арала служат для них неиссякаемым источником вдохновения.

Поэты воспевают в своих песнях труд хлопкоробов и механизаторов, гидростроителей и добытчиков газа, речников и железнодорожников, животноводов и освоителей элликкалинской целины, рисоводов Чимбая и тахиаташских энергетиков, и эти песни помогают людям строить счастливую жизнь, зовут к мирному труду на возрожденной земле.

Поет Аральское море, и самой торжественной и прекрасной его песней-гимном является песня благодарности во славу Коммунистической партии Советского Союза. Все, что сделано за истекшие десятилетия, за годы революционной борьбы, социалистического строительства и послевоенных пятилеток на возрожденной земле, сделано и делается народом под руководством коммунистов-ленинцев. Море поет о несгибаемых большевиках, которые подняли народные массы на борьбу против царства мрака и насилия, которые личным примером, всей своей жизнью и деятельностью вели трудовой народ за собой в светлое завтра в годы индустриализации и коллективизации, сражались в окопах и первыми поднимались в атаку, грудью заслоняя социалистическое отечество в годы войны, о тех идейных бойцах партии, которые сегодня на переднем крае трудового фронта десятой пятилетки ведут наступление на пустыню, отодвигая пески и освобождая землю для хлопковых полей, фруктовых садов и виноградников. О них, коммунистах, несгибаемых и непреклонных в своем стремлении увидеть всех людей на земле счастливыми, а труд радостным, поет седое Аральское море.

Когда мы задумали написать книгу очерков о сегодняшней Каракалпакии, мы решили побеседовать с кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС, первым секретарем ЦК Компартии Узбекистана Шарафом Рашидовичем Рашидовым. Мы знали, как неустанно заботится товарищ Рашидов о росте и развитии Каракалпакии, проявляет неистощимый интерес ко всему, что касается автономной республики. В феврале 1974 года, в дни празднования 100-летия добровольного присоединения Каракалпакии к России, Шараф Рашидович Рашидов на торжественном заседании в Нукусе выступил с большой речью и вручил Каракалпакской АССР орден Дружбы Народов, которым она была награждена за большие заслуги в укреплении братской дружбы и сотрудничества советских народов, большие успехи в экономическом, социально-политическом и культурном строительстве. Он прикрепил высокую награду Родины к знамени социалистического Каракалпакистана рядом с орденом Ленина и пожелал трудящимся республики новых трудовых побед.

Шараф Рашидович встретил нас по-дружески любезно, и, когда мы рассказали ему о своем творческом замысле, он горячо одобрил его, сказал, что книга о Каракалпакии будет нужной и очень своевременной хотя бы потому, что весна в этом году, особенно для каракалпакских земледельцев, выдалась трудной и появление в печати очерков о их героическом труде как-то морально поддержит самых северных хлопкоробов.

В кабинете во всю стену висит большая карта нашей страны, на которой отмечены крупнейшие стройки пятилетки, показано строительство новых дорог и освоение целинных и залежных земель. Вдоль другой стены стоят столы-витрины с застекленными крышками, где хранятся образцы полезных ископаемых и минералов из месторождений, разведанных геологами на территории Узбекистана. Шараф Рашидович подошел к карте, взял с подставки лежавшую там длинную указку и стал рассказывать о том, что сделано, делается и будет сделано в ближайшие годы в автономной республике.

За последние годы особенно быстро развивается сельское хозяйство Каракалпакии, которое стало высокомеханизированной отраслью. Большое количество тракторов, хлопкоуборочных и зерноуборочных комбайнов, сеялок и другой сельскохозяйственной техники ежегодно получают колхозы и совхозы автономной республики, и это дает возможность значительно расширять посевные площади, повышать производительность труда и урожайность возделываемых культур. Этому же способствует улучшение водообеспечения посевных площадей благодаря введению в строй действующих магистральных каналов, крупных насосных станций, а главное, Тахиаташского гидроузла, что позволяет осваивать все новые и новые массивы земель древнего орошения и расширять границы поливного земледелия.

Неуклонный рост уровня механизации сельского хозяйства, внедрение в практику колхозов и совхозов передовой агротехники, применение минеральных удобрений в сочетании с упорным трудом и высоким мастерством земледельцев превращают Приаралье в зону высокого плодородия и щедрых урожаев.

— Люди там замечательные, — говорит Шараф Рашидович, на минуту отвлекаясь от карты. — Каракалпакия — многонациональная автономная республика. Представители 88 национальностей и народностей живут и трудятся дружной братской семьей. Труженики Каракалпакии — это люди нового мира, новой формации, выросшие и воспитанные в наше советское время, в условиях социалистической действительности.

Шараф Рашидович называл имена и фамилии рядовых механизаторов и бригадиров, директоров совхозов и рабочих строительных организаций и промышленных предприятий, вспоминал, когда и с кем из них встречался, какие у них успехи. Видно было, что всех этих людей он знает не понаслышке, не по отзывам других, а по личному знакомству и личным встречам и искренне восхищается их трудовыми успехами. Говорил он интересно, образно, кратко и точно характеризуя людей. В этот момент перед нами был очень внимательный и тонкий наблюдатель, глубоко понимающий душу человека, проникающий во все тонкости его психологии и характера, автор поэтичной «Кашмирской легенды», романов «Победители» и «Могучая волна», большой и талантливый писатель, который видел, почувствовал и обдумал до мелочей то, о чем он так вдохновенно рассказывал. Шараф Рашидович продолжал рассказывать о том, какими бурными, хлопотными буднями десятой пятилетки живет этот край, когда-то считавшийся одной из самых глухих и отсталых окраин России. С болью и гневом писал корифей каракалпакской поэзии Бердах о тех тяжелых временах, когда народ страдал от «мул и ханов — палачей народа, от чиновника-урода», когда «не было правды у царя и бека и не было счастья у простого человека».

В этом краю на сто человек не было ни одного грамотного, по статистике до революции грамотность здесь составляла лишь 0,6 процента населения. Ни одной газеты или книги не издавалось в прошлом на территории Каракалпакии, и было всего два врача.

Известный французский социолог и географ Элизе Реклю в своем многотомном труде «Земля и люди» писал о каракалпаках в конце прошлого века:

Время начисто перечеркнуло это пророчество французского ученого. Да, здесь все пришлось создавать заново, как говорится, от первого колышка. И города, и школы, и заводы, и театры, и филармонию, и университет, и филиал Академии наук Узбекской ССР. Создавать умом и трудом того самого «лишенного энергии народца», который сегодня в братском единении со всеми народами Советского Союза строит коммунизм.

Сегодня Каракалпакия стала краем сплошной грамотности. Здесь работают более 14 тысяч учителей, около 8 тысяч врачей и медицинских сестер. По количеству врачей на 10 тысяч населения автономная республика опережает такие страны, как Англия, Япония, Франция, Италия. Сейчас в Каракалпакии выходят 22 газеты и 3 журнала, ежегодно издается более двухсот названий книг, тиражом полтора миллиона экземпляров.

Цифры и цифры, но язык цифр для того, кто любит жизнь и живет для счастья людей, звучит как песня, как вдохновенная музыка, а цифры, отражающие огромные перемены, происшедшие в жизни каракалпакского народа за годы Советской власти, превосходят по своей поэзии самые замечательные творения прошлого — легенды, песни и сказания.

Шараф Рашидович подошел к карте снова и стал рассказывать, где и какие земельные массивы будут освоены под рис и хлопок в ближайшие годы, чтобы Каракалпакия могла значительно увеличить производство хлопка-сырца и риса. Это в основном будут земли древнего орошения в Турткульском, Элликкалинском и Бирунийском районах, самых южных в автономной республике, а потому наиболее удобных по климатическим условиям для выращивания хлопчатника. Рис же будет выращиваться в более северных районах, преимущественно в дельте Амударьи.

— Здесь прекрасная земля, — Шараф Рашидович показал указкой на карте ту часть территории автономной республики, где находятся земли древнего орошения. — Земледельцы нового Элликкалинского района уже делом доказали, что хлопчатник здесь может давать высокие урожаи — до пятидесяти центнеров с гектара. Только бы дать этой земле воду. Вода тут решает все. Проблема эта очень острая, над ее решением сейчас бьются десятки научных коллективов. Амударья уже не может дать нам столько воды, сколько нужно для орошения новых земель. Вот перебросят в Среднюю Азию воды сибирских рек, и снова оживет Арал, снова отступит пустыня. Но хлопок и рис Каракалпакии — это еще не все ее богатство. — Шараф Рашидович перешел к противоположной стене кабинета, где под застекленными крышками в большом ящике лежали образцы полезных ископаемых и минералов. — Каракалпакская земля богата — в ее недрах хранятся богатейшие запасы полезных ископаемых — и имеет все возможности для развития горнорудной промышленности.

Султануиздаг и Устюрт давно привлекают внимание геологов, но об их поисках мы имели весьма смутное представление. Шараф Рашидович детально рассказал нам о разведанных месторождениях и перспективах их разработки. Он брал в руки какой-нибудь образец или минерал, поднимал повыше, смотрел, любуясь то бирюзой, то лиственитом или родонитом, магнетитом или мрамором, и говорил о возможностях их использования в народном хозяйстве.

На базе более полного использования полезных ископаемых в Каракалпакии начинает интенсивно развиваться горнорудная промышленность и промышленность стройматериалов. Кроме того, дальнейшее развитие получат энергетика, металлообработка, химическая, легкая, пищевая и хлопкоочистительная промышленность.

Теперь в автономной республике для этого есть и сырье, и электроэнергия, и, главное, свои высококвалифицированные рабочие кадры. В десятой пятилетке на территории Каракалпакии будут построены современные гиганты индустрии — завод минеральных удобрений и Нукусский хлопчатобумажный комбинат.

— Надо шире показывать жизнь сегодняшней Каракалпакии, те огромные изменения, которые произошли в ней за годы Советской власти, — сказал Шараф Рашидович и еще раз окинул неторопливым и внимательным взглядом карту автономной республики, словно сейчас он снова вместе с хлопкоробами, рабочими, строителями, геологами и учеными видел белеющие хлопком поля, налитые колосья риса, прорытые каналы, учебные заведения и промышленные предприятия.

И в ритме трудовых будней звучала счастливая и радостная песня Каракалпакии. Ее пело седое Аральское море, ему вторили воды Амударьи, с шумом и ревом вырывающиеся из шлюзов и плотин Тахиаташского гидроузла, трактора на целинных полях Элликкалы и Тахтакупыра, турбины Тахиаташской ГРЭС, агрегаты компрессорных станций на линиях газопроводов Бухара — Урал и Средняя Азия — Центр, тепловозы на линии Кунград — Бийнеу, теплоходы на Амударье…

Звучала песня, величественная и торжественная песня о возрожденной земле.