По следу добычи

Интерлюдия 3

Винсент сидел в кабинете Ревнанта и мрачно цедил вино, в очередной слушая друга, который затянул старую балладу на новый лад:

— Нет, я всё понимаю и даже тебе верю. Но, Свет всеблагой, эльфийское-то зачем? Твой маг нарушил законы гостеприимства чтобы напоить некромантов досмерти? Они только от самого моего дорогого вина подыхают?

Придворный маг устало вздохнул:

— Пока что таких случаев не известно.

— Ну личей вроде бы вообще редко убивали — мотнул головой молодой граф — Монтилио, ты мой главный советник, так подскажи мне что делать. Я уже воздал герою почести и был щедр на награду. Но что мне сделать с вором? Почему ты до сих пор против того, чтоб я вообще об этом объявил? Тем более что две не в меру болтливые леди уже разболтали новости всем на свете. Двор и так судачит о старых легендах с древними празднествами.

— Я не прошу об этом не объявлять — вздохнул чародей, я прошу лишь проявить выдержку. Возможно мы чего-то не знаем. В конце концов Рэзор не показался мне жадным идиотом. Да и сир Винсент утверждает, что его товарищ довольно равнодушен как к деньгам, так и к хмельному. А значит у произошедшего есть некая другая причина.

— Ну а ты чего молчишь? — повернулся граф к рыцарю — Сам ведь его в мой дом притащил.

Сын лорда Фризни тоже вздохнул:

— Я сам понимаю не больше твоего. Но уж реши Рэзор спереть что-то ценное и исчезнуть, он бы точно не стал лазать по стенам, чтобы меня о чём-то предупреждать. Ушёл бы да и всё. Ну а про лесных нимф я ему сам рассказывал.

На это Рэвнант только бросил на него тяжёлый взгляд, но промолчал, сам приложившись к кубку с вином. Страсть рода Акани к этому напитку была общеизвестна. Причём не столько к тому, чтобы его пить, сколько к тому, чтобы именно коллекционировать. По легенде один из предков Ревнанта прожил значительную часть своей жизни на берегах Срединного моря и вернулся в отчий дом лишь когда с его старшими братьями случились трагедии. Более северная земля не могла похвастаться столь же богатыми виноградниками, как на юге, но однако страсть к детям лозы осталась и стала передаваться по наследству. Винные погреба замка считались чрезвычайно богатыми и по слухам уступали разве что королевским, хотя герцоги конечно были с этим не согласны. Однако друид ударил по довольно чувствительному месту. Даже реши он прикарманить какое-нибудь блюдо из чистого золота, это бы порицали, но скорее Ревнант отнёсся к причуде дикого лесного мага с юмором. В конце концов он сам с Винсентом, в бытность их оруженосцами, как-то подговорил друга прихватить с пира серебряные столовые приборы. Тогда они тихонько продали их на следующий же день, а затем завалились с деньгами в бордель, где благополучно спустили всё до последней монеты. После чего правда крепко получили от лорда Даштэ, но это уже совсем другая история. Два молодых шалопая с графскими родословными бывало чудили и не так. Однако сейчас они стали несколько старше и Ревнанта явно задели за живое. Впрочем он ещё не закончил с причинами своего раздражения:

— То, что по стенам моего родового гнезда маги ползают как тараканы, это вообще отдельный разговор и за уровень бдительности гвардии кое-кто понесёт ответственность. Дождутся, сира Друма над ними капитаном поставлю! Уж он, чтоб оправдать новую должность, заставит их подтянуться.

— Не стоит принимать скоропалительных решений — вставил свои пять медяков придворный маг — Сир Престон более чем неплохо справляется со своими обязанностями, а наш общий знакомый использовал магию, чтобы быть незаметным.

— А ты на что? — повернулся к Монтилио граф — Почему по стенам моего замка вообще можно ползать незаметно?

— Как раз потому что ни один маг в здравом уме и твёрдой памяти не решится на подобную авантюру — отозвался чародей — Камни замка зачарованы не только на прочность, к ним нельзя прицепится с помощью волшебы. Ваша светлость, вы знаете моих коллег не многим хуже меня. Кому вообще из них может прийти в голову ползти по вертикальной стене, надеясь лишь на ловкость собственных пальцев?

— Ну вот как видишь один ловкач нашёлся — буркнул граф — Уж сделай мне одолжение, ответственно отнесись к своей должности и придумай как избежать подобного в будущем. Не хватало мне, чтоб кто-нибудь однажды так влез в окно моей будущей жены!

— Я предприму все возможные усилия — сухо кивнул Монтилио, которому явно не нравилось, что его отчитывает его собственный воспитанник.

Правда возражать в данном случае было тяжело, недочёт в защите действительно вышел неприятный. Но кто вообще мог такое предвидеть⁈ Винсент мысленно усмехнулся. Маги в массе своей не блистали физической силой, их оружием были чары и разум, а не добрый клинок или сила рук. Даже если убрать в сторону тех, кто избрал себе мирную специализацию вроде алхимии или зачарования с артефакторикой, оставив лишь боевых чародеев, выяснится, что их можно перешибить пополам простым ударом кулака. Не все правда могут подобраться к ним достаточно близко, чтобы сделать это, но тем не менее никто из них действительно бы не доверил собственную жизнь лишь крепости своих субтильных мышц и не знавших тяжёлой работы пальцев. Друид же был из другого теста, даже посох для него являлся не только инструментом волшебника, но и банальной дубиной, которой противника можно неприятно отоварить. Рэзор имел привычку тренироваться с ним по утрам и несколько раз они с Винсентом спарринговались. Проиграл рыцарь лишь единожды, когда недооценил противника, сначала получив по башке, а потом обнаружив, что ему подбили колено. Больше он противника не недооценивал, всякий раз одерживая верх без особых усилий, но сам факт! Маг свалил рыцаря на землю без магии. Кому расскажешь — засмеют! Так что да, с такого станется пролезть там и так, где ни одному другому чародею в голову просто не придёт. Однако тему было бы неплохо сменить, пока Ревнант не пошёл на ещё один круг.

— Леди Агата-то в порядке?

— Ей-то что будет — буркнул граф — Получила себе ночное приключение как в дамских балладах, пусть радуется.

— Сейчас у неё правда вместо радости каторжный труд — усмехнулся Монтилио — Леди Фирана излишне остро отреагировала на то, что её фрейлина из-за всей этой истории получила больше внимания, чем она сама. Так что девушке теперь не до того светских бесед с подругами.

— Фира в своём репертуаре — улыбнулся Ревнант — Не представляю чтобы я делал с придворным курятником, если бы курицы в нём не боялись до дрожи попасть к ней в ощип. Сестра кстати тоже очень интересовалась одним наглым магом и подробностями вашего общения. Зайди к ней вечером, утоли любопытство.

— Может не надо? — опасливо скосился на друга Фризни.

— Ещё как надо! — ухмыльнулся его друг — И вообще не пристало храброму рыцарю опасаться юной девы. Так что пойдёшь и расскажешь.

— Как пожелаешь — скривился Винсент. Свет всеблагой, с каким бы удовольствием он крепко пожал Фире шею, видя как её лицо синеет от недостатка воздуха, а в глазах плещется предсмертная паника! Но увы, приходилось терпеть её взрывной характер и острый язык. Не вызывать же её брата, как защитника, на поединок.

— Так и пожелаю. Ладно, что у нас с собутыльниками сира Бланка и им самим?

— Межевые рыцари и один мелкий барон — отозвался Монтилио — Обычно на такую мелочь при дворе никто не обращает внимания, но сейчас за ними установлено наблюдение. Пока что удалось выяснить, что они все в долгах перед одним купцом, за которым теперь тоже ведётся слежка. Внешне ничего предосудительного, многие ищут деньги, чтобы оставаться в столице в надежде на вашу милость, но в свете последних событий придётся быть внимательнее и выявить все связи.

— Как я устал от этих дармоедов — качнул Ревнант головой.

Винсент сделал новый глоток вина. В теории придворные не были бездельниками, а являлись порученцами своих сюзеренов, что ждут указаний. В конце концов удобно иметь под рукой благородных людей, которым можно доверить какую-то миссию, а не ждать, пока некий барон прибудет из своего замка, выслушает указания и лишь затем приступит к делу. Как не трудно догадаться, успех в выполнении поручений сулил немалые выгоды. Но на практике двор разумеется не был казармой с железной дисциплиной, где каждый готов мчатся на подвиги во имя графа, герцога или короля, а являлся сложным живым организмом со своими центрами влияния и внутренними интригами. Основные игроки могли похвастаться тем, что за ними внимательно следит как сюзерен, так и придворный маг, но похоже кое-что важное они пропустили. Впрочем Винсент не сомневался, что помимо людей некромантов там найдутся шпионы соседних феодалов, короля, церкви и Свет его знает кого ещё. Причём некоторые вполне могут не знать, кому именно они докладывают или просто регулярно что-то выбалтывают за кубком вина.

— Увы, некоторые вещи можно только принять. Тот же Ахелон Кровавый держал свой двор железной рукой, но в итоге всё равно плохо кончил — философски проговорил маг.

— Да, только до этого двадцать лет более чем успешно правил королевством и выиграл три войны — ответил Ревнант — Воспитал бы наследника нормально, цены бы ему не было.

— Приятно слышать, что вы не забыли мои уроки истории — улыбнулся Монтилио, когда внезапно раздался стук в окно.

— Это ещё что⁈ — гаркнул герцог.

— Гонец — отозвался Винсент, видя за мутноватыми стеклами силуэт ворона.

Рыцарь открыл окно и впустил посланца с клочком бумаги, примотанном к лапе. Развернув письмо, он вчитался в мелкий почерк. «Двое встретились с Н. Взял всех, везу в Намиллу, поспею только ночью. Лагерь будет к западу от тракта, скрытно в город груз не проведу. Вина не пил не капли. Р.». Хмыкнув, Винсент передал письмо другу, проговорив:

— Похоже чутьё его не обмануло, повязал таки Некроманта.

Вставший с дивана маг так же прочитал короткие строки, проговорив:

— Думаю есть смысл выдвинуть людей навстречу. У меня есть пару способов преодолеть стены без лишних свидетелей.

— Ну уж нет — рубанул рукой воздух Ревнант — Мы идём навстречу. Птица ведь может доставить ответ?

— Думаю да, поэтому он и ждёт — кивнул Рыцарь, подкормив ворона закуской. Тот усиленно изображал, что его последние пару лет держали на голодном пайке.

— Но… — начал было Монтилио, однако был перебит.

— Никаких «но»! — припечатал молодой граф, уже доставая писчие принадлежности и бумагу — Возьмём два десятка самых надёжных гвардейцев и «отправимся на охоту». У меня как раз хватает поводов развеяться. Будем его ждать в делянке Старого Акселя.

— Стоит ли? — опять попытался стать голосом разума маг.

— Ещё как стоит — проворчал Ревнант — У меня предки восстают из могил, по моей земле как у себя дома ходят некроманты, а по стенам замка как мухи ползают маги, заодно подворовывая имущество. Если есть ситуации, в которых не стоит медлить, то это одна из них.

Быстро набросав письмо, граф аккуратно оторвал его от остального листа и привязал к лапе ворона. Тот секунду посмотрел на него, каркнул и вылетел в окно. Через пол часа Ревнант, Винсент, Монтилио и два десятка гвардейцев из межевых рыцарей седлали коней в замковом дворе, когда к ним подошла Фирана вместе с Агатой и леди Вэшвур. Сестра поинтересовалась у брата:

— Рев, куда ты так срочно срываешься?

— На охоту. Мне срочно надо кого-нибудь убить, чтобы успокоится — отозвался он, запрыгивая на коня и придерживая рогатину на перевези.

— И это конечно никак не связанно с тем, что один маг сейчас продолжает гулять с лесными нимфами? — приподняла она бровь.

— Нет. Хотя если встречу, обязательно надеру ему тощую задницу и поинтересуюсь почему лесные девы не платят налоги — усмехнулся молодой мужчина — Присмотри тут за всем до завтра.

— Как и всегда — ответила девушка, вздохнув. Фира давно привыкла к импульсивности брата, хотя она и продолжала её бесить. Впрочем собственный характер дамы тоже не был подарком, так что она даже до некоторой степени смирилась с этой их семейной чертой. В конце концов Ревнант был куда спокойней неё.

Вскоре небольшая кавалькада всадников покинула город, оставив двор в недоумении. Как-никак графская охота обычно была практически официальным мероприятием, на которое выезжали если не все придворные, то их большая часть. Однако это был не первый случай, когда молодой сюзерен эпатирует своих вассалов. В большинстве случаев придворный маг конечно держал бывшего воспитанника в рамках, но время от времени его усилия всё таки оказывались тщетны. К примеру пол года назад его светлость Ревнант тайно участвовал в турнире на свадьбе сира Дариба и леди Валир, его инкогнито вскрылось, лишь когда графа, изображавшего межевого рыцаря, выбили из седла в финале. Пересудов тогда было на несколько месяцев, старики ворчали, а вот молодёжь и впечатлительные дамы очень даже наоборот. Впрочем в этот раз с ним отправлялся придворный маг. Как знать, возможно молодой мужчина вскоре выпустит пар во время скачки на своём жеребце и к вечеру все вернутся Намиллу, после чего всё станет относительно спокойно на пол года-год. Если конечно не считать вполне обычных дворянских интриг.

Всадники же проехали по дороге и вскоре углубились в лес, двигаясь по широкой тропе. Делянка Старого Акселя была бревенчатым домом, где обычно коротали свои деньки старые лесничие. Рядом с Намиллой, которая была довольно крупным городом, крупной дичи особо не водилось, а потому графы Акани не устраивали там охот, однако за лесом всё равно требовался пригляд. Залётные стаи волков время от времени приходили в эти земли и могли подрать скот, к тому же всегда была опасность, что заведётся какая-нибудь нечистая тварь. Ну или обнаружатся следы людей, которые почему-то начали обитать в лесу, к примеру выглядывая караваны с слабой охраной. Работа утративших былую прыть лесничих заключалась как раз в том, чтобы известить о чём-то подобном людей графа. Так повелось со времён того самого Акселя, в честь которого была названа делянка. Сейчас же её занимал Хормин, немолодой мужик, который за свою бытность графским лесничим так и не обзавёлся семьёй, живя бобылём. Он принял лошадей, выслушал своего сюзерена и взялся за приготовление еды для неожиданных, но многочисленных гостей.

Ночью к их убежищу опять прилетел ворон, а примерно через пол часа явился виновник торжества, ведущий трёх лошадей, к которым были привязаны пленники, причём один из них был весь седой. И ладно бы только это! В мужчину было воткнуто множество деревянных игл, а сам он был в чём мать родила. Два других к счастью не расстались с одеждой, однако были надёжно связаны и тоже перекинуты через сёдла. Караул предупредил сюзерена о странной процессии и все вышли из дома наружу, держа руки поближе к клинкам.

— Доброй ночи, господа — слегка поклонился молодой маг.

— Ещё надо посмотреть добрая ли она — проворчал граф — Ты утверждаешь, что изловил некроманта?

— Так и есть — кивнул Рэзор, после чего повернулся к седому мужчине и выдернул из его рта кляп — Представься.

— Меня зовут Сарион — быстро отозвался он.

— И ты и правду тёмный маг? — приподнял бровь сир Ревнант.

— Так и есть ваша светлость — проговорил он — Я более двадцати лет состою в ордене. Мы надеялись найти на вашей земле…

Откровения некроманта прервал банальный подзатыльник, после которого друид проговорил:

— Отвечай по существу.

— Ладно, в дом их. Выставьте вокруг караул — отдал приказ граф, кивнув. Ещё не хватало, чтобы кто-то услышал о том, что чёрные маги искали гробницу его предка-лича.

Вскоре допрос продолжился под крышей. Некромант говорил быстро, почти захлёбываясь словами, выдавая всё что знает, о чём слышал и о чём догадывался. Затем очередь дошла до сира Жимара и молодого оруженосца, которые оказались не менее словоохотливы, особенно первый. Правда второму говорить было особо нечего, история парня оказалась на удивление короткой. Он имел отношения со служанкой, являвшейся бастардкой барона Халбо, у них вышла ссора, тот толкнул её, девушку повело, она оступилась на лестнице, упала и сломала себе шею. По странной случайности межевой рыцарь оказался рядом, пообещал юноше помочь скрыть его проступок и с помощью своих слуг избавился от тела. Витрум оказался у него в долгу, после чего был вынужден под страхом разоблачения исполнять его приказы. Конечно бастардка не благородная дама, однако убийство есть убийство, к тому же совершённое в стенах чужого дома. Да и барон пусть и не признал дочь, однако явно не был доволен её внезапной пропажей и даже пытался искать концы.

Впрочем гораздо больше всех заинтересовало происхождение юноши из рода Лоран. Официально его основал бывший воин прапрапрадеда нынешнего графа, отличившийся в битве и получивший рыцарские шпоры, не официально ситуация оказалась сложнее. Так же допрашивающих весьма заинтересовал рассказ сира Жимара, у которого оказалось в Намилле немало должников и осведомителей.

— Ну по крайней мере никто из действительно влиятельных баронов в этом не замешан — констатировал Монтилио.

— И тем не менее у меня в замке два десятка шпионов от тёмных магов — скривился граф — Не многовато ли?

— Так и есть. Виновные понесут за это наказание — кивнул чародей, уже явно прикидывающий как и кому накрутит хвосты.

— Очень надеюсь — проговорил Ревнант — Самих же предателей следует отловить и рассадить по темницам. А потом выжечь эту грязь с моей земли. Бывшая медная шахта. Кажется она попадалась мне в каком-то отчёте, который ты мне подавал?

— Так и есть — отозвался маг — Мы предполагали, что там логово разбойников, которые достаточно умны, чтобы прокручивать свои делишки на дорогах Луравей и не гадить там, где живут. Было решено их не трогать, пока не зарываются.

— Луравей нам не друзья, но мы допустили ошибку — слегка скривил молодой мужчина губы — Что ж, исправим. Ты проведёшь нас к вашему логову? Если ли на подходе ловушки? Посты?

— Я… — замялся некромант, к которому был обращён вопрос. Однако друид достал из-за пояса ещё одну деревянную иглу и седовласый быстро затараторил — Я все сделаю! У нас три наблюдательных поста на скальных уступах из умертвий. Они же могут устроить небольшие обвалы. У входа всегда дежурит один маг и два десятка скелетов. Из убежища есть минимум два тайных выхода. Возможно есть третий, но он может быть просто слухом…

Когда фонтан красноречия пленника наконец иссяк, молодой граф посмотрел на друида и поинтересовался:

— Ты что с ним делал?

— Мы нашли общий язык — уклончиво ответил русоволосый маг — И не надо на меня, как на зверя какого, смотреть, ваша светлость. Когда мы встретились, некромант уже был седым. Уж не говорю что он практически целый, коли иголок не считать. Но они ему в первую очередь ворожить не дают и шевелиться.

— Если бы не пристрастие к вину, предложил бы тебе должность палача — усмехнулся Ревнант.

— Виноват — опустил тот голову — Но Винсент должен был пустить слух, что я сбежал на праздник к лесным нимфам, вино было мной позаимствовано для большей правдоподобности этой истории. Светом клянусь, не знал что что-то дорогое беру.

Произнеся последние слова, маг поднял в привычном жесте правую руку и его пальцы действительно загорелись золотистым сиянием, подтверждающим истинность сказанного. Брови графа лишь чуть поднялись вверх, а вот у придворного мага они взлетели куда выше и он севшим голосом спросил:

— Что это…? Это же невозможно!

— Ошибиться с вином? — переспросил Винсент.

— Призвать Свет в свидетели! Он не откликается магам! — заявил чародей.

— Ну вообще откликается, просто есть некоторые сложности. Это долгая история — развёл руками Рэзор, а затем достав из зеленоватой дымки бочонок — Кстати вот, отдаю в целости и сохранности.

Придворный маг окинул деревянную ёмкость глазами, а затем перевёл взгляд на сюзерена.