Система становления. Поиск силы

Глава 24

Я стоял на том же месте, и не знал, что можно сделать в этой ситуации… С одной стороны — семь колец под ногами этого человека не внушали мне особого страха за то, что он сможет что-то мне сделать, а с другой стороны… Все это выглядело слишком странно и слишком не к месту… Тем более — этот человек совсем не выглядел готовым к бою воином… Наоборот — при взгляде на него, первая ассоциация, возникающая в голове, была о том, что жизнь знатно перемолола этого человека, но окончательно сломать, отнюдь, не сумела.

Вот только вся его видимая «беззащитность» совершенно не вязалась с тем фактом, что он меня каким-то образом видел, или скорее — чувствовал. Я уже несколько раз проверил свою маскировку, но если верить интерфейсу — она вполне себе работала… Тем не менее человек смотрел прямо в ту сторону, где я замер, услышав его первые слова.

Я уже начал переживать, что нарвался на таинственных хозяев, о которых меня предупреждал Кириан, но в этот момент меня наконец озарило! Этот человек обратился ко мне — «Хозяин теневого зверя»! Не «теневой монарх», не «властелин тьмы», а значит, он не понял, кто я на самом деле! Для него я был просто носителем с редким питомцем, умеющим становиться невидимым, и на этом можно было сыграть.

Все это время я молчал, обдумывая слова этого непонятного мужика, и наконец решил воспользоваться тем, что помещение, где мы находились, утопало в тенях, делая мою невидимость усиленной. Немного сдвинувшись в сторону, я увидел, что человек провожает меня взглядом и обреченно вздохнув, спросил, не выходя из состояния маскировки, стараясь говорить ровным голосом, без особых эмоций:

— Кто ты? И почему я должен тебе верить?

Мой собеседник на это спокойно, даже несколько печально улыбнулся, одним этим жестом умудрившись передать, что он поддерживает и понимает мое к нему недоверие, после чего немного изменил позу, усаживаясь поудобнее, и сказал хриплым голосом:

— Я тебе повторю свои недавние слова, незнакомец — если бы я и правда хотел тебе навредить, то ещё на арене раскрыл бы твои фокусы перед охранителями, благо там было достаточно глаз, чтобы заметить совершенно нехарактерное поведение твари, однако я молчал, гном победил и ты не под охраной. Неужели этого мало, чтобы ты остановился и просто выслушал старого, мудрого человека?

В его словах чувствовалась правда, и не знаю почему, но я решил все-таки послушать то, что хотел мне сообщить этот человек, однако я уже не был тем наивным парнем, который впервые шагнул в царство Сиалы, а потому даже не подумал снимать с себя маскировку, чтобы дать ему возможность разглядеть свое лицо, и отойдя поближе к стене, коротко бросил, оставаясь невидимым:

— Говори.

Человек на это вздохнул с некоторым сожалением, после чего между делом заметил:

— Знаешь, незнакомец… На самом деле — я бы предпочёл беседовать не с пустотой.

Однако я не собирался идти у него на поводу, и несколько жестко ответил:

— В таком случае у нас не получится никакого разговора. Мы будем говорить либо так, либо никак.

Человек на это немного помолчал, опустив голову, будто собираясь с мыслями, а потом едва заметно кивнул сам себе, и сказал:

— Примерно такую реакцию я и предполагал… Ладно, слушай…

После этого он начал неторопливый рассказ, и с каждой его новой фразой, я все больше понимал, что этот человек мне не враг. Точнее — не мой враг.

Этот человек представился Алриком, и сказал, что живёт в Кируте уже очень много лет. Рассказал о том, что жизнь в этом городе никогда не была пределом его мечтаний, однако он сумел найти здесь своё место, и даже завел семью. Спустя какое-то время у них родилась дочка, которую они назвали красивым именем Лайла, и хоть рассказывал он об этом очень тихим голосом — я все равно слышал, что его голос ощутимо теплеет, когда он вспоминал те счастливые дни.

— Я был счастлив, — сказал он, и в этом «был» было столько боли, что у меня внутри всё сжалось в предвкушении чего-то нехорошего, и человек меня не подвел, продолжая свой рассказ:

— Да… Я был по-настоящему счастлив, и уже даже начал думать, что самое страшное позади… Но я очень сильно ошибался.

Он на несколько секунд прервался, и я готов был поклясться, что в этой тишине услышал как скрипят его зубы от сдерживаемых эмоций.

— Всё рухнуло буквально в один день, — наконец продолжил он. — Моя жена… она была очень красивой… СЛИШКОМ красивой для такого города, как Кирут… Я отнесся к этому слишком беспечно, и как результат — её заметил один из держателей главного рабовладельческого дома — Торвин Толстосум из дома Грознар.

Мысленно я отметил эти новые имена, в глубине души понимая, что с этим разумным мне явно не по пути…

Тем временем Алрик продолжал совсем уж тихим голосом, в котором не было ничего, кроме чистой, ничем незамутненной злости:

— Этот… Этот харш — у него отличные связи на самых верхах охранки этого города, и благодаря этому он привык, что на территории Кирута ему никто и никогда не отказывает… Так оно и было, пока он не попытался в наглую завладеть моей женой, а Кията… Она всегда была непокорной, и когда ее попытались затащить к нему в экипаж — она мало того, что сопротивлялась, но еще и отшила его такими словами, которыми его уже много лет никто не смел даже мысленно называть…

Когда она рассказывала мне это — я гордился ее поступком, но в глубине души понимал, что ничем хорошим это не закончится… А потом…

Он сжал кулаки, и буквально выплюнул из себя:

— Прошло меньше получаса, как в наш дом бесцеремонно ворвались охранители с указанием на обыск по совершенно надуманной причине! И я совсем не удивился, что в процессе этого обыска у нас нашли целую россыпь запрещённых артефактов, которых у нас отродясь в доме не было.

Я слушал Алрика и молчал, потому что после слов про охранителей — чего-то подобного и ожидал. Власть, подкуп, ложь — в Сиале это встречалось на каждом шагу, а уж в таком городе, как Кирут… Тут совершенно нечему было удивляться.

Алрик тем временем окончательно погрузился в свои эмоции и продолжил рассказывать отстраненным голосом, совершенно не заботясь о том — слушаю я его, или уже нет:

— В прошлом я был очень хорошим наёмником, и когда понял куда движется дело — попытался оказать сопротивление и вышвырнуть этих оборзевших охранителей, но… Эти ублюдки сами оказались вооружены отнюдь не разрешёнными побрякушками!

Как только я схватил первого из них — их старший в тот же момент применил амулет, который называется «Крик души», и запрещен к применению по всей Сиале, кроме земель отречения. Этот амулет… Он причиняет страшные мучения всем в определенном радиусе, у кого нет специального камня-антидота.

В этот момент Алрик запнулся, а его дыхание стало резким и прерывистым, что натолкнуло меня на мысль, что мы приближаемся к кульминации его повествования:

— Как только он активировал амулет — в тот же момент меня и Кияту скрутило от боли в каждой клеточке тела, но мы были взрослыми и могли вытерпеть воздействие этого страшного артефакта, но вот наша Лайла… Наша доченька… Она была в жалком десятке метров от того ублюдка с амулетом, и ее крохотное сердечко… Оно… Оно не выдержало его воздействия…

Тишина. Я отказывался верить в услышанное, а Алрик тем временем буквально прошептал:

— Она умерла… Прямо там, в своей кроватке… Прямо на моих глазах.

Я не мог найти нужных слов. Да и какие слова могли быть уместны в такой момент для человека, который из-за наглости и вседозволенности оборзевшего рабовладельца потерял собственную дочь? Я просто стоял и слушал, чувствуя, как боль в его словах проникает в каждую клеточку моего тела.

— Я не помню, что было дальше, — продолжил он, глухим голосом, как будто снова переживал тот кошмар. — Помню только, что несколько секунд я смотрел на её неподвижное тельце, и мне казалось, что вот… Вот прямо сейчас она вдохнет… Что пошевелится… Но этого не произошло. А потом на меня опустилась какая-то багровая пелена, благодаря которой я сумел преодолеть действие артефакта, и помню, что кого-то бил, у кого-то отобрал меч… А потом темнота.

Он снова замолчал на несколько секунд, собираясь с мыслями, и продолжил:

— Очнулся я от того, что меня вытаскивал из горящего дома соседский мальчишка, который потом рассказал, что мою жену увели охранители, и с тех самых пор… С тех пор я живу только ради одного. Ради мести.

В этот момент Алрик поднял свою голову, и я смог увидеть его глаза, в которых не было ни единой слезинки — только лютая, пылающая злоба, которая не угасала в нем очень длительное время.

Он посмотрел в мою сторону, и тяжело вздохнув, продолжил надломленным голосом:

— Как только я восстановился, то начал следить за домом Грознар, за Торвином, и за его приспешниками. За это время я смог узнать о высокопоставленных чиновниках Кирута ТАКОЕ, что если бы кто-то узнал о моих знаниях — я бы не прожил и часа.

Но я не торопился. Я прекрасно понимал, что второго шанса мне никто не даст, и поэтому мой удар должен быть по-настоящему страшным для каждого, кто был замешан в смерти моей дочери, а спустя время и жены.

— И жены? — удивился я, на что Алрик едва заметно кивнул, и сказал:

— Да… Как я уже говорил — Кията была очень темпераментной сулимкой, оно и не удивительно… В клане пепла все такие… И поэтому я совсем не удивился, когда спустя несколько дней после похищения один из слуг большого дома передал мне весточку, где говорилось о том, что Торвин лично размозжил моей Кияте голову за неповиновение…

Я вновь не знал, что сказать, но Алрику это было и не нужно. Он очень быстро взял себя в руки и продолжил повествование:

— А совсем недавно, под окнами одной из таверн я услышал разговор между тремя охранителями, которые вполголоса обсуждали визит какого-то страшного существа, и то, что это существо сообщило командиру охранителей о воскрешении клана «Тихая ночь».

Услышав эти слова я напрягся, наконец-то уловив нить, которая связывала всё это безумие воедино.

— Как и любой в Сиале — я прекрасно знаю, что это за клан, — продолжал рассказ Алрик. — И когда я услышал это название, то в то же мгновение понял, что судьба, возможно, только что дала мне шанс. Даже не только мне, но и всем, кого притесняет Торвин со своей бандой.

Сделав небольшую паузу, он продолжил:

— Из разговора охранителей я понял, что это существо, о котором они говорили, поставило им задачу — найти гнома по имени Финнеган и со всех сторон его обложить, потому что крайне высока вероятность, что кто-то из этого клана попытается выйти на него. Охранителям была поставлена задача схватить этого или этих разумных, после чего сообщить об этом существу.

Услышав такие новости, у меня внутри всё похолодело. Ловушка! Вся эта затея с поиском Финнегана была одной большой ловушкой, и мы с Тираэль шли прямо в неё, словно слепые котята!

— Я знал Финнегана, — сказал Алрик. — Несколько раз мы пересекались, и он очень сильно мне помог, поэтому я прекрасно знал — где его искать. Той же ночью я сообщил ему об услышанном, на что он очень горячо меня поблагодарил, и буквально за полчаса, собрав самое ценное, ушёл подземными ходами, за территорию города, а я ему в этом помог.

— На следующий день охранители поняли, что гном не вернется домой, и их старший очень лютовал по этому поводу, опасаясь гнева таинственного существа. Они очень долго думали, что же им делать, но потом все-таки нашли выход и наняли морфа, который принял личину Финнегана, и вот уже второй день разыгрывает представление с ареной, надеясь, что за двойником придут из неожиданно возрожденного клана.

Я слушал Алрика и не верил собственным ушам! Тот гном, что сражался на арене, тот, кого я едва не начал вытаскивать из отстойника, — подделка? Морф? Значит, всё это время мы шли по ложному следу, и только благодаря этому странному человеку я до сих пор на свободе?

— Так получается… — начал я, хриплым голосом, — что там, на арене, был не Финнеган?

— А где ты видел гнома, который владеет магией земли на таком уровне⁈ Их удел — небольшие воздействия, а морф в средствах не стеснялся! — ответил Алрик, сразу после чего продолжил:

— Как ты уже догадался — морф конечно же почувствовал твое вмешательство на арене, и сделал верный вывод о том, что представитель искомого клана уже здесь, в городе, и совсем скоро его попытаются «спасти». Именно поэтому морфа отвели в этот отстойник, предварительно превратив его в одну огромную ловушку.

После этих слов он посмотрел в мою сторону с мрачной ухмылкой и сказал:

— В этот момент я решил вмешаться, благо умения позволяли это сделать. Я вмешался в их наспех сооруженную артефактную сеть и смог обезвредить небольшой участок, где мы сейчас с тобой и находимся. Когда ты призвал своего теневого зверя, а тот перекинул тебя внутрь, я сделал так, что ты оказался именно здесь, в единственном безопасном месте этого здания, и вот… Ты здесь.

Я задумчиво кивнул, переваривая услышанное, и старательно отгоняя от себя мысли о том, что угодил в новое приключение, после чего сказал:

— Твой рассказ я понял, так же как и понял твои эмоции… Я понял все, кроме одного… Чего ты хочешь от меня?

Алрик на это легонько пожал плечами, будто бы речь шла о чём-то само собой разумеющемся, после чего ответил крайне просто:

— Мести! Помоги мне отомстить, а я помогу тебе найти настоящего Финнегана! Что ты скажешь на это, таинственный невидимка?

А что я мог сказать? Глупо отрицать, что это предложение было очень рискованным, но в то же время отказываться от такого союзника было самым настоящим расточительством! Этот человек, который знает Кирут изнутри как свои пять пальцев, который имеет связи и информацию, — это именно то, что жизненно необходимо моему клану. Именно поэтому я внимательно посмотрел на Алрика, после чего осторожно спросил:

— Если я соглашусь, что именно ты хочешь, чтобы я сделал? Мне нужно убить Торвина?

— Нет, — покачал головой Алрик. — Я хочу, чтобы ты помог мне добраться до него. Дал мне силу, знания, и возможность! Я сам хочу нанести удар, чтобы посмотреть в его мерзкие глаза! Если ты поможешь мне — я буду вечно тебе обязан! Да что там я… ВСЕ, кто пострадал от этого жирного пса, с радостью встанут под знамена вашего клана, и ты получишь не просто союзника — ты получишь небольшую армию на улицах этого города.

Я очень тщательно взвесил прозвучавшие слова, и Алрик меня не торопил. Он просто сидел и ждал, а в его глазах не было ни надежды, ни страха — только спокойная уверенность в том, что я соглашусь.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Я помогу тебе, но сначала мне нужен настоящий Финнеган! Я должен убедиться, что он жив и что я не буду зря терять времени на решение твоих проблем.

Это условие не очень понравилось моему собеседнику, и я его не мог за это винить, ведь если вдуматься — он до сих пор не представляет моих истинных сил, а значит вполне справедливо опасается того, что я просто заберу настоящего гнома и вместе с ним исчезну, оставив его самостоятельно разбираться с Торвином и прочими уродами, обличенными властью…

В этот момент Алрик, словно прочитав мои мысли, сказал:

— Я могу это устроить, благо по старым штольням мы достаточно быстро дойдем до укрытия Финнегана, однако мне тоже нужны гарантии!

— И что же ты хочешь? — с интересом спросил я, на что человек пожал плечами, и откинувшись спиной на стену, сказал равнодушным голосом:

— Дай мне клятву сферами, что ты выполнишь наш уговор. Как только ты это сделаешь — я отведу тебя к гному.