Глава 39. О том, что в голову к попаданке лучше не лезть

Карета ни разу не остановилась в пути на привал. Никто не открывал дверь, не заглядывал внутрь, чтобы проверить — жива я или нет. Меня даже не кормили. Что совсем возмутительно, особенно по мнению Исчадия. С туалетом тоже была беда. Его заменяло ведро, скрытое под одним из сидений. Его не опорожняли, и амбре стояло еще то.

Благо поездка не заняла много времени. Замок Аршера находился неподалеку от столицы. Мы ехали плюс-минус восемь часов. И вот на горизонте показались крыши столичных домов.

По главной улице города карета довезла нас до дворца. Там дверь, наконец, открылась, и гвардейцы позволили мне выйти.

Я кое-как спустилась по ступенькам на землю. Ноги и спина затекли от долгого пребывания в одной позе, и я покрутила тазом, разминаясь.

— С возвращением, дорогуша, — раздался до боли знакомый и до зубного скрежета ненавистный голос. — Ты же не думала, что сбежишь от нас? Мы сразу заподозрили Аршера в сговоре с тобой и приставили к нему слежку. Оставалось лишь подождать, когда он приведет к тебе. Как видишь, он нас не разочаровал.

— Не буду врать, что рада встрече, — проворчала я.

— Не страшно. Нашей радости хватит на двоих, — кровожадно улыбнулся король, а потом скомандовал гвардейцам: — Ведите ее в темницу. Ее уже заждались.

Снова меня подхватили под руки и куда-то поволокли. Исчадие пыталась помочь — кусала гвардейцев за ноги, но те лишь отпихивали безобидную болонку. Пока ошейник на собаке, ей не сменить ипостась, а так она не представляет угрозы. Поэтому на ее жалкие попытки отбить меня просто не обращали внимания.

Аннабель тоже летела рядом — притихшая и напуганная. Можно подумать, это ее ждут пытки. Я точно знала, куда меня ведут и кто там будет. Прямо сейчас у меня заберут Дар. Король больше не станет ждать, он не из тех, кто дважды наступает на одни и те же грабли.

Я с гвардейцами шла впереди, за мной следовал его величество с личной охраной. Мы спустились вниз, в какой-то жуткий склеп под дворцом. Насколько залы дворца поражали убранством и великолепием, настолько здесь было мрачно и жутко.

— Я знаю, как вылечить принцессу, — выкрикнула я на ходу, выворачивая шею в попытке рассмотреть короля за спиной.

Голова отказывалась поворачиваться на сто восемьдесят градусов, я так ничего и не увидела. Пришлось полагаться исключительно на слух. Судя по звуку шагов, король рядом и прекрасно меня слышит.

— Да послушайте же меня! — я уперлась пятками в попытке затормозить.

В результате ноги проехались по полу. Гвардейцы, несмотря на сопротивление, упорно тащили меня вперед.

— Ваша дочь не больна, — я не теряла надежды достучаться до его упрямого величества. — Ее преследует демон или кто-то похожий на него. Я видела черное существо с щупальцами рядом с ней. Оно высасывает жизнь из принцессы. Мой Дар его не прогонит.

— Может и так, — король все-таки снизошел до ответа. — Но бессмертие продлит жизнь Мириам, пока мы будем разбираться с существом, которое ты описала.

Вот блин! Надо было торговаться — информация в обмен на жизнь, а я взяла все и выложила как на духу. Так себе из меня интриганка.

Мы добрались до широкого арочного проема. За ним находился зал, напоминающий музей. Куча экспонатов развешаны на стенах, стоят по всему залу. И все бы ничего, вот только тематика у музея специфическая — средневековые пытки.

Я однажды была на такой выставке. Помню, как задорно экскурсовод рассказывал о принципах работы дыбы. Вон она, кстати, стоит в углу. И что-то мне уже не так весело.

К счастью, меня подвели не к одному из пыточных средств, а к обычному стулу. Усадили и связали руки за спиной. К несчастью, из темного угла вышел мужчина средних лет в кожаном длинном переднике.

Он мне сразу не понравился. И вовсе не из-за внешности, она как раз не вызывала опасений. Слишком худым и хилым был мужчина. Такого побью даже я. Разве что его лицо отталкивало, особенно губы. Чересчур пухлые для мужчины и блестящие так, словно он щедро намазал их гигиенической помадой.

Но дело было даже не в губах, а в переднике. Понятно, зачем он его надел. Чтобы кровь и кишки не забрызгали дорогой бархатный сюртук и начищенные до блеска сапоги. Передник — это такая спецодежда палача.

Определив профессию худого, я воспылала к нему жгучей неприязнью. Не надо мне таких новых знакомств. И пусть он мило улыбается, мы все знаем, зачем он здесь — чтобы лишить меня Дара, а вместе с ним, вероятно, и жизни.

— Познакомься, дорогуша, с виконтом Малумом, — заговорил король. — У вас много общего.

— Мы оба блондины? — мрачно уточнила я.

— Вы оба — обладатели редкого Дара, — ответил король. — А еще виконт, как и ты, получил Дар без дозволения короны. Кстати, он не родился виконтом. Малум из семьи бедняков. Титул ему пожаловали мы, за заслуги перед короной.

— Вы хотели сказать — за убийство по вашей указке, — поправила я.

Но король продолжал свой увлекательный рассказ, будто вовсе не слыша меня:

— Подростком Малум тайком пробрался в Зачарованный лес. Естественно, он надеялся обрести Дар. Но вот незадача — Малум был слишком слаб, чтобы сразить или хотя бы поймать магическое существо. Ему было не под силу словить даже белку. Но наш Малум не из тех, кто легко сдается, он нашел выход. Знаешь, почему так мало одаренных, способных забрать чужой Дар?

Я покосилась на Малума. В ответ он улыбнулся этими своими жирными шлепками, и меня передернуло.

— Потому что подобным Даром обладает всего одно магическое существо, — закончил мысль король. — Пиявка.

Я аж икнула от неожиданности. Мне и в голову не приходило, что насекомые и прочие твари тоже обладают магией. Вот это поворот. Малум — червяк! Теперь понятно, что мне напоминают его пухлые сочные губы. Действительно, не каждый позарится на такой Дар, пусть он будет хоть трижды ценным.

Какая же у него вторая ипостась? Воображение подкинуло картинку, и меня передернуло. Нет-нет, умоляю, я не хочу знать ответ на этот вопрос.

— Фу, какая гадость! — Аннабель прикрыла рот ладонью. Похоже, тошнит не меня одну.

— Буэ, — Исчадие и та не выдержала.

В ответ на мое скривившееся лицо улыбка Малума мигом погасла. Должно быть, неприятно, когда люди так на тебя реагируют. А не надо забирать Дар у червей! Неужели титул виконта стоил того?

— Проблема не только в том, что пиявка неприятна сама по себе, — просветил король. — Зачастую Дар оставляет отпечаток на человеке. Ты же помнишь мудреца Дайкора? Он говорил абсолютно нормально до получения Дара, но теперь может изъясняться только странными фразами. Вот и на Малуме Дар сказался не лучшим образом. Скажем, он занизил его умственные способности.

Я снова покосилась на Малума. То-то я гадала, чего он так странно улыбается, а он просто дурачок. Что взять с пиявки? Зато в качестве послушного раба Малуму явно нет равных. Вон его величество доволен.

Мысли поскакали дальше, и я невольно представила охоту Малума. Пришел он, значит, на болото, добыл пиявку и разрубил ее совочком напополам. Так это было?

— Полагаю, дорогуша, ты уже догадалась, что будет дальше, — голос короля вернул меня в реальность. — Малум высосет твой Дар, как пиявка высасывает кровь, и поместит его вот сюда, — он продемонстрировал шар, похожий на те, в которые заглядывают гадалки в попытке увидеть будущее. — А после мы передадим Дар жар-птицы нашей любимой дочери. Что будет с тобой, зависит исключительно от твоей силы воли. К сожалению, не все выживают после процедуры.

И я даже знаю почему. Лучше умереть, чем жить и помнить, как над тобой глумился такой вот Малум.

— Что ж, пора приступать, — король взмахом руки отдал приказ Малуму, а мне пожелал напоследок: — Удачи, дорогуша.

Виконт двинулся в мою сторону. Кожаный фартук неприятно скрипел при каждом его шаге, жирные губы с причмокиванием приоткрылись и нацелились куда-то в район моей шеи.

— Я требую наркоз! — от дикой смеси ужаса и отвращения закричала я. — Вырубите меня, умоляю. Проявите милосердие.

Но король снова притворился глухим. А может, тот, у кого забирают Дар, должен быть в сознании, иначе ничего не выйдет?

Тогда я изо всех сил постаралась упасть в обморок, но организм у меня оказался на удивление стойким. Не кисейная я барышня, увы. Придется все осознавать до самого конца. И бороться! Я буду не я, если сдамся.

Малум взял у короля шар, приблизился ко мне и опустил свободную руку на мое плечо. В другой он держал шар.

Потом, сложив губы трубочкой, он начал медленно нагибаться ко мне. Я в ответ отклонялась назад, насколько позволял стул. Но вот лопатки уперлись в спинку, а шея вывернулась под неестественным углом, дальше уже некуда.

Я зажмурилась, чтобы не видеть мерзкого лица напротив. А еще задержала дыхание, чтобы не чувствовать болотистый запах изо рта Малума. Наверняка он ему тоже от пиявки достался.

— Сопротивляйся! — выкрикнула Аннабель прямо мне на ухо.

Если она продолжит в том же духе, то я оглохну раньше, чем умру.

— Как? — простонала я, чувствуя губы Малума на своей шее.

Гадливое ощущение. Влажное и холодное прижимается к коже. И снова этот причмокивающий звук. Ну все, меня точно сейчас стошнит, прямо на Малума. Вот и пригодится ему кожаный фартук.

— Криспиан рассказывал мне о Даре пиявки, — скороговоркой зачастила Аннабель мне в ухо. — Он говорил, что вместе с Даром всегда высасываются мысли человека, так как невозможно отделить одно от другого. Поэтому люди часто сходят с ума после того, как их силой лишают Дара. Без мыслей остается одна пустая оболочка, которая быстро погибает. Но для тебя это шанс, ты можешь побороться. Думай о чем-то таком, что собьет Малума с толку. Воздействуй на него своими мыслями, пусть его Дар обратится против него самого.

Пока Аннабель говорила, Малум времени не терял. Его губы, точно та самая пиявка, присосались ко мне. Процесс выкачки Дара начался. Из моего тела будто тянули жилы, а вместе с ними жизненные силы.

Связанная и обездвиженная, я не могла сопротивляться, только глухо стонать в знак протеста. Силы, а вместе с ними способность связно мыслить стремительно покидали меня, и Аннабель зудящая над ухом лишь раздражала.

Шар в руке Малума медленно заполнялся светом моего Дара. Исчадие жалобно скулила и пыталась снять ошейник, отчаянно желая мне помочь.

Аннабель тоже не сдавалась:

— Ну же, — настаивала она, — борись.

— Тяв! — поддержала Исчадие и вдруг тяпнула меня за лодыжку.

Не моего мучителя, а меня! От возмущения туман в моей голове прояснился.

Аннабель сказала, надо думать о том, что собьет Малума с толку. Возможно, для кого-то другого это проблема, но только не для попаданки. У меня в запасе столько мыслей о моем мире, что у Малума мозги от них вскипят. Сейчас я устрою ему губозакаточную машинку!

Для начала я представила автостраду. Сотни машин на скорости несутся в разные стороны, перестраиваются, сигналят друг другу, тормозят или наоборот давят на газ.

В ответ на этот мысленный образ губы Малума на моей шее дрогнули. Ага, получи, гад! А что ты скажешь насчет самолетов? Огромные железные штуки, набитые людьми, бороздят небо. Спорим, жизнь тебя к такому не готовила?

Тебе и этого мало? Посмотри на ракету, летящую за пределы планеты. Ах, ты не знаешь, что такое планета? Тогда вот тебе космос со всем его безграничным пространством и понятием бесконечности, которое даже мозг жителей моего мира не в состоянии постичь до конца.

— Нет! — губы Малума отлепились от моей шеи.

Бедняга, схватившись за голову, попятился от меня.

— В чем дело? Почему ты остановился? Мы приказываем продолжать! — возмутился король.

Но Малум лишь тряс головой и безумно вращал глазами.

— К, к, к, — снова и снова пытался он произнести незнакомое слово. — Касмос, — в итоге он выдал что-то невразумительное. После чего он рухнул на пол и затих.

Шар, что был в его руке, тоже упал и разбился. Весь накопленный в нем Дар вернулся ко мне в виде молнии, ударившей в мое тело. Больно не было, наоборот я снова ощутила себя целостной, и это было приятно.

— Что ты сделала с отбирателем Даров? — возмутился король.

— Похоже, я его сломала, — ответила я без тени сожаления.

Малум не вынес картинок в моей голове и сошел с ума, но я вины за собой не чувствовала. В конце концов, он собирался меня убить. Это была чистой воды самозащита. Моя совесть чиста.

— Как ты это сделала? — король смотрел на меня в суеверном ужасе. — Что ты такое?

Надо срочно придумать объяснение, пока меня не сожгли на костре как средневековую ведьму. Вряд ли мне придется по вкусу такое барбекю.

— Вы забыли, Дар жар-птицы — это не только бессмертие, но еще и феноменальное везение, — нашла я вполне правдоподобное толкование произошедшего и, закрепляя успех, добавила: — У меня невозможно отобрать Дар. Чтобы вы ни делали, моя все равно возьмет.

Его величество пододвинул свободный стул и сел. В наступившей гробовой тишине слышно было только, как Малум бормочет в бреду что-то о железных пегасах в небе.

Король посмотрел на него и поморщился. А после обратился ко мне:

— Наша дочь умирает.

— И я могу ей помочь, — ответила. — Но не со связанными руками и не из подземелья. Если хотите спасти принцессу, предлагаю договориться по-хорошему.

— Развяжи ее, — король кивнул гвардейцу за моей спиной.

В следующую секунду веревки, стягивающие мои запястья за спиной, спали, и я с наслаждением размяла плечи. Вот так намного лучше.

Король не обладал терпением и сразу перешел к делу:

— Надеюсь, у тебя есть план, д…

Тут я его перебила:

— Еще раз услышу слово на букву «д», и договору между нами не бывать, — предупредила. — Попрошу проявить уважение к спасительнице вашей дочери.

— Ты еще никого не вылечила, — напомнил король.

— Но вылечу, если вы не будете мешать и станете четко следовать моим указаниям.

Его величество одарил меня мрачным взглядом, но промолчал. А это значит, моя взяла. Никаких больше «дорогуш» и попыток забрать Дар.

Загрузка...