Повесть об Андаманах

ЕЩЕ ОБ ОНГЕ

Джаравы и сентинелы продолжали занимать враждебную позицию по отношению к поселенцам, лишь с онге в конце концов англичанам удалось завязать подобие дружеских отношений. Для того чтобы проследить этот процесс, следует вернуться к 1867 году. До того времени онге, жившим на Малом Андамане, удавалось избегать внимания англичан, ведь остров фактически недосягаем. Море там неспокойное, так как чувствуется сильное влияние прибоя, и до недавнего времени не было пристаней. Даже доктор Фредерик Джон Муат, подбиравший удобное место для поселения каторжан в 1857 году, не сделал ни одной попытки высадиться на Малом Андамане.

В апреле 1867 года майор Нельсон Дэвис, секретарь английского Верховного комиссара в Бирме, совершил инспекционную поездку в Порт-Блэр. (В тот период Андаманские острова находились под административным контролем Верховного комиссара Бирмы.) За ним пришло судно «Аракан», чтобы привезти его назад, в Рангун. С почтой, доставленной судном, пришла телеграмма от судовых агентов — братьев Баллок. В ней говорилось: «В полдень 21 марта (в Рангун) прибыло судно «Ассам велли» под командованием старшего помощника. Капитан и семь членов экипажа высадились на берег у южной оконечности Малого Андамана; видели, как они выходили из шлюпки; спустя час на берегу заметили толпу аборигенов. Они танцевали. С тех пор ни один европеец не вернулся на «Ассам велли». Судно ожидало их до субботы, затем прибыло сюда. Просьба сообщить властям».

Решили, что европейцы убиты. Дэвис вручил эту телеграмму Форду, бывшему тогда Главным комиссаром, и отдал приказание немедленно направить к месту исчезновения моряков судно «Квантунг». Основной задачей экспедиции, поставленной Дэвисом, было отыскать пропавших людей или следы того, что с ними произошло. Поисковая группа должна была принять все меры предосторожности против неожиданного нападения аборигенов. До тех пор, пока не будут получены достоверные доказательства об убийстве кого-нибудь из европейцев, никаких карательных мер по отношению к аборигенам предпринимать не предлагалось.

К сожалению, судна «Квантунг», да и самого Хомфрея, который, как предполагалось, возглавит эту экспедицию, в то время в Порт-Блэре не оказалось — он занимался поисками другого судна, потерпевшего кораблекрушение. Но в порту стояла «Сильвия». Поэтому было решено направить это судно в спасательную экспедицию. 16 апреля «Сильвия» под командованием капитана Брукера взяла курс на Малый Андаман. Однако через два дня судно возвратилось в Порт-Блэр из-за того, что начался сильный прибой и Брукер не сумел причалить к берегу. Но его команде удалось найти кусок каната и синюю матросскую шапку. Они выпустили три ракеты, после чего на берег вышло несколько аборигенов.

Когда «Сильвия» вернулась в Порт-Блэр, «Квантунг» уже был там. «Квантунг» тут же направился на Малый Андаман. Хомфрей, руководивший этой экспедицией, прихватил с собой нескольких андаманцев. Капитан судна лейтенант Дункан, сделав две неудачные попытки причалить к берегу, решил обогнуть юго-восточную оконечность острова и там бросить якорь. Наконец 21-го числа три шлюпки смогли доставить спасательную группу на берег. В ее состав входил и Хомфрей. Однако шлюпки сразу же отошли от берега на более глубокую воду. Как только онге заметили чужестранцев, они сразу же выбежали из укрытия и знаками показывали, чтобы пришельцы убирались вон. Группа Хомфрея кинулась назад к шлюпкам, вслед им полетели стрелы, два человека было ранено. С судна ответили огнем. Пока группа добиралась вброд к шлюпкам, их продолжали осыпать стрелами. Раздался еще один залп — онге исчезли.

Дэвис остался недоволен исходом и этой экспедиции. Он хотел точно знать, живы ли члены экипажа «Ассам велли», поэтому направил на Малый Андаман судно «Аракан» под командованием капитана Барроу, дав ему в помощь двух офицеров — Дэна Иствуда и Хомфрея. Последний снова взял с собой нескольких андаманцев. В спасательную группу входил также небольшой военный отряд из 25 солдат и матросов под командованием лейтенанта У. Мача. Доктор Дуглас присоединился к ним в качестве врача, а лейтенант Глассфорд, недавно прибывший в поселение каторжан, добровольно вызвался сопровождать их.

Перед отплытием капитан У. Дейкейн, командующий войсками в Порт-Блэре, приказал участникам экспедиции, если погодные условия будут им благоприятствовать и они сумеют произвести высадку, разделить людей на три группы: первые две высадятся на берег, а третья останется в шлюпках, чтобы при первой возможности суметь оказать помощь людям на берегу. Двум группам на берегу следует держаться вместе или же на небольшом расстоянии друг от друга и при необходимости оказывать помощь. В случае, если аборигены, завидев людей на берегу, будут вести себя воинственно, то группа прикрытия должна открыть огонь, при этом по возможности стараться только ранить, а не убивать аборигенов. Надо было постараться взять в плен раненых и тех, кто попытается убежать, и таким образом получить необходимую информацию.

Если аборигены будут проявлять явную враждебность, то каждый участник спасательной группы должен вести огонь в соответствии с приказом. Встретив дружеский прием со стороны аборигенов, спасателям следует прибегнуть к услугам переводчика и сопровождающих их андаманцев, но при этом не терять бдительности.

Офицер, командовавший высадкой, согласно приказу У. Дейкейна, не должен был далеко отходить от берега, если в этом не возникнет острой необходимости.

Поскольку это была единственная в английской военной истории экспедиция, в ходе которой пятерых участников наградили самой желанной наградой английских военных — крестом Виктории, то в этой связи определенный интерес представляет отчет лейтенанта Мача: «6-го числа мы бросили якорь в восточном заливе (сейчас — залив Хат. — Прим. ред.) и на следующее утро исследовали место, где, видимо, были захвачены аборигенами члены экипажа «Ассам велли». Около 8 часов 30 минут утра я покинул судно и в сопровождении старшины, шести моряков, сержанта-индийца и четырех рядовых саперов направился на втором катере к скале, на которой, как предполагают, произошло массовое убийство. На гичке отбыли Хомфрей, два сапера и несколько андаманцев. На первом катере находились сержант, капрал и 8 рядовых — они должны были прикрывать высаживающиеся группы.

Примерно в 150 ярдах от берега мы почувствовали влияние прибоя, затруднявшего высадку, и Дэн, командовавший людьми в лодках, отдал приказ оставить их и идти вброд к берегу. Неся ружья на вытянутых руках, мы отправились вброд. На берегу мы первым делом стали сушить амуницию и порох.

Два сапера и абориген, которые согласно приказу должны были высадиться с нами, этого сделать не сумели, так как Хомфрей не подогнал свою шлюпку близко к берегу — он не смог высадиться в течение всего дня, что, без сомнения, повлияло на успешный ход экспедиции. Группа под моим командованием, высушив амуницию и порох, двинулась вдоль берега в восточном направлении к скале, до подножия которой доходит вода во время прилива. Приблизительно в 50 ярдах от этой скалы на сухом песке мы обнаружили череп европейца (так по крайней мере уверял Дуглас), немного дальше — ботинок, подобный тем, которые носят матросы, а ближе к скале — обломки шлюпки. На опушке мы нашли следы костра — здесь, по-видимому, готовили пищу.

Пройдя еще около 100 ярдов, мы заметили группу аборигенов, которые время от времени выглядывали из кустов. Как только мы приблизились, они пустили в нас стрелы. Я обратил внимание, что многие аборигены отступают, и решил, что они собираются окружить нас, поэтому отвел назад левый фланг нашей группы и продолжил движение вперед. По прибытии на место, если его так можно назвать, я обнаружил, что у нас не хватает боеприпасов, и просигналил второму катеру, чтобы он подошел к берегу и забрал нас.

Услышав наш сигнал, Дэн стал подавать катер кормой. Был слабый прилив, Дэн очень торопился и потопил катер, при этом несколько человек утонуло, среди них лейтенант Глассфорд. Это произошло около 11 часов утра. Тогда я повел свою группу к восточной бухте в надежде найти там место, с которого можно было бы погрузиться в шлюпки. Первый катер, в котором находились два человека, следовал за нами вдоль побережья. Они стреляли по аборигенам.

Приблизительно ярдов через 300 мы наткнулись на засыпанные песком трупы четырех человек. Я увидел лишь головы. Я не мог внимательно разглядеть трупы, потому что все мои мысли были поглощены тем, как выбраться из положения, в которое мы попали из-за недостатка боеприпасов, потери шлюпки, к тому же мы не знали численности нападавших. Матрос Уотсон нашел разорванную матросскую куртку, которую потом мы доставили на судно.

Около двух часов дня, обнаружив, что шлюпка с двумя солдатами, как и другие, не следует за нами, мы пошли к тому месту, где высадились утром. Сюда с первого катера выслали плот, на который перебрались Дэн, два матроса и я. Мы отошли приблизительно ярдов на 300 от берега, когда волна смыла меня и Дэна с плота. Измученные борьбой с волнами, мы с трудом добрались до берега. Тридцать зарядов нам доставили с судна плотом. Больше не удалось.

Старания второй гички преодолеть прибой и приблизиться к берегу, чтобы снять нас с плота, также оказались безуспешными. За это время часть наших боеприпасов подмокла.

Новая попытка, предпринятая Дугласом для нашего спасения, окончилась благополучно. Голодных и измученных, нас доставили на судно. Мы подняли якорь и на следующий день уже были в Порт-Блэре.

На мой взгляд, мы уничтожили около 30 аборигенов. Сержант-индиец, который углублялся на некоторое расстояние в джунгли, заверял, что было убито около 100 человек.

Не смея давать слишком высокую оценку всем участникам спасательной группы, доктора Дугласа, рисковавшего своей жизнью и совершившего три рейса к побережью с солдатами, хотелось бы отметить особо. Рядовые Мэрфи, Купер, Белл и Гриффитс, четверо добровольцев, также вели себя хладнокровно, самоотверженно борясь с жесточайшим прибоем, когда из-за малейшего промедления одного из них могли пострадать все.

Я могу выразить от себя лично и от имени тех, кто находился со мной на берегу, глубокую благодарность доктору Дугласу за оказанную нам помощь. Хотелось бы, чтобы имена тех, кто спас жизни другим, рискуя собственной, стали известны правительству».

Правда, экспедиции не удалось спасти членов экипажа «Ассам велли» (видимо, к тому времени их уже не было в живых), однако из отчета лейтенанта Мача следует, что ее участники столкнулись с огромными трудностями.

Специальным указом королева наградила крестом Виктории за «героический подвиг», совершенный 7 мая 1867 года членами спасательной экспедиции, Дугласа, Мэрфи, Купера, Белла и Гриффитса.

Ходили слухи, будто собираются послать еще одну экспедицию на Малый Андаман для дальнейшего выяснения судьбы пропавших членов экипажа «Ассам велли», но этому замыслу не суждено было осуществиться. Следующие пять лет об онге не поступало никаких сведений. В апреле 1873 года генерал Стюарт решил совершить поездку на Малый Андаман. Не успел он вернуться из этой краткосрочной поездки, как получил сообщение, что на Малом Андамане убито пять членов экипажа «Квантунг», высадившихся на остров в поисках воды. Стюарт решил послать экспедицию для спасения матросов, если, конечно, они еще живы, но главным образом он желал наказать «непокорных островитян».

Экспедиция отбыла на судне «Андаунтед». Ей не удалось обнаружить никаких следов пропавших, и тогда они решили расправиться с островитянами. Они сожгли четыре хижины, расположенные приблизительно в полумиле друг от друга (в каждой из них размещалось около 40 человек), а одна, имевшая в диаметре около 60 футов, была по крайней мере человек на 150. Когда они поджигали первую хижину, на них напали онге, и между членами экспедиции и островитянами произошла жестокая схватка. Вполне естественно, победили сильнейшие. При этом им удалось захватить одного пленного (впоследствии он умер в заточении). Во время схватки два рядовых-индийца получили ранения, один из них — серьезное. Затем пришельцы сожгли остальные хижины. Все попытки с помощью пленного познакомиться с языком онге оказались безуспешными.

Стюарт продолжал верить, что онге, подобно коренным жителям Большого Андамана, должны наконец подружиться с англичанами. Чтобы снискать расположение островитян, англичане использовали проверенный метод — время от времени они наносили визиты онге и оставляли для них подарки. В конце концов Стюарт понял, что мимолетные, редкие визиты вряд ли могут сослужить добрую службу в налаживании дружеских отношений с онге, тут необходимы выдержка и время. Прошло семь лет, но за это время ничто не изменилось в их отношениях.

После того как в начале 1878 года на пост Главного комиссара вступил полковник Кэделл, он и Портмен, сопровождаемые другими офицерами и некоторыми жителями Андаманских островов, стали чаще появляться у онге. Обычно они приезжали и оставляли островитянам подарки, которые онге с удовольствием подбирали. Никаких серьезных столкновений с ними не происходило. В очередное свое посещение Малого Андамана в январе 1885 года сопровождаемый Кэделлом Портме/н послал нескольких андаманцев на берег с подарками. Островитяне тепло встретили гостей, которым удалось убедить мальчика лет 14 пересесть в их лодку и подняться с ними на судно. Мальчик бесстрашно отправился на судно и вскоре вернулся на берег со множеством подарков. Портмену даже удалось взять с собой одного онге лет 22 по имени Талим.

Во время посещения острова Большой Синк англичане схватили 24 аборигена. Пятнадцать человек они вскоре отпустили. Портмен считал это событие весьма важным, поскольку выпущенные островитяне могли бы общаться с онге Малого Андамана. В марте 1886 года Портмен снова поехал туда и провел целый день с островитянами.

Теперь подарки на Малый Андаман доставлялись каждые две недели. Это были железные поделки, панцири черепах, кабаны, яркая одежда, кокосовые орехи и ямс.

Так, по мнению англичан, завязалась их дружба с онге. В настоящее время самые хорошие отношения у них с онге, а не с представителями других племен. Немалая заслуга в этом и Портмена, который провел почти два месяца на Малом Андамане в гостях у онге.

Портмен близко узнал многих онге и пришел к выводу, что они в меньшей степени консервативны, чем другие племена, и готовы «променять свои собственные обычаи на все, что им покажется лучшим». Возможно, именно поэтому им удалось выжить. Но надолго ли? Это вопрос, на который ни антропологи, ни кто-либо другой пока не могут дать ответа.