Всё ещё злясь на нового и, хвала всем богам, недолгого знакомого, Марисоль пробиралась по кромке берега обратно к порту. Негодование придавало ей сил и бодрости, она уже почти что не чувствовала утреннего холода, разгорячённая состоявшейся беседой. Сейчас она не замечала ничего — ни красоты разворачивающегося над морем рассвета, что соединил воедино небо и воду, гармонично повторив краски в зеркальном отражении; ни того, что ночная усталость никуда не делась, и стоило девушке остановиться, она бы, вероятно, рухнула без сил.
Ругая последними словами непутёвую сестру, из-за которой, собственно, она и попала в такую переделку, Марисоль уже предвкушала, как выскажет той всё. А потом… Хотя до этого самого «потом» ещё следовало дожить. Да хотя бы добраться до этого чёртового порта!
Споткнувшись в очередной раз, Марисоль выругалась. Не хватало ещё ногу подвернуть, и стать откровенным инвалидом! Хватило ей вчера ума уйти так далеко от нужной точки, теперь вот приходилось расплачиваться ещё и за собственное безрассудство.
Когда в далеке замаячило скромное здание уже знакомой кассы, девушка с облегчением выдохнула. Конечно, ещё было слишком рано до её открытия, но она подождёт. Жаль, не было возможности по-хорошему умыться и привести себя в порядок. Но всё это было второстепенным, главной же осталась цель во что бы то ни стало попасть на ближайший паром.
Вот теперь можно было полюбоваться и уже опостылевшим рассветным морем, и даже немного подремать в тишине, под успокаивающий звук шелестящих волн, и погреться в лучах пробуждающегося солнца.
Марисоль и не заметила, как пробежало время. Оживление у кассы привлекло её, и она, поднявшись с нагретого утренним светилом песка, поспешила за своим билетом. Однако ещё издалека услышала шум и недовольные возгласы возмущавшихся людей.
— Как нет билетов⁈ Опять нет⁈ — кричал пожилой мужчина, раскрасневшийся от возмущения.
Девушка, стоявшая по ту сторону толстого стекла кассы, старалась сохранять спокойствие и вежливость, но Марисоль видела, каких трудов ей это стоило.
— Билетов нет, — то и дело повторяла она. — Возможно, их не будет в ближайшую неделю…
Люди опять зашумели, а Марисоль, внезапно вспомнив о предупреждении мистера Уокера, развернувшись, медленно вышла в дверь. Это было каким-то несусветным наказанием. Что теперь делать, она и представить не могла. Возвращаться? Но тогда она так и не узнает, что случилось с Мари, а предчувствие говорило ей, что с ней точно что-то произошло. И потому медлить было нельзя.
Оставался только один вариант, самый нежелательный и возмутительный. Зубы Марисоль скрипнули в бессильном гневе на сестру, ведь ей сейчас предстояло проглотить собственную гордость, и испытать унижение, обратившись с просьбой к тому, кого совсем недавно она обозвала «болваном», и даже не удосужилась попросить прощения.
Но рассуждать было некогда, пора было действовать. И Марисоль, уверенно подобравшись, отправилась в обратный путь к тому месту, где провела сегодняшнюю ночь. Возможно, мистер Уокер действительно был ещё там.
* * *
Решительность оставила её на подступах к ещё разбитому лагерю, когда она заметила высокую фигура Чена, раздетого по пояс — он собирал вещи, сейчас уже в действительности. Он тоже заметил её, но вида не подал, продолжая работать. Немного потоптавшись и собравшись духом, Марисоль отправилась дальше. Но, дойдя до нужно места, словно потеряла голос, и молча взирала на мужчину, что попросту не обращал на неё внимания. Должно быть, её обидные слова всё же зацепили его, раз он себя так вёл. Однако и Марисоль отступать была не намерена — природное упрямство взыграло в её душе, и она приняла брошенный мужчиной молчаливый вызов.
— Мистер Уокер, — обратилась она к нему, наконец. — Мне нужна ваша помощь. Я заплачу…
Чен, оторвавшись от своего занятия, с ехидной улыбочкой повернулся к ней. Марисоль, как не пыталась, не могла отвести взгляда от мускулистого, неожиданно привлекательного тела, и лишь растерянно хлопала глазами, пытаясь изобразить отсутствие интереса на своём лице.
— Чем, красотка? — усмехаясь, спросил тот.
— Что? — не сразу въехала в его слова Марисоль, всё так же пугаясь своих абсолютно неуместных сейчас мыслей. Она слишком давно не была с мужчиной, наверное, всё дело было в том…
— Чем будешь платить? Деньгами или…? — не уставал улыбаться Чен.
— Или чем?..
Девушка сейчас слабо соображала, все происходящие в последнее время с ней события в совокупности притупили остроту её восприятия, и… Но, когда до неё дошёл смысл сказанных мужчиной слов, она вспыхнула до кончиков ушей.
— Да как вы смеете предлагать мне такое⁈ — взбеленилась она. — Я вам не какая-нибудь портовая шлюха!
Чен опять рассмеялся. Похоже, всё это для него было просто забавной игрой — так он шутил, развлекался, не более.
— Я просто уточнил, — примирительно ответил он. — Добро пожаловать на борт, мисс. Мой катер к Вашим услугам…
Марисоль досчитала до десяти, прежде чем коротко кивнуть и отправиться в сторону пресловутой посудины. Ей нужно было добраться до Норвегии как можно скорее, и уже не важно каким способом. Оставалось только надеяться, что мистер Уокер не выкинет в пути что-нибудь эдакое, в его стиле.