Марисоль только сейчас поняла, насколько она голодна. Запах жареных яиц приятно щекотал ноздри, вызывая в ней зверский аппетит. Когда она ела в последний раз? Она не знала. Но тело подсказывало, что это было слишком давно.
С интересом рассматривая замок сначала снаружи, а после и изнутри, девушка старалась не разговаривать. В конце концов, если ей приходилось играть роль своей сестры, то это было крайне непросто: несмотря на всю свою похожесть, они с Мари были абсолютно разными людьми, и любой понял бы это, пообщавшись с сёстрами чуть дольше.
Хозяин замка был к ней внимателен и терпелив. Интересно, Мари уже успела охмурить его, побывать в его постели? Зная сестру, Марисоль с большей долей вероятности ответила бы твёрдое «да». Но для неё самой этот мужчина был более интересен как источник информации, а не объект сексуальной охоты.
Как выяснилось — из наблюдений, людей больше в замке не было. Хозяин сам приготовил скромный завтрак на две персоны, и теперь с таким же наслаждением, как и Марисоль, налегал на еду. А ещё смотрел на неё так, будто был повинен во всех бедах «несчастной» Мари, хотя Марисоль досконально ещё так и не поняла, что же между ними произошло.
— Ты простишь меня? — вдруг спросил он, покончив с завтраком и уставившись на девушку пронзительным взглядом янтарных нечеловеческих глаз.
«Оборотень» — сразу же решила Марисоль, больше не насмехаясь и не отрицая очевидной, проверенной на горьком опыте, действительности.
— Я… я не помню, что произошло…
Она не умела врать и делала это столь плохо, что случись в её жизни экзамен по дисциплине «Правда или ложь», она бы провалила его с треском, не сумев даже воспользоваться шпаргалкой.
Но мужчина поверил, коротко кивнув и нахмурившись пуще прежнего.
— Тебе нельзя оставаться в замке. Его губительная сила слишком сильно на тебя воздействует.
— Сильно? — удивилась девушка.
— Да. В прошлый раз ты уснула и не могла проснуться, и я не мог ничем тебе помочь, решив, что ты так и умрёшь, не приходя в себя. Хотя бы про проклятие помнишь? Я рассказывал тебе…
Марисоль отрицательно покачала головой. Она не могла забыть то, чего не знала, но хозяин замка думал, что она — Мари, и до разговора с призраком не стоило переубеждать его в обратном.
— Что-то в тебе изменилось, — казалось, хмурый прищур янтарных глаз мужчины сейчас просканирует её насквозь. — Даже запах стал каким-то другим, будто тебя… подменили.
Марисоль попыталась понять, что бы ответила Мари, будь она сейчас на её месте. Но кроме красивого подрагивания накрашенных ресниц и пронзительно-голубого взгляда абсолютно невинных глаз на ум ничего не шло. И тот отступился.
Едва различимый шум донёсся со стороны входа. Девушка и мужчина одновременно повернули головы, пытаясь рассмотреть, что привлекло их внимание. Но из них двоих только Марисоль заметила призрак травницы, что, словно стесняясь, мялся на пороге, не проходя дальше.
— Где я могу отдохнуть? — тут же нашлась девушка. Ей уже просто не терпелось выяснить, что же хотел от неё этот приставучий призрак.
— Боюсь, в комнате ты снова впадёшь в некое подобие летаргии, — задумчиво отозвался тот. — Не хотелось бы вновь так рисковать…
Что у них, чёрт возьми, тут происходило?!
— Со мной уже было так? — решила уточнить Марисоль.
— Да. И результат твоей частичной потери памяти, я думаю, следствие этого… И ещё… я здорово напугал тебя. Прости.
Он вновь принялся извиняться, и Марисоль проще было простить его за всё и сразу, лишь бы не выслушивать подробности этого. Призрак нетерпеливо ждал, когда живые наконец определяться, и нервно колыхался в пространстве, то почти полностью исчезая, то проявляясь вновь.
— Давай поговорим позже. Я очень устала…
Это было истинной правдой, Марисоль едва держалась на ногах.
— Соль. — подсказала ей призрачная девушка. — Возьми с собой соль.
— Здесь есть соль? — словно между дел спросила Марисоль, не понимая, однако, зачем той она понадобилась. — Я вспомнила кое-что, что поможет мне обезопасить жилище…
Мужчина указал ей на один из ящиков, и девушка обнаружила там настоящие залежи поваренной соли, старой и слежавшейся, словно она пролежала здесь целую уйму времени. Взяв в руки отделившийся комок, девушка взглянула на призрачную травницу, та жестом поманила её за собой.
— Мари, я волнуюсь за тебя, — хрипло произнёс хозяин замка. — Думаю, всё же не лучшая идея возвращаться туда, после всего, что там произошло… Хочешь, я побуду с тобой?
«А он крепко в чём-то провинился» — вновь сообразила Марисоль. Но сейчас было не время любезностей.
— Мне нужно побыть одной, — тихо произнесла она. — Спасибо, я ненадолго…
И поспешила за теряющим всякое терпение призраком, что вёл её к заветной комнате.