Сердце Северного Ликана

Глава 39. Нападение

Но зверь замер, приземлившись в паре метров от мужчины, и Чен, подобно ему, тоже остановился, явно изучая противника.

Марисоль сделала шаг назад, и тут же споткнулась, упав на пятую точку, но даже боли не почувствовала, наблюдая за стремительно разворачивающейся прямо перед ней сценой боя. Чен встал в выжидающую стойку, даже в темноте было заметно, насколько он напряжён, а вот его противник…

Девушка отчаянно вглядывалась в черноту ночи, чтобы понять, с кем им пришлось столкнуться, но так и не разобрала, что это за зверь. Он скорее был похож на человека, держался на двух ногах, но весь был покрыт тёмной, в ночи казавшейся, чёрной, шерстью. Однако лапы, или, точнее, руки у него тоже были человеческие. Да и голова… Видимо, шерсть была единственным отличием, и это не могло не настораживать: Марисоль даже на картинках и в передачах о неведомых животных никогда не видела нечто подобного.

Неужели это было какое-то местное чудище, не известное до сих пор науке?

Было заметно, как зверь вертит головой и шумно втягивает ноздрями воздух, всё чаще останавливая взгляд на Марисоль. Этот интерес к девушке явно не нравился мистеру Уокеру, и тот непроизвольно, а, может, действуя согласно хитроумному плану, пытался загородить её собой от светящихся глаз чудища, при этом даже не поворачивая головы. Роковой могла оказаться каждая секунда, и Чен следил за ним, чтобы не допустить ошибки.

И всё же атака зверя получилась непредсказуемой. Он бросился на мужчину, пытаясь свалить его с ног, но тот устоял, при этом ему удалось даже отбросить противника на небольшое расстояние. Однако атака повторилась, мистер Уокер резво уворачивался, при этом успевая наносить точечные удары, не доставляющие особого беспокойства противнику. Ему удалось даже пару раз ударить того по морде, но это только разозлило зверя. Они сошлись в рукопашной, упав на землю и попытавшись уже там нанести как можно больший урон друг другу. Но зверь оказался сильнее.

Зверь… Скорее уж, это был человек в зверином обличии! Слишком уж расчётливыми казались его удары и ярость, рыком срывавшаяся из его пасти, злость, излишняя агрессивность, выдавали в нём самого настоящего человека, а не представителя мира животных!

Марисоль не знала, кем на самом деле являлся мистер Уокер, его глаза, светящиеся в темноте, так же выдавали в нём нечеловеческую природу, но сейчас она всем сердцем болела за него и надеялась, что он победит. Но совсем скоро стало понятно, что силы его на исходе, тогда как зверь, тоже порядком измотанный, пока не проявлял признаков усталости, колошматя её спутника как боксёрскую грушу, только лежащую на земле.

После одного такого удара, Чен, изловчившись, повернул к ней голову, и она ужаснулась ранам, разукрасившим лицо этого мужчины.

— Марисоль, беги! — прошептал он прежде, чем зверь нанёс свой завершающий удар, и мистер Уокер обмяк, замолкнув.

Ужас, ни на мгновение не отпускавший девушку, сейчас просто сковал все конечности девушки. Она хотела подняться, но зверь, оставив в покое Чена, со скоростью света бросился теперь на неё, в долю секунды прижав её к земле. Его окровавленная морда, на которую Марисоль даже боялась взглянуть, уткнулась ей в шею, глубоко вобрав в себя запах девушки.

А после она услышала разочарованный, раздосадованный, но вполне человеческий голос чудовища.

— Это же была ты! Ты! Но почему сейчас ты пахнешь по-другому?..

Марисоль было очень тяжело, но от шока она просто перестала соображать, и ещё пыталась предпринять попытки выбраться из-под этой громоздкой туши. Если мистер Уокер мёртв или хотя бы тяжело ранен, то помочь ей больше будет некому, а в такие минуты всегда чертовски хотелось жить и, несмотря ни на что, она пыталась выжить.

Что-то жутко мешалось в районе спины, больно вонзившись в кожу, даже, возможно, поранив её…

Нож!

Марисоль вспомнила о том кинжале с рукояткой в форме волчьей головы. Это он сейчас был готов разодрать её спину, но и был последней, пусть и слабой, надеждой на спасение. Пока зверь, однако не стремящийся причинить ей особый вред, всё так же старательно обнюхивал её тело, девушка сумела просунуть руку за спину и извлечь, пусть и с большим трудом, этот кинжал.

— Отвечай! Что с тобой не так?! — продолжал что-то невнятное бормотать зверочеловек, но Марисоль сконцентрировалась на другом. — Что он сделал с тобой?! Почему ты перестала так пахнуть?!

Он зарычал, а Марисоль, незаметно отведя в сторону руку, со всего размаху, вложив в тот удар всю свою силу, на которую только была способна, вонзила кинжал монстру в спину. Странно, но он вошёл так легко, словно зверь был маслом или чем-то подобным. Раздалось громкое шипение, девушка зажмурилась, ожидая удара или, даже может быть, смерти, но чудовище неожиданно вскочило, пытаясь выдернуть нож, и в конце концов, ему это удалось.

Зверь словно забыл про девушку с ужасом уставившись на холодное оружие, которое держал в когтистой лапе-руке, а Марисоль в который раз за ночь ошарашенно удивлялась происходившему: глаза волчьей головы-рукоятки светились точно так же, как и глаза Чена и этого страшного чудовища, похожего на волка!

Кинжал выпал из его лапы неожиданно, полетев в примятую траву, а зверь, вновь завыв от боли, бросился прочь, унося за собой лёгкий дымок, тянувшийся из нанесённой Марисоль раны и запах палёной шерсти, который девушка ввиду последних событий почуяла не сразу.

Схватив оружие, она бросилась к Чену: тот лежа не шевелясь, и она уже было подумала о самом плохом, когда мужчина издал слабый стон. Тогда Марисоль бросилась ему на грудь, разрыдавшись от собственной слабости и бессилия.

— Мистер Уокер, прошу! Очнитесь! Как я без Вас?! Я не могу без Вас!

Сейчас ей было по-настоящему страшно, одной, в лесу, полном чудовищ и призраков… Кстати, о последних…

— Возьми, эта трава поможет ему остановить кровь и затянуть раны, — призрак той, о ком Марисоль успела благополучно забыть, протягивал ей небольшой букетик какой-то растительности. — Но поторопись, я чувствую нить его сердца слабнет, если он впадёт в беспамятство, нам его оттуда будет вытянуть гораздо сложнее.

— Что с этим делать? — стараясь не задавать лишних вопросов, Марисоль приняла этот дар из невидимых для остальных рук призрачной девушки.

— Просто положи листья на раны, для таких, как он, это истинное лекарство…

— Таких как он? — переспросила Марисоль, машинально следуя указаниям покойницы.

— Оборотней, — спокойно произнесла та в ответ. — Только не говори, что ты об этом не знала…