Сердце шторма

Глава 6. Демоны. Часть 3

— У демонов есть лидер!

Собравшиеся в библиотеке студенты повернулись к вновь вошедшим. Алеша закрыл книгу по истории Португалии и сдвинулся правее по скамейке, чтобы слиться с компанией, к которой подошли колдуны.

— Демоны так не играют, — хмыкнула совсем юная чародейка. — Меня в прошлом году дважды пытались сожрать за один час. Они всегда сами по себе бегают. У них же соревнование, кто больше сожрет.

— Да. И эта их хаотичность давала нам хоть какую-то надежду. Но если восьмерка начнет действовать слаженно…

— Семерка, — поправил товарища колдун со значком дукса на капе. — Одного мы сегодня раскрыли, и в игру он больше не вернется. Демоном оказался второкурсник-чародей с сельскохозяйственного, попался на площади инков. Пытался поставить колдовскую ловушку, да не справился. Так и поняли, что нашелся умник, объединивший демонов. Да еще и обучивший хитростям даже калойру. Жалко, имя не узнали.

— Выдал бы он тебе, как же, за такое нарушение правил ментор Педру бы его до самого выпуска наказывал. Как он вообще вам что-то рассказал?

— Он и не рассказывал, только глазами лупал и на Клара-Нову косился, как на единственное спасение. Ловушка колдовская, со старших курсов. Второгодка-чародей бы не додумался ее использовать. И вчера бахнула такая же в другой части города и с другой печатью. И тоже у чародея.

— Несправедливо. Разве то, что демоны по плану действуют и ловушки ставят, не нарушение? Для них тоже правила есть. Они же дикие диабу! Почему ментор не реагирует?

— А разве в правилах есть запрет объединяться? — спросил Алеша. — А даже если есть, диабу могут обойти приказ, если найдут способ. Возможно, ментор Педру расценивает нарушение с их стороны как… находчивость?

Студенты зашумели.

— Нет. Так не пойдет. Если правила изменились для диабу, то и для нас тоже. — Дукс ударил по столу чем-то металлическим, а когда убрал руку, студенты увидели красную печать. Маленький круглый штамп, отобранный у "демона" сверкнул в отблесках солнца. Дукс недобро ухмыльнулся. — Поймаем засранцев.

— Мертвые демоны не разговаривают.

Припечатанный колдун растер печать по лбу и усмехнулся.

— И вот надо было тебе его в голову бить? — разозлился дукс.

— Будь он реальным демоном, ты бы порадовался, что я ударил в голову и попал! — возразил убивший демона колдун. — Печать.

Демон закатил глаза и отдал печать.

— Слушай, — дукс похлопал проигравшего диабу по плечу, — может, все-таки расскажешь. Хоть что-то. Без тебя демонов осталось четверо, и один из вас мутит воду во всей Академии. Кто он?

— Правила запрещают раскрывать демонов живым участникам, — колдун улыбнулся. — Верни мне печать, пара движений, и я все расскажу.

— Правила изменились.

— Нет. Ни на йоту, — улыбка демона стала шире. — Может, вы их просто плохо знали. — Он многозначительно покосился на шпили монастыря Санта Клары.

Алеша наблюдал за сценой со стороны. Его задачей было держать окружение, чтобы к охотникам не подкрались со спины. У демонов была нездоровая тяга к таинственному монастырю. Девушка, которую поймали два дня назад, пыталась перейти мост, когда поняла, что раскрыта.

А когда около дворца припечатали сразу несколько человек черными метками, едва не случилась откровенная потасовка. Оказавшиеся в компании боевые колдуны тут же стали главными подозреваемыми, и охотники кинулись на них с путами и щитами. Но поиск демона не увенчался успехом. Только разозлил и студентов, и вышедших с занятий профессоров. И все же кто-то услышал, как в среде разогнанных студентов прозвучали смех и имя Святой Изабеллы. Вечером у монастыря схватили демонессу.

Слишком очевидная ошибка. Провокация? Или полное отсутствие страха и чувство безнаказанности? Ведение игры с позиции силы?

Алеша не лез на рожон, не путался под ногами охотников и не выказывал подозрений и мыслей. Но очень кропотливо и внимательно собирал кусочки нового пазла.

Лидер следил за потасовкой из окна, улыбаясь и постукивая пальцами по подоконнику. Демонам удалось затеряться в толпе, и это радовало. Из дворца вышли профессора и сразу позвали своих бештафер. Ментор Розита с ворчанием схватила за ухо особо рьяного охотника, но не спешила озвучить наказание или отпустить. Нет, теперь все собравшиеся ждали появления главного ментора, чтобы высказать ему все накопившееся недовольство. Снова.

Он с интересом наблюдал. Студенты начали играть активно, но отставали на несколько шагов, и вряд ли им хватит оставшихся дней, чтобы разгадать все приемы и изловить всех «диабу». Как ловко, однако, получилось переиначить цель, подлив масла в разгорающийся огонь. Заменить раздражение и тревогу на азарт, немного приправленный праведным гневом. И ведь правила не нарушены, даже драки удалось избежать, благодаря «удачным обстоятельствам».

Лидер наслаждался результатом своих трудов и, что не менее важно, процессом игры. «Удачей» в партии и не пахло, только расчет. Было учтено даже время срабатывания ловушки, просчитан каждый взгляд на монастырь, выбранный «логовом».

Он отмечал каждого, заметившего связь. Каждого, пришедшего к Санта Кларе, но так и не решившегося войти. Он также делал выводы о тех, кто игнорирует подсказки и прячется за спинами «охотников» или предпочитает ходить, как прежде, с рассеянным щитом, не желая принимать новые условия игры. А ведь после такого «диабу» придется измениться навсегда. Демоны больше не захотят бегать как дички поодиночке, а студенты не примут своей беспомощности. И главный поборник традиций и постоянства, вовремя не остановивший эту заразу, тоже будет вынужден смириться с новым укладом. Иронично.

Лидер оставил наблюдение за площадью, на которой старая бештафера все еще отчитывала студентов, и легкой тенью выскользнул из кабинета. Чтобы оставаться вне подозрений, лучше всего быть на виду.

Алеша постучал тростью по двери и сразу вошел. Как всегда в субботу республика Розы пустовала, только Вера в розовой пижаме сидела за столом, с ногами забравшись на стул, и ковыряла ложкой в ведерке с мороженым.

— Привет, — кивнула она и указала на лежащее на столе письмо. — Как там Паша?

— Открой да прочти.

Алеша узнал почерк друга на конверте. Сам он получил такой же накануне и уже знал и как Паша, и как Алиса, и отписался, как они с Верой. Не знал только, почему подруга игнорирует эти письма вот уже несколько месяцев.

— А лучше еще и ответь. Он беспокоится.

А еще злится и банально ревнует… И Алеша не мог осуждать друга, особенно после того, как ментор не позволил Паше приехать в Коимбру. Без веских оснований. Без объяснений. Документы просто вернули, пропечатав отказом. Алеша и Вера пообещали расстроенному другу выяснить причину уже на месте. Но не достигли особых успехов. Ментор отказался отвечать на прямой и вежливый вопрос.

— Но почему?! — не унималась Вера. — Вы сами говорили, что Паша сильный боевой колдун, у него все предметы сданы не хуже, чем у нас. Он имеет право знать, в чем ошибается или не тянет.

— А разве ваши профессора не объяснили, когда возвращали документы?

— Нет, все промолчали как один.

— Именно, сеньора, и это должно было вам все объяснить. У вас нет доступа к этой информации.

Вера беззвучно открыла рот. Алеша попытался осторожно потянуть ее за руку к выходу из аудитории, пока разволновавшаяся от несправедливости колдунья не начала откровенно хамить ментору. Лучше он сам с ним поговорит, потом.

Вера не сдвинулась с места.

— Студенты не должны страдать от ваших интриг, что бы вы ни устроили. Паша имеет такое же право на обучение и справедливую оценку, как и другие.

Ментор удивленно поднял брови, но вдруг улыбнулся, встал из-за стола и подошел к студентам.

— Ах, обучение… вы, что же, действительно думаете, что его мотивация и интерес к программе обмена строится на новых уроках и полезных знаниях? Думаете, что для колдуна, который выбрал своей специализацией работу в Пустоши, разумно и полезно потрать год на обучение в Коимбре, в то время как в его родную Академию стремятся со всего континента именно ради этого направления? — ментор впился взглядом в Веру, и Алеша подавил желание выйти вперед, закрывая собой подругу. — Его интерес — вы, сеньора. Пусть вы и делаете вид, что не замечаете ухаживаний этого колдуна, поверьте, вам стоит меня поблагодарить за то, что он не здесь. Что касается справедливой оценки, — ментор перевел взгляд на Алешу, — владение оружием — это далеко не все. Осторожность сеньора Шанкова граничит с трусостью, это качество еще покажет себя так или иначе, и у меня нет уверенности, что ваш друг сможет качнуть весы в нужную сторону.

— Трус не полезет в Пустошь по доброй воле, — попыталась вступиться за друга Вера, но Педру только снисходительно покачал головой:

— Трусость бывает разная. И я не хочу брать на себя ответственность, за еще одного проблемного студента из Москвы. Полагаю, таких объяснений вам вполне достаточно, чтобы написать другу о том, какой в Коимбре ужасный главный ментор. Не смею задерживать. — Педру указал на дверь, и в этот раз Вера не стала пререкаться.

Студенты покинули корпус молча, дошли до перекрестка, и только перед тем, как разойтись, посмотрели друг на друга. Понимая, что ни один из ответов ментора Паше лучше не пересказывать…

Прямолинейное заявление ментора будто лишило Веру возможности притворяться. Только лучше от этой честности никому не стало.

— Я не знаю, как ответить. — Девушка смотрела на нераспечатанный конверт как на навозного жука, забравшегося на обеденный стол.

— Так же, как и остальным друзьям.

Вера вздохнула и посмотрела на Алешу.

— Ты же знаешь. Он хочет быть не просто другом…

— Это плохо? Прошло четыре года с той истории с Кириллом, ты не можешь вечно бегать от вопроса отношений. Еще пара лет и этот вопрос поднимет твоя семья. Сейчас иное время, более свободное, и силком тебя под венец не потащат, но мы не те, чью жизнь оставят без внимания. А Паша точно не обидит. Дай ему шанс.

— Я не могу.

— Тогда расскажи про испанца, — усмехнулся Алеша.

— Не хочу.

— Почему? Здесь же ты всем рассказала, в чём разница?

— Здесь лишних вопросов не задают. — Глаза девушки на миг сверкнули сталью, и Алеша решил, что ему не стоит выделяться среди местных.

Вера снова опустила взгляд на мороженое.

— А Паша потом не отстанет. И честно говоря, не хотелось бы портить многолетнюю дружбу дурацкими разборками.

— Если ты будешь игнорировать его письма еще полгода, то портить будет уже нечего.

— Ты прав… — Вера подняла и покрутила в руке конверт. — О, скажу, что за два года прониклась духом феминизма и не заинтересована в романтике…

— Только бантики не забудь снять, когда будешь такое заявление делать, феминистка.

В отличие от Веры, Алеша не выбирал республику по интересам или требованию ментора. Ему было по большей части всё равно, где коротать свободное время, которого зачастую и так не выпадало на долю студентов. Поэтому в первый же день в городе он вышел из студенческого дома, дошел до ближайшего дворца и попросился в граждане. И оказался в «Солнце пляжа», единственной республике в Академии, которой не претил любимый курс ментора Педру. Вдоль стен гостиной были выставлены доски всех мастей и размеров, а над столом висела гигантская акула, склеенная из картона. Дукс, совсем недавно вступивший в должность, оказался младше Алеши, но, принимая в ряды республиканцев великовозрастного калойру, смог и сам не ударить лицом в грязь, и новичка не унизить. Праш обещал провести после рождества, а поселиться во дворце разрешил сразу. Привыкший к тишине и одиночеству Алеша не стал отказываться от комнаты в студенческом доме, но в республике бывал каждый день и приложил все усилия, чтобы подружиться со студентами. Многие из них были боевыми колдунами и в игре сразу присоединились к «охотникам».

Именно «Солнце пляжа» загнало большинство пойманных демонов, но пойти на штурм «логова» никто не решился. Алеше, наоборот, казалось, что наличие логова или не заметили, или намеренно игнорируют… А может, указания на Санта Клару — всего лишь случайные совпадения и сам Алеша заметил монастырь только потому, что в руках оказалась нужная книга?

Томик с глухим стуком упал на стол.

— Я насчет лидера демонов. Не верю, что ты ничего об этом не знаешь. — Алеша требовательно смотрел на Веру.

Девушка облизала ложку и пожала плечами.

— Не знаю. — Она опустила взгляд на ведерко и принялась шкрябать ложкой картон, доставая последние кусочки мороженого. — Тоже посоветуешь состроить глазки ментору, чтобы выведать тайны? Не сработает, я пыталась. Ай!

Алеша махнул тростью, выбив из рук Веры пустую упаковку, и направил навершие прямо на девушку.

— Не заигрывай с бештаферами, — устало посоветовал он, — даже в шутку.

Колдунья закатила глаза.

— Ну что ты хочешь услышать? Твои сограждане планомерно отлавливают демонов, и, заметь, ментор им не мешает. А пока диабу бегают от охотников, мы мирно доживем до понедельника, — улыбнулась Вера. — Расслабься, чай будешь?

Алеша покачал головой. Вера с самым умиротворенным видом потянулась к вазочке с печеньем. Похоже, ситуация ее вообще не волновала. Так привыкла за полтора года к странностям Коимбры?

— Почему? — Алеша сел напротив нее. — Педру же помешан на соблюдении правил, а тут полная вакханалия. И он это терпит? Сомневаюсь.

Он достал из сумки старую книгу и положил на стол. Вера вопросительно покосилась на толстый том.

— К чему ты клонишь?

— Почему демоны стекаются к Санта Кларе? Ты слышала что-нибудь про этот монастырь?

— Ну… ходит легенда, что там можно встретить призрак Святого короля. Однажды я попыталась проверить и пробралась в храм во время заутрени. Там почти нет служителей, и из-за легенды никто не приходит, но службы все-равно ведутся. Жутковато, конечно, но призраков я не встретила.

— Но встретила ментора Педру. Ведь так? Не тебе одной пришла в голову мысль проверить легенду. Ее скармливают всем калойру вместе с байками про Черного ловеласа и плотоядного паука.

Алеша развернул книгу к Вере и открыл на странице с портретом Святого короля. Схожесть с ментором Педру была не слишком явной, но издалека, со спины… Капа сойдет за плащ, а свет алтарных свечей, перед которыми стоит черноволосая фигура, за корону.

Бештафера облюбовал монастырь. Поэтому туда никто не приходит, позволяя жить романтичной легенде о короле-мученике.

— У демонов может быть только один лидер, способный обойти все правила ментора. Он сам. Поэтому они стекаются туда. Дать отчет или получить инструкции, найти защиту. Ведь в присутствии ментора никто так и не решился заявить об украденных печатях и новых правилах. Словно тишина и молчание гарантируют неизвестность…

— Не гарантируют. Сложно представить, чтобы авантюра такого масштаба прошла мимо ментора. Ты можешь быть прав.

— Могу быть? И все? Еще раз, я не верю, что ты ничего об этом не знаешь.

— Почему? — Вера вдруг посмотрела на Алешу совершенно серьезно.

— А почему ты уверена, что Миледи была демонессой?

— Нашел, с чем сравнивать. Педру любит учить и ненавидит посвящать кого-то в свои интриги. Так что все, что могу сказать: ты можешь быть прав. А можешь ошибаться.

Алеша посмотрел на часы. Немногочисленные субботние лекции подходили к концу, а до вечерних занятий, на которых обычно пропадала Вера, было еще несколько часов. И большинство студентов проведут вторую половину дня в библиотеке или по домам, доделывая задания, чтобы высвободить хоть немного времени для воскресного кутежа. Завершение игры уставшие колдуны хотели отметить хорошей пьянкой.

— Собирайся, мы идем в монастырь. — Алеша встал из-за стола.

— Зачем? Чего ты хочешь? Благородно умереть за день до финала?

— Поймать с поличным. У Педру осталось три демона, которые наверняка придут в монастырь, чтобы скоординировать действия перед последним днем игры.

Вера потянулась и тоже поднялась, прочесала пальцами распущенные волосы и нахмурилась.

— Хм… а разве не проще со скоростью ментора лично посетить каждого и дать указания? Почему Санта Клара?

— Ты мне скажи.

Алеша впился взглядом в подругу. Она поджала губы и прищурилась, принимая игру. Алеша улыбнулся: победить в гляделки человека со стеклянным глазом довольно сложно.

— Ладно, — Вера вздохнула и всплеснула руками. — Он чертов романтик. Да, они там, пошли охотиться на демонов.