Системный Творец VI

Глава 19

Кай повернулся к Лине. Она стояла чуть поодаль, ее взгляд был прикован к ликующей толпе внизу, в котором читалось тихое, еще не до конца осознанное изумление. Его взгляд смягчился, стал почти отеческим.

— Лина. — позвал он. — Мне нужна твоя помощь.

Девушка моргнула, отрывая взгляд от зрелища. На ее бледном, усталом лице промелькнула искренняя растерянность.

— Я? Чем я могу помочь? — спросила она, и в ее голосе слышалось сомнение, почти неуверенность в собственной значимости.

Кай сделал шаг навстречу.

— Ты сейчас — единственный Проводник во всем Эйвеле, который может добраться до Терминуса. — сказал он твердо, не оставив места для возражений. — Мне нужно, чтобы ты переместила туда всех, кто собрался здесь. Это займет время, но без тебя осуществить задуманное… будет куда сложнее и дольше.

В глазах Лины вспыхнуло понимание, за которым последовало озарение- она осознала собственную значимость. Расправив плечи, она отбросила непослушную прядь волос со лба.

— Я… помогу. — произнесла она уже увереннее.

Кай удовлетворительно кивнул.

— Спасибо.

Он обернулся к краю башни, поднял руку, и сияние браслета вновь приковало к себе взгляды. Гул на площади стих.

— Внимание! — прогремел голос Первого Игрока. — У нас есть Проводник! Она перенесет каждого из вас прямо к стенам нашего нового дома! Лина вернется сюда после подготовки плацдарма и начнет перемещение.

Кай снова обернулся к нам — ко мне, Лине и Элронду.

— А теперь, — сказал он тише, — ты переместишь нас троих. Нам нужно подготовить место, оценить обстановку и… снять некоторые ограничения.

Лина кивнула и протянула руки. Я ухватил ее левую ладонь, ощутив прохладные тонкие пальцы. Элронд, с легкой усмешкой, взял правую. Кай же положил свою огромную, закованную в броню руку мне на плечо, создав прочный контакт.

— Готовы? — спросила Лина, и в ее глазах вспыхнули знакомые изумрудные искры.

Мы молча кивнули.

Мир перед глазами моргнул, и я вновь оказался на каменистом плато, у подножия скального выступа, где мы оставили наших товарищей. Холодный ветер с Молчаливой Пустоши ударил в лицо, заставив вздрогнуть после относительного тепла «Белого Шпиля». И первое, что я увидел — наши товарищи никуда не ушли.

На небольшой ровной площадке развернулся спарринг между Горстом и Каэлом. Капитан атаковал сдержанно, но с ощутимой силой: каждое его движение было отточено до совершенства и лишено лишних усилий. Каэл, несмотря на деревянные ноги, двигался с удивительной, почти кошачьей грацией. Он не просто уклонялся, а мастерски парировал, мгновенно переходя в контратаку и используя инерцию отцовских ударов в свою пользу. Его лицо выражало предельную концентрацию, а глаза горели стальным огнем. Очевидно, мастерство парня сделало значительный скачок.

Неподалеку, у тлеющего костра, Эдварн помешивал что-то в походном котле. Простой, грубый запах похлебки плыл по плато, создавая странный контраст с окружающей мертвой пустотой.

А Лериан… лежал на импровизированных носилках из плащей и веток, прислоненных к скале. Глаза его были открыты, устремлены в серое небо, но взгляд был мутным, лишенным привычной остроты.

Горст, заметив нас краем глаза, резко отшатнулся, мгновенно приняв оборонительную стойку. Каэл тут же развернулся, его взгляд стал хищным. Эдварн вскинул голову, рука инстинктивно потянулась к топору у пояса.

Но вскоре они узнали нас. Напряжение спало, уступив место волне чистого, немого изумления. Горст опустил руки, его суровое лицо смягчилось, и в глазах мелькнул отблеск невероятной теплоты. Каэл расслабился, и на его угловатом лице расцвела редкая, широкая улыбка. Эдварн встал, отложив ложку.

— Макс? Лина? Чёрт возьми… — прохрипел Горст, делая первый шаг в нашу сторону.

Капитан обхватил меня в объятия с такой силой, что, показалось, хрустнули ребра. Каэл, не стесняясь, вцепился в мое плечо, его пальцы впились в ткань куртки.

— Рад тебя видеть! — выдохнул Горст, отстраняясь и держа меня за плечи, внимательно всматриваясь в лицо. — Целый? Не ранен?

— Целый. — хрипло ответил я, почувствовав, как к горлу подкатил комок.

Лина оказалась в объятиях Эдварна. Коренастый воин подхватил ее, словно перышко, и осторожно поставил обратно, хлопая по плечу.

— Мы переживали за тебя, девчонка! — его грубый голос прозвучал почти нежно.

Все взгляды устремились к Каю. Горст выпрямился, приняв почти строевую осанку, и подошел, не отрывая глаза от прорези шлема, и протянул руку.

— Кай из рода Вердиан. — произнес он, и в его голосе было лишь глубокое, неподдельное уважение, без тени лести или страха. — Благодарю, что позаботился о них.

Кай молча пожал протянутую руку. Его закованная в металл ладонь казалась гигантской рядом с рукой капитана, но рукопожатие было крепким и равным.

Горст кивнул и отступил. Каэл и Эдварн также обменялись с Каем короткими рукопожатиями. Элронду же достались лишь сдержанные кивки.

Я наконец перевёл дух и окинул взглядом плато.

— Что вы здесь делаете? — спросил я, не в силах скрыть недоумение. — Вы же должны были уйти, как только Лериан придет в себя!

Ответил не Горст, а сам Лериан. Его слабый голос прозвучал ясно из лежанки у скалы.

— Артефакт, которым Гаррет ударил меня… — начал он, каждое слово давалось с трудом. — Оказался с сюрпризом. Он содержал сложный вирус, подавляющий регенерацию. Противоядия у нас здесь нет, а без специализированных лекарств… восстановление идет мучительно медленно. Я едва могу шевелить пальцами, Макс. Уйти отсюда мы не смогли — я бы не выдержал путь. Оставить меня здесь… — он слабо улыбнулся уголком рта, — они, как видишь, не согласились.

Я подошел и присел рядом. Его лицо было серым, осунувшимся, глаза запали.

— Теперь все будет хорошо. — сказал я твердо. — Мы собираемся оживить Терминус. Там будут все необходимые ресурсы, лекари… Мы тебя поставим на ноги, обещаю.

Элронд подошел и положил руку мне на плечо.

— Юноша прав. — пророкотал его бархатный бас. — Скоро сюда переместят все население Пристанища, и ты получишь всю необходимую помощь.

На лицах Горста, Каэла и Эдварна промелькнуло облегчение, однако через мгновение капитан нахмурился.

— Терминус… Это же город только для Системных Творцов. — произнес он, глядя на Кая. — Нам туда путь заказан.

Кай снял шлем. Его лицо, освещенное холодным светом, казалось высеченным из гранита, но в глазах горела непоколебимая решимость.

— Древние ограничения были введены для другого времени. — заявил он твердо. — Мир тогда был иным, угрозы — другими. Сегодня ситуация изменилась. Я, как основатель и страж Терминуса, объявляю: отныне город открыт для всех, кто готов разделить с нами кров, кто готов трудиться ради его восстановления и защиты. Неважно, являешься ты Системным Творцом или нет, важно лишь твое сердце и руки.

Горст замер, обдумывая его слова. Затем медленно, с тяжелым вздохом, кивнул.

— Я… мы готовы помочь. — сказал он. — Если наши руки и умения вам пригодятся. Мы не Творцы, но строить, охранять, воевать — это мы умеем.

— Любые руки пригодятся для восстановления города. — ответил Кай. В его голосе впервые прозвучала едва уловимая теплота. — Я рад, что вы с нами. А теперь… — он перевел взгляд на меня и Лину. — Нам нужно все подготовить. Макс, Лина — обхватите меня с двух сторон, да покрепче.

Я уже предчувствовал, что произойдет, и без колебаний встал справа от Кая, обхватив его за талию. Лина посмотрела на меня с немым вопросом. Я лишь коротко кивнул: «Доверься». Она шагнула вперед, обхватила Кая слева, ее тонкие пальцы вцепились в ремни его наплечника.

Кай подстраховал ее, обхватив свободной рукой за талию.

— Не бойся, не упадешь. — прошептал он ей.

И в следующее мгновение земля буквально выскользнула из-под ног.

Наш взлет был настолько быстрым, что у меня перехватило дыхание. Ветер ревел в ушах, а плато с нашими друзьями стремительно уменьшалось, превращаясь в едва различимое пятнышко. Лина вскрикнула от неожиданности, но крик оборвался — Кай держал ее крепко, почти прижимая к себе. Я видел, как ее глаза сначала расширились от ужаса, а затем в них зажегся огонек восторга.

В мгновение ока перед нами выросли очертания Терминуса: зубчатые стены, истерзанные башни, центральная площадь с монументальной статуей Топора. Кай активировал какой-то артефакт, и Лину окутал мерцающий купол. Мы прорвались сквозь первый пояс стен, и… девушка осталась невредима. Очевидно, Кай знал, как обойти активную защиту города — что было неудивительно, ведь он сам ее и создал.

Мы плавно снизились, приземлившись прямо у подножия статуи. Кай отпустил Лину. Она сделала шаг, пошатнулась, но устояла на ногах. Щеки ее пылали, дыхание сбилось.

— Ничего… себе… — выдохнула она.

Кай подошел к статуе Топора — интерфейсу этого мира. Прикоснувшись ладонью к холодному камню пьедестала, он замер на долгие, тягучие минуты. По поверхности изваяния время от времени пробегали тонкие золотистые искры, а камни под его основанием на мгновение вспыхивали внутренним светом.

Наконец Кай выдохнул, отнял руку, и плечи его опустились, словно сбросив невидимый груз.

— Готово. — произнес он. Голос звучал устало, но в нем слышалось удовлетворение. — Защита города, которая пропускала лишь Системных Творцов, деактивирована. Отныне Терминус открыт для всех, кто приходит с миром. — он повернулся к Лине. — Теперь ты можешь переместить сюда людей с плато.

Лина кивнула, все еще слегка дрожа от пережитого. Она закрыла глаза, сосредоточилась. На лбу выступили капельки пота. Затем она исчезла — просто растворилась в воздухе, без звука и вспышки.

Кай подозвал меня жестом.

— Пойдем. Есть дело.

Он повел меня к зданию Хранилища. Кай приложил ладонь к двери из черного, отполированного временем дерева, и она просто растворилась, открыв проход в темноту. За ней виднелась узкая каменная тропа, парящая над бездонной черной пропастью и ведущая к пьедесталу в центре зала.

Мы прошли по дорожке. Каждый шаг отдавался глухим эхом в абсолютной тишине. Воздух был ледяным, пропитанным запахом камня и вековой пыли.

Кай приблизился к пьедесталу — простой каменной колонне с углублением наверху- и снял с руки Ключ Контроля. Артефакт пульсировал в его ладони ровным, теплым светом.

— Здесь. — тихо произнес Кай, аккуратно помещая браслет в углубление. — Ему самое место. Это самое защищенное место в Эйвеле. — он отступил на шаг. — Но артефакту потребуется постоянная подпитка Живой Энергией, хоть и в гораздо меньшем объеме, чем для активации. Это будет наша с тобой обязанность, Макс. Мы будем по очереди приходить сюда, отдавать часть своей силы и следить, чтобы уровень не падал ниже критического. Это одна из важнейших задач в новом Терминусе. Справишься?

Я взглянул на браслет, на его мягкое, нежное сияние. Теперь оно казалось таким хрупким в этой чернильной пустоте. Этот маленький предмет держал в узде целую стихию, целую часть мира.

— Справлюсь. — ответил я без колебаний. — Это честь для меня.

Кай кивнул.

— Тогда помни: вход открыт только для нас двоих и для тех, кого мы приведем. Ни для кого другого. Это не недоверие к другим Творцам, а вопрос безопасности. Одна ошибка, одна злая воля — и Лес снова вырвется на свободу.

При выходе Кай щелкнул пальцами и дверь позади нас вновь вернулась на свое место. Мы вернулись к статуе как раз в тот момент, когда появилась Лина. Воздух дрогнул, и рядом с нами материализовались Элронд, Горст, Каэл и Эдварн. Они осторожно держали носилки с Лерианом. Воины огляделись, их глаза расширились от изумления при виде масштаба центральной площади, высоких, пусть и полуразрушенных, зданий.

— Черт… — пробормотал Эдварн, опуская свой конец носилок. — Так вот он какой… Легендарный Терминус.

— Не шуми. — проворчал Горст, но и его взгляд жадно впитывал каждую деталь. — Место и вправду… особенное.

Каэл молчал, его глаза сияли почтительным изумлением. Он вглядывался в статую, в древние камни под ногами, словно пытаясь прочувствовать их вековую историю.

— Лина, — позвал Кай. — Можешь начать перемещение остальных Системных Творцов с «Белого Шпиля». Бери по десять человек за раз, не больше. Береги себя.

Лина, уже бледная, но с решительным выражением лица, кивнула и вновь исчезла.

Перемещение затянулось на долгие, монотонные часы. Лина появлялась, приводя группу из десяти Творцов — уставших, изможденных, но с горящими глазами. Они оглядывались, и на их лицах расцветало то же изумление, смешанное с надеждой. Затем Лина, не отдыхая, исчезала за следующей партией.

С каждой новой «ходкой» она становилась все бледнее, ее шатало. Дыхание сбивалось, а на лбу и висках проступал липкий, холодный пот.

Площадь вновь задрожала, и из воздуха материализовалась новая группа Творцов. Среди них был Гаррет. Его бледное как полотно лицо было опущено к земле. Он не оглядывался на величественные руины, а словно старался быть как можно менее заметным.

Но его заметили.

С места, где на носилках лежал Лериан, вырвался резкий, хриплый звук. Мастер с трудом приподнялся на локте. Его и без того серое от болезни лицо исказила чистая, беспримесная ярость. Мутные от слабости глаза вспыхнули таким огнем, что казалось, могли прожечь дыру.

— Ты… — прошипел он. Это было не слово, а выброс концентрированного яда. — ТЫ! Как ты смеешь… стоять здесь⁈ Среди нас⁈

Он попытался подняться, но тело предательски не слушалось. Горст, стоявший рядом, положил ему руку на плечо.

— Спокойно, не двигайся.

— Спокойно⁈ — Лериан закашлялся, но его взгляд, пылающий гневом, не отрывался от Гаррета. — Он… ударил меня в спину! Он служил той, кто жаждала уничтожить все! И теперь он здесь⁈ Ходит по той же земле, что и мы⁈ Дышит тем же воздухом⁈

Гаррет замер. Он не пытался бежать или оправдываться, а просто принимал этот взгляд, этот шквал гнева, и казалось, с каждым словом Лериана он становился меньше, сжимался под тяжестью обвинений.

Кай, стоявший неподалеку, обернулся и мощными шагами направился к эпицентру конфликта. Его появление мгновенно остудило накал страстей. Творцы вокруг затихли, завороженно наблюдая.

— Лериан. — произнес Кай, останавливаясь между ним и Гарретом. Его голос был тихим, но железным. — Гаррет сейчас на нашей стороне. Он носит «Наруч Верности», его воля под контролем, а его навыки нам необходимы.

— На нашей стороне? — Лериан фыркнул, и в этом звуке была вся горечь преданного человека. — Его место — рядом с Кселой! Он предал не только императора, но и всех нас! Всех, кто доверял ему как коллеге, как мастеру! Он смотрел мне в глаза и ударил, когда я был беззащитен! И вы говорите, что теперь он «на нашей стороне»⁈ Неужели браслет способен смыть кровь с его рук⁈

Кай молчал и просто смотрел на Лериана, в его взгляде не было осуждения, лишь понимание тяжести боли.

Тогда Гаррет, словно преодолевая невидимую преграду, медленно шагнул вперед. Он остановился недалеко от Лериана, его глаза горели мучительным стыдом.

— Лериан… — начал он, голос дрогнул. — Я не прошу прощения, ведь не имею на это права. Но должен сказать… я не хотел этого. — он сглотнул. — Удар… артефакт… он должен был лишь временно подавить тебя. Я думал, ты отключишься на пару часов, не больше. Но… я переборщил. И из-за меня ты… — он не смог закончить, лишь махнул рукой в сторону носилок. — Все пошло не так. С самого начала, как только я согласился ей помочь…

Лериан слушал, не перебивая. Ярость в нем не угасла, но сквозь нее пробивались трещины усталости и невыносимой боли от предательства близкого человека.

— Планировал. — повторил Лериан с ледяным сарказмом. — Ты «планировал» временно вывести меня из строя, чтобы вы с Кселой могли беспрепятственно захватить мир? Как мило. Как профессионально. Ты всегда был блестящим тактиком, Гаррет. Жаль, что твой стратегический выбор оказался настолько идиотским.

Гаррет опустил голову.

— Я знаю. — прошептал он. — И я буду нести это бремя всю оставшуюся жизнь. Но Кай прав — мои навыки могут быть полезны. Я… хочу хоть что-то исправить.

Лериан долго смотрел на него. Гнев медленно отступал, оставляя после себя лишь горький, холодный осадок. Он откинулся на подушки, на мгновение закрыв глаза.

— Я принимаю слова Кая. — наконец произнес он, открыв глаза. В них теперь плескалась лишь усталая решимость. — Он — Первый Игрок, и его слово здесь закон. Я не буду требовать твоей головы, не буду мстить. — он сделал паузу, и следующая фраза прозвучала тише, но от того еще более неумолимо. — Но если ты когда-нибудь подойдешь ко мне ближе, чем на десять шагов… если твоя тень упадет на меня… ты пожалеешь о том, что тот артефакт не убил меня на месте. Понял?

Четкая и окончательная угроза повисла в воздухе.

Гаррет медленно кивнул и отступил на шаг, затем еще один, развернулся и молча пошел прочь, стараясь держаться подальше от носилок.

Напряжение на площади постепенно рассеялось. Люди вернулись к своим делам, но в воздухе еще долго витал осадок от короткой, но жесткой сцены. Она напомнила всем: даже в новом начале остаются шрамы прошлого, и некоторым ранам для заживления нужно больше, чем просто время и общее дело.

Наконец, Лина перенесла всех из «Белого Шпиля». Завершив последний перенос, она едва не рухнула на камни, но ее успел подхватить подоспевший Эдварн.

— Хватит, девчонка. — грубо сказал он, но в его голосе слышалась тревога.

Элронд, наблюдавший за процессом, подошел к ней и положил руку на лоб, его пальцы слабо засветились.

— Энергетическое истощение. — констатировал он. — Ей нужен полноценный отдых.

Он посмотрел на Кая.

— Перемещение людей из Пристанища может подождать день-другой. Город никуда не денется, а если мы потеряем единственного надежного Проводника… — он не договорил, но смысл был ясен.

Кай, погруженный в изучение чертежей вместе с Творцами, поднял голову от импровизированного стола из каменной плиты. Его взгляд остановился на бледном, измученном лице Лины.

— Согласен. — коротко бросил он. — Первые дни уйдут на обустройство, так что никаких перемещений, пока Лина сама не почувствует себя готовой.

Пока Лина, под бдительным присмотром Элронда и знатока целебных трав из числа Творцов, восстанавливала силы в одном из немногих уцелевших и очищенных помещений, в Терминусе кипела работа.

Желающих взяться за дело оказалось предостаточно. После минутного благоговейного осмотра руин Творцы принялись оценивать масштабы разрушений и свои силы. Картина была… внушительной. Центральная часть города представляла собой груду развалин. Целых зданий почти не было — лишь остовы стен, горы битого камня и искореженные конструкции.

Однако для собравшихся это не стало преградой. Напротив, это был вызов, который они приняли с энтузиазмом, граничащим с настоящим восторгом. Впервые за долгие годы, а возможно, и за всю их жизнь, они могли проявить свою силу открыто.

Тем временем Кай успел побывать в Хранилище и вернулся оттуда с толстой папкой древних чертежей: схемами планировки города, инженерных коммуникаций и оборонительных систем. Вокруг него мгновенно сформировался импровизированный «штаб» — десяток самых опытных и уважаемых Творцов, среди которых были Элронд, Гаррет, Мэри, Таль и Рен. Я присоединился к ним, но встал чуть в стороне.

— Начинать нужно с самого необходимого. — произнес Кай, проводя пальцем по пожелтевшему пергаменту. — Убежища. Места, где люди смогут спать, есть, отдыхать. Центральные кварталы находятся здесь. — он указал на сектор рядом с площадью. — Большинство зданий разрушено до основания, но фундаменты целы. Это значительно упрощает задачу.

— Упрощает? — раздался скептический смешок. — Там же тонны камня!

— Для нас — да. — невозмутимо ответил Кай. — Но мы же не собираемся таскать его вручную. Используем големов.

Так они и поступили. Творцы быстро разделились по специализациям. Те, кто занимался големами, собрались в центре самой большой груды развалин. Там я впервые увидел небоевое применение этих существ.

Зрелище было завораживающим. Десятки Творцов встали в круг. Их движения были синхронными и отработанными, без суеты и криков. Они бросили под ноги семена, подняли руки, и из земли сформировались фигуры — небоевых, неагрессивных големов: приземистых, мощных, с широкими «лапами» вместо рук, предназначенными для захвата и переноски, а не для удара. Они выстроились в ровные ряды, как солдаты на параде, и ждали команды.

По приказу големы дружно двинулись к грудам обломков. Они не ломали, не крушили, а разбирали. Огромные каменные плиты, ростом в несколько человек, поднимались в воздух, аккуратно переносились и складывались в отведенных местах. Мелкий щебень сгребался в кучи, которые уносили големы поменьше. Прочные балки осторожно извлекались и складировались отдельно — они еще могли пригодиться.

Прогресс двигался с поразительной, почти пугающей скоростью. К полудню огромная центральная городская площадь была дочиста освобождена от обломков. К вечеру команда Творцов, опираясь на уцелевшие фундаменты и фрагменты стен, а также на камень, принесенный големами, уже возводила остовы первых зданий. Это было не изящным строительством, а грубой, мощной работой, где сила подчинялась разуму. Камни сами находили свое место, скреплялись не раствором, а сгустками системной энергии. Эта живая связь прочно спаивала их, создавая монолитные конструкции, превосходящие по прочности любое замковое сооружение.

К закату выстроилась дюжина длинных одноэтажных строений, напоминающих казармы. Простые, но крепкие, с крышами, дверями и заготовками под окна — они не блистали роскошью, но давали главное: укрытие. Дом.

Я наблюдал, и сердце сжималось от странной смеси гордости, надежды и легкой грусти. Еще вчера эти люди… были изгоями, беглецами, боящимися собственной тени. Сегодня они строили, смеялись, спорили о деталях, помогали друг другу. В их глазах горела не просто решимость, а радость от возможности быть собой.

Ко мне тихо подошел Кай. Его освещенное последними лучами солнца лицо казалось вырезанным из меди. Он долго смотрел на кипящую жизнь: на костры, зажигающиеся между новыми домами, на суетящиеся фигуры людей.

— Они молодцы. — наконец сказал он, в его голосе звучала неприкрытая гордость. — Настоящие Творцы. Не просто ремесленники, а созидатели.

— Да. — коротко бросил я.

Он повернулся ко мне, и его пронзительный взгляд стал серьезным, почти суровым.

— Завтра утром я покину Терминус, Макс.

Меня словно ударило.

— Что? Почему? Мы только начали! Город, Ключ, люди…

— Именно поэтому. — спокойно прервал он. — Вы справитесь здесь без меня. У вас есть Элронд, Гаррет и десятки опытных мастеров. А у меня… другая война.

Он посмотрел на восток, туда, где давно скрылось солнце, и его лицо омрачилось.

— Мы решили лишь одну проблему — самую очевидную и громкую. Но угроза иномирцев никуда не делась. На самом деле… все куда хуже, чем я предполагал.

Он замолчал, словно собирая воедино разрозненные мысли.

— Последние несколько часов, пока вы работали, я провел у статуи, изучая данные щита. Я надеялся найти способ быстро его восстановить, используя ресурсы Терминуса и энергию Творцов. Но… — он тяжело вздохнул. — Как и с Ключом Контроля, для щита нужно нечто большее, чем просто время и усилия. Необходимо залатать дыры в самой ткани реальности этого мира, через которые проникают иномирцы. Это не инженерная задача, а скорее… хирургическая операция на живом организме. И времени на нее у нас нет. Пока мы будем копаться здесь, пытаясь собрать щит по частям, из каждого разлома хлынут новые армии. Зеридиан, Аэтриум, а там, глядишь, и другие «высшие миры» подтянутся, почуяв нашу слабость.

Холодная тяжесть сдавила живот.

— Что же делать?

— Я знаю, что делать. — ответил Кай, в его глазах вспыхнул знакомый стальной огонь. — Мне нужно лично отправиться в несколько ключевых точек мира, стабилизировать и активировать узлы силы, заложенные нами при создании щита. Это займет недели, а может, и месяцы. И это опасно: иномирцы наверняка следят за системными аномалиями. Но это единственный способ быстро, пусть и временно, усилить барьер и выиграть время для полноценного ремонта.

Он снова посмотрел на меня.

— Но прежде чем уйти, я должен выполнить одно обещание, данное тебе.

Я уставился на него, не понимая.

— Обещание научить тебя создавать внеклассовые артефакты. — напомнил Кай, и в уголках его губ мелькнула тень улыбки. — Чтобы стать истинным Мастером, а не просто умелым подмастерьем, тебе нужно понять принцип выхода за рамки. Принцип создания того, чего Система не предусматривает. И я научу тебя этому, пока у нас есть хотя бы одна ночь.

Его тяжелая ладонь легла мне на плечо.

— Пойдем в Хранилище. Покажи мне все, что умеешь, и я покажу тебе дверь, за которой начнется настоящее мастерство.