Солдат Второй Демонической

Глава 15

Через несколько дней я доехал с караваном купцов до отдалённого небольшого городка лесорубов, добывающих какую-то весьма редкую древесину. И достаточно ценную, чтобы вывозить её на повозках, преодолевая горный перевал. А ещё именно оттуда и начинался единственный известный путь на Дикий Восток.

Городок этот раскинулся в высокогорной долине на берегу не особо широкой, но судоходной реки с довольно быстрым течением. Как мне рассказала наследница Мирины, собиравшая доступную информацию о Диком Востоке, учёные подозревают, что русло этой полугорной реки было выровнено в незапамятные времена, когда энифели имели развитую цивилизацию. Это же подтверждали очень величественные развалины, время от времени попадавшиеся на берегах. Хотя те могли остаться и от некой довольно развитой расы, представители которой были переселены сюда в древности, но по каким-то причинам вымерли всего через пару столетий.

Когда-то была здесь и сухопутная дорога, буквально пробитая через обширный горный массив. И шла она почти прямо, преодолевая некоторые хребты по длиннющим тоннелям. Но те давно обвалились, да и просто осыпи перегородили оставшиеся участки. В общем, сухопутного пути на Дикий Восток, считай, что и не было.

Но пока мы остановились на обширной рыночной площади, где пути каравана и небольшого количества платных попутчиков разошлись. Я вернул выданного мне коня, посмотрел как Чимин ловко соскочил с попоны позади седла, и осмотрелся.

Впрочем, смотреть-то было особо и не на что. Рынок оказался до крайности убогим. Несколько столов с простыми товарами, несколько лавок по периметру площади. Бедно и грязно, хотя другого от крошечного городка ожидать и не стоило.

Правда, сейчас по площади слонялись аж пара сотен потёртых мужиков, несмотря на ещё не вечернее время уже здорово упитых. Но и это для меня загадкой не оказалось, благодаря болтовне караванщиков. Сейчас уже начинается осень, а специфика работы лесорубов здорово завязана на сезонность. Нет, древесину здесь добывают круглый год, но всё-таки летом намного больше, для чего сюда по весне стекается множество временных работников. А сейчас с недели на неделю ожидается начало осенне-зимних дождей, и нужда в лишних рабочих руках сильно уменьшилась.

Вот и получается, что сейчас в городке толкалась куча временных рабочих, многим из которых, как всплыла в голове фраза из памяти Алекса, «деньги карман жгут». Но это не надолго. Скоро всё пропьют и толпами отправятся в более южные земли.

Сейчас же жизнь здесь просто била ключом. Везде валялись пустые бутылки из-под крепкого спиртного, и поверженные им бывшие лесорубы. Но не все налегали только на спиртное.

От дальнего края площади долетали звуки задорной плясовой мелодии, которую выдавали два старичка. Один с дудкой, а другой с барабаном. А на высоком помосте лихо отплясывала девица в очень необычном наряде.

Жилетка и куртка, сшитые из изрядно потёртого лисьего меха. Причём жилетка застёгивалась аж под шею, с одной стороны прикрывая, а с другой здорово обтягивая внушительную грудь. Вроде бы достаточно скромно, если не считать того, что эта одёжка заканчивалась очень быстро, открывая живот почти целиком. Юбка же не доставала даже до колен, а сзади была дополнена здоровенным лисьим хвостом. Завершали наряд меховая полумаска и также обшитые мехом ботинки с крепкими подошвами, выбивавшие по доскам помоста лихую дробь.

И такое представление вызвало просто шквал восторга от зрителей. Ну ещё бы! И сам танец оказался интересным, а уж танцовщица тем более. А ещё всё это умножалось на провокационный наряд. Я тоже залюбовался на несколько секунд, но затем даже потряс головой, в которую вдруг пришло понимание, что всё это как-то сильно странно. Пока не мог понять что именно, но как минимум с таким номером эта девица могла бы хорошо зарабатывать и в куда более приличных городах. Здесь же у неё явно будут проблемы, когда все эти дровосеки захотят познакомиться поближе. Причём типы эти неотёсанные и вряд ли будут слушать слова. Особенно после такого количества выпивки.

Я собирался уже продолжить путь, но тут заметил, что Чимин у моих ног смотрит на представление широко разинув свою совсем не кошачью пасть, да ещё и слюна оттуда начала капать.

— Очнись! — тихо проворчал я, для привлечения внимания даже слегка подпнув ногой спутника по защищённому доспехами заду. — Что? За шестьдесят лет жизни в этом мире девиц не видел?

— Таких не видел… — чуть придя в себя простонал енот. — Это же кицунэ!

— Кто? — не уловил сути я.

— Ты не поймёшь, — вздохнул спутник. — Это легенда. Но если совсем просто, то девочка-лиса.

— А по-моему, — пожал плечами я, — просто танцовщица, а скорее всего ещё и шлюха. Уж извини, если задел твою ранимую душу.

— Как ты можешь так говорить про девушку, про которую ничего не знаешь! — возмущённо завопил Чимин, и даже на задние лапы встал.

И нет, я не опасался разговаривать с животным, стоя посередине рыночной площади. Гвалт здесь стоял первостатейный, это не говоря о музыке. Но активность спутника была уже с перебором, так что я показал пальцем на начало нужной нам улицы, и вторично подпнул несдержанного дурика под зад. Для доходчивости.

К сожалению, наш путь лежал мимо помоста, и Чимин хоть и трусил рядом со мной, но его башка как по компасу была направлена на танцовщицу.

А та, более чем подтверждая мою нелестную характеристику, вдруг резко подняла и без того весьма горячий градус представления. И причина в целом понятна. Куча зрителей смотрели разинув рты, а многие и восторженно орали, но деньги кидать никто не спешил.

Девица же в танце подскочила к краю помоста и шлёпнула по доскам глиняной тарелкой. После чего взмахнула юбкой, заодно напоказ потерев большим пальцем два других. И дело пошло. Один из дровосеков подошёл к краю помоста и положил в тарелку монету, на что девица, не прерывая танца подскочила к спонсору и взмахнула юбкой прямо над его головой.

Толпа охнула, и дело пошло. Аж очередь выстроилась. Монеты звенели по тарелке, а девица уделяла внимание каждому дарителю, причём взмахивала юбкой бывало и несколько раз, в зависимости от номинала монеты.

— Так значит ты утверждаешь, что я ошибся в оценке девицы? — хмыкнул я спутнику.

На мои слова енот только простонал что-то невнятное, а затем ринулся под помост. Я даже поразился экспрессии дурня, но тут рассмотрел, что щелей там хватает, а значит Чимин решил посмотреть бесплатно. Ну логично же! Если девушка его мечты оказалась всё-таки обычной шлюхой, то хоть какую-то компенсацию за разбитые мечты ухватить надо.

Я тихо матерясь вышел на нужную улицу, вздохнул и принялся ждать. Чимин идиот, конечно, но не бросать же моего связного. К счастью, человек-енот уже через пару минут скользнул мне под ноги и проворчал:

— Ты слишком плохо о ней подумал. У неё надеты трусики.

Я пожал плечами, считая, что это не так чтобы особо меняет ситуацию. А вот дурик вдруг мечтательно добавил:

— Но они тоже меховые!

К счастью, Чимин уже был более-менее в себе, и мы продолжили путь. Я ещё во время путешествия с караваном выяснил, что мне нужно сделать для присоединения к очередной партии искателей приключений, и вскоре разыскал нужный трактир у самой реки. Огромный и мрачный, даже почти без окон.

А когда уже протянул руку к дверной ручке, собираясь зайти внутрь, та сама распахнулась, и, заняв буквально весь дверной проём, наружу шагнул огромный мужик, заросший косматой бородой по самые глаза. И с дубинкой на поясе, так что я догадался, что это не иначе как вышибала. Плюхнулся на скамеечку рядом с дверью, окинул меня взглядом, ещё не привыкшем к свету после темноты помещения, и буркнул:

— О, ещё один сопляк!

А пока я раздумывал, не стоит ли мне хватать меч и слегка попугать хама, тот поморгал, заметил мой скромный знак рыцаря и добавил:

— О! Приношу наши прощеньица, ваше милордство.

В тоне типа, правда, никакой почтительности не добавилось, а только ещё больше язвительности, но я решил, что мне нарываться не стоит, так что имеет смысл сделать вид, что извинения приняты. Я же пришёл сюда присоединится к очередной партии идиотов, а не исправлять местные правила. Да и не по силам мне пока такие противники. А ещё… я же никакой не благородный пока… пока не стану Алексом, так что нечего и натягивать на себя вредные привычки чужого сословия.

Тем временем тип лениво произнёс:

— И это… парень… Раз уж ты решил попытать счастья на Диком Востоке, то слушай главное правило, которое действует уже в этом трактире… Дык вот. За этой дверью и пока не прибудете… ну куда отправляетесь… В общем, за оружие хвататься нельзя.

Насмешливо посмотрел на меня, смачно сплюнул в пыль, покрывавшую улицу вместо мостовой, и закончил:

— Морды бить — это со всем удовольствием, а вот кто за нож или топор схватится, то всё. Его путь на Дикий Восток прямо сразу и закончится, — затем показал пальцем с грязным ногтем на Чимина, который немного отстал, но как раз подошёл и сел рядом с моей ногой на чудом уцелевший островок пожухлой травы, и добавил. — И кота своего ни на кого напускать даже не думай.

Я молча кивнул и вошёл, наконец, в сам трактир. Секунду стоял в дверях, привыкая к темноте помещений, а заодно и к спёртому, немилосердно воняющему на все лады воздуху, а затем чуть не улетел в уже прикрытую за спиной дверь. Просто на меня налетела рослая девица в брючном костюме, украшенном кучей кружев, вот я и еле удержался на ногах, заодно подхватывая незнакомку.

В следующую секунду я понял аж три вещи. Первое — это оказалась вовсе не девица, а парень, лет так восемнадцати, но очень стройный, хотя и мускулистый. А судя по одежде и сверкнувшему знаку на цепи — явно дворянин. Вдобавок ещё с волосами до плеч и со смазливой мордой, но сейчас здорово разбитой.

Второе — этот несчастный если и был в сознании, то частично. Скорее всего в глубоком нокауте. Стряхивать нежданный подарочек на заплёванный пол я не стал, а аккуратно сгрузил на скамейку у двери. Как минимум этот парнишка мне ничего плохого не сделал. Сознательно не сделал.

Ну и третье — наши невольные объятья вызвали просто шквал хохота в трактире.

Пока пристраивал несчастного, заодно и к темноте привык, и осмотрел зал. Довольно просторный, с покрытыми вековой грязью стенами, заставленный несколькими большими столами, за которыми на массивных скамьях расселось человек пятьдесят весьма потёртой публики. Шваль отменная, и никто из них мне не противник, если дело дойдёт до драки. Но это если один, ну в крайнем случае двое будут нападать одновременно. Я вырос на улице, потому драться умею отлично. И силы у меня даже в шестнадцатилетнем возрасте больше, чем у обычного мужчины, увлекающегося выпивкой и всякими другими излишествами.

Только в самом почётном углу стоял отдельный стол, за которым сидело около десятка действительно опасных типов. Воины или наёмники в самом расцвете сил. С такими мне пока не тягаться даже на кулаках, не говоря уж об оружии.

Ещё было несколько небольших столов, на двух-трёх посетителей каждый. Но те стояли в непристижных углах, это я ещё по жизни в Кобурне сразу определяю. Или входная дверь рядом, или проход на кухню, или на задний двор, где несомненно находится туалет. А у всякой швали почему-то особо трогательное, в смысле что неприемлемое, отношение именно к сортирам.

Ну и напоследок, в трёх шагах от меня стоял и скалился в улыбке крайне неприятный тип. Лет так двадцати, невысокий и худой, но опасный. С покрытой угрями рожей и с несколькими отсутствующими зубами. По всем признакам — хоть молодой, но уже опытный вор или грабитель, из тех, кто в дневное время в людных местах не появляются, чтобы стража не скрутила просто для профилактики.

Довольно опасный типчик, но не для воина, конечно. Ну и когда поединок проходит не на кулаках. Ведь именно он отправил налетевшего на меня парня в глубокий нокаут, как это назвал бы Алекс. А сейчас решил переключиться на меня:

— О! Что я вижу! У нас ещё один милорд появился. И сразу начал обниматься со своим… своим…

Как закончить пооскорбительнее, он придумать не успел, так как я шагнул вперёд, недвусмысленно приподняв руки со сжатыми кулаками. Драка началась. Оскорбление прозвучало, я готов… Что ещё надо? Только один из воинов проворчал от лучшего стола:

— Это ты зря, Щербатый. Сейчас у тебя зубов станет ещё меньше. И я ставлю золотой на новенького.

Принял ли кто-то ставку, я уже не слушал, сосредоточившись на схватке. И самое неприятное, я вдруг сообразил, что вырубить этого типа одним ударом будет плохой вариант. Ну не должен я показывать все свои возможности. Как минимум, говорливый наёмник сразу понял, кто победит в драке, и показывать, что он всё-равно ошибся в пользу моего противника — это уж совсем лишнее.

Так что я начал с очень эффектного, но не особо опасного удара со слишком большой дистанции, выкинув кулак вперёд, но когда соперник немного отклонился назад, неожиданно разомкнул кулак и собрал пальцы в щепоть, за счёт чего и достал до носа, слегка расквасив тот. В случае драки «до первой крови» этого уже было бы и достаточно, но такой приём сейчас только разозлил урку.

Тот ловко чуть присел, одновременно шагнул вперёд и ударил снизу. Настолько быстро, что я даже полностью уклониться не успел. Кулак гадёныша скользнул по моей скуле, но не встряхнул мозги, так что не страшно. А вот дальше этот урод пнул меня в промежность. Я успел прикрыться бедром, хотя тому сильно досталось от ботинка, но опять же не страшно.

Главное, что я изобразил, что пинок всё-таки достиг цели, и слегка согнулся. Урка прыгнул вперёд, собираясь нанести удар локтем мне по затылку, но… Но и всё — я уже просчитал это движение и снизу залепил в челюсть урода, только в последний момент чуть сместив кулак, чтобы просто не сорвать ему череп с позвоночника. Не факт, что получилось бы, но в любом случае убивать гада я не хотел, а шея у него не особо мускулистая.

Но и даже так я явно переборщил. И кулак себе отбил, и хруст костей челюсти услышал. Ну и зубов должно было стать меньше минимум на два.

Распрямился, восстанавливая дыхание после скоротечной схватки, и насладился несколькими секундами мёртвой тишины. А затем все загалдели, возвращаясь к жратве и выпивке на столах. До поверженного урки, который в полной отключке лежал под столом, никому дела не было.

Хотя нет… один парнишка, тоже весьма потёртый, встал из-за маленького стола около входа на кухню и двинулся явно к своему старшему подельнику. Я заметил на полу в том углу богатую шляпу с пером, сразу сообразил, что это и был стол, из-за которого скорее всего и возникла драка с пострадавшим дворянином, так что двинулся туда. Сбросил с угла две потёртых шляпы на пол и сел лицом к залу, похлопав по короткой скамье рядом с собой. Туда мигом сел Чимин, а через минуту напротив меня пристроился уже немного пришедший в себя дворянин, которому я тоже приглашающе махнул рукой.

И тут я наконец смог рассмотреть парня, пока он пытался отчистить свою шляпу от грязи вынутым из кармана до крайности затасканным носовым платком.

Да уж… Этот тип явно совсем недавно знавал куда лучшие времена. Так-то ничего особенного — просто высокий и как-то слишком уж стройный, с длинными грязными волосами. Но вот одежда удивила — весьма дорогой наряд из шёлковой ткани, но уже здорово затасканный и в нескольких местах порванный, хотя и кое-как зашитый.

Но больше всего меня поразил его герб на шее — золотой со вставками из драгоценных камней, хотя цепь была и просто железной. А ещё я догадался, что герб принадлежит вельможе в полных правах и не малого ранга — явно уж повыше барона. Ого! Очень непонятная встреча! Чтобы такая важная птица, да в таком месте!

У меня-то герб был самым простейшим, стальным с частично облупившейся эмалью, и изображал перевёрнутый рыцарский шлем — весьма распространённый знак, который носили странствующие рыцари. По сути просто полунаёмники-полубродяги, но благородного происхождения. Сейчас их на дорогах попадалось уже не так много, но когда Алекс только начинал жизнь в нашем мире, встречались они куда чаще. А сейчас почти все рано или поздно вступали в армию Кастонии — больно уж хорошие условия там предлагали.