Солдат Второй Демонической

Глава 4

Вспомнив приём из прошлой жизни, я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь, затем вскочил с кровати, и через четверть часа снова входил в книжную лавку. Девчонка всё также сидела над учебником, хотя уже над другим, но моего явления не пропустила:

— Поверить глазам своим не могу, Кес, — ехидно протянула она. — Что-то ты к нам зачастил. Книжки тебе без надобности, так зачем? Неужели в меня влюбился?

Я оторопел от глупости фразы и только потряс головой, но нахалка, как будто не заметив этого жеста, добавила:

— Но нет, Кес, ты дуб дубом, а я скоро уплыву отсюда. Как исполнится шестнадцать лет, так и уплыву.

— А денег-то заплатить за путешествие хватит? — хмыкнул я.

— Ха! Вчера, когда мы книги закупали, я услышала, что в Кастонии издали указ, что любой парень или девушка, даже из самой задницы мира, кто сможет сдать специальный экзамен старшему корабельному магу, имеет право на бесплатное обучение в их университете. С бесплатными жильём, едой и даже одеждой! И вдобавок на бесплатное путешествие до их столицы. Экзамен очень сложный, но я просто наизусть выучу все учебники и сдам его! Время у меня ещё есть. А ты так и останешься в этом убогом городишке.

— А ты владеешь магией? — вычленил главное несоответствие я.

— Нет! — фыркнула девчонка. — Но чтоб ты знал, в Кастонии кроме магического университета, есть и обычный, где учатся умные люди, которые не владеют магией.

— И чему же? — удивился я.

— Ха! Много чему! Архитектуре, строительной ин-же-не-рии, механике, химии, экономике, истории, управлению, агро-но-ми-ке, ю-рис-пру-ден-ции, и ещё много чему, где магия не особо и требуется. Да что я рассказываю… ты и слов-то таких не знаешь.

Я действительно не знал половину, но судя по тому, что нахалка парочку произнесла по слогам, она их тоже недавно вычитала.

— И это лучший университет во всём мире! И запомни его название, потому что когда лет через десять услышишь от матросов с парусников про лучшую его выпускницу, вспомнишь меня и этот наш разговор. Называется он «Университет имени Его Величества Алекса Первого».

Я ухватился за такое нужное слово и изобразив восхищение на лице спросил:

— А этот Алекс, он, похоже, очень крутым типом был?

— Что? Ты не знаешь? — охнула заучка. — Он перевернул весь наш мир! Да он же… он чуть не стал императором всех человеческих земель! А ещё… немного только не успел, и не дотянулся до нашего третьего континента. Погиб в ужасной битве, когда против нас сообща выступили три расы извечных врагов. И погиб как герой, со своей женой Ританой, лично прикрывая отход человеческой армии, благодаря чему не случилось разгрома. Да они вдвоём несколько часов сдерживали атаки монстров!

Меня вдруг неприятно кольнули слова про «вдвоём», и я понял, что это эмоция прежнего Алекса. Ну да, там же ещё было несколько десятков рыцарей, и они тоже погибли под обвалом, но вот… Люди кричат только про «вдвоём».

Но я сумел удержать возмущение в себе, и спросил главное:

— А давно была эта битва?

— Да лет уж… тридцать назад, — смущённо пробормотала девчонка и добавила. — Я точно не помню, но я выучу! И к счастью, дело Алекса продолжили две его другие жены, благодаря чему у нас есть эти книги, и корабли к нам плавают постоянно, и в университет я уеду. Но вот с империей дело не заладилось…

— Ещё две жены? — поражённо пробормотал я.

— Да! Зю Первая, королева Кастонии, и Шила. Она… — девчонка снова замялась, похоже забыв регалии этой дамы.

— А они когда умерли?

— Да боги с тобой! — охнула собеседница. — Обе живы. Не молоды, конечно, но всё ещё полны сил. И я просто мечтаю, что когда буду учиться, хоть издали смогу их увидеть.

Я ещё несколько минут послушал болтовню девчонки, а затем вышел на улицу и глубоко вдохнул сухой горячий воздух. Это что же получается? Я смогу увидеть двух своих жён из прежней жизни? И на что это будет похоже? Я же им даже не во внуки, а в правнуки гожусь. Но и просто прятаться я точно не смогу. Может они меня уже кучу лет ждут! Ведь у Алекса не могло быть плохих жён. Жаль что я про них пока ничего не помню. Но время у меня ещё есть, пока буду плыть.

Посмотрел на верхушки мачт океанского парусника, заметные из любой точки города, и вдруг в памяти всплыло ещё кое-что очень важное. У всех капитанов океанского флота Кастонии есть секретный приказ, если к ним в любой точке мира придёт любой человек не важно какого пола… хотя может и не человек, а гном или эльф, скорее молодой, и произнесёт пароль: «Говорят, что в Кастонии ищут уникальные свитки», то этого гостя ни о чём не спрашивая надо со всеми почестями доставить в столицу. И даже если случится битва или невиданный шторм, и хоть весь экипаж погибнет, этого человека надо довезти.

Мда… как-то глупо звучит… но… это же, оказывается, я и придумал, причём в первую очередь боясь за жён. Я теперь уже точно вспомнил, что их у меня было три, и все они точно переродятся в женских телах, и вспомнят прежнюю жизнь. Ну а я обязательно буду мужчиной, и с памятью, которую не в силах стереть даже смерть.

Но ещё меня буквально резануло следующее очень важное воспоминание. Да так резануло, что я замер прямо посередине улицы. Я… Прежний я точно знал, что мы все вчетвером умрем примерно одновременно. Не обязательно в один день, и может даже не в один год, но кучно… всей бандой.

И почему Шила и Зю до сих пор живы? Через три-то десятилетия. Нет, я рад за них, конечно. Но почему? И ещё насчет сроков…

Я бегом ворвался в книжную лавку и выпалил опешившей от моей энергии девчонке, только в последний момент догадавшись замаскировать вопрос:

— А это… Ты такая умная! Может ты и есть новое воплощение Ританы? А что… бывает же…

— Ха-ха-ха! — заливисто расхохоталась та. — Ну ты и дурик! В этих книгах написано…

Девчонка показала на несколько томов в застеклённом шкафу, ещё рукописных и потому дорогих, которые наверняка пылились в лавке не первое десятилетие.

— Да! От учёных и жрецов известно, что если я и есть новое воплощение Ританы, то никогда об этом не узнаю. И даже более того, этим воплощением может быть разве что моя мать, потому что Ритана погибла… три десятилетия назад, а мне всего тринадцать. А души сразу перерождаются. Ну максимум через месяц-другой. Потому и бывает, что после тяжёлых битв случаются всплески рождаемости.

— Сразу? — прошептал я.

— Через девять месяцев, — хмыкнула нахалка.

Я кивнул, задумавшись. Так что же случилось? Я… моя душа ждала чего-то? Или было и ещё одно перерождение Алекса, только я про него ничего не знаю. Но прямо спрашивать я уже реально опасался. И так наговорил и наспрашивал тут кучу лишнего.

А на улице меня снова настигло понимание, причём не прежнего Алекса, а моя собственная догадка. Я что? Ждал пока умрут Шила и Зю? То что говорила девчонка, ещё ничего не значит. Парусники плывут долго, так что новости Северного континента до нас доходят с изрядным опозданием.

Но остаётся ещё вопрос про время… даты… Мне семнадцать исполнилось сегодня, так почему всё так совпало? А может моя прежняя память привязана не к совершеннолетию, а к смерти остальных жён? Смерть такая умная? Все говорят, что смерть не разбирает, а тут вон что…

Хотя, почему не разбирает. Нечем думать? Даже у нас в городе есть храм богини Смерти. В дальнем квартале, рядом с храмами некоторых других богов. Так если спросить тамошних жрецов, то они за одни слова о том что их богиня — просто выдумка, прибьют на месте. Как минимум, постараются.

А вот я в богов не верю. В мире творится такое дерьмо, что если боги есть, то они настоящие твари! А верить и поклоняться тварям — это же просто тупо. И я наверняка не один такой. Как минимум, большинство тех, кого я знаю, стараются в храмы без крайней необходимости не соваться, а вслед встреченному на улице любому жрецу могут и плюнуть.

Так что чёрт с ними, с богами! Да и вообще, что-то я себе понапридумывал тут всякого. Шила и Зю живы! С чего бы им умирать? Они же очень важные персоны. Ха! Важные — это ещё мягко сказано! Да я больше чем уверен, что встреться их служанки с нашим бургомистром, и именно этот старый вонючий хрен кланялся бы до земли, выслуживая благосклонный взгляд. Что уж говорить про самих великих дам! И про то, что уж они-то найдут средства на лекарей-архимагов.

Но я абсолютно точно знаю, что меня они примут как положено, главное чтобы узнали. И сначала ещё придётся пройти через придворных. Но это всё такая ерунда, на самом деле… Я же мир менял, что мне придворные! Так что стоит заняться куда более важными вопросами — подумать как вести себя с любимыми жёнами, которые внезапно оказались в несколько раз старше меня. Да уж… Что-то с этими божественными браками не продумали… Неизвестный божественный идиот, который всей этой хренью управляет, тот ещё тупарь, получается.

Я всё-таки привёл мысли в относительный порядок, сходил к дому Груба и купил у него все выросшие на данный момент огурцы. И расплатился не деньгами, которые мне ещё пригодятся, а кроватью, на которую тот давно слюни пускал. Когда же мы с парочкой нанятых помощников притащили тяжеленную мебель к дому огородников, явился папаша моего приятеля и очень обрадовался деловой хватке отпрыска, потому что огурцы хоть и дорогие, но кровать раз в десять дороже. А затем приказал нести приобретение в свою спальню, круто обломав сынулю.

Мне на горести приятеля было начхать, потому что уже через час я с небольшой сумкой, в которую уместилось всё моё имущество, подошёл к трапу, скинутому на пирс с борта величественного парусника. Поймал на себе оценивающий взгляд дежурного матроса, изо всех сил жавшегося к борту, пытаясь найти хоть немного тени, и произнёс:

— Могу ли я увидеть капитана?

Матрос подобрался, явно вспомнив какой-то приказ, свистнул, и вскоре я в сопровождении ещё одного моряка предстал перед самим капитаном, который лениво переминался с ноги на ногу в скромной тени от собранного на рее паруса.

— Чего тебе, парень? — спокойно произнёс немолодой мужчина в белоснежной куртке с якорями на воротнике и чеканных медных пуговицах.

Я сначала удивлялся было, что такая большая шишка без проблем согласился поговорить с несолидным визитёром, спросившим его, но потом вспомнил, что пароль надо говорить именно капитану, вот и допускают всех желающих до тела главного начальника. Так что секунду помялся и медленно пробормотал:

— Говорят…

И тут меня как будто холодной водой окатило, потому что я вдруг заметил как собеседник подобрался, а ещё… Ещё в его глазах мелькнуло что-то такое… неприятное… Я такие взгляды хорошо запомнил, когда ещё только начинал продавать свою добычу торговцам, и те собирались обдурить неопытного мальчишку.

Так что почти без паузы продолжил:

— … что вы набираете матросов.

— Ерунду говорят, — усмехнулся капитан, расслабляясь. — У нас матросы не сбегают в середине плаванья. Особенно в такой дыре, как ваша. Так что… свободен!

Капитан равнодушно отвернулся, и я уже чуть ли не чертыхался, размышляя, а не переборщил ли с подозрительностью. И может стоит всё-таки произнести пароль. Но и не доверять обострившейся интуиции было просто… просто опасно.

Ждать следующего судна не хотелось, но что ж делать… Развернулся и медленно двинулся к трапу, поймав на себе сочувствующий взгляд сопровождающего матроса. Да уж… наш Кобурн действительно такая дырища, что даже простые моряки сочувствуют его жителям и понимают их желание смыться отсюда в нормальные земли.

Тут ко мне подошёл ещё один человек, судя по синей куртке с медными пуговицами, тоже не последний на судне, и спросил:

— А ты парень, как я посмотрю, крепкий. Ты не ныряльщик, часом?

Я аж оторопел, пытаясь понять, откуда такая важная шишка меня знает. Но потом заметил, что в руке тот сжимает подзорную трубу. Что это такое я прекрасно знаю, хотя в руках никогда не держал, а ещё и понял, что утреннее представление трёх куртизанок наблюдал не только я. А заодно этот тип мог и меня рассмотреть. Но что ж делать? А нечего. Знает и хорошо. Так что я просто кивнул.

— А вот если тебе дать в руки скребок, то ты днище нашего красавчика сможешь от всяких ракушек почистить? — прямо спросил собеседник. — А днище у нас глубоко в воде сидит.

— Знаю про такие ракушки, — пожал плечами я. — Бесполезные, а вот к камням и лодкам прилипают крепко. Но если не спешить и инструмент хороший, то почему не почистить.

— Капитан, — без церемоний произнёс тип. — Этого парня надо взять. Во время плаванья будет помогать как палубный матрос, а на стоянках днище нам отчистит. И килевание не потребуется. Немало времени и денег сэкономим. А может его и сразу наш плотник к себе в бригаду возьмёт.

— Ладно, боцман, — махнул рукой капитан. — Если и вправду справится, то пусть работает. А если нет, то выкинем в следующем порту.

— Не волнуйся, парень, — говорил мне боцман, пока провожал меня к подвесной койке в общем помещении под палубой, где я буду жить. — Наш капитан прижимист, но если ты с чисткой днища справишься, то никуда не денется, заплатит повышенное жалованье. У нас на флоте просто. Если человек что-то умеет, но ему недоплачивают, то его быстро на другое судно переманивают. И ведь все про всех всё знают, паразиты. В портовом кабаке, да за хорошей выпивкой, тайн не бывает.

Я кивнул, больше пока не зная что сказать. Мне бы просто доплыть до Кастонии, или до Рима хотя бы, ведь они, судя по слышанной ранее болтовне матросов в кабаках, недалеко друг от друга находятся.

На следующее утро корабль, который вся команда фамильярно называла «Зю» или «Наша Зю», покинул порт, а чуть удалившись от берега развесил целое облако белоснежных парусов, и довольно быстро помчался на север, ловя свежий юго-восточный ветер.

Как говорили матросы, позже мы повернём на запад, а затем… Затем как капитан решит. Вроде как и домой пора, но в попутных портах могут ждать приказы из Адмиралтейства.

Я разумно по палубе слоняться не решился, понимая, что бездельничающий матрос — это вызов для всего начальства. А палубная команда прекрасно справлялась и без меня. Куда более крутые мачтовые матросы ловко скакали по реям и вантам. Затем на палубе затеяли тренировку солдаты, которых называли морскими пехотинцами. Большинство матросов уже отдыхали, сидя у фальшбортов, так что и я присоединился, чтобы посмотреть на воинскую тренировку. И с удивлением стал замечать кучу огрехов, о которых ещё позавчера и не догадался бы.

Ещё на корабле было аж пять магов, причём трое боевых, но с морской подготовкой, чтобы в случае сильного шторма приглушать порывы ветра. Один целитель, а вот последний управлял несколькими огромными птицами, как я чуть позже узнал, магически изменёнными альбатросами. Он легко посылал их в разведку на десятки, если не на сотни километров, и мог смотреть их глазами.

Нет, все колдуны могли выполнять и работу других, за исключением птичьего разведчика. Его умения были уникальны, и никто другой с такими задачами не справился бы.

Но наличие аж пяти магов меня здорово удивило. И ведь все довольно умелые — во всём моём родном городе таких вообще ни одного не было. А ведь каждый маг получает очень немалое жалованье. Как-то совсем непонятно для торгового судна.

Да и вообще, на мой взгляд команда казалась избыточной. Для обычной работы хватило бы и трети вахтовых матросов. И зачем? Пираты? Ну есть такие, причём из разных рас. Но те плавают или на лодках, или на утлых прибрежных судёнышках, причём в последние годы про этих тварей мало слышали.

Хотя, возможно именно из-за таких кораблей популяция морских разбойников и сократилась. Да и вообще, я вскоре разобрался, что все эти величественные парусники принадлежат Королевской Морской Компании Кастонии, и имеют очень серьёзную защиту, которая в полной мере никогда никому не требовалась. Но приказ королевы нерушим. Корабли, соединяющие материнское государство с парой десятков колоний, разбросанных по всему миру, должны всегда возвращаться в порт. Прибыль вторична, а надёжность путей сообщения на первом месте.

Кстати, Рим, к которому приписано это судно, оказывается тоже входит в состав Кастонии. И никто его не завоёвывал. Просто в своё время, лет так двадцать назад, купцы, заправляющие в этом большом вольном городе, поняли, что вчистую проигрывают торговые войны новоявленному сопернику, и решили не ждать когда их совсем задавят, а присоединиться к победителю.

Хотя, может и не так дело было, но кто ж простым морякам лишнего расскажет.