Солдат Второй Демонической

Глава 2

Несколько минут я размышлял о ближайшем будущем, на которое невольно намекнули весёлые подружки. Нет, можно, конечно, и ещё лет пять прожить как и сейчас, работая по паре часов на рассвете и столько же после обеда, благо доставать самых вкусных моллюсков с глубины в два десятка метров больше никто не умеет. А остальное время проводя в трактирах в приятной компании.

И такая жизнь у меня началась два года назад, когда тело налилось силой. До этого было куда печальнее. Но ладно… о плохом надо вовремя забывать, а время проводить весело. Да! Именно так! Весело. Нет, на спиртные напитки я не налегаю, но вот разные деликатесы очень люблю, щедро угощаю друзей и… Ну и нетрудно догадаться, что деньги у меня не задерживаются.

Хотя не сказать, что я большой охотник до настоящих деликатесов. Так… рыба лучших сортов, да курятина, приготовленная всевозможными способами. Другого мяса и не пробовал никогда, хотя пару раз предлагали свинину. Но… свиней у нас не держат, хотя на столах богатеев иной раз это мясо появляется.

Я, когда ещё совсем мелким и глупым был, недоумевал откуда. Потом уж узнал о карану. Странных духах, о которых любят разглагольствовать в трактирах редкие старики, вспоминая свою золотую молодость.

Хотя по их же словам, тогда жилось куда хуже. Кур не держали, рыбу ловили в основном с берега, потому что древесины для лодок не хватало. Но вот свинина постоянно присутствовала в трактирах, хотя и стоила довольно дорого. И добывали её из этих самых карану, которых тогда в пустыне ещё можно было найти. Сейчас-то их встретить — настоящее чудо.

И я главного не понимаю! Если из карану, на выбор счастливчика, встретившего этого духа, можно сделать голема, даже внутренне неотличимого от человека, или свинью, то не получается ли, что съесть свинину из карану, это почти то же самое, что съесть человечину?

В любом случае, жрать что-то, про что я точно не знаю, откуда это получили, я не хочу. Да мне и нормальных вкусняшек хватает, чтобы хорошо посидеть вечерком в приятной компании. И не особо задумываясь о том, во сколько это обходится.

Но может мне уже пора изменить образ жизни? Купить дом в рассрочку, благо население постоянно убывает, и скромных городских усадеб под продажу целая куча. Но денег всё равно потребуется немало. И именно сейчас самое время начать работать побольше, развлекаться поменьше, и в итоге… обзавестись жилищем, парой-тройкой жён, а затем и детьми. Вечерами сидеть в ближайшем трактире с кружкой пива… А уже лет так через двадцать здоровье начнёт подводить, и хорошо если к тому времени все основные траты закончатся. Мда… обычная жизнь местного, в целом успешного мужчины.

Но… Я просто чувствую, что это не моё! Где обещанная божественная жена? Причём это не просто девушка нереальной красоты — это что-то большее! Это… Это мир, требующий моего вмешательства. Это битвы и свершения! Это…

— Эй, Кес! — снова выкрикнула самая бойкая куртизанка, которая уже вышла из воды и обсыхала под лёгким ветерком, широко расставив руки и ноги. — А знаешь, что мне прошлой ночью рассказал один матрос с того парусника?

Я бросил ленивый взгляд на недалёкий порт, где обычно стоят только куча рыбацких баркасов, да несколько неуклюжих лесовозов, но сейчас впивались в небо три мачты огромного океанского корабля, и просто пожал плечами. Что рассказывал матрос, мне было совершенно неинтересно.

— Он сказал, что в Кастонии, а это их самое прекрасное королевство, указом монарха уже давно ввели обязательное восьмилетнее образование. Представляешь, Кес, там бы ты до сих пор сидел за школьной партой.

— Ха-ха-ха! — присоединилась вторая девушка, как раз выходя из воды.

— Ну что вы докопались до парня? — крикнула третья, которая ещё плескалась в волнах. — Наш Кес вообще неграмотный. Да и зачем это ему с такими-то мускулами? Грамотеев половина города, а красавчиков таких, ещё поискать!

Я еле удержался от язвительного ответа. Ну действительно, когда мои более благополучные сверстники осваивали грамоту в трёхлетней школе, я высунув язык бегал, чтобы просто не сдохнуть с голода.

Мои родители умерли почти разом, всего в течение года, когда мне не исполнилось ещё и восьми лет. Все трое. И отец, и мать, и вторая жена отца. Нет, не было никакой эпидемии, просто… Просто я был поздним ребёнком. Очень поздним. Настолько, что все соседи прятали улыбки, когда в семье стариков на седьмом десятке появился очередной ребёнок.

Также они прятали улыбки, когда мои старшие братья, у которых у самих уже были первые внуки, продали небогатый дом, а меня выпроводили на улицу. Просто никто не изъявил желания приютить приложение к небольшому наследству.

Я снова откинулся головой на валун и прикрыл глаза. От весёлых девиц вроде бы отбрехался, а что они там будут себе придумывать — дело десятое. Главное, что причина не обращать на них внимание уже озвучена, а остальное меня волнует мало. Неграмотный? Ну и плевать. Таких в городе половина, если не больше. Хотя что-то гложет в глубине души, конечно. Неужели мой предел достигнут, и я действительно вписался в размеренную убогую жизнь?

И тут у меня перед закрытыми глазами вдруг возникло видение красивой девушки. Блондинки с длинными распущенными волосами, шёлковой волной падающими на плечи. Ухоженной и прекрасной. А главное, взгляд. Спокойный и уверенный. А ещё и немного циничный. Красавица будто говорила без слов: «Вот такая я. Делаю что хочу, а ты, если желаешь что-то предложить, то постарайся уж».

Не успел я налюбоваться, как видение изменилось. Всё та же девушка, но уже заметно старше. Скорее ближе к тридцати. И уже с тёмными волосами, а ещё с огромными кошачьими ушами.

Я боялся даже вдохнуть, чтобы не спугнуть очарование момента, и тут девушка снова изменилась, превратившись уже в совсем взрослую женщину. Ближе годам к пятидесяти, но всё такую же прекрасную. А затем я вдруг отчётливо понял, что это всё, старше она уже не стала.

— Эй, Кес! Что с тобой? Ты не дышишь и даже не слышал как я подошёл! — меня теребили за плечо, и я наконец это почувствовал.

Открыл глаза и шумно вдохнул. Посмотрел на Груба и просто отмахнулся, проворчав:

— Ничего. Всё нормально.

Приятель только головой покачал, после чего достал из сумки пупырчатый огурец, совсем свежий и даже с остатком подсохшего цветка, и протянул мне:

— Мы с отцом сегодня собрали первые из нового урожая. Попробуй!

Я кивнул и взял подарок. Огурцы — это хорошо. А ещё и довольно дорого. Не каждый может себе их позволить. А мне вот нередко перепадает что-то с огорода друга. Его отец известный в Кобурне огородник, и поставляет овощи в самые богатые дома.

И не сказать, что мы такие хорошие друзья, скорее приятели, но мы с Грубом постоянно зависаем в трактирах по вечерам, а у него не всегда есть деньги, так что нередко плачу за обоих я. А парень потом пытается так отдариться.

И нет, я не простачок, за чей счёт можно постоянно пьянствовать. Просто Груб оказался единственным, кто хоть как-то помог мне в самый трудный первый год жизни на улице. Уговорил отца, чтобы тот покупал у меня водоросли по нормальной цене. Довольно редкие водоросли, которые прибой иногда выбрасывает на пляжи. И особенные они тем, что внутри них вода почти пресная, так что их можно закапывать в землю как удобрение, и не опасаться, что грядки вскоре превратятся в солончак.

И если бы я продавал такие находки скупщику, то получал бы от силы четверть цены, по которой они достаются огородникам. А отец Груба тогда даже набил морду мелкому барыге, недовольному, что часть его ожидаемых доходов стали проходить мимо.

По мере того как я рос, то стал нырять за этими водорослями, а затем перешёл на сбор всяких моллюсков. Сначала на небольшой глубине, а теперь вот, достаю самых ценных оттуда, куда больше никто донырнуть не может.

Ну и угощать приятеля не считаю глупым, в память о той давней помощи.

— Я чего пришёл-то, — тем временем произнёс парень. — Тебя Дзара разыскивала. Она с подругами в порту сейчас, кораблём любуются. И она была такой… странной какой-то…

При этом приятель кидал взгляды в сторону моря, я тоже посмотрел. Девиц уже не было, значит увидев Груба, они смылись за скалу, потому что устраивать бесплатные представления для кого попало не в их правилах. Это я их заинтересовал, а обычному костлявому подростку такое не светит. Но кажется тот заметил что-то издали, и теперь просто мечтает посмотреть на это же поближе.

Наконец парень набрался наглости и крикнул:

— Девочки, не желаете огурцами угоститься?

В ответ захихикали, а затем и голос донёсся:

— За огурец ты можешь только на это посмотреть! Да, поднеси поближе и положи на камень.

Из-за скалы высунулась голая ножка и слегка помахала в воздухе. Груб кинулся поближе, потому как второго предложения не будет.

А я только покачал головой и потянулся к сумке с одеждой. Пора мне идти. Дзара очень редко что-то просит, но если уж попросила, то может и обидеться, если её проигнорировать. И придётся мне так же как и Грубу… любоваться издалека. И пусть девушек в городе навалом, но Дзара… просто красивая. Да и не строит никаких лишних планов на наши дальнейшие отношения.

Я покосился на огурец в руке, и чтобы не возиться с ним, решил тут же съесть. Откусил сразу половину и только начал жевать, как мир вокруг вдруг окрасился синеватыми оттенками. И я аж замер, не веря собственному счастью, ведь в отличие от первого видения, я точно знаю, что это такое.

Именно так редкие городские колдуны описывали свой переход в магическое состояние. И именно этого мечтают добиться от себя все дети, да и многие взрослые. Я тоже не один час провёл, пытаясь открыть в себе магию, но повезло мне только сейчас, причём я даже не понял с чего.

Сидеть в магическом состоянии смысла не было, потому что даже самые простые заклинания надо учить, а для меня сейчас главное понять, что же меня активировало. Поэтому лёгким мысленным усилием вышел в обычное состояние и принялся до мелочей вспоминать, что же я делал, думал или говорил про себя, ведь если не вспомню, то и повторить не получится. Так что принялся не просто вспоминать, а повторять каждые слово, каждую мысль и каждый жест.

Итак… потянулся к одежде, думал о Дзаре… о любующемся ножкой Грубе… откусил огурец…

О! Я снова перешёл в магическое состояние! Это что же за ядрёные огурцы вырастила семейка огородников?

Я подавил в себе первое желание обрадовать приятеля. Надо сначала хорошенько подумать. Если дело именно в огурцах, то боюсь даже представить сколько они будут стоить. И сразу будут забыты и дружба, и всё остальное. Если же ещё подумать, то эти огурцы сами огородники уж точно пробовали, но магами не стали. Но даже если эти овощи влияют только на меня, то всё равно, пойдут слухи, и все в городе захотят испытать чудо на себе. Так что пока сохраню это в тайне.

Затем кинул взгляд на собственную правую руку, которая так и тянулась к сумке с одеждой, и вздрогнул. На запястье слабо сияли три рисунка в виде браслетов из тонко прорисованных веточек с листьями и даже цветами. Причём самый близкий к кисти браслет был ярким, а два других намного бледнее.

Я вышел из магического состояния, и рисунки пропали. Снова откусил огурец, и всё вернулось на место.

И что это? Явно раньше их не было. Среди моих уличных знакомцев есть двое, владеющих магией. Совсем чуть-чуть. Хватает их разве что на магического светлячка и другую мелочь, а что-то сложнее никто так и не освоил, но всё равно. Видели они меня с голыми руками постоянно, когда я всё детство ходил одетый чёрт знает во что, и уж про такое молчать не стали бы.

А значит эти браслеты появились недавно. Скорее всего именно сегодня. Не врали, получается, жрецы про сакральность дня семнадцатилетия! Тут и видения неизвестной девушки, и магия, и браслеты. Столько чудес, и все в один день!

Я быстро оделся и двинулся в порт. Всё, что происходит, надо очень хорошо обдумать, но и Дзару терять я не намерен.

Девушка стояла в компании подруг, и все они были какие-то взвинченные. Явно им было не до корабля, мне тем более. В детстве насмотрелся, потому что парусники с севера приплывали к нам чуть ли не каждый месяц.

Заметив меня, Дзара подошла поближе, кивнула в ответ на моё приветствие и почти скороговоркой выпалила:

— Кес! Я хочу тебе сказать кое-что важное. Да! Могла бы не говорить, но это… было бы нехорошо. Вот, говорю! Мы с девчонками решили уйти в Орден. Да! И не пытайся меня отговорить!

Подруга, уже бывшая, развернулась и чуть ли не бегом кинулась к своей компании. А затем все они быстро пошли по улице к окраине. А я замер, чуть не разинув рот. Ну и поворот! Неплохой подарочек на день рожденья, хотя Дзара, надо сказать, о нём и не знала, потому что я вообще никому об этом не говорил. Не вижу смысла отмечать начало тяжёлой и, похоже, бесполезной жизни. Хотя… может сегодня что-то и изменилось, но я пока так и не понял, что.

А Орден… В целом неплохое место, если думать головой. Девчонок рождается намного больше чем мальчишек, и повзрослев далеко не все могут найти себе пару. Нет, некоторые мужчины имеют и двух, и трёх жён, но не все могут столько содержать, а на большинство работ женщин не берут. Вот часть и уходят в Орден, чья главная крепость находится в паре километров от города.

Славится эта община довольно хорошим отношением к своим адепткам, да и Орденом её называют по непонятной причине. Но никто не рискует ссориться с ними, потому что вот уж где хватает сильных магичек, так это там. При желании они любому владетелю могут поджарить задницу. Причём, в прямом смысле этого слова.

И из Ордена можно при желании легко уйти, но… Вот уж чего я себе не желаю, так это ждать девчонку оттуда. Так можно и годы прождать. А ещё… Ещё я же сегодня увидел по-настоящему мою девушку, которую просто обязан разыскать, хотя пока и не смог понять сегодняшнее видение. Если это моя божественная невеста, то почему она умерла? А я ведь это точно понял. И умерла совсем не молодой.

Я кинул рассеянный взгляд на корабль и вдруг прочитал на борту около носа длинное название витиеватыми золочёными буквами: «Её Величество Королева Кастонии Зю Первая». А пониже и название родного порта судна: «Рим».

Что? Прочитал? Я?

На подгибающихся ногах я двинулся к дому, постепенно приходя в себя, и тут наткнулся на знакомую лавку, в которую, правда никогда раньше не заходил. Смысла не было. Всякая канцелярия и редкие книжки мне ни к чему, да и не по карману.

А ещё там постоянно торчит за прилавком дочка хозяина, очень не воздержанная на язык.

Но вот сейчас решил заглянуть… Просто захотел кое-что проверить.

Навстречу мне вскочила из-за стола девчонка и тут же оправдала самые неприятные ожидания, завопив:

— О! Кого я вижу! Кес! Неужели захотел картинки посмотреть? Но разочарую тебя, скабрезных не держим, у нас же приличное заведение.

Я только головой покачал под таким напором. Эта девчонка, даже имени которой я как-то не удосужился запомнить, здорово западает на мою фигуру и мускулы. Но сама она не в моём вкусе. Будет… Когда подрастёт. Сейчас-то это вообще шмакодявка, лет тринадцати, но умная, что только держись.

А паршивка не унималась:

— Нам на этом паруснике привезли кучу книг. Даже я столько раньше не видела! И они очень дешёвые! Да у нас бумага дороже стоит! А всё потому, что их не переписывают, а пе-ча-та-ют, и не где-нибудь, а аж в самой Кастонии! И чего только у нас теперь нет! И учебников, кстати, куча.

Тут собеседница заговорщицки понизила голос и добавила:

— И есть справочник по анатомии, а там… там! Там есть рисунок голой тётки! Но я тебе его не покажу!

Я разом пришёл в себя и уже еле удержался от хохота, да и чтобы не ляпнуть, что и вживую немало видел. Да хоть буквально час назад. Но и вспомнил, зачем зашёл, поэтому попросил:

— А на простой учебник посмотреть можно?

— Ха! Что значит «на простой учебник»? У нас их знаешь сколько разных!

— На любой, — проворчал я.

Собеседница сунула мне книгу, над которой только что сидела, и я легко прочитал несколько строк. Вернул томик скептически смотрящей на меня пигалице и спросил:

— А есть что-нибудь на других языках? Не человеческих.

Поймал обалдевший взгляд и добавил:

— Хочу посмотреть как буквы выглядят.

— Что, клад с неизвестными свитками нашёл? — хихикнула нахалка, но убежала в соседнюю комнату и бережно вынесла две потрёпанные книжки, пояснив. — Вот, эта на языке энифели, жрецы ещё называют его божественным, а эта на языке кипо. Это те самые лягушки, которые иногда к нам приплывают на своих необычных корабликах. И они дорогие, так что хватай поосторожнее.

Я аккуратно, как и просили, открыл сначала одну рукописную книгу, потом другую, всмотрелся, поблагодарил засиявшую девчонку и вышел на улицу, не зная что и думать.

Итак… Язык кипо я не знаю, а вот божественный мне отлично знаком. А значит, это не магия какая-то, позволяющая читать всё что ни попадя. Я постарался построить в голове фразу на языке энифели и даже тихо пробубнить себе под нос. И у меня отлично получилось.

Чёрт! Откуда я знаю письменность, да и сам язык, который никогда не учил? Да и негде было. Жрецы только попусту болтают про божественный язык, а сами на нём и дюжины слов не свяжут.

Сколько ещё открытий принесёт мне сегодняшний день? День моего семнадцатилетия.