Танцы с бубном и принц в придачу

Глава 14 Правильные вопросы

Надеюсь, Шаардан не вспомнит про бубен. Что я ему скажу? Потеряла! Растяпа!

Какие скользкие полы в этом дворце! И какая быстрая у меня проводница, я уже задыхаюсь и хватаю воздух губами, а она упорно тащит меня вперед по коридорам и лестницам. Да в таком большом дворце нужны лифты и эскалаторы, а не это вот все! Или самокат мне выдайте! Невозможно ж совершенно!

Впрочем, мне, ненавидящей спорт, эта пробежка даже полезна. Кардионагрузка, да.

Резко затормозив перед огромными резными черно-серебряными дверями, Айнар, у которой из косы не выбилось даже волосинки, деловито осмотрела меня и покачала головой:

— Красная как помидор.

Сама она сияла как солнышко. Свинство полное. Да чтоб… Вовремя прикусив язык, я напомнила себе, что желать другим чего-то плохого всегда чревато последствиями. А хорошее все равно не работает. В этом мире я еще никого не проклинала, и если начинать — то уж точно не с девушки, которая виновата лишь в том, что она выносливее и красивее меня.

Чуточку отдышавшись и поправив одежду, я дотронулась до дверной створки, а она предательски распахнулась. Пришлось входить. Зал совета в принципе меня не особо удивил. Я догадывалась, что внутри все будет как в фильмах про эльфов или исторических кинокартинах. Не круглый стол, конечно, но почти: несколько полукруглых рядов низких кресел, перед ними — трон эмира. Ковры на полу, блюда с фруктами на маленьких столиках, кувшины и кубки в руках слуг. Больше всего меня напрягло отсутствие в Совете женщин. Кажется, я в абсолютном меньшинстве. В принципе, я догадывалась, что все важные посты Шамхана занимают мужчины, но среди колдунов могли бы быть и дамы, разве нет? И жена эмира, мать его детей — разве она не достойна чести сидеть рядом с мужем?

Кстати, а не принято ли здесь заводить гаремы? То, что мне никто про это не говорил, не значит, что их тут нет!

Шаардана я заметила сразу же. Он сидел в кресле отдельно от всех остальных. И выглядел, мягко говоря, устрашающе. На голове — закрывающая половину лица шапка в виде орлиной головы. Точнее, это и было чучело орла. С крыльями, клювом и стеклянными глазами. Открытая часть щек и подбородка раскрашена цветными узорами. В черные косы вплетены перья и кости. На плечах — какой-то драный плащ. Этакий живописный бомж среди шейхов.

— Сайдэ, рады вас видеть, — отвлек меня от разглядывания шамана голос эмира. — Выбирайте себе любое место, садитесь и будем начинать.

Я решительно устремилась к Шаардану, остро ощущая, что все взоры сейчас направлены на меня. Если до этого я была лишь румяна, то теперь вспыхнули даже уши. Шаман при моем приближении вскочил и кивнул в сторону кресла, а сам невозмутимо опустился на пол. Красивый жест. Благородный.

— Спасибо, — тихо шепнула я.

— Спасибо, что пришла ко мне.

Тяжелый взгляд эмира остановился на нашем дуэте, и я поежилась. Все понятно, на уроке говорит только преподаватель. Студентам пока слова не давали.

Сегодня эмир был одет куда роскошнее, чем при нашей встрече наедине. Черный, расшитый серебром кафтан, высокие сапоги, широкий серебряный пояс, массивные перстни на пальцах, толстая золотая цепь на шее. Да и остальные господа блистали. Кроме эмира, шамана и группы мужей в фиолетовых колпаках, все были в белом. И большинство — с закрытыми лицами. Вероятно, где-то там есть и младший принц Данияр, но узнать его среди одинаковых неподвижных фигур невозможно.

— Итак, армия Рураха пересекла наши границы, — мрачно объявил эмир. — Последний раз подобное непотребство случилось десять лет назад. И в те дни мы оказались сильнее, вытеснив неприятеля в считаные месяцы. Сейчас же ситуация изменилась. Наместник Мухаар, какие вести принесли ваши гонцы?

С дальнего дивана поднялся пожилой мужчина с открытым лицом. Седины в его бороде было уже порядочно.

— В армии Рураха не менее трехсот тысяч конных витязей, — начал наместник хрипло. — А пеших воинов вдвое больше. Вооружены они длинными мечами и короткими железными луками, у каждого пешего лучника есть слуга…

— Он говорит точь-в-точь как мой учитель математики, — раздался в моей голове насмешливый голос Шаардана. Теперь, ощущая его плечо своей ногой, я слышала его отлично. — Двести всадников, а лучников вдвое больше, и у каждого два десятка стрел. Посчитай, мой мальчик, сколько тел нынче останется на полях Деервала?

Я не удержалась от улыбки.

— Ты давно тут?

— На совете? Пришел за час до твоего опоздания.

— Меня не предупредили!

— Какое упущение!

— Я серьезно, Шаардан! Я даже не успела толком позавтракать!

— Уже полдень, птичка моя. Ты так долго спала?

Я насупилась. Ну спала, что тут такого? Как будто он всегда вскакивает на рассвете!

— Зато я бодра и весела.

— И выглядишь как прекрасная наложница садовника. Где твои драгоценности, женщина? Без них ты словно голая! Тебе же подарили!

— Я…

— Шаардан!

От рыка эмира мы оба подскочили. Оказывается, он задал шаману какой-то вопрос, но мы, увлеченные мысленным диалогом, не услышали. Что же, зато мне не пришлось оправдываться. И до бубна речь не дошла!

— Пресветлый эмир желает о чем-то спросить недостойного консанэ эли рухалон?

— Ты сказал! — в голосе правителя явственно прозвучали сердитые нотки. — Что говорят духи, Шаардан?

— Духам нет дела до смертных, о лучезарный. Они не желают войны, но и мир им не нужен.

— Плохо спрашивал, ходящий по теням! Для чего ты уходил на Духов Луг? Для чего не стриг волос и не прикасался к женщине?

— За ответами, лучезарный. Но чтобы получить ответы, нужно задавать правильные вопросы.

— Ты задал их, ничтожный?

— Видимо, нет, повелитель. Все, что поведали мне духи, касалось лишь женщины, которую я должен взять в ученицы. Именно ей суждено стать той песчинкой, что перевесит весы в нашу пользу. Но как она то сделает, мне неведомо. Я научил ее…

— Да чему ты мог научить ее, мальчишка! — раздался гневный возглас со стороны дяденек в смешных фиолетовых колпаках. — Прошло меньше луны! Твой наставник учил тебя четыре года… а ты так и не научился задавать верные вопросы.

— Зато вы, сайдэ Эррион, зрите в самую суть, — не остался в долгу Шаардан. — Вы, разумеется, правы. Я никудышный консанэ эли рухалон. Но увы, другого в Шамхане нет.

…

— Сайдэ Эррион, что же говорят звезды? — тяжелый взгляд эмира переместился в сторону колпаков.

— Это маги? — мысленно спросила я тяжело дышащего Шаардана.

— Звездочеты, провидцы, алхимики, чернокнижники… В большинстве своем — шарлатаны. Истинный дар только у четверых.

— Звезды говорят, что погибнут тысячи и десятки тысяч, — важно заявил бородатый круглолицый дядька в фиолетовом халате, расшитом золотыми звездами. — А еще говорят, что армия демонов покинет долину теней и поднимется в наш мир собрать кровавую жатву.

— Полная хрень, — буркнул Шаардан. — Чтобы выпустить армию демонов, нужна такая сила, какой в нашем мире нет ни у кого.

— Молчи, сопляк. Твое дело — вызывать дождь да провожать в последний путь умирающих. Что ты понимаешь в делах военных?

— Довольно! — громыхнул эмир. — Прекратите грызню, псы! Пусть свое слово скажет баши Ромул!

Мужчина с лицом, закрытым белым платком, легко вскочил со своего места. Судя по движениям, он был молод и полон сил.

— Я думаю, что нам нужно подождать, — звонко заявил он. — Рурах готовился к этой войне не меньше десяти лет, но и мы не дремали. У нас была засуха, а в Рурахе — морозы и наводнения. Но Шамхан всегда был богаче, мы закупали хлеб у Серхана и в Алларии, а значит, наши воины сильные и сытые.

— Голодные лучше воюют! — перебил пожилой наместник. — Когда позади воина плачут от голода дети, он идет вперед, не боясь смерти.

— Зато у нападающего конь уставший, — смело возразил баши Ромул. — А тот, кто ждет — успевает поднять свой щит!

— Сколько воинов сейчас у Шардана? — спросил эмир.

— Всадников две тысячи сотен, арбалетчиков три тысячи, мечников…

Шаардан, недовольный тем, что я не обращаю на него больше внимания, незаметно скользнул ладонью мне под юбку и коснулся щиколотки. Я вздрогнула и отдернула ногу.

— Ты собралась командовать войсками, голубка? — шепнул он. На нас уже никто не смотрел. Слуги в сером развернули большую карту, и мужчины столпились вокруг нее.

— Ни за что, — замотала головой я. — Зачем нас позвали вообще?

— Чтобы мы знали, какова ситуация в стране. Толку от шамана в военных действиях нет никакого, духи не любят крови и смерти.

— А все эти люди, они военные?

— Нет. Здесь два принца, несколько баши (*малых генералов) и чорбаши (*больших генералов), три наместника провинций, казначеи, советники, оружейники. Ну и колдуны, разумеется.

— Колдуны почему в фиолетовом? И колпаки у них забавные.

— Это традиционная одежда, ее надевают только на торжественные мероприятия. Будь уверена, ни одного из этих халатов ты не увидишь на улице.

— Как и твой маскарад?

— Как и мой маскарад.

Мне было немного жаль, что я не видела лица Шаардана, но уверена, он улыбается.

— А все же, почему они прячут лица?

— Во-первых, на Совете все равны, и старые, и молодые, и богатые, и бедные, и знатные, и простолюдины, — начал Шаардан, но я его перебила:

— И много тут бедных простолюдинов?

— Боюсь, что никого. А во-вторых, таков обычай. Неженатый мужчина часто закрывает лицо.

— Для чего?

— Ну, наш младший принц на этот вопрос ответил бы, что он красив как солнце в полдень и боится, что женщины, узрев его без покрывала, станут его преследовать.

— Очень смешно.

— На самом деле нет. Старший принц уже женат, у него есть сын. А младший свободен. Его женой мечтает стать каждая женщина от пятнадцати до сорока лет. Любая готова уйти от мужа, если Данияр ее позовет.

Я громко фыркнула. Какая прелесть! Вот только дело явно не в красоте принца, а в его статусе. Уверена, даже если под покрывалом — обезьянья рожа, ему все равно найдется самая красивая невеста!

Удар в медный гонг разорвал гул голосов. Эмир громко объявил, что заседание Большого Совета окончено, а вечером будет собран Малый Совет. Шаардан с облегчением вздохнул, почесал нос под маской и сообщил мне, что наше присутствие больше не требуется.

— Наконец-то я нормально искупаюсь!

— Мы увидимся вечером? — с надеждой спросила я.

— Нет. Вечером у меня дела. И завтра тоже. А потом я уеду, возможно, надолго.

— Ты опять меня бросаешь, — с укором вздохнула я.

— Прости, птичка, такова мужская жизнь. И вообще, лучше будет, если нас не увидят больше вместе. Шаманов не любят и боятся.

— Но я тоже шаман, — расстроилась я.

— Ученица, — поправил меня Шаардан, касаясь кончиками пальцев моей руки. — И женщина. К женщинам совсем другое отношение. Все, беги. Пора обедать.

Я оглянулась, увидела мужчину в фиолетовом колпаке, явно направляющегося в мою сторону, и быстро ускользнула из зала. К счастью, служанка никуда не ушла, а ждала меня в коридоре.

— Закончили, сайдэ Шаман? — поклонилась она. — Возвращаемся?

— Да, спасибо, Айнар.

— Умоляю, не зовите меня по имени хотя бы на людях. И не благодарите. Не положено.

— Я попробую.

Сейчас я была согласна на все, лишь бы побыстрее смыться. Что-то мне подсказывало, что мое появление на Большом Совете не всем понравилось. Меня продемонстрировали высокой публике, и теперь эта самая публика захочет попробовать на зуб наглую чужеземку. А я пока к этому не готова!

— А на Совете был младший принц? — с любопытством спросила Айнар, когда мы удалились подальше от чужих ушей.

— Вероятно, был.

— Мне бы хотелось снять с него покрывало, — мечтательно вздохнула девочка.

— Забудь, тебе всего четырнадцать. Ты еще слишком молода для таких приключений!

— Ваша правда. Думаю, он очень скоро выберет себе жену. Еще до того, как я повзрослею.

— Рада, что ты это понимаешь.

— А вы с ним встречались хоть раз?

— Ну да. Разговаривала даже.

— Ох! У него такие красивые глаза, правда?

— Да, — вздохнула я. — Невероятно красивые.

— А еще он так добр и внимателен!

— Ты права.

— И говорят, что в постели очень нежен…

— Тебе еще рано об этом думать.

— Но вам — самое время!

— Брось, где я и где принц…

За такими веселыми разговорами мы дошли до моих покоев, где был уже накрыт обед. Надеюсь, что на сегодня с делами покончено, я ведь даже в сад еще не успела выйти. И до темноты, пожалуй, не выйду, потому что терраса была залита ослепительным солнечным светом, а в спальне стояла такая духота, что я бы распахнула окна — если б они были застеклены. Я все же попыталась выглянуть на улицу, но белоснежный мрамор террасы нагрелся так, что ощущался даже сквозь тонкие подошвы туфель. Как хорошо, что у меня есть личный бассейн! Мне не придется страдать от жары.

Айнар настояла наконец на полноценных водных процедурах. Вымыла мне волосы, нанесла на тело душистое масло, на лицо — травяную маску. А заодно объяснила, что приличные женщины купаются в шелковых халатах. Обнажаться уместно только перед любовником.

Какие замысловатые нравы! Продаваться за деньги — для них нормально. А купаться голыми — моветон!

А когда уже стемнело, и я медленно расчесывала влажные волосы, любуясь своим отражением в зеркале, постучали в двери. Айнар побежала открывать, а потом вернулась бледная и с трясущимися руками.

— Там…

— Колдун? — мрачно вздохнула я, ожидавшая неприятного визита.

— Нет, младший принц. Он… с дарами.

— Шутишь?

— Нет, поглядите сами. Принц Данияр ждет в коридоре.

Я откровенно растерялась. Зачем он меня ждет? Чего хочет? Оглядела себя, решила, что одета вполне пристойно, и выглянула за дверь.

Там действительно был младший принц, не узнать его белый с золотом наряд и светлые глаза было невозможно. Однако я уже приспособилась к местным традициям — различаю мужчин даже с этими дурацкими платками на лицах!

— Ваше… Данияр? Вы чего-то хотели?

— Да, сайдэ Дара. Я принес тебе подарки.

— А… зачем? — старательно притворяясь дурочкой, я чувствовала, как заколотилось сердце в груди.

— Хочу, чтобы ты разделила со мной постель.