Третья леди Аргайла

Глава 2

Кемпбеллы ожидали вождя на дворе Дуарта. И хотя господин их, верховный судья Шотландии, персоной был не из тех, кого вдруг завалишь — если ты не бессмертный, конечно — поглядывали окрест весьма настороженно. Потому что Маклины, морские разбойники — народец, известно, гадкий. Столь же настороженно на горские черно-зеленые пледы посматривали сами Маклины. Когда бы не приказ Гектора Мора, Аргайлу тут бы многое припомнили, но Мор Маклин в своих играх с изменниками и прихвостнями сассенахов зашел так далеко, что его бы и галерный флот уже не спас… если бы Аргайл не явился взять его за горло и потребовать мира. Но вот только обратным хватом за горло Аргайла взял и сам Маклин. Две свадьбы вместо одной, вот же скотина…

Кривой Алпин дожидался господина внизу лестницы с крыльца и на правах знакомства длиной в жизнь рубанул сразу:

— Ну?

Аргайл не сбился с шага, утекая со двора старинного врага, а нынче предполагаемого тестя и уже точно свата:

— Что «ну», Кривой?

— Чем дело кончилось там, наверху? Отлипнет он от Дональда Ду али нет? У тебя рожа такая, словно Мор Маклин тебе прокисший эль сушеными крысами закусить предлагал.

— Хуже.

— Да что может быть хуже-то, Бурый?

Аргайл поморщился. Его кривило просто от того, что сознавал себя припертым к стенке, а деваться было некуда все равно:

— Мало ему одной свадьбы, сукину сыну, вторую желает.

— Колина или Арчи? — оба сына Аргайла гуляли еще на вольном выпасе, кабанчики.

— Если бы. Меня. А коли нет…

Кривой вытаращился на старого боевого товарища и господина так, что единый глаз едва из глазницы не выпал.

— Тебя⁈ Это он кого за тебя сватает? Вчера в холле за хозяйским столом не было ни одной девицы брачной возраста! Соплюху какую, что ли, с нянькиной куклой за пазухой вместо сисек?

Аргайл скривился:

— Да бес его знает, говорит, есть какая-то… Я б ему брачный договор с любой из дочерей подмахнул, пока они в возраст войдут… А там оспа или потница руки-то развязали б. Мало ли от чего девки дохнут, пока не созреют. Но нет же, он требует и осуществления брака не позже Белтейна.

— Об Майский день мы ж собирались Раналдам жопу драть! Когда жениться-то?

— А как-то промеж Раналдов, Кривой. Надеру и женюсь. А коли нет, не оторвать Гектора Маклина от Макдональдов.

— И ты, ясно дело, оторвал. Ну и женись, черт с ней. В хаггис покрошим его девку, разберем на потроха. В третий раз овдовеешь, и всего делов.

— Не выйдет. Тогда он ответно покрошит в хаггис мою дочь. А этого уж я не допущу, не за тем растил. Мор Маклин думает, что купил меня… что обошел меня. Меня! Так ведь я, хотя жениться и обещал, дать жить его сучке не обещал вовсе. Сам напросился, дурень старый, довольно было б с него и одной свадьбы!

Аргайл осклабился. Кривой понимающе захрюкотал.

— То есть, он меня выгодно продал, — заключила, выслушав новость, Кэтрин Маклин, старшая дочь вождя Гектора Мор Маклина.

Восемнадцать лет, щуплая рыжеватая пигалица, брови вразлет — в мать, глаза серые, умненькие — в отца. Брат, Гектор Ог Маклин, Гектор Малый, морем вез ее из монастыря Айона, где та воспитывалась в ожидании подходящей партии, в родные пенаты. И вот партия нашлась, да еще какая, однако Кэт Маклин вовсе не считала ее удачной.

— Не совсем, — шмыгнув носом, уточнил брат. — Скорей, он подставил самого Аргайла и радуется этому от души. Но также еще и тому, что ты, Кэт, станешь графиней.

Гектор Ог честно считал сестру красавицей — ни у кого другого не видал он таких густых каштановых волос, чистый шелк, таких ясных глаз — в цвет голубого агата, таких изящных рук, которые одинаково ловко управлялись с пером и с иглой.

— Третьей графиней четвертого графа, — уточнила сестра, — если я верно помню числа, относящиеся к нашему старинному врагу. Значит, не хозяйка в доме и не мать наследника… выгодно быть третьей графиней, ты не находишь? А каково было бы тебе жениться на вдове вдвое старше тебя?

— Ну, тут совсем другое дело, Аргайл — мужчина, Кэт, на сей счет можешь не беспокоиться. Станешь его третьей леди. А потом сразу можешь остаться богатой вдовой. Сколько у него там еще простоит? Постоит-постоит да отвалится.

Молодые, особенно очень молодые мужчины, прямо скажем, юнцы, женщины не пробовавшие, предсказуемо считают, что жизнь в сорок лет завершается, а как же еще? Два взаимоисключающих пророчества, уныло думала Кэт, ежась под свежим ветром, налетающим на бирлин с севера: «мужчина» и «отвалится». Ни то, ни другое ее в равной степени не прельщало. Скрипторий в Айоне делался милей с каждой милей преодолеваемого до дома морского пространства.

— Это более чем вероятно, но не самая приятная причина, чтоб первый раз выйти замуж, да еще за мужчину, который тебе в отцы годится, — наконец сказала она. — Ты ведь женишься на его дочери?

Брат кивнул, сестра покривилась:

— Отлично… стало быть, я стану тебе тещей? Вот где разгуляться-то! Гектор, а отказаться мы можем?

Ог Маклин жениться обязался, конечно, но до той женитьбы было ему еще как пешком до Эдинбурга — невесте только восемь лет. Еще за восемь лет кто знает, что в мире переменится… может, и вообще помрет нареченная. Может быть, повезёт! А Кэт придется подкреплять собой мир с Аргайлом теперь же, скорейше. Ог пожал плечами, чуть извиняясь:

— Уже нет, оглашение состоялось, и договор, я слыхал, подписан.

— Отцу скажи, приданое пусть дает книгами.

— Так их для этого потребуется купить! — возмутился брат.

— Вот пусть и позаботится напоследок, раз продал меня за ваш пресловутый мир.

— Кэт… Аргайл по полгода проводит при дворе, в Стерлинге, в Эдинбурге, неужели ты думаешь, у него дома не найдется книги?

Сестрица облила младшего брата взглядом, полным презрения:

— А ты не думал, что мне может их потребоваться больше одной?