Три стрелы в его сердце

Глава 20

♪ Мелодия: Daniel Pemberton – Under the Clocktower ♪

– Мы прибыли через Центральный Черный портал, и магия отца нас разделила. Ты осталась у порога ожидать его высокого решения, я оказался в своих комнатах. Но это не единственный портал в наших землях.

Вместо сна, после долгого трудового дня у постели больного, Ева кивала и слушала объяснения Артура. Юноша, ничуть не смутившись, по стене замка пробрался к ее комнатам и постучал в окно. Пришлось вскакивать, прикрываться первым, что попалось под руку, и впускать ночного гостя. Высота была огромной, и Ева боялась, что ее единственная надежда и услада сердца, просто и без затей, разобьется о скалы внизу.

– Ты умеешь обращаться в собаку? – спросила Ева невпопад, подавив зевок.

Этот вопрос вот уже несколько дней интересовал ее, а задать его не получалось. Все силы и время отнимало лечение, иногда Ева даже оставалась ужинать в своих комнатах, чтобы сразу же лечь спать. А в тех редких случаях, когда появлялось желание спуститься к общему столу, Артур на встречах не появлялся. Его счастливая физиономия на фоне темного неба стала маленьким подарком за несколько дней разлуки. Девушка даже постучала себя легонько по лбу, чтобы отогнать вредных духов мыслей.

– А еще в волка и огромную косматую зверюгу, размером со взрослого быка, – широко улыбнулся довольный Артур и откинулся на спинку черного дивана.

– Почему сразу не сказал?

В руке Евы появилась большая дымная чашка с настоем из алых роз. Она даже хмыкнула, вспоминая Кристабаля с его бесконечными бокалами вина. В чем-то они все-таки похожи. Интересно, как там он? Как маленький Щок? Благополучно ли добрались домой Камла и Иво?..

– Потому что ты не хотела меня видеть, хоть и страдала от того, что прогнала единственного человека, который тебя понимал, и которому было не все равно на тебя, – победно ухмыльнулся Артур.

Ева вдруг зарделась и щеки ее стали цвета розового отвара. В памяти вспыхнула недавняя лесная сцена. Она обнимает большого черного пса, как свою последнюю спасительную соломинку, и изливает душу. Ева даже цыкнула на себя от негодования. А Артур громко рассмеялся и пересел на диван к Еве.

– А еще у меня очень хорошая память!

Парень выдернул из рук недовольной Евы чашку и уже сам весело прихлебывал чаек. Одно движение бровью – и чай вскипел, обжигая губы мелкого жулика и воришки. Артур охнул, выронил чашку, но та успела раствориться в воздухе, до того, как кровавый кипяток пролился на пол и штаны Артура.

– Точно ведьма! – захохотал Артур и развернулся к девушке, закинув руку на спинку дивана позади нее. – Как ты выносишь себя с таким-то характером?

– Прекрасно! – фыркнула Ева.

– Конечно-конечно, – покивал Артур. – Яд змеи змею не жалит.

– Ах ты!

Осклабившись, Артур в мгновение ока оказался возле большого панорамного окна. Луна выходила из черных вод и раскидывала длинную белоснежную дорожку. Бесконечно далекие звезды сияли и чуть подрагивали, прячась за легкими облаками. Звезды Амиле и Нестаны соединились и теперь танцевали вальс, окруженные хороводом подруг. Артур вздохнул. Вспоминания о той ночи, ночи смерти, и обещаниях звезд, не были среди его любимых.

– Что там?

Ева, по самые уши завернутая в длинное покрывало, уже стояла рядом и с интересом взирала на небо. Рядом с ней кровь в жилах всегда бежит немного быстрее, а сердце отбивает барабанный бой. Артур притянул к себе, прижал ее спину к груди, обнял. Теперь они могли вместе смотреть в вышину. Ева слабенько посопротивлялась, скорее, для видимости, и затихла. Их охватил покой и, невиданное доселе, хрупкое тепло.

– Звезды... Там звезды...

Ева нежилась в объятиях и словно плыла по теплому океану облаков. Далекие волны тихо разбивались о скалы. Хлопали крыльями ночные птицы. Где-то в левом крыле замка в старой детской комнате лежал парализованный старик и требовал помощи. Он был виновником давней, старой войны и его дух не сгинул тогда, как все думали. Но сейчас это все неважно, сейчас Ева думала лишь о тех руках, что крепко прижимали ее к широкой, надежной груди.

– Ты мне снишься… Иногда.

– Ого! – встрепенулся Артур. – И что это за сны? Где мы с тобой?..

– Нет, – быстро перебила Ева, опасаясь услышать какое-то горячее непотребство. – Там только ты. Мертвый. Я не успела спасти тебя тогда, в лесу, и ты умер. А потом Заповедный лес загорелся и Хозяйки погибали в огне…

– Это всего лишь сон, Ева… – перебил юноша. – Всего лишь сон…

Артур почувствовал нервозность девушки и поцеловал ее в макушку.

Ева впервые услышала собственное имя, произнесенное этими устами. Ей понравилось звучание. Никто никогда не произносил ее имени с такой теплотой и заботой.

– Ведь ты спасла меня и не дала там умереть. Значит, ты уже переломила ход судьбы и эти кошмары не имеют власти. Это просто кошмары.

Артур рассуждал очень здраво и логично для человека, не владеющего магией. И впервые после появления этих кошмаров, девушка задумалась – откуда эти сны вообще берутся? Из каких страхов растут? Ведь Артур, вот он, живой, одна из стрел, извлеченных из его тела, висит кулоном на шее. Вот его сильные руки, вот бархатистый голос. Все ведь в порядке.

– Я остаюсь твоим должником, Ева, – прошептал Артур на ухо. – Мы найдем стабильный Черный портал, я выкраду твой договор, и мы сбежим. И, скорее всего, я соблазню и совращу тебя, что бы ни говорил твой отец. Видимо, в чем-то он все же был прав.

Горячее дыхание обжигало кожу Евы, и она не хотела, чтобы это прекращалось. Она откинула голову назад и чуть прикрыла глаза. Губы мягко коснулись шеи у самого ее основания. Ева вздрогнула, тяжело вздохнула. Океан облаков весь поместился внутри нее, и стало нестерпимо жарко под этим длинным, неудобным покрывалом.

– Звучит, как хороший план, – также шепотом ответила Ева.

– Мы справимся, – проговорил Артур и еще раз легонько коснулся шеи.

Через пару мгновений Артур отстранился, и Ева сразу почувствовала иголки холода. Океан испарился, его место заняла ледяная пустыня и жажда. Девушка обернулась, чтобы прочитать в уголках черных глаз такое же желание, как ее собственное. Пока еще маленькое и робкое, но с большим потенциалом.

– Иди… – попросила Ева. – Мне нужно выспаться, завтра будет еще один тяжелый день с твоим дедом.

– Ты проводишь с ним слишком много времени, – ухмыльнулся Артур. – Боюсь, я скоро начну ревновать.

Уходил он тем же путем, что и пришел. Напоследок Артур пообещал приходить чаще и даже позвал на конную прогулку. Заперев покрепче окно над пропастью, Ева еще долго смотрела на небо. Нестана и Амиле светили ярким единым светом и возвещали счастливые перемены. Ева не умела хорошо читать по звездам, но знаки самых крупных из них умели распознавать даже крестьяне.

Теперь каждое утро Евы начиналось одинаково. После церемонии одевания и завтрака в компании обозленной на весь мир Лары и ее вечно сонной воспитательницы, она отправлялась в темные покои Темного Эйлура.

Причины, по которым поверженный и, как все думали, убитый на войне Темный, был все еще жив, не долго оставались тайной. Все рассказал Артур. С помощью Черных порталов его отец смог быстро вернуть своего отца в замок. По пути он вломился в один из Храмов Чистых духов и украл младшую Светлую целительницу. Под воздействием темной магии девушка приступила к лечению Темного Эйлура, пока не израсходовала всю свою жизненную энергию и не стала первой покойницей в большом тайном склепе. Артуру тогда было два года.

Темный Эйлур был сражен во время битвы один на один Светлым Лоуресом, отцом Евы. Сражен чистым Светом. И только Свет мог победить Свет.

Отыскать смертельную рану на груди Темного не составило проблем. Она все еще медленно кровоточила, окрашивая перевязки и простыни алым. Края потемнели и слабо гноились. Рана до боли напоминала рану Камлы, но с одним исключением – рана Темного источала бледный Свет. Ева почувствовала и ауру заклинания. Она повторяла ту, что была вплетена в ее слетевшие оковы. Белоснежная аура отца.

– Прости, отец... – шептала Ева каждый раз, как приступала к исцелению своего смертельного врага.

Как и в случае с Камлой, Ева начала лечение с простейших проверок, заклинаний и мазей. Требовалось медленно, соблюдая все предосторожности, установить магическую связь с больным. Коли этот больной был самим Темным, предосторожностей требовалось в десять раз больше, чем обычно.

Каждый раз касаясь сущности раны, Ева чувствовала, как магическая энергия бешеным потоком устремлялась в больного и пропадала, как в бездонном, бесконечном провале. После первой такой осечки Ева быстро разорвала начавшуюся устанавливаться связь и на подкашивающихся ногах вышла из комнаты. Больше она не допускала таких промахов.

Конечно, простейшие заклятия совершенно не помогали облегчить двадцатилетнюю предсмертную агонию Темного Эйлура. С помощью магического зрения Ева смогла рассмотреть его. Он был полностью парализован. На лице застыла гримаса боли, ужаса и отвращения – возникшая в тот момент, когда Меч, сотканный из Света, надвое рассек его грудь. Тяжелое, уставшее сердце содрогалось раз в минуту. Силы целительниц лишь поддерживали последнюю каплю жизни. Их жизни в обмен на его вечные мучения. Целитель обязан помогать всем страдающим без исключения. Целитель не имеет права выбирать, кому он должен помочь, а кого он может обречь на смерть. В душе Евы царили сомнения. Долг целителя против долга дочери.

Постучав по лбу и ненадолго отогнав дурные мысли, Ева принялась шептать очередной заговор. Она никуда не торопилась. В договоре не были прописаны сроки, а они с Артуром едва приступили к реализации плана побега. План лечения, наоборот, обретал более четкие формы. Установить связь с больным. Расшифровать структуру заклятия. Медленно, по ниточке отрезать рану от питающей ее светлой сущности. Приучить к свету. Рывком оборвать оставшуюся связь и запечатать. Вернувшаяся магическая энергия клокотала и требовала приступать как можно скорее и работать до изнеможения.

Было кое-что еще. Поступить неправильно. Структуру стоило расшифровать хотя бы ради уникальных знаний отца. А вот лечить быстро и эффективно – совсем не обязательно. Так будет лучше для всех.

К вечеру четвертого дня первый пункт был выполнен. Ева почувствовала, как ее магической энергии, вьющейся, словно молодая лоза, слабо коснулось что-то черное и кошмарное. Девушка рухнула со стула от ужаса и губами, сведенными судорогой, зашептала спасительное «эсто». Отвратительная черная слизь продолжала свои ощупывания. По ногам Евы поползли слизняки. Они оставляли за собой горячие жгучие дорожки. Поднявшиеся к сердцу ледяные мурашки в страхе разбежались. Слизь ласково коснулась черных цветов под перчаткой и резко впилась в них зубами. Ева закричала, затрясла рукой, зажмурилась. Морок пропал. Поднявшись с пола, целительница выскочила прочь из комнаты.

Сад Трав стал для Евы пристанищем от любых бед, любимым местом отдыха. Там она могла потеряться среди цветов и деревьев, остаться наедине со своими мыслями и чувствами. Туда она и бросилась опрометью, сбрасывая с себя многочисленных невидимых червей. А они ползли и ползли, проникая под кожу, забираясь в глаза и в уши, наполняя легкие, горло и рот своими скользкими тельцами. Ева бежала, почти не разбирая пути, пока не ударилась о что-то твердое. Твердое внезапно оказалось теплым и близким, обхватило за плечи и с тревогой спросило:

– Ева, что случилось?

– Он жив... Он жив! – шептала Ева, подслеповато озираясь. Глаза, привыкшие в тьме, болезненно реагировали на закатный свет.

– Кто?

– Эйлур, Темный Эйлур!

Артур привлек девушку к себе и крепко обнял. Успокаивающие объятия оказались как нельзя кстати. Под воздействием тепла и света черви рассыпались ночным кошмаром. Ева перестала мелко дрожать от ужаса и быстро затихла.

– Хочешь прогуляться? Я приготовил коней.

– А если нас увидят вместе? – прошептала Ева, уткнувшись в грудь Артура. Конечно, она хотела. Но риск был велик.

– Отцу скажем, что отправились искать травы для помощи в лечении, а никто лучше меня не знает местных лесов и пустошей. Привратнику скажем, что не его дело. Остальные не спросят, – хмыкнул Артур. Кажется, у него заранее заготовлен ответ на любые возражения.

– Тогда чего же мы ждем? – хихикнула Ева.

Одна подняла голову и хитро заглянула ему в лицо. В ярко-зеленых глазах отражались многочисленные звезды. Страх и дрожь уже улетучились, уступив место любопытству. К тому же, познакомиться с местной флорой будет не лишним. Скорее всего Темный сохранил связь с родной землей и некоторые травы могут помочь в излечении.

На лошадей вскочили быстро и бросились прочь из замка. Сзади доносился тихий крик Привратника, но и он вскоре потонул в свисте ветра.

Ева, кажется, впервые за неделю покинула замок. Вот огромный каменный мост, перекинутый через пропасть, вот крылатые гарпии-хранительницы, вот гравийная дорожка, на которой девушка готовилась принять смерть от разрыва и остановки сердца. Образы из далекого прошлого, которые остались в прошлой жизни.

Дорога, спустившись с моста, бежала дальше, все ниже и ниже, пока не поравнялась с песчаным побережьем. Именно эту часть наблюдала Ева из своего окна недавно. Замок, стоящий на высокой скале, с этой точки казался почти игрушечным, но от этого, не менее угрожающим. Редкие освещенные окна пятнами жизни выделялись на фоне черного мрамора. За стеной, окружающей Сад Трав, не видно его яркой, буйной зелени. Замок скрывал внутри множество тайн и собирался биться за них до последнего камня на камне.

Артур повернул вороного коня к песчаному пляжу и копыта быстро завязли в рыхлом песке. Недовольный норовистый конь пару раз взбрыкнул, но не смел долго сопротивляться руке всадника. Кобылка Евы оказалась более покладистой, но и ей песок не сильно нравился. В конце концов, кони перешли на шаг, а затем и вовсе остановились. Артур спрыгнул и помог Еве слезть, придержав за точеную талию.

– Ты видела когда-нибудь море?

Артур взял Еву за руку, переплел свои теплые пальцы с ее холодными и повел к медленно катящимся волнам. Сердце Евы подпрыгивало, дыхание перехватывало, она еле справлялась с собой. Огромное количество самых разных, противоположных, ярких эмоций переполнили этот день. Страх и восторг, и трепет, и ужас, и нежность. Все умещалось в груди и снова грозило сердечными болезнями. А море рядом, вечное море, было спокойно. Ева хотела бы научиться у моря этому спокойствию.

– Только на картинках и гобеленах… – призналась Ева.

Она всегда с тоской рассматривала эти картинки, чувствуя непонятную, неизбывную тоску по морю. Иногда в их пансион залетали озерные чайки. Они кружили, галдели и плакали, и Еве казалось, что они тоже тоскуют по морю, которого никогда не видели. В те моменты она тоже была чайкой. Как они к озеру, она была прикована к замку, к пансиону, к отцу, но все время она мечтала о свободе. Но что есть свобода?..

С тихим плеском волны ударялись о берег. Бело-золотистые песчинки, политые лунным светом, перекатывались с тихим шелестом. Море дарило берегу то кусочек темно-зеленой водоросли, то обломок ракушки, то большой округлый камень. Земля принимала не все, и тогда воды откатывались снова, приносили другой подарок. Ева наклонилась и подняла маленькую витую раковину. Раковина была влажной, ребристой, от нее слабо пахло тиной и солью.

– Прислони к уху и прислушайся, – предложил Артур, с умилением наблюдавший за Евой.

– И что это даст? – спросила девушка, слегка нахмурившись. Вроде, в этом простом жесте не должно быть никакого подвоха или опасности.

– Ты услышишь море.

Девушка поднесла раковину к уху, и напряженное выражение лица мигом изменилось на восторженное. Внутри ракушки бурлил неспокойный огромный океан. Малое несло в себе отпечаток великого и оставалось его частью. Артур расхохотался.

[ image22 ]

– Ты напомнила мне меня в трехлетнем возрасте!

Ева немного смутилась, но ракушку не выкинула. Дар моря спрятался в маленькой поясной сумке, которую Ева завела для прогулок по Саду Трав.

Еще немного постояв у воды, пара вновь села на лошадей. Теперь Артур направился по дороге и вскоре замок Темного исчез за многочисленными поворотами и огромным прибрежным лесом. Они неслись меж огромных мачтовых сосен и легкие заполнялись масляно-солоноватым воздухом.

– Расскажи о своей семье, – попросила Ева, поравнявшись с всадником.

– Семья, как семья, – неопределенно пожал плечами Артур. – Матери я практически не помню, она была слабой и болезненной женщиной. Деда застал лишь живым изуродованным трупом. Отец всю жизнь потратил на то, чтобы его излечить. А Лара… С ней все сложно.

– Она…

– Она еще ребенок, – отрезал Артур. – Ведет себя глупо и по-детски, обижается, дуется. Но любит всех своей странной любовью. Мы все тут так друг друга любим. Любим и бесконечно мучаем…

Ева задумалась. Вот так, в паре слов, смогла бы она описать свою семью? Смогла бы сказать, что любит, или, что любима? Про муки ей было очень хорошо известно, а вот про любовь…

– А твоя? – после небольшой паузы спросил Артур, и в голосе его сквозила легкая насмешка. – Стоит задуматься, так ли все хорошо в семье Светлого Лоуреса, если его младшая дочь, Светлая целительница, решилась на помощь врагам?

Вопрос пришелся в самое больное место. Ева вспыхнула, хотела начать отпираться и даже наговорить гадостей, как делала всегда, защищая честь семьи в пансионе. Но ярость и негодование прошли также быстро, как нахлынули. Артур безусловно прав, на его стороне факты. Светлая целительница действительно по своей воле помогает Темным.

– У нас тоже все сложно… – тяжело вздохнула Ева, а потом вдруг сообразила и горячечно выпалила. – К тому же, я рассказала тебе все, когда ты притворялся собакой!

– Не собакой, а благородным черным псом! – хихикнул Артур. – Со стороны вы кажитесь очень респектабельными, а на деле…

– А на деле отец меня ненавидит, сестра презирает, мать умерла во время родов, а старшего брата я и вовсе никогда не знала, он пал в войне с вами, – зло ухмыльнулась Ева, натягивая поводья и заставляя лошадь сбавить шаг. Замедлился и Артур. Луна освещала его тонкие красивые черты, на которые теперь легла хмурая серая тень. – А я, в отместку им всем, спелась с врагами и мечтаю сбежать в обществе сына и наследника Темного. Нет, Артур, в моей семье не все так хорошо. Точнее, все совсем не хорошо.

– Приехали, – приглушенно пробормотал Артур.

Юноша спрыгнул с коня и рывком вытащил Еву из седла. Девушка даже задохнулась от подобной наглости и невежливости. А вот Артура душевное состояние Евы сейчас мало волновало. Он взял ее за руку и потащил за собой в темнеющую глубину соснового леса. Теплые пальцы вцепились мертвой хваткой. Ева не сопротивлялась.

Магия встрепенулась, оказавшись практически в родных краях, потянулась к духам деревьев и камней. Приходилось приструнять и одергивать ее, чтобы не отвлекала и не мешала немного дуться на Артура. Ева держалась прямо, словно проглотила жердь, но при этом еще приходилось перебирать ногами, чтобы поспеть за спутником.

– Я не думаю, что в твоей семье все было так плохо, как ты говоришь, – неожиданно вернулся к разговору Артур. – Мой отец находил время на то, чтобы позаниматься мной и сестрой, находил время для какой-то своей нежности и для шуток. Не верю, что в семье Светлого Лоуреса могло быть иначе.

– Отец занимался лишь своими землями и запугиванием меня относительно отношений с мужчинами, – фыркнула Ева. – Я не слышала от него за всю жизнь ни единого доброго слова, ни…

Ева осеклась и задумалась. В словах Артура вдруг послышалось что-то неожиданно очень правильное, логичное. Девушка нахмурилась. Голова вдруг заболела и закружилась. Память напрягалась, пыталась что-то вспомнить и натыкалась на белые пустые листы. Вымаранные, вычищенные листы. Что-то такое, что было погребено под годами обид и недомолвок. Что-то все время ускользающее. Что там говорила Лилия в свой последний визит?..

– Пригнись! – резко скомандовал Артур, и девушка нырнула под огромную сухую ветку. Тут же она смахнула с плеча невидимую пыль, как знак неслучившейся дурной приметы. – Совсем по сторонам не смотришь. Ну и кто из нас лесная ведьма?

– Я не ведьма, я – зна… – начала привычно Ева и вновь оборвала себя, Довольно хмыкнула. Знахаркой она перестала быть. Теперь она вернулась на прежний уровень обладания магией. – Я – Светлая целительница.

– Черный портал. Дикий, – провозгласил Артур, проигнорировал титул девушки.

Теперь и Ева почувствовала темную, искривляющуюся магию. Черное пятно в центре лесной поляны поглощало лунный свет и оттого казалось еще более черным. Его края слабо подрагивали и растворялись в окружающих тенях. Форма постоянно менялась, медленно, незаметно глазу. Пространство вокруг портала тоже дрожало и расплывалось. Четкие линии сосен шли слабыми волнами, тонкие травинки изгибались ломанными зигзагами. Даже черты лица Артура текли, будто в кривом зеркале.

– Ты можешь проверить, куда он ведет?

Ева кивнула и Артур отпустил ее руку. Сразу стало немного зябко. Белые магические нити сорвались с пальцев девушки и нырнули в самое сердце плывущей тьмы. Время шло, длина нитей увеличивалась, но ответа не приходило. Луна продолжала свое стремительное путешествие по небосводу. Короткая летняя ночь собиралась заканчиваться.

Ева вдруг резко вскрикнула и оборвала заклинание. Артур подскочил к ней с бьющимся сердцем, схватил за руку. Черная перчатка была влажной.

– Ничего страшного, это пустяк…

Артур сорвал перчатку с руки Евы и увидел, как кровь сочится из-под ногтей. Он тихо выругался и принялся озираться в поисках какого-нибудь кровоостанавливающего растения. Но тихий смех Евы отвлек его.

– Ты забыл? Я же целительница…

Ладонь коротко вспыхнула ярким белым светом и раны мгновенно запечатались, даже кровь куда-то пропала. Артур, для верности, еще раз осмотрел руки девушки, но не нашел ни единого следа порезов.

– Что это было? – спросил он.

– Защитное заклинание на другой стороне, – задумчиво промолвила Ева. – Кто-то контролирует выход. Но, я смогла выяснить, куда он ведет, – продолжила девушка, отвечая на немой вопрос Артура. – Площадь Верме́й, Центральный Эре́г.

– Нехорошо, – покачал головой Артур. – Не думаю, что Светлый Прова́нис одобрит появление на своей территории Черного портала.

– Еще и Высшему Сюзерену накляузничает, – покивала Ева. – Он не любит ни вас, ни нас.

– Запечатать сможешь?

Ева снова кивнула вместо ответа и принялась плести кружевную магическую паутину. Сила бурлила и жаждала выхода. Было в этой силе что-то еще. Что-то очень похожее на черные крапинки, внутри ауры Камлы. Артур засмотрелся, как ловко и четко двигаются пальцы девушки, как бегают глаза, отсматривая неточности и некрасивые узлы в узоре. Раньше он лишь украдкой наблюдал за ее магическими упражнениями, но то, что он видел сейчас, тот профессионализм, вызывал восхищение. Неудивительно, что Светлый Лоурес захотел наказать ее, лишив магии. Неудивительно, что отец выбрал именно ее следующей целительницей для деда. Плетение было закончено в пять минут и накинуто на дрожащее черное пятно. Портал съеживался на глазах и вскоре от него не осталось даже подпалины на поляне.

– У магов отца это заняло бы несколько часов, может быть, даже день, – уважительно проговорил Артур.

– Вам очень повезло, что теперь я с вами, – горько улыбнулась девушка.

Перед возвращением в замок решили проверить еще несколько Диких Черных порталов. Но и эти проверки не принесли никаких удовлетворительных результатов. Двое из них вели в вечную пустоту и были смертельно опасны для использования – бесконечное давление внутри уничтожало человека в мгновение. Третий открывался в заснеженных ледяных горах. Последний имел выход совсем недалеко от входа.

Закрыв все порталы, Ева и Артур в подавленном настроении вернулись к лошадям. По пути Ева набрала немного подвернувшихся под руку лечебных трав. Все же по легенде, они направлялись именно за ними.

Светало. Ночная вылазка не принесла никакого продвижения их плану по освобождению, а значит Темный Эйлур на один день приближался к исцелению.

– Откуда ты узнал про все эти порталы? – спросила Ева устало, когда они направлялись обратно по лесной дороге.

– Отец обсуждал новые Дикие Черные порталы со своими магами. Я запомнил и решил, что мы должны их проверить, прежде чем сюда сунутся маги отца.

– Если они что-то заподозрят? – напряженно продолжила допрос Ева.

– Даже если заподозрят, то не смогут ничего доказать, – ответил Артур с улыбкой. Его, казалось, мало волновали такие вещи. А Еву, наоборот, приятно удивила предусмотрительность юноши. – Дикие порталы непредсказуемы, исчезают и появляются, где хотят и когда хотят. Но ты права, нам нужно что-то большее, чем слухи о порталах.

В замок заехали тихо, соблюдая все предосторожности. Даже лошадей расседлали самостоятельно, украдкой удивляясь друг другу, любуясь друг другом. Еве нравилось смотреть, как легко и споро пальцы Артура справляются с застежками и ремнями. Артур наблюдал, насколько бывает небрезгливой и простой его, порой, заносчивая избранница сердца. Рядом они больше не чувствовали одиночества. Сегодня им хватало друг друга и весь остальной мир был не так уж и важен.

Расставались, как в прошлый раз, у порога в покои Евы. Но теперь Артур был настойчивее. Он не отпускал ладоней девушки, затянутых в черные бархатные перчатки. Она тоже не стремилась убегать. Ранний розовый рассвет пробивался сквозь узкие окна галереи, отчего лица становились мягче и светлее. Артуру очень хотелось что-то сказать. Что-нибудь значительное и очень важное. Чтобы Ева смотрела на него с уважением, чтобы разделила его настроение. Так ничего и не придумав, Артур погладил ладонь Евы и стянул перчатку с левой руки. Коснулся губами чистой белой кожи. Ева вздрогнула и чуть прикусила губу.

– Хочу показать тебе наши сады. Не все же заниматься лечением и порталами, верно?

– У вас есть какие-то сады помимо Сада Трав? – тихо уточнила Ева.

Кожу покалывало там, где теплился след поцелуя. Эту ночь хотелось задержать, оставить колющим, трепетным воспоминанием в груди.

– Яблоневые сады. Дед лично высаживал их. Удивительный сорт, цветет и плодоносит все время, пока стоит теплая погода, – с улыбкой ответил Артур.

– И, правда, удивительный…

– Доброй ночи, ведьма.

– Доброй ночи.

Он отпустил ее руку.

Ева уже коснулась двери, как вновь услышала голос Артура.

– Ева?

– Да?

– Произнеси мое имя.

– Что? Зачем?

– Хочу услышать.

– Поздно уже, давай как-нибудь в другой раз… – смутилась Ева. И еще более смутилась от нелепого оправдания, единственного, которое она смогла придумать в этот момент.

– Тебе сложно сказать всего одно слово?

Артур улыбался. Он любовался этим красивым профилем, удивительными зелеными глазами, в которых сейчас плескалось неподдельное удивление, пополам с волнением. В густой черной косе застряла пара хвоинок. Сейчас в этом нежном свете она была особенно необыкновенной. Необыкновенной и беззащитной. Артур протянул руку и аккуратно коснулся ее щеки, краешка губ. Вспомнил давнее обещание, данное еще на свадьбе той крестьянки, Камлы.

– Не сейчас, – ответила она, опустив глаза. Своей ладонью она накрыла его ладонь.

– Когда?

– Скоро. Я обещаю…

– Это уже второе.

Второе обещание.

Вторая стрела.

Ева вспыхнула и вырвалась из рук Артура. Она тоже все помнила.

Дверь хлопнула за спиной девушки.

Замок вдруг содрогнулся до самого своего основания.

Зазвенели стекла, что-то громко заскрежетало.

Из-за дверей спальни донесся приглушенный грохот взрыва.

_________________________________

Не забудьте оставить комментарий к этой главе! <3