Три стрелы в его сердце

Глава 8

– Мне нужна твоя кровь!

– Не получишь ты моей крови, ведьма!

– Так надо! Дай мне руку.

– Да ты, видимо, сошла с ума! Зачем тебе моя кровь?

Ева крепко держала кинжал с волнистым лезвием и тянула руку к Артуру. Юноша прятался от нее по другую сторону обеденного стола и лихорадочно придумывал маневр, который спас бы его от ополоумевшей ведьмы. Он был сильнее и ловчее девушки, но применять силу против нее не собирался. Ева делала шаг влево, Артур делал шаг вправо. И так, пока не надоест.

– Не заставляй меня применять магию, – почти шипела Ева. – Я все равно получу твою кровь.

– Да пусть бесы заберут тебя, женщина!

Артур протянул через стол ладонь и Ева, не раздумывая, полоснула по ней ножичком. Артур тихо шикнул. Кровь полилась в подставленную Евой ладонь. Отбросив кинжал, знахарка кинулась к своим ступкам, в которых с раннего утра замешивала и растирала в пасту какие-то пахучие травы. Соединив ингредиенты с кровью, Ева быстро что-то зашептала. Над каменными ступами взвился сизый дымок, раздался хлопок, и знахарка торжествующе воскликнула:

– Все, готово!

– Эй, может, теперь поможешь мне?

Ева, ни секунды не размышляя, оторвала от подола своего платья длинный кусок черной ткани и обмакнула ее в кадку со свежей водой. Как только материя достаточно пропиталась, знахарка обмотала ею порезанную руку своего пациента. Артур почувствовал, как с холодной водой под кожу проникает легкая целительная магия, как запечатывается порез.

– Зачем тебе все это нужно было?

– Я готовлю угощение для духов, – просто ответила Ева, аккуратно касаясь тканью место пореза.

– Каких еще духов?

Прошло четыре дня с момента, как он очнулся в избушке у ведьмы. За этот недолгий срок он успел стать свидетелем странной магии минимум пятнадцать раз, дважды чуть не умер вновь из-за своего легкомысленного отношения к приметам и магической отдаче. Позавчера Артур познакомился с вороном-привратником девушки во время починки забора. Ворон был страшно недоволен тем, что какой-то посторонний помешал ему наблюдать за лесом и выразил свое недовольство очень явно – нагадив Артуру на чистую рубаху. Юноша видел, как знахарка общалась с зайчихами, как помогала крестьянам, как пыталась заполнить магией крошечные кристаллы, размером с абрикосовую семечку, и как каждую ночь колдовала и рыдала навзрыд. Во время этих ночных бдений ведьма будто выпадала из потока времени, забывала обо всем на свете, даже о нем, и представала совсем другим человеком… Артуру казалось, больше ничто не способно его удивить, как ведьме потребовалась кровь для угощения духов.

– Лесные духи помогли мне спасти тебя, – ответила Ева, пожав плечами, – Поделились магией. Я, как видишь, не способна создавать что-то серьезнее заклинаний, отворяющих запор. Так что их помощь была весьма кстати.

– А сразу объяснить нельзя было? – вздохнул Артур.

– Слишком просто. Кровь, добытая с боем, ценится выше, – хмыкнула Ева и нахально взглянула ему в глаза. – Можешь вынести стол во двор? Пора накрывать для гостей.

Только отзвучали эти слова, как Ева бросила быстрый взгляд на вазочку с ромашками, выскочила на двор и затворила за собой дверь. Сердце взяло разбег. Ей нравилась эта игра, эти новые острые эмоции. Она вдруг почувствовала себя не просто целительницей, не просто младшей дочерью, а женщиной, которая может нравиться противоположному полу. Это знание увлекало и придавало сил. Внезапная игра в семью...

Артур покачал головой вслед сбежавшей Еве. Ткань на удивление быстро высохла, и когда юноша отнял ее, то не заметил ни следа пореза, ни единого тонкого шрамика. Возможно, однажды он сможет свести и тот шрам, что рассек на две части его живот и его сердце.

Огромный дубовый стол весил как целая здоровая лошадь. Сдвинуть его с места было едва посильной задачей, а вот протолкнуть через узкий дверной проем – нерешаемой. Еву это ничуть не смущало. Пошевелив пальцами, девушка уменьшила стол и пролеветировала его на двор под неодобрительный взгляд Артура.

– Воистину, бесова дочь, – пробормотал Артур, спускаясь с крыльца.

– Помоги мне.

Ева уже расставляла на столе множество больших и маленьких плошек, глиняных мисок и деревянных кубков. Артуру досталось раскладывать масляные еловые лапы, веточки папоротников, подсушенные бутоны роз и острые кристаллы кварца. Ева придирчиво осматривала каждую лапу, каждый кристалл, поправляла и выравнивала. Венцом пиршественного стола стали множественные розоватые кости, жилы, зубы и части звериных черепов. Ева сама щедро разложила останки. Затем знахарка вручила Артуру корзину с песком и мукой и приказала сыпать своей рукой. Вместе с песчаными крупинками на стол полетели заговоры. Ева тихо шептала их на магическом языке и слова сплетались в единый неразборчивый гул.

Вскоре Артур почувствовал, как кто-то коснулся его плеча. Он обернулся и, естественно, никого не увидел. Знахарка продолжала колдовать, а прикосновений, поглаживаний, тычков становилось все больше. Юноша старался сохранять невозмутимость, хотя уже заметно нервничал.

Над столом начал клубиться едва различимый дымок. Он заползал на двор из леса, из каждого угла, из всякой тени. В дымке различались призрачные силуэты диковинных животных, маленькие горбатые люди, ожившие деревья и природные узоры. Они двигались и постоянно меняли форму, словно облака в небе, за всеми ними невозможно было уследить.

– Я выполняю обещание, данное вам, о духи-помощники! – воскликнула Ева, когда каждый свободный клочок пространства заполнился серой дымкой. – Вы помогли мне спасти этого мужчину! В благодарность за спасение он одаривает вас своей кровью. Ешьте!

Ева предусмотрительно сделала пару шагов назад. Духи с жадностью набросились на стол, принялись раскидывать угощения, вырывать их друг у друга. Знахарка вовремя отступила, иначе в нее полетела бы одна из мисок и две бедренных кости. Ева быстро подошла к опешившему Артуру, жестом попросила наклониться и прошептала на ухо:

– Нам с тобой присутствовать здесь – обязательно, а вот смотреть – не стоит, не любят этого духи. Лучше отвернись, опусти голову или закрой глаза.

Ева сама же подала пример, крепко зажмурившись. Сперва Артур честно старался не подсматривать, но любопытство одержало верх. Ему скоро покидать этот чудной гостеприимный дом, вдруг он больше никогда не увидит подобной магии? Чуть приоткрыв глаз, юноша принялся наблюдать за происходящим из-под длинных ресниц.

Над столом, как воронье над полем битвы, кружились десятки вихрей. Они нападали на плошки, атаковали розоватые косточки и вытягивали из них остатки мясного вкуса, сталкивались друг с другом, громко шипели и бранились. Со стола в пыль двора летели песчинки, мучные крупицы и кристаллы. Кто-то из духов ловил падающее на лету, кто-то подбирал и поглощал прямо с земли.

Самое лакомое угощение, пасту с кровью, духи оставили на самый конец пира. Они касались пасты, лизали ее, как леденец, терлись рядом с ней, как загулявшие коты. Над двором установился тонкий запах лесных трав, смешанных с солоноватой кровью. Крупинки пасты взлетали в воздух и поглощались духами, искрясь алым на солнце. По плечам Артура побежали мурашки мелкого отвращения, и он тоже зажмурился. Не за всякой магией бывает приятно наблюдать. Они помогли энергией, он заплатил кровью. Они в расчете.

Весь остаток дня Артур раздумывал над увиденным, над произошедшим и над тем, чему еще предстоит произойти. Седмица, оставленная для выздоровления, закончится через два дня, а у него до сих пор нет ни плана, ни ответов. Тем же вечером, когда Ева в очередной раз делала перевязку, юноша решился на разговор. В свете вечерних свечей да при догорающем рассвете знахарка бывала более разговорчивой, чем обычно.

– Скажи, зачем духам нужна была моя кровь?

– Они отдали свою энергию, чтобы поддержать жизнь в тебе, – размеренным безэмоциональным тоном ответила Ева, перетягивая тонкую ткань. – Часть из них навсегда развоплотилась, чтобы ты мог жить. Кровь – это меньшее, чем можно отблагодарить за их жертву.

– И со многими духами ты водишь дружбу?

– Нет. Мы иногда помогаем друг другу, только и всего.

– Ты всегда так сосредоточена?

– Когда работаю – да.

– А когда не работаешь?

– Я всегда работаю, – сухо отвечала Ева. – Моя жизнь – это моя работа.

Ева тоже считала дни до назначенного ею самою отбытия Артура. Она хотела избавиться, наконец, от этого раздражающего элемента в своем спокойном, размеренном быту. Она жаждала найти повод, чтобы задержать его, еще немного вслушиваться в этот голос, с полным правом касаться этой красивой спины и груди. Всему приходит конец. Как задержать его приход?

– Почему ты умирал в Заповедном Лесу?

– Как твое имя?

– Не хочешь говорить?

– Я первый спрашивал.

Ева вздохнула и отняла руки. Разговор не клеился. Она не умела вести таких разговоров. Да и перевязка уже пару минут как завершилась, девушка просто поправляла ткань. Ей так нравилось это ощущение чужого тепла на кончиках пальцев…

– Я не знаю, чем отблагодарить тебя, – пробормотал Артур, обернувшись к Еве. – Ты спасла мне жизнь, а у меня нет никаких денег или ценностей, чтобы расплатиться.

Ева слегка поморщилась. Она давно поняла, что грандиозные планы взять с юноши явно благородного рождения большую цену, не увенчаются успехом. Он не в том состоянии. Он почти бродяга. Знахарка опустилась рядом с Артуром на лавку, еще раз аккуратно подтянула ткань на груди. Этот маленький лоскуток все время выбивался, а девушка не терпела беспорядка. Юноша перехватил ладони Евы, сжал в своих. Они не смотрели друг на друга, просто сидели рядом, грелись и вслушивались.

За окном тихо застрекотали ночные кузнечики. Раздобревший месяц бодро выползал на небосвод, наполняя поздний вечер ярким белым светом. Над неубранным столом кружились первые желтоватые светлячки. Это хорошая примета, если их будет много, значит, Заповедный лес принял жертву и не сердится за все случившееся. Тонкие ночные ароматы проникали в избушку сквозь открытые окна и щели в стенах. Воздух наполнялся свежестью, томлением и мечтами.

Еве очень хотелось сидеть так рядом и молчать. Она чуть подвинулась, и рукав простого черного платья теперь касался руки Артура. Юноша не отпускал мягких ладоней девушки. Ему уже приходило в голову, что деревенская знахарка, даже самая талантливая, не будет вести себя так независимо и не будет иметь такой гладкой светлой кожи. Сегодня, поглаживая пальцем тыльную сторону ладони, он укрепился в этом мнении.

– Ты ведь скрываешь не только свое имя...

– Я – открытая книга. Для тех, кто умеет читать.

Ева сама удивилась подобному жеманству и кокетству, слетевшему с кончика языка. Она наблюдала, как флиртуют с мужчинами старшая сестра и ее подруги, но сама никогда не пыталась. Она профессионал, она – целительница в недалеком прошлом, а не какая-то завшивленная деревенская знахарка, ей все это не нужно. Ева слишком хорошо помнила уроки отца о мужчинах, которым нужно только одно. Девушке только не давали покоя знаки и приметы, что сопровождали встречу с этим юношей. Добрые и дурные, они сопровождали каждый ее шаг. Как каждый день на окне появлялся глиняный кувшинчик со свежим букетом ромашек. Ева любила ромашки.

– Тебе пора спать.

С этими словами Ева отняла руку, поднялась и направилась на улицу к умывальнику. Ладонь Артура еще хранила нежность девичьей кожи. Он сжал кулак, пытаясь удержать эту ускользающую мягкость и это тепло. Всему приходит конец. Как отсрочить его приход?

Ночь покатилась своим чередом. Артур вновь проснулся от земной дрожи и засвистевшего из всех щелей ветра. Ева вновь колдовала. Все быстрее и быстрее она произносила слова заклятий, сливавшиеся в единое бормотание, в полную неразбериху и хаос. Достаточно отдохнувший мозг начал связывать одно с другим. Знахарка, не имеющая имени. Знахарка, живущая одна в самой глуши. Знахарка, применяющая непростые заклятия, владеющая ими почти как Виртуоз. Знахарка, вытащившая его с того света. Слишком много совпадений. Как же ее имя? Ее имя… Если ее имя… Если он знает ее настоящее имя… Если догадывается… То лучше бы Визгем тогда убил его окончательно и ему не пришлось бы делать выбор…

На рассвете в глиняном кувшинчике на окне вновь появился свежий букет ромашек. Открыв глаза, Ева сразу заметила маленькие белые головки. Этот знак внимания хотелось прижать к сердцу и не отнимать. Раньше только поваренок с замковой кухни дарил ей цветы и то, быстро прекратил – нет поваренка, нет цветов...

Артура уже не было дома. Он каждый раз умудрялся вставать раньше Евы и хозяйничать на дворе. То забор починит, то новой соломы на крышу подбросит. Девушка удивлялась – как человек, внешне похожий на благородного, так легко и быстро освоился с крестьянским бытом? Возможно, она ошиблась, и он не был аристократом? Самую важную вещь Ева подметила абсолютно точно – с мужчиной в хозяйстве жить куда проще, чем одной.

Погладив узкие лепестки ромашек – хорошая примета, знак близкого теплого лета, – Ева выбралась из постели. Пора заняться самым нелюбимым делом. Ведьминым огородом. Старая ведьма, которая раньше жила в этом доме, на смертном одре приказала Еве заботиться о своем пятачке земли с травами и кореньями. Тогда, поздней осенью, знахарка еще надеялась вырваться из порочного круга проклятий, в который угодила стараниями семьи, и не стала слушать наставления. Теперь смирилась. Надо, значит, надо.

Ева быстро собрала копну густых черных волос в тугую косу, надела черное платье без узоров, дополнила образ множеством амулетов и оберегов. Артура нигде не было, ни дома, ни на дворе. Видимо, он ушел дальше в лес, со своим любимым луком. Знахарка перекусила на скорую руку вчерашней кашей, запила травяным отваром и ополоснула посуду. Больше откладывать нельзя, да и погода благоволит, поэтому Ева повязала легкую косынку и отправилась в огород.

Ведьминым огородом называлась часть, располагавшаяся за домом, частично в тени деревьев, частично на солнечной стороне. Ева прикрыла за собой высокую калитку, защищавшую от забредающих лесных животных и духов, и осмотрелась. После прошедших поздневесенних дождей, огород выглядел чистым и умытым, хотя за всеми заботами Ева давненько не навещала его. Кустики журмоза весело тянули сине-зеленые листья к небу. Пряные бутоны розовой вионны набухали на больших толстых ножках. Крапчатые грибы фурзы-мака пошли в рост и скоро их можно начать собирать. А вот колючая ложноплодка, наоборот, начала желтеть и сохнуть у корня. Плохая примета. Сулит маленькое несчастье.

Ева набрала в большой садовый кувшин воды, произнесла над ним заклинание и пошла поливать свой огород. Легкая усталость и пыль снимались с растений магией, а доброе слово действовало лучше любых удобрений. Ева взрыхлила землю тяпкой, сделала пару углублений и посыпала немного ячменя – корням землероя тоже нужно чем-то питаться. Зимой, в благодарность, его можно будет выкопать, поймать убегающий корень, и сварить густой отвар, напоминающий по вкусу куриный бульон и останавливающий лихорадку.

Артур застал знахарку за домом, копающейся в земле. Она что-то бурчала про сорняки и мурлыкала затейливую переливчатую мелодию. Аппетитная задняя полусфера девушки вздымалась вверх и вызвала в окрепшем организме вполне определенные эмоции. Артур кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание. В этот раз он умудрился поймать аж четырех фазанов и мужчине не терпелось похвастаться. Ведьма настолько увлеклась трудом, что ничего не слышала. Значит, над ней можно подшутить.

[ image10 ]

Артур вернулся из леса и прислушался. Из-за дома доносились тихие напевы и эмоциональные разговоры. Ева тихо с кем-то общалась. Артур тихо положил дичь на землю и, аккуратно ступая, подошел к огороду. Ева, запыхавшаяся и раскрасневшаяся от работы, выговаривала кусту за его прожорливость. Юноша усмехнулся. На сердце потеплело. Ева, теплая и домашняя, вдруг напомнила ему добрую крестьянку из сказок. Такие всегда доставались самым лучше молодцам. И Артур хотел успеть раньше других претендентов. Он совершенно не сомневался, что они есть.

Артур подошел к девушке. Крепкие пальцы вцепились в ребра и начали щекотать. Ева взвизгнула от неожиданности и выронила тяпку. Сердце бешено заколотилось, дыхание перехватило от страха. Защитная магия заискрилась на кончиках пальцев. Ева замахала руками, пытаясь удержаться на месте. В этот момент, словно специально, к знахарке подползла голодная, и оттого очень общительная, и подвижная ложноплодка. Растение топорщило и вытягивало во все стороны колючки, оно жаждало внимания. Большим пальцем Ева полоснула по острому шипу. Полилась кровь. Если бы у ложноплодки был рот, то она, наверное, облизнулась бы.

– Что ты! Зачем?!

Ева обернулась и принялась колотить больного мужчину по груди за этот неожиданный страх. Кровавые следы оставались на пожелтевшей крестьянской рубашке. Артур захохотал приятным бархатным голосом.

– Весело тебе! – взвизгнула Ева, продолжая отбивать дробь. – Весело ему девушек пугать!

– Да постой ты!

Артур схватил руку Евы, развернул к ней ладонь, на которой размазалась кровь. Знахарка затихла, распахнула глаза и тихонько всхлипнула.

От обычной холодной собранности не осталось и следа. Вот, какая она на самом деле! Маленькая и ранимая, но ужасно храбрящаяся.

– Не уходи никуда.

Юноша быстро прошелся по огородику, окинул взглядом травы и выбрал одну. Медунию. Сорвал три пушистых резных листа, размял в руках. Воздух наполнился тонким горьким ароматом, который всегда сопровождает городских лекарей. Затем он вновь взял девушку за ладонь и кончиком языка облизнул кровоточащую ранку. Ева вздрогнула, тело будто пронзила молния, но руки не отняла. Артур положил на порез кашицу из листьев и потребовал:

– Хотя бы до полудня – отдохни, чтобы кровь остановилась и края затянулись.

– Откуда?.. – прошептала Ева, глядя во все глаза на юношу. – Откуда ты это знаешь?

– В детстве научили, – улыбнулся Артур, и в глазах его запрыгали солнечные зайчики. – Знахари заботятся о нас. Кто-то же должен заботиться о знахарях.

Ева облизнула губы. Сердце сладко колотилось. Вот оно, это маленькое несчастье. Обернулось маленькой радостью. Ладонь в ладони.

– Обо мне никто не заботится… – проговорила Ева, уставившись на порез. Она удивлялась самой себе. – Это я должна всем помогать. Я тоже знаю это с детства.

– Как же твое имя?..

Ева подняла глаза.

Сказать?

Губы хотят сказать слово, осталось лишь произнести его вслух.

– Госпожа! Вот вы где!

Нет! Плохая примета! Прочь отсюда!

Зачем он так настойчиво просит ее имя?..

– Я уже не чаяла вас найти!

Калитка распахнулась, пропуская в огород Камлу. Крестьянская дочь настолько освоилась с ведьмой, особенно после происшествия с насильниками, что чувствовала себя в лесной избе, как дома. И не стеснялась это демонстрировать. Глазам пришедшей открылась удивительная картина. Четыре пыльных фазана, ложноплодка, размахивающая колючками, как постиранным бельем, непривычно красная знахарка и таинственный гость, держащий новую подругу за руку.

– Простите, госпожа, я вам помешала? – спросила Камла, с удовольствием впитывая в себя сцену. Она заметила и, как Ева попыталась освободить руку, но юноша не отпустил.

– Нет, Камла, нет. Мы тут просто… Ухаживали за огородом, – ответила Ева. Знахарка заглянула крестьянке в глаза и добавила немного магии, чтобы точно убедить в своих словах.

– Вот оно что… А я пришла вас на свадьбу позвать! – весело сказала Камла. Чуть подумав, вдруг, добавила. – И господина тоже! Ведь он спас нас всех тогда! Через две недели праздник состоится. В нашем большом амбаре. Вы же придете?

– Но я собирался уезжать!.. – промолвил Артур. В его сердце затеплилась надежда. – Уже через пару дней.

– Это будет свадебным подношением от вас! – выпалила Камла.

– Право слово, госпожа собиралась отпустить меня с миром вскоре. Говорит, что я вполне здоров.

– Если госпожа вас гонит, то вы можете пожить у нас. А на свадьбу все равно придите. Нам нужен человек в помощь для проведения ритуала воды.

– Ну, если вы настаиваете…

Ева не успевала вставить и слова, только переводила взгляд с одного на другую. Приход Камлы подарил возможность задержать Артура. Поэтому, приняв самый невозмутимый и серьезный вид, Ева вынесла свой вердикт:

– Остановитесь. Артур – мой гость и мой больной. Мне решать, когда его отпускать. Если тебе, Камла, требуется, чтобы он участвовал в ритуале воды, то пусть остается. Я еще понаблюдаю за его необычным делом и ходом выздоровления. Это очень полезно в моей… Практике.

Счастливая Камла быстро покинула лесную избушку, ставшую такой дружелюбной и родной. Ева стряхнула засохшую кашицу медунии, глянула на позабытых фазанов. Из них можно приготовить чудесное жаркое.

– Что за ритуал воды такой? – поинтересовался Артур.

– Скоро узнаешь, – хищно ухмыльнулась Ева.

Самообладание, начавшее подводить талантливую знахарку, полностью вернулось к ней. Впереди у них еще две недели. Они могут принести и радость, и боль, но Ева, всем своим обостренным колдовским чувством ощущала, что они не пройдут бесследно.

_________________________________

Автор совершенно точно будет счастлив, если перед чтением следующей главы, вы оставите комментарий к этой! =)