Часовой: в западне

Глава 13

Путешествие в прошлое. Взгляд в глубины давно минувших дней. Возможность из первых уст узнать о страшном времени и канувшей в небытие эпохе, когда разразилась страшная война между Ковеном и государством людей.

Когда-то давно, в другой жизни, и в другом мире, будучи ещё ребёнком я, бывало, мечтал о машине времени. Вернуться назад, многое изменить. Или же увидеть своими собственными глазами то, что спустя года, неизменно искажается, намеренно или непроизвольно, обрастает домыслами и фальшью. И чем больше лет проходит от того или иного события в прошлом, тем больше недостоверным и сомнительным оно становится в настоящем.

Доставшаяся мне в наследство старинная тетрадь, первые строки в которую были вписаны еще сто лет назад, стала для меня пусть и не машиной времени, но маленькой потайной дверцей. Приоткрыв которую, я приобрёл возможность увидеть многое из того, что происходило тогда. И о чем сейчас или не говорили, предпочитая замалчивать, или же преподносили совершенно в ином свете.

Учебники истории пишутся и переписываются. Зачастую, как удобно тем, кто этот процесс возглавляет. Происходит подмена понятий. Черное становится белым и наоборот. Коверкаются целые исторические пласты.

Я сейчас держал в руках воистину уникальный документ, написанный лично рукою моего прадеда, Великим герцогом Владимиром Бестужевым, и повествующий о том далёком времени, когда Великорусская Империя только-только столкнулась с доселе неизвестным, сильным и опаснейшим врагом: легионами чудовищных тварей, нечисти, хлынувшей в мир людей.

После ужина я, наспех распрощавшись с домочадцами, поспешил вернуться в отцовский кабинет. Сознательно не стал идти в спальню. Этой ночью мне не хотелось более никого видеть. Дневник моих предков манил меня почище иных радостей жизни. Я торопился открыть его, и с головой погрузиться в мысли давно умерших людей, готовых поведать мне много интересного и правдивого. Что-то мне подсказывало, что этой ночью я так и так не смог бы уснуть. И поэтому предпочёл уютный кабинет и старое продавленное кресло спальни и широкой кровати. Память дедов вместо полуночной болтовни с сестрой.

Алиса, немного обидевшись, клятвенно пообещалась, что завтра целый день с меня не слезет. Игнат же, проводив задумчивым взглядом, не вымолвил и слова.

Заперев за собой дверь и подкинув в камин пару толстых полешек, я зажёг стоящую на столе масляную лампу, вытащил из ящика стола толстую, истрепанную тетрадь в потертой кожаной обложке. Остальные две я вновь упрятал в потайной комнате. Как и переданный из Цитадели амулет с моей екатерининской монетой.

На окне кабинета была прочная кованая решётка, толстая дубовая очень надёжная. Но, прекрасно помня о прошлом ночном нападении чешуйчатой рептилоидной твари, что совсем недавно прикончил в Лютограде, я не хотел рисковать попусту. Мой дом, к сожалению, не производил сейчас впечатления неприступной и несокрушимой крепости. Пока.

Кстати, я нашёл ключ, о котором в своём письме упомянул отец. Он и в самом деле оказался под днищем ящика письменного стола, в самом конце. Замотанный в кусочек мягкой кожи и намертво приклеенный рыбьим клеем, не рассохшимся и за десяток лет.

Ключ вызвал у меня немалое удивление. Он совершенно не был похож ни на один из ключей, уже виденных мною в этом мире. И вообще не похож на ключ, которым можно было открыть какой-либо замок, хоть навесной, хоть врезной. Странно, но своей конфигурацией и формой он мне напомнил ключ от замка зажигания какой-то машины. Его я так же перепрятал в потайную комнату. Всему свое время. И этим ключиком, дай бог, займусь.

Свой фамильный меч я отнёс в оружейную, где теперь рядом с доспехами отца, хранившими часть его праха, замерла и моя новенькая силовая броня. Клинок я закрепил на прежнем месте. Мне показалось, что так будет правильно. Пусть пока остаётся здесь. Когда буду собираться обратно на службу, все равно заберу его с собой, вместе с новой броней.

Насколько я понял, если раньше в моем роду кто из предков и вел личный дневник, то до наших дней ни один не сохранился. Да и вряд ли они представляли из себя что-то особо интересное. Владимир же решился начать вести записи по той причине, что отчётливо понимал, насколько его откровения окажутся важными для его потомков. В государстве начали происходить меняющие историю невероятные и труднообъяснимые события. И мой прадед счёл своим долгом задокументировать творившееся вокруг него.

Он бы умнейшим и образованным человеком и отчётливо понимал, что только благодаря написанному, правда, такая, какой она имела место быть, сможет пройти через года, и не на грамм не измениться. Словно герцог обладал даром предвидеть будущее. И знал, что рано или поздно его дневник, который после его смерти продолжили вести его потомки, дойдет наконец до нужного человека.

Может, я выдавал желаемое за действительное и совсем уже нес какую-то околесицу, но, только взяв эту старинную тетрадку в руки, я отчётливо понял, что она предназначалось мне с самого начала. Я был тем человеком, который должен был на другом конце столетия получить эти знания и, ознакомившись с ними, завершить таким образом временной круг, начатый еще моим прадедом.

Первые записи были датированы числами, когда на западной территории Империи обнаружили первые, пока еще безымянные ведьмины проколы. Пятна, которым на тот момент никто не мог дать ни внятного объяснения ни, соответственно, названия.

Вот что писал об этом Владимир Бестужев.

'Императорские маги в смятении. Никто из этих закостенелых высоколобых зазнаек и представить не может, что происходит. Бог с ними. Пожалуй, никто во всем государстве не понимает, откуда берутся эти загадочные проплешины. Но понятно, как ясный день, одно. Эти тёмные пятна на земле, определённо не человеческих рук дело.

Я листал некоторые отчёты и доклады. И думаю, что возникновение этих странных пятен деяние сугубо магического характера. Что бы там не городили некоторые из любителей нашептать государю о том, что волноваться совершено не о чем. Глупцы. Нашлись и такие, кто в открытую заявляет, будто появление этих проплешин есть не что иное как баловство ребятни. Либо чья-то злокозненная шутка. Поражаюсь этим людям. Если подобное говорят советники императора, то тогда нам и никаких врагов не надобно!

Разбросанные по всему западному порубежью, и постепенно продвигающиеся на восток, эти пятна зачастую отделяют друг от дружки до десятка вёрст! И размеры некоторых весьма поражают. Вот вам и детские шалости!

И никто не обращает внимания на слухи и свидетельства очевидцев! Огни в небе, молнии, искрящиеся волны энергии, которые не могут быть ничем иным как побочными явлениями при образовании этих пятен. Проделки крестьянских детишек или заигравшихся барчуков? Смешно. И страшно. Я тоже не знаю, что происходит. Но мне кажется, что появление этих проплешин отнюдь не случайно. И самое ужасное, они множатся.

Что будет дальше, очень большой и серьёзный вопрос'.

Следующие упоминания о первых Ведьминых пятнах появились на страницах дневника прадеда по хронологии через какую-то неделю. И слова Владимира становились все более тревожными.

«Произошло то, чего я так опасался, но подспудно ожидал. Очередная загадочная проплешина появилась и на моей земле. В двадцати вёрстах от Ветрограда. И не абы как. А с цельным представлением, которое наблюдали жители расположенной неподалеку деревеньки, Яшмы. Один любопытный момент, который до сих пор многие упускают из виду. Где бы это явление ни происходило, пятна всегда появляются исключительно ночью. Дневной свет этой фантасмагории явно не по нраву. Из Ветрограда накануне пришла срочная депеша через магическую почту. Жители Яшмы рассказывали совершенно удивительные вещи о том, что видели. Многие решили, что наступил второй Катаклизм. Сегодня же выезжаю из дворца. Путь от Лютограда неблизкий…»

Я заворожённо листал пропахшие застарелыми чернилами и пылью, чуть пожелтевшие, шуршащие под моими пальцами страницы. Удивительное ощущение, читать о размышлениях своего прадеда, человека, жившего и записывающего на бумаге свои сокровенные мысли почти сто лет назад.

«Я оказался прав. Тщательно изучив с чародеями из города образовавшееся пятно, мы пришли к однозначному выводу. Это проявление магических сил. Всплески энергии просто колоссальные. Эфир возмущён до невозможного. Словно сама структура мироздания трещала по швам и едва ли не лопалась. Мне пришла в голову странная и пугающая аналогия. Я представил наш мир, затянутый в защитную прозрачную плёнку. Которую с иной стороны некто пытается прорвать, давя гигантскими пальцами в разных местах. И оставляя после себя чудовищные отпечатки. Пока еще ткань нашего мира держится. Но что будет, когда она прорвётся? Сегодня же отправлю в столицу срочное письмо Императору. Он должен знать все мои мысли».

Я отвлекся от так захватившего меня чтения и откинулся на спинку кресла. Оно было большим, очень удобным и даже такой детина, как я, свободно в нем помещался. Ноги я вытянул, положив на мягкую скамеечку, по направлению к полыхавшему ярким огнем камину.

Владимир мыслил конструктивно и со всей ответственностью подходил к новоявленной проблеме. Лично, не чинясь, отправился на первый возникший на северных землях прокол. И уж точно ничего не собирался скрывать от государя. Сетовал, что близкое окружение Императора, мягко говоря, не совсем компетентно, но не называл конкретных имён. В самые тяжелые времена всегда готовый поддержать сюзерена, герцог много времени проводил на родных землях. Но, насколько я мог судить, в Столице он всегда был желанным гостем, пред которым открывались любые двери. А в кризисные моменты мнение великого герцога для Самодержца являлось решающим.

'Как могли подобное упустить советники Императора и столичные маги? Я проверил. Первые пятна появились почти два месяца назад, пока одно из них не оказалось на севере. С момента обнаружения первых же прошло довольно времени, чтобы понять, что к нам пришла беда и начать бить тревогу. Слава богу, Император, ознакомившись с моим вторым письмом, ждет меня в Старограде.

Мне пришлось по делам задержаться в Ветрограде дольше запланированного. И теперь я лишь благодарен внезапно возникшей работе в городской управе. Боюсь, если бы я уехал раньше, то о многом бы и не догадался. Три дня назад я снова посетил Яшму. И пришёл в ещё большую тревогу. За те четыре дня, что прошли после формирования этого чертового пятна, в деревне случилось несколько жутких и пугающих событий. Умерло два новорождённых ребёнка. Внезапно захворала скотина. Собаки начали вести себя очень беспокойно. Мальчишки рассказали, как видели бегущих из деревни крыс. Местный священник поделился со мной своими мыслями. И они мне очень не понравились. Батюшка поведал, что в церкви перестали гореть свечи. Словно какой нечистый дух поселился в святых стенах. И все эти напасти случились с появлением близ деревни этой выжженной проплешины.

К сожалению, я не волшебник с обычным даром. Я мастер-маг, у которого умения простираются в несколько иных областях, нежели бы в данный момент пригодились. Но кое-что и я умею. Мой Грифон в последнее время ведёт себя очень беспокойно… Он шлет мне видения, образы и смысл которых мне очень не нравится…'

На этом месте я так и подорвался, с жадностью пожирая глазами строчку за строкой.

'… но я привык всю жизнь доверять нашему Родовому зверю. И мне не нравится смысл его посланий лишь потому, что разобравшись в них, я испытал страх. Страх будущего. Я всю ночь провел близ этого жуткого черного пятна. Произвёл кое-какие замеры и исследования. И теперь с точностью могу сказать, что мои первоначальные предположения верны. Эти пятна ничто иное, как несформировавшиеся, пока еще не приоткрывшиеся врата в иной мир. Своего рода порталы на другую сторону бытия. Церковь говорит, что господь создал лишь наш мир. Но я верю, что есть и другие. В конце концов, откуда-то к нам поникают козни дьявола и его присные?..

Подозреваю, что совсем скоро мы столкнёмся с появлениям в нашем мире каких-то неведомых, чуждых нам сил. Неспроста после образования свежей проплешины, в Яшме начала твориться всякая жуть. Это пятно словно заражает все вокруг, уродует. Оскверняет. Свои изыскания, и собственные доводы я изложил в подробном письме государю. И оно наконец возымело действие. Мне кажется, что прибыв в Столицу, я узнаю многое, что замалчивается. Сейчас как никогда жалею, что в последнее время редко выбираюсь в центральную Империю. Давно не виделся с государем. И думаю, узнаю много нового и неприятного. Если всего лишь в течение недели в моей деревне стали происходить настолько страшные события, то что творится там, где после образования этих кругов прошло уже больше месяца?

… Следует как можно скорее созвать большой Совет всех Великих дворянских домов. Забыть пустые разногласия и старую вражду. Церковь, Магистрат, все должны присутствовать…'

'Накануне отъезда в Столицу Грифон прислал очередное видение. Обычно, в подобных случаях его послания более детальны и устойчивы. Но сейчас его способности вынуждены бороться с надвигающейся на нашу реальность, давящей через ткань мироздания чужеродной силой. И образы довольно расплывчатые. Но один я увидел достаточно четко. Не более чем через месяц в одном из уголков нашей Империи образуется очередное пятно. И на этот раз, кто бы с другой стороны не давил на защитный барьер, он добьётся успеха…

Мне отчасти повезло, что на мои наследные Способности накладывается дар озарения мастер-мага. Взаимодействуя, они дают иногда поразительные результаты. Иногда я просто знаю, что нужно сделать, как будто картина сама появляется у меня перед взором. В иных случаях озарения приходят ночью, во снах. И бывает, что Грифон просто показывает мне уже свершившееся в будущем. В относительно недалёком, не более чем на месяц-другой отстоящим от нашего времени'.

Я, заложив страницы пальцем, потрясено закрыл дневник. Если я правильно понял, за счет магического дара Родовые способности моего прадеда были развиты до фантастических пределов. Настолько, что он, пусть и не сильно далеко, но мог заглядывать в будущее нашего мира.

Он первым в Империи понял, что грядет. И мне стало до зарезу интересно, как же далее все стало развиваться… Хотя, оглядываясь теперь на десятки прошедших после того времени лет и все отгремевшие события, с горечью понимал, что все усилия моего прадеда в конечном итоге пошли прахом. Надеюсь, об этом я тоже смогу узнать, читая дальше.

Отложив дневник, я задумчиво уставился в завораживающе пляшущие огоньки пламени, озарявшие погрузившуюся в вечерние сумерки комнату.

Владимир Бестужев во многих отношениях был уникумом. Читая его записи, он представал предо мной не замшелым историческим персонажем, а вполне реальным и словно все еще существующим человеком. Будто и не прошло этих ста лет.

Я пока прочитал не так уж и много. Но то, что я узнал, снова заставляло меня с недоумением повторять один и тот же вопрос.

Как этот человек мог предать свой народ и Императора?!! Как⁈

Нет, не верю. Владимир Бестужев не вступал ни к какой сговор с ведьминым Ковеном. И его смерть самая большая ошибка тогдашней власти. Чудовищная и роковая.