Жорж Милославский. Всем сестрам по серьгам

Глава 6 Дворец на минималках

А тучи-то сгущаются. Если верить газетам, то народ потихоньку перестаёт верить в светлое будущее. А когда у людей отнимают веру в светлое завтра, они начинают требовать светлого сегодня. Причём ирония фразы до них не доходит, здесь с пивом никто не шутит, никто не просит светлое или тёмное, не спрашивает про сорт. Здесь и сейчас вопрос лаконичен, как выстрел: «Пиво есть?» И в случае положительного ответа лица светлеют, как то самое будущее, ставшее настоящим, проблемы отходят на второй план. А если употребить больше, то печали прямо тонут.

Почему меня растеребило на философию? Это я возле пивной на светофоре постоял, посмотрел на простой народ. Пивная, она всегда пивная, то есть мужской клуб, место силы. Даже не важно, классическая это пивнушка с бочками, вокруг которых гуртуются добровольные мастера с молотком и краном в руках, или такая вот ново-московская. Большое здание, чуть ли не ангар с установленными вдоль стен автоматами по продаже напитка. Кидаешь монетку в двадцать копеек, а тебе в кружку вместо газировки пиво пополам с пеной. Внутри людно, снаружи, на подходах к пивняку тоже своя атмосфера… Не близкая мне лично, но имеющая место, вбирающая в себя моих сограждан. А значит тоже принимаемая к учёту.

Нет, я не собираюсь прибирать к рукам эти точки, хотя… Где формировать общественное мнение, как не тут. Коммунисты много потеряли от того, что недотумкали — парторги или комиссары с замполитами здесь были бы весьма полезны. Не кондовые излагатели кумачовых лозунгов, а замаскированные под выпивох, такие же поддатые и небритые. И тоже ругающие власть, но в ином ключе, в полезном для КПСС. Но куда там, это высший пилотаж, наши в такое не умеют. Большевики перед революцией могли, а эти давно утратили жажду и готовность побеждать любой ценой. «Что ж, им есть что терять…» — пропел Кинчев из проезжающей машины, словно нарочно озвучив мою мысль.

И тут прямо как камнем кто кинул — какого хрена! Какого хрена я всю прошлую жизнь слушал «Алису», порой включал треки групы «Кино», а сейчас только тем и занят, что спасаю страну от себя самой? Кто мне мешает сходить на концерт всех этих чемпионов русского рока? Ведь они живы, молоды и даже заправляются там же, где и я. Цой не даст соврать.

Билеты… билеты на концерт какой-нибудь выдающейся группы я могу достать по двум каналам, если не припрягать Комитет. Могу достать через Корчагина, его газета на регулярной основе через «Москонцерт» получает парочку для критиков или своих обозревателей. А могу через Проказова, но не на любое мероприятие, а на те, что проводятся во Дворце на Яузе. Каким боком он нам? Он не крышует уважаемую площадку, как могло кому-то подуматься, он там обеспечивает порядок.

Какая связь между бандитами-реконструкторами и порядком? О, эта история достойна пера какого-нибудь признанного мастера слова! Очередной сборный рок-концерт под видом фестиваля молодых исполнителей с поэтичным названием «Зеркало мира» завершился полным разгромом. Оному подверглась не музыка, не молодежная политика комсомола, а зал моего родного Института Инженеров железнодорожного транспорта. Руководство не то захотело навариться на модной теме, не то воспылало любовью ко всему прогрессивному, но нарвалось на замену кресел в зрительном зале, на сплошную замену.

«Запретить, так его итить!» — воскликнула общественность устами райкомов КПСС, а газета «Черным по белому» ответила мягкой статьёй насчет «Недостаточно мы еще воспитываем наше подрастающее поколение, а когда беремся, то кроме запретов никаких инструментов не имеем-с». И рок не запретили, тем более что с разных сторон пошла невнятная, но серьёзная такая волна недовольства линией партии. И от рок-тусовки отстали.

Всякие дворцы культуры и всякого под неё маскирующегося уже почуяли, на кого валит молодежь, чьи билеты котируются как грины в подворотне. Почуяли и продолжили звать этих демонов на свои сцены. А чтоб те не буйствовали, привлекли милицию. Нашу советскую милицию с их резиновыми новомодными дубинками. И снова разгром, но теперь громили зрительскую массу. И снова доставалось зрительным залам, ломались кресла, срывались шторы… А что вы хотели, когда эти бесноватые фанаты взяли моду петь вслух вслед за кумирами⁈ А нельзя! Кто сказал? Капитан Матвейчук сказал! Сидеть тихо, кто дёрнется, мигом получит здесь и сейчас! А потом еще получит в отделении! Всем сидеть, твари!

Короче, силы правопорядка вносили немножко нездоровую нотку на концерты. Так что самым умным оказался вариант с организацией порядка силами добровольных народных дружин. Точнее, комсомольских дружин, на возмездной основе, следящих за тем, чтобы никто высоко не взлетал, мебель не ломал, поджогов не устраивал. И всё устаканилось, во всяком случае рокерам было не обидно получить по мордасам от ментально близкого рекона в железе и с комсомольским билетом где-то дома. Тем более, что били только за дело и только в зале, никуда не утаскивая.

Ярл нарабатывал авторитет, викинги имели дополнительный заработок, а я — данные о денежных потоках, идущих через концертные площадки. Зная, как работает схема в одном зале, нетрудно было экстраполировать её на все остальные. Ну и общак Замка тоже получал дополнительную подпитку. Еще чуть-чуть, и хватит на восстановление маленькой и неисторичной котельни, которая раньше отапливала церковь и пристройки. Это не по Покону, но очень удобно, тем более что вся арматура оказалась не только чугунной, а и вполне исправной. Только саму печь поменять с котлом, и всю зиму наслаждайся теплом. Камин — штука пафосная и красивая, но сколько же от него геморроя!

Короче, если появилось желание сходить на кого-то из легенд, то и нечего время тянуть. А то убьют или еще куда-нибудь зашвырнет хитро-сделанное мироздание, вздыхай потом: «И чего я не послушал живьём эпичных музыкантов из 'Пикника» или не сходил на прости-господи «Сектор Газа», сто лет бы их не слышать. Да и на этот дворец, который на Яузе посмотреть охота, что он из себя представляет, в самом деле дворец или чисто погоняло у него такое, а на самом деле какой-нибудь дворец культуры машиностроителей. Раз форсировать внедрение в команду Ельцина мне не велели, то просто буду культурно расти над собой. А перед этим народ погоняю по Замку, чтоб не расслаблялись. Одних по стрелковке проэкзаменую, других мечом побью, чтоб никто не ушел обиженным. Замок — моё детище, я очень надеюсь, что ежели его как росток взращивать и удобрять… то однажды получится его приватизировать за цену малую.

Кстати, здесь комсомол так и не перевели на самоокупаемость, то есть не дали выводить средства с безналичных счетов структур ВЛКСМ в мир налички и барышей, как это случилось в прошлом моём мире. Тогда всё было сделано по красоте: сначала разрешили наоткрывать всяких комсомольско-молодёжных предприятий, потом вбухали в них безналичные деньги ЦК, а далее ловким движением руки кто-то умный изящно перевел всю эту виртуальную денежную массу в реальные наличные денежки. Последний секретарь ЦК ВЛКСМ Зюкин ушел из комсомола в банковскую сферу, что меня ни разу не удивляет. Простоял у руля всего год, не удивлюсь, если его и высунули на этот пост ровно для того самого — для вывода денег на правильные счета.

Сейчас на календаре девяностый и никаких Зюкиных поблизости не наблюдается, я специально узнавал, персонаж сидит в Хабаровске. То есть, не сидит, а руководит тамошним комсомолом. Зато рядом есть Ярл, с которого я и спрошу билетики на что-нибудь достойное.

— Локи, а зачем тебе билеты? Ты ж у нас власть! И по комсомольской линии, и по религиозно-божественной. На кой ляд тебе задумываться о мирском?

— Думаешь, я с Жанной через контролёров в невидимости пройду? Там небось такие старушенции, через них никакая шапка-невидимка пройти не поможет.

— Вам не надо через них идти. Есть служебный вход, на нём наши заправляют. Сделаем всё красиво.

— И нам придется стоять весь концерт? Не, не уговорил.

— Да чего это, стоя? Локи, специально по такому случаю откроют бенуар. Будете как коронованные особы смотреть шоу. Честное слово, вам понравится!

— Бенуар? Это что за локация? Будуар знаю, бельэтаж тоже. Про бенуар не слышал.

— Темнота! Ты хоть раз в нормальном театре был? — Ярл потешался надо мной как форменный театрал и эстет. Только что в носу не ковырялся.

— Ну был.

— По бокам от сцены выдающиеся изолированные ложи с балдахинами и прочими излишествами для высокопоставленных особ наблюдал?

— Помню что-то такое. Это и есть бенуар? — Ярл кивнул. — И что, в этом дворце культуры есть бенуар?

— Даже два. Не для августейших особ, понятное дело, но вполне уровня генерал-губернатора или еще кого.

— Не звезди! Я видел на картинке этот типичный кусок сталинского ампира, какой генерал-губернатор в СССР?

— Ой, Локи, это моя самая большая печаль.

— Что это? Архитектура?

— Она самая. Как ты знаешь, стиль «Модерн» опирался на растительные орнаменты норманнской культуры раннего средневековья. Прямо как бальзам на душу сурового викинга.

— И чего?

— Дворец этот построили в девятьсот третьем году. В тысяча девятьсот третьем, понятное дело. М как раз в стиле модерн. А после войны его снаружи перестроили и придали ему вид типичной хрени а-ля «Дворец культуры». Кстати, сейчас он относится к Московскому электроламповому заводу, и зовётся «ДК МЭЛЗ». А знаешь, как он раньше назывался?

— Как?

— Народный дом, вот как. Проклятый царизм построил и содержал его для рабочих, они там играли всяких Шекспиров, Чеховых, Горьких.

— Погоди, ты гонишь! Угнетенные рабочие в свободное время играли пьесы Горького на деньги угнетателей чисто для души?

— Ну да. А на случай посещения спектакля высочайшими особами московского разлива предусмотрели те самые бенуары, в которых вы с Жанной будете слушать группу «Аукцыон».

— Не, «Аукцыон» не хочу. Там всего пара песен, которые мне нравятся. А кто еще будет?

— Кино можно будет посмотреть.

— Просто кино или группа?

— Вообще можно просто кино, но на той неделе будет Цой со своей командой. Если хочешь, потом за кулисы проводим, сможете пообщаться. Организовать?

— Я не знаю, недавно уже общались маленько. А Жанна может заинтересоваться, она у меня на всякие модные тенденции падкая.

— Тогда замётано, я своих проинструктирую.

— Твои, это которые наши?

— Обижаешь, Локи. Все наши!

— Я не в плане обиды. Я думал, ты уже раскрутился с этим бизнесом так, что наших уже не хватает.

— Знаешь, к тому всё и идет. Скоро официалку будем обрабатывать руками чужих. То есть своих, но не из клуба. Что скажешь?

— Скажу, что своих много быть не может. Я согласен, привлекай к мелочёвке наёмников. Только в Замок их не тащи.

— Побойся Одина, Локи! У нас здесь кто попало никогда ходить не будет. Если он не девушка и не Новый Год. Но такое ты и сам разрешаешь.

Если вы бывали хотя бы на одном рок-концерте в каком-нибудь ДК Машиностроителей Углекопателей или ТрестВодоКанал, то знаете, как это всё происходит. Дикий шум со стороны колонок почти не напрягает, заглушаемый еще большим шумом в зале, дым клубами стелется не со сцены, а на неё, алкогольное амбре перебивает ауру интеллектуальной утонченности… Кто-то толкает кого-то, причём исключительно дружелюбно и без умысла, а просто от полноты жизни. Получает сдачи также беззлобно, кого-то затоптали, кого-то посадили на шею, чтоб все видели, с какой крутой чувихой альфа-дог пришёл на тусу.

Нельзя сказать, что всего этого мы с Жанной были лишены, шум и дым вполне до нас добивали. А вот прочие сопутствующие эффекты уже экранировались этим самым, как его… бенладеном. А не, Жанна сказала, что бенуаром. Кто-то из самых буйных попытался навестить наше милое гнёздышко с криком: «Ребята, подсадите!» Он даже подтянулся на лепнине, но был сброшен вниз одним из телохранителей. Удар резиновой дубинкой помог физкультурнику не познакомиться с кистенём второго дружинника. Ярл мне выделил двоих бойцов из нашего клуба, чтоб подчеркнуть мой статус, или он знал про нравы меломанов?

Группа «Кино» выступала основным и единственным составом, не взяв на вооружение схему «Миража», напротив меня боком стоял Виктор и гнусавил в микрофон, изредка косясь на нас с Жанной. Интересно, он узнал меня или ему стало интересно, кто такой умный занял ложу? Первый раз за две жизни слушаю Цоя вживую и сотый раз задаюсь вопросом: «Почему?» Вокальные данные? Смешно. Глубина смыслов в текстах? При желании скрытые смысловые слои можно найти в любом тексте, если сильно захотеть. Музыкой берет? Или, наоборот, возможностью натренькать ритм любыми пальцами на любых дровах даже при отсутствии звука? Тайна, как всякое настоящее искусство. Вот же доказательство, беснуется в зале, радуется чему-то. Я понимаю, Витя популярен в том мире, где он погиб, мёртвые звёзды ярче. Но здесь-то почему⁈ И ведь даже у меня всего из себя замечательного нет желания свалить с концерта, сижу и пытаюсь понять его секрет.

Программу парни отыграли без антракта — молодые и на драйве, пока они не нуждаются в отдыхе совсем. Живут быстро, любят на бегу, размножаются спорами.

— Локи, пошли за кулисы? — Я не помню погоняло конкретно этого бойца, но лицо знакомое.

— А они что, не в гримёрке отдыхают после концерта?

— Не, кто их в туда пустит, в эту, как её…

— В артистическую уборную? — Жанна шарит в теме.

— Да, в уборную им хода нет.

— Конкретно группе «Кино»?

— Да ну. Всем рок-группам. Если их в помещение приличное запустить, то потом хрен выковырнешь. Сразу бухать начнут. А за кулисами неуютно. И пыльно, и холодно и сидеть негде. Неудобняк, короче.

Вот так, братцы. Я тут рассуждаю о парадоксе Цоя, вещаю о вечном, а их ссаным веником по кулисам гоняют. Такова жизнь. Хоть ты стадионы собирай, а в реальности дворцов культуры остаешься мутным музыкантишкой. Может, это правильно, вдруг только так рок-кумиры ухитряются не утерять связь с корнями? А как начал губу оттопыривать и райдер выкатывать, так всё — забронзовел и стал «народным артистом», чуждым простых слушателей.

— Нет наверное, не будем мы мешать им, пусть отдыхают.

— То есть, как это не будем⁈ — Мне прилетает в бок от спутницы, я аж охнул от боли и неожиданности. — Я для чего сюда шла?

— Музыку слушать?

— «Кино» слушать я и на магнитофоне могла! Вставай, Милославский, веди меня к Цою! А то люди спросят, что вчера делала, мне и похвастаться будет нечем.

И мы пошли за кулисы, отбиваясь от странных людей, проталкиваясь сквозь группки тех, кто не спешил расходиться. Я вертел головой и понимал, изнутри дворец в самом деле выглядит не как типовой советский ДК. И да, у парней уже сформировалась определенная репутация. Пробующие закурит прямо в фойе прекращали это дело просто по взгляду дружинников.

Мы прошли в святая святых любого театра, где на каком-то штабеле всё-таки устроились музыканты с вином, но без стаканов. Бутылка переходила из рук в руки, а на закуску были сигареты. И группу «Кино» никто не гонял, видимо статус всё-таки что-то решает. Мои парни были тут за старожилов, так что именно они нас друг другу и предстаавили:

— Парни, знакомьтесь, это Жорж Милославский, тот самый.

— Тот самый? То есть мы что-то должны о нём были слышать? Он с вами?

— Да нет, скорее мы с ним. Жорж, это Юра, это Георгий, Игорь, А Витю ты знаешь. — Просто и без расшаркиваний Рагнар представил всю команду. В которой сразу оказалось аж два моих практически тёзки.

— Чувак, а я тебя видел! Мы с тобой в дороге недавно встречались. Ты еще пургу какую-то нёс. — Узнал меня Цой. — Винище будете?

— Он же Локи, ему положено. — Бросились меня защищать парни.

— То Локи, то Жорж, непонятно. А подруга с тобой, это твоя, Локи?

— Вино не буду, я за рулём. Подруга моя, Жанна зовут. Вот напросилась с вами познакомиться.

— Ага, пускай знакомится, раз просилась. — Но Жанна удивила меня, как воды в рот набрав.

— Виктор, а такой вопрос, почему вы не исполняете песню «Легенда»? Классная же вещь получилась.

— Какая такая легенда?

— Да, чувак, наши песни называют кто во что горазд. Какие там строчки хоть? Помнишь?

Как-то неожиданно для себя я взял в руки чью-то акустическую гитару и начал перебирать струны, чего там уметь, полтора аккорда. А потом запел его песню, не стесняясь слабого голоса и отсутствия слуха:

'В сети связок в горле комом теснится крик,

Но настала пора, и тут уж кричи, не кричи.

Лишь потом кто-то долго не сможет забыть,

Как, шатаясь, бойцы об траву вытирали мечи.

И как хлопало крыльями чёрное племя ворон,

Как смеялось небо, а потом прикусило язык.

И дрожала рука у того, кто остался жив,

И внезапно в вечность вдруг превратился миг'

Окружающие сперва вежливо притихли, а потом замолчали, вслушиваясь в слова. А потом еще помолчали, переводя взгляды с меня на Цоя и обратно. Они ждали развязку, и она последовала.

— Чувак, как там тебя, Локи, ты спрашиваешь, почему мы не исполняем эту песню? Понимаешь, хрень какая, я её не написал. Какие-то куски в голове всплывали, фразы, рифмы, аккорды. А вот так, чтоб цельная песня получилась — не сошлось. И отсюда вытекает следующий вопрос: где ты её мог слышать? Не подскажешь? — Все подобрались, температура в помещении понизилась, вино оказалось забыто.

— Я же Локи. А богам доступно больше, чем простым смертным. В одном из планов бытия, вернее в одной из версий мира ты эту песню написал, а я её услышал и запомнил.

— Чувак, ты гонишь!

— Это Локи, пацаны. Он и не такое может, просто принимайте его как данность.

— Ты больной на голову или хренов экстрасенс⁈

— Я просто один из богов этого мира.

— А если я тебе сейчас… — Я не стал ждать окончания фразы Юры-музыканта и приложил к его подбородку ствол «Беретты».

— Успокаивайся.

— Парни, всё! — Цой развел руки в примиряющем жесте. — То, что ты мне тогда говорил, это из той же оперы? Видел что-то?

— Видел. Ты летом же в Латвию собрался в отпуск? Вот там и разобьёшься на своей тачке в одном из вариантов будущего.

— А в другом?

— В другом через два года в кабаке застрелят в пьяной драке. Еще вариант есть, где ты от рака мозга умираешь в две тысячи пятом.

— А нормальные варианты есть? — Цой как-то всерьёз начал вслушиваться в мои слова.

— Есть. Но надо постараться. Не гонять, не быковать, не бухать с кем попало.

— Не, я так не смогу. Это уже не жизнь получается, а фигня какая-то.

— Твой мир, твой выбор. И извини, что я жути нагнал. Просто жалко, мог бы еще много чего написать, а тут хренак! И нету.

— Локи, а ты слова все помнишь?

— Той песни? Все.

— Напиши, пожалуйста.

— Не вопрос, песня твоя.

Веселье не получилось, вернее я сам его народу испортил, впрочем, даже не пожалел об этом. Прогрессор я или погулять вышел? Мы прогрессоры постоянно кого-то лечим, кого-то калечим. Некоторые до встречи с нами сами не доживают. Блин, ведь была мысль позвать музыкантов к нам в Замок, но куда там после моего выступления! Не подрались, уе хорошо. И я даже не знаю, что бы делали мои бойцы, за кого впряглись, если бы я начал с киношниками махаться. Я конечно свой, а они легенды — неоднозначно всё.