Я выбираю тебя

ГЛАВА 26

Рустам спешил. Он еще как, сука, спешил.

Он, блять, реально гнал, сметая все на своем пути. Все встречи, переговоры, совещания – все было свернуто в максимально сжатые сроки, без лишних церемоний и вводных. Ему было плевать на недовольные взгляды партнеров. Он рубил с плеча, принимая решения молниеносно.

Ему надо было вернуться. Там, за тысячи километров, оставалось все его нутро.

Тревожно что-то было. И с каждым часом тревога нарастала, становясь почти физической, давящей тяжестью в груди.

Все началось еще вчера. Он позвонил Алексии. Раз. Второй. Она не отвечала.

Труба молчала, и это молчание начинало сводить его с ума.

Разумом он понимал, что она, скорее всего, просто поставила телефон на беззвучный режим на ночь. Но тревога, иррациональная и дикая, била по всем фронтам, заставляя сердце колотиться в бешеном ритме. Он представил себе миллион худших сценариев, и каждый казался ему в тот момент более чем реальным.

Напряжение немного отпустило лишь тогда, когда он дозвонился по видеосвязи и собственными глазами убедился, что она цела и невредима.

Лешка была дома. Ответила ему с мягкой улыбкой.

Эмоции немного приутихли. Особенно когда Лешка поддалась на его провокации.

Разделась… И все.

Тушите свет, парни. У него не просто встал. У него яйца задымились от такого зрелища.

Он дрочил под прохладными струями воды, точно пацан-подросток. И вспоминал.

Ее запах, ее кожу, ее мягкий взгляд, который она посылала в камеру.

Кончил быстро, почти сразу, с низким стоном, прислонившись лбом к прохладной кафельной стене.

Не все вопросы решались быстро и в положительном ключе.

Кто-то все же решил, что молодой Умаров – слабачок и начал по-тихому беспределить. Ну-ну. Вперед…

Дедовы бойцы мгновенно подключились. Пусть они и оделись в дорогие костюмы, но морды у них остались прежними.

Рустам отдал приказ решать без крови. Точнее, без тотала. А там будет смотреть.

Решение вернуться к Лешке с Нюткой пришло после обеда. Он закидывал в себя очередную порцию кофе, когда понял, что все. Основное он порешал. С остальным справятся помощники. Иначе какого хуя он им платил такие зарплаты?

– Самолет готовьте.

Он скоро увидит Лешку. И спящую Нютку.

Потому что Рустам планировал сразу ехать к ним.

Прямо из аэропорта.

Он уже представил, как поцелует спящую дочку, поправит, наконец-то, ей одеялко…

А дальше…

Дальше он зажмет Лешку. Зацелует ее всю. Отлижет.

Член снова налился кровью.

Да что за…

Рустам провел рукой по лицу, а потом поправил пах.

Голодный он. Просто пиздец какой.

В аэропорту было немноголюдно, что Рустама вполне устроило. Меньше глаз, меньше суеты. Он так упоролся за последнюю пару суток, что хотел тишины.

Но вот Наиля Дагаева он увидел сразу. Тот стоял неподалеку от стойки регистрации и что-то просматривал в телефоне.

Его присутствие он тоже почувствовал.

Потому что оторвал башку и посмотрел прямо в его сторону.

Их взгляды встретились на секунду. Оба кивнули, почти синхронно. Они сблизились, неизбежно, как два хищника, вынужденных делить одну территорию.

– Здорово.

– Здорово.

Друзьями они не стали. Это уже лишнее. Их общение оставалось поверхностным, редкие встречи за стаканом чего-то крепкого. Ну и кладбище… Как же без него.

И тут назревал вопрос – насколько у Дагаевых хорошая команда? Особенно безопасники… Сколько времени ему понадобиться, чтобы сообразить ху из ху в этой истории?

Он же привезет Лешку домой.

И вот тогда…

Рустам тормознул себя.

Не до Дагаева.

Им еще не раз предстоит решать и общие дела. Дядька оставил молодым Дагаевым свою империю. У него нефть, у них металл. Они по факту в одной лодке. И им еще предстоит проверить прочность бортов друг у друга.

А еще была одна старая, незаживающая заноза.

Наиль когда-то любил Алексию.

Его Алексию.

Или не любил… Да хрен его знает, что этот черт к ней вообще испытывал. И то, что он снова появился на горизонте, не сулило ничего хорошего.

Хотя…

Рустам изменился. Или менялся.

Он, сука, искренне хотел этих чертовых здоровых отношений.

Он что там накануне решил? Что все расскажет Лешке.

И он расскажет.

Всю правду, всю подноготную, без прикрас и утайки. А уж оттуда будем исходить. Так честнее. Так правильнее.

– Как в новой роли бигбосса? – спросил Рустам.

– Мозги ебут знатно, – коротко и исчерпывающе ответил Наиль. – Сам как?

– Аналогично.

Наиль огляделся по сторонам, и вдруг его поза изменилась. В ней засквозило напряжение.

Наиль огляделся по сторонам. А потом напряженно застыл.

Девушку увидел…

И этот взгляд ни с чем нельзя перепутать.

По телу Рустама пронеслось облегчение.

Значит, у Дагаева появился новый интерес.

Пусть все сложится.

Они коротко попрощались, и Рустам направился к выходу на посадку, чувствуя, как груз отступает.

Он прошел в салон своего частного самолета, где его уже ждала приветливая стюардесса.

– Рустам Шамильевич, добрый вечер. Могу ли я вам предложить что-то выпить? Вина, шампанского, что-то покрепче? – Ее голос был безупречно вежливым, без намека на кокетство.

– Кофе приготовь, – распорядился он.

Пить пока не будет. Вечером с Алешкой он хотел быть абсолютно трезвым. Мысль о ней заставляла кровь бежать быстрее.

– Минуточку.

Стюардесса исчезла, и он прикрыл глаза, откинувшись на спинку кожаного кресла.

Всего через четыре часа он увидит Алексию.

Он скинул ей сообщение, что прилетает. Она ответила. Умничка его…

Всю дорогу он проспал как убитый. Организм требовал восстановления сил, и он вырубился почти мгновенно.

Едва самолет коснулся посадочной полосы и затормозил, Рустам тут же включил связь.

Телефон ожил, и его взгляд упал на экран.

А там пропущенные от Лешки.

Один… второй…третий…

Как он вчера.

Тревога резанула нутро.

Да так явственно, так сильно, что боль оказалась физически ощутимой, сжимая горло и заставляя сердце бешено колотиться.

Он тут же, не дожидаясь, пока самолет полностью остановится, нажал на ее номер. Поднес трубку к уху.

Гудок… Еще один…

Ну же, девочка, ответь! Не молчи!

Ответь…

И она ответила.

– Леш, привет.

В трубке послышался всхлип, а потом голос, сорванный до шепота:

– Рустам… Рус… Я в больнице… Нюту оперируют…. Рустам, нашу девочку оперируют…