Заклинатель 7

Глава 23

23.

На город опустилась ночь, зажглись факелы, отбрасывая на стенах домов и уличный снег причудливые тени. Но темнота не остановила сражение, только замедлила темпы продвижения наступающих войск.

Хрипы, крики, стоны, звон сталкивающихся мечей и топоров, треск ломающихся щитов и копий. С тихим свистом вылетали арбалетные болты и стрелы, бойцы падали, но упрямо продолжали идти дальше. Пираты поняли, что наемников не остановить и принялись возводить укрепления.

Баррикады из перегородивших улиц телег с наваленными сверху бочками и ящиками при других обстоятельствах не стали бы серьезной преградою, но сошлось сразу несколько факторов, включая зимнее время года, усталость от сражения в течении дня и наступившую ночь, чтобы заставить очередную атакую захлебнуться.

Темпы продвижения замедлились, но солдаты удачи на службе Терниона не отступили, начав накапливать силы для завершающего сражения.

С моей стороны дела обстояли иначе. Напуганные всадниками из ожившей тьмы, с горящими фиолетовыми глазами, пираты спешно откатывались назад, забыв о разграбляемых кварталах. В какой-то момент паника захлестнула гостей с Южного Бисера и отступление превратилось в бегство.

Теневые Рыцари гнали врага в сторону пристаней, рубя в спину с холодным ожесточением бездушных созданий, перед кем поставлен приказ убить всех на своем пути.

А потом все кончилось. Разом.

Пылавшая колдовским лиловым огнем пентаграмма погасла, питавшая теневых существ сила исчезла, и они растаяли в воздухе пепельной дымкой, оставляя после себя изрубленные тела и следы копыт на утоптанном снегу городских улицах.

Стало удивительно тихо.

Пираты не сразу поняли, что страшный враг куда-то исчез и по инерции отошли почти до самых припортовых кварталов, затем до самых внимательных дошло, что сзади больше не прилетают крики убиваемых собратьев и настороженно остановились, не понимая, что происходит и не означает ли тишина еще больший ужас.

Я понял, что в какой-то момент вся эта масса качнется назад, если поймет, что опасность исчезла, требовался толчок, чтобы заставить вспыхнуть панику снова. И я обеспечил это, призвав вместо Теневых Рыцарей их младших собратьев — Теневых Лучников.

Всего двое, но этого хватило, чтобы напомнить гостям с Южного Бисера, что улицы Терниона все еще остаются угрозой и что лучше держаться подальше, потому что колдовские твари никуда не исчезли, они лишь затаились во тьме, готовые вцепиться в горло и выпить душу.

Свистнули стрелы, за ними еще и еще. Группа то ли самых смелых то ли дурных пиратов начала на глазах уменьшаться. Тела валились на землю, получив подарок от Лучников, зыбкой тенью маячивших на краю освещенного круга.

— Вон они!!! — заорал самый голосистый.

Но голос дал петуха, а затем и вовсе превратился в хрип, когда одна из стрел вошла в горло крикуна. Это еще больше напугало остальных, они наконец заметили, как именно стрелы исчезают из тел, растворяясь в пепельной дымке.

— Колдовство!!! — заорал еще кто-то и этого хватило чтобы оставшиеся в живых ринулись прочь в беспорядке расталкивая и опрокидывая товарищей, топча упавших и не видя ничего, кроме спасительной гавани, где ждут шлюпки, чтобы уплыть из проклятого города.

По моему лицу скользнула усмешка. Я неспешно двинулся следом, заставляя идти перед собой Теневых Лучников, готовых метать стрелы в любую подходящую цель.

Это длилось какое-то время, затем появилась первая преграда — сваленная в кучу деревянная мебель, явно натасканная из ближайших домов для возведения наспех собранной баррикады. Но хуже то, что за ней звучали зычные голоса, приказывающие не дрожать как испуганные курицы, а вспомнить кем они являются на самом деле — грозой морей Южного Бисера.

Стало ясно, что некоторые офицеры все же не поддались панике и организовали оборону, сумев не только остановить разбегающиеся отряды, но и заставить их действовать сообща.

Дерьмо. Никогда не любил инициативных вояк, всегда с ними возникали проблемы.

Теневые Лучники вновь открыли огонь, но из-за преграды попасть становилось все сложнее, пираты умело прятались, не высовываясь из укрытий. Оттуда даже стали прилетать злорадные смешки, подбадривающие держаться. Зажглось еще несколько факелов, по улицам заплясали изломанные тени.

Постояв на границе света и тьмы смазанной фигурой и позволив врагу увериться в собственной безопасности, я выбросил руку вперед.

Символ «Молота» вспыхнул и погас перед мысленным взором.

Воздушная волна мощным тараном ударила в баррикаду. Наспех сваленная мебель взлетела в воздух вместе с попавшими под заклятье пиратами, взмывшими вверх. Послышались изумленные крики, в центре баррикады появилась гигантская прореха, словно там прокатилась невидимая волна.

— Магия!!! — снова заорал кто-то.

Ответом стало молчание, оглушенные и искалеченные бойцы больше не думали о сопротивлении, а лишь о том, чтобы остаться в живых. Держащиеся по центру офицеры и вовсе превратились в изломанные куклы. Подбадривать и поддерживать боевой дух стало некому и те, кому повезло остаться на ногах, бросились бежать, подальше от страшной улицы, где невидимая сила убивает людей с небывалой легкостью и такой же жестокостью.

— Кретины, — буркнул я, подходя к разгромленной баррикаде.

Часть факелов все еще горела, освещая подрагивающим пламенем место разгрома. Повсюду валялись щепки, куски изломанной мебели и тела. Последних оказалось не меньше двух десятков и многие еще шевелились. Доносились стоны, мольбы о помощи и просьбы не убивать.

Возгласы начали застревали в глотках раненных, стоило им увидеть закутанную в темный плащ фигуру в освещении факелов. Они затыкались с суеверным ужасом глядя на страшного колдуна, учинившего бойню.

Я проследовал дальше, зная, что не все дома на улице пустые, там до сих пор прятались жители, которые не упустят возможность отомстить потерявшим возможность сражаться пиратам. Их добьют, добьют безжалостно, растерзав насильников и грабителей, а тела побросают на улице, чтобы видели все.

Так и случилось, не успел появится следующий перекресток, как позади раздались новые крики, горожане с яростью набросились на недавних обидчиков, добивая всех, кто остался лежать у разгромленной баррикады. Чавкающие звуки и предсмертные вопли еще долго доносились из-за спины, пока наконец не стихли и впереди не начался новый квартал.

Который, как ни странно, удалось пройти довольно спокойно. Похоже из этого района пиратские отряды отступили, не став дожидаться, пока странное колдовство дотянется до них своими темными щупальцами.

Мудрое решение. Хотя и запоздалое. К тому же, уверен, из района пристаней пришельцы с Южного Бисера так просто не уйдут. Собственно, уходить оттуда уже некуда, только садиться в шлюпки и отплывать на корабли. Многие из которых до сих пор стоят у причалов, принимая в трюмы груз из разграбляемых припортовых складов.

— Так просто ублюдки не уйдут, будут сопротивляться до последнего, — я ненадолго притормозил, попытавшись представить себя на месте пиратов.

Добычу не бросят, это очевидно, не за этим шли через море, чтобы пощипать жирных каплунов вольного торгового полиса. Будут отчаянно сражаться, стараясь выиграть время, пока заканчивают погрузку.

Тогда что? Что сможет напугать до такой степени, что морские разбойники позабудут обо всем, включая награбленные трофеи? Угроза страшной смерти показала свою эффективность, но в районе порта уже скопилось слишком большое количество пиратских сил. До этого они представляли собой раскиданные по городу разрозненные отряды, которых оказалось легко напугать, но вместе они превратились в серьезную силу, и они об этом хорошо знают. Чувствуя поддержку товарищей, так просто ублюдки не побегут.

Надо что-то другое, не страх смерти, а например…

Я задумался, что может напугать пиратов, кроме физической гибели? Что заставит не думать ни о чем, кроме как убраться поскорее на корабли?..

Стоп. Корабли. Может в этом разгадка? Что если уничтожить парочку кораблей? Сжечь к чертям, показав, как сгорают в безудержном пламени? Когда пираты увидят, что их средство возвращения домой превращается в головешки, и что они останутся отрезанными на суше, то поневоле запаникуют. Потому что боязнь остаться одним, без возможности вернуться обратно, это, пожалуй, единственное что может напугать таких ублюдков кроме смерти.

— И тогда к шлюпкам бросятся даже самые отчаянные и жадные, позабыв о добыче, — по моему лицу скользнула улыбка.

План выглядел простым до безобразия. Главное найти место повыше, например на плоской крыше ближайшего склада и оттуда поджечь корабли, пришвартованные у причалов.

Подходящее место нашлось почти сразу. К несчастью, поблизости болталось несколько пиратов, часть настороженно зыркала по сторонам, пока остальные вереницей таскали наружу тюки с товаром. Я скользнул вдоль стены, стараясь держаться в тени, не выходя на свет факелов, и замер, пересчитывая противников.

Два десятка легко вооруженных бойцов в других обстоятельствах не составили бы проблем, но не хотелось поднимать шум раньше времени. С другой стороны, совсем без шума тоже не обойтись.

Впрочем, когда было иначе?

Я раскрутил восприятие, мир стал четким контрастным. Движения приобрели отточенную плавность, по венам побежал огонь, разгоняя адреналин. Мышцы налились силой, реакция повысилась. Я стал сильнее и быстрее обычного человека.

Сработало Средоточие вгоняя организм в боевой транс.

Чувство абсолютного превосходства над всеми захлестнуло сознание. Это было столь же потрясающе, сколь и опасно. Я стал воплощением смерти, и знал это, но не позволил накрыть себя, сохраняя холодную отрешенность адепта мар-шааг.

Потому что именно в такие моменты из-за чрезмерной самоуверенности теряют голову, а вместе с ней жизнь.

В руку скользнул холод призванного кинжала. Шаг вперед, плавный, скользящий. Пират дергается, в последний миг ощутив движение рядом. Поздно. Волнистое лезвие легко вспарывает горло. Брызжет кровь, следом вырывается едва слышный хрип, обмякшее тело соскальзывает на землю. Я не останавливаюсь, тенью проношусь дальше, нанося с ходу резкий удар, вгоняя кинжал по рукоять в подбородок другого пирата. Еще одно тело занимает место на утоптанном снегу.

Справа раздается скрип досок, кто-то идет по настилу, окружающему склад. Подрагивающий свет горящего факела падает из темноты. Подошедший слишком близко флибустьер натыкается на мертвые тела и открывает рот, собираясь закричать.

Я не даю ему этого сделать. Снова скользящий шаг вперед. Холодная ладонь зажимает щербатую пасть, другая рука с кинжалом в это время с силой бьет в район печени. Наши лица оказываются очень близко друг к другу, пират выпученными глазами смотрит в тьму капюшона, и в последний миг жизни замечает там фиолетовые угольки. Вздрагивает. И умирает.

Минус три.

Следующих шестерых я убиваю рядом со входом. Ворота склада распахнуты настежь, оттуда выходят носильщики, таща на горбу тюки с купеческим добром. Все умирают толком ничего не успев толком понять. Переполненный заемной колдовской силой я двигаюсь слишком быстро для них, успев перерезать всех до того, как поднимется тревога.

Впрочем, чисто убрать всех не удалось. В самый неподходящий момент из-за угла вынырнула парочка, видимо обходившая склад по периметру, увидели мертвецов и бросились вперед. К счастью, не став орать, а намереваясь сначала выяснить, что происходит.

Большая ошибка. Сначала следовало поднять тревогу, а уж затем дождавшись подкрепления идти смотреть на тела.

Их я убиваю, преобразовав кинжал в полноценный клинок с длинным лезвием и широкой гардой. Два взмаха, два удара, два рухнувших на обледенелые доски настила тела. Звук привлекает внимание, из глубины склада выбегают еще пятеро. Топая как стадо лосей, они неслись вперед и затормозили лишь у порога, ошалело уставившись на мертвецов.

Фигура в плаще с наброшенным на голову капюшоном с длинным мечом в руке скользнула из темноты, заставив всех пятерых вздрогнуть. По лезвию из антрацитово-черного сплава скользили фиолетовые искры, я ощутил себя темным лордом ситхов, собравшимся устроить резню.

— Колдун, — обомлевшим тоном выдохнул стоящий впереди.

И умер первым, клинок вонзился ему в плечо в районе ключицы, рассек корпус и дотянулся до сердца, прервав бренную жизнь любителя наживы.

Остальные разбойники с криками бросились бежать. Благодаря продолжавшему гореть мрачным пламенем Средоточию, я догнал их в два гигантских прыжка и принялся безжалостно рубить в спины.

Через несколько мгновений все было кончено, но крики услышали и к складу спешили со всех сторон другие пираты, пришлось поторапливаться. Я буквально взлетел по лестнице на второй этаж склада, затем еще ступени, люк и плоская крыша, откуда открывался прекрасный вид на стоящие у причалов корабли.

Время стремительно уходило, все больше людей бежало к месту шума, стягиваясь вокруг здания подобно удавке, еще немного и кольцо будет замкнуто.

Сумеречный Круг перед мысленным взором зажегся с новой силой. Символ «Пламени» разгорелся, вокруг закружили сгустки фиолетового огня, двигаясь словно маленькие метеориты.

Я вытянул руку, указывая на ближайший пиратский бриг. Повинуясь мысленному приказу, файерболлы скользнули к цели, двигаясь по невидимой вытянутой струне.

Пять огненных шаров прочертили воздух лиловыми всполохами. Пять сгустков колдовского огня, способного превратить человека в горящую спичку. И все пять врезались в борт корабля, легко прожигая обшивку.

Секунду казалось, что ничего не произошло, затем из отверстий повалил густой дым. Не знаю, что точно находилось в трюме, но оно сильно помогло, усилив огонь. Пламя распространилось с небывалой скоростью, через несколько мгновений корабль полыхал гигантским кострищем.

Снова раздались крики, на этот раз с пристани. Даже бежавшие к складу остановились и замерли, пораженно смотря на огонь. Величественное зрелище уничтожения огромного парусника захватило всех, дав необходимую передышку.

По причалу бегали испуганные фигурки, кто-то из офицеров пытался организовать тушение пожара, но всем было ясно, что корабль обречен.

Я дождался перезарядки заклятья и хладнокровно ударил снова, в этот раз тратя на одну цель по одному файерболлу. Похоже в некоторые корабли загрузили вино или нечто подобное, потому что в этот раз из трюмов полыхнуло еще сильней, чем в первый. На одной посудине даже раздался взрыв, разнеся корму в щепки. Из корпуса другого и вовсе вырвался столб зеленого пламени, должно быть внутри находился запас жидкого огня.

Порт горел. Несколько кораблей, не дожидаясь приказа принялись торопливо сниматься с места, готовясь к экстренному отплытию, позабыв о добыче и наполовину пустых трюмов. Сбрасывались в воду сходни, распускались паруса, никто не хотел стать следующей жертвой.

Рядовые пираты бежали к шлюпкам, никто уже не слышал приказов и хотел лишь одного — оказаться от проклятого города, где уже погибло столько народа, как можно подальше. Желательно в море, на пути в родной Южный Бисер.

Паника и страх остаться на суше сделали свое дело, превратив упорядоченное отступление в бегство.

— Что и требовалось, — я удовлетворенно кивнул.

И пошатнулся, ощутив накатившую слабость. Символ Средоточия поблек, действие, усиливающее организм, закончилось, наступил откат, вызвав упадок. Пора возвращаться, после работы на пределе возможностей телу требовался отдых.

— Или полноценный отпуск, на песчаном пляже. И чтобы смуглая красотка в бикини с упругой попкой и грудью подносила коктейли в запотевших бокалах, — я хмыкнул и усталой походкой отправился искать выход с крыши склада.