Заклинатель 7

Глава 25

25.

Большинство искренне полагает, что самые опасные убийцы — это громилы с угрожающей внешностью, ревущие яростно, бросаясь в атаку. И при каких-то обстоятельствах так и есть. Но в действительности, самые опасные, это те, кто умеет контролировать собственные эмоции, действуя холодно и расчетливо, не отвлекаясь на лишнее.

Такие запросто могут подойти с улыбкой на лице, протягивая ладонь для рукопожатия, а другой рукой в этот момент быстро нанести удар ножом, застав врасплох и до последнего не выдавая намерений. Этим они и опасны, что ты не знаешь, чего от них ожидать.

Гран, помощник Сыча, наемный убийца был как раз из таких, его безразличная физиономия не выражала ничего, а тускло серые глаза смотрели с отстраненной бесстрастностью, готовые сверкнуть лишь в последний момент, когда жертва упадет на землю, истекая кровью. Он отлично умел контролировать свои чувства, и тем был невероятно опасен.

Безмолвная фигура, замерзшая за правым плечом босса, спокойная, равнодушная, не выражающая ничего, но готовая действовать в любое мгновение. Плавно скользнуть в сторону, выхватить лук из-за спины или свисающие с пояса кинжалы, он был ко всему, одновременно оставаясь спокойным.

И это впечатляло. Я несколько секунд всматривался в спутника Сыча, прежде чем заговорить с ним самим:

— Решили зайти в гости? — нейтральный тон и кивок на мешок у ног старого вора: — С подарками?

По лицу главы гильдии воров скользнула кривая усмешка, он словно ожидал такого приветствия — вежливого, но с нотками сарказма.

— Вроде того, — ответил, бросил быстрый взгляд на следопыта и неожиданно приказал: — Оставь нас, дальше я сам.

Убийца едва заметно кивнул и быстро отступил на несколько шагов назад, не поворачиваясь спиной, лишь затем обернулся и быстро направился в конец улицы.

Неплохая выучка, и движения, он и правда мог оказаться серьезным противником, с такими лучше держать ухо в остро.

— Сейчас в городе стало опасно, приходиться брать охрану, — развел руками Сыч.

Я в ответ хмыкнул.

— Помниться в последний раз с тобой тоже была охрана.

Старик ухмыльнулся, кивнул.

— Пара обычных громил, они показали себя не с лучшей стороны, пришлось брать более умелого помощника.

Я понимающее смежил веки. Уверен, охотник-следопыт устранит потенциальную угрозу гораздо эффективнее и быстрее, чем двое выглядевших опасно, но чересчур медлительных мордоворотов. Пока они среагируют, охраняемый объект успеют два раза убить. Гран иное дело, интуиция подсказывала, что он почует опасность заранее и среагирует должным образом, возможно даже не доведя до столкновения. Это тоже весьма полезный навык, а не только уметь хорошо убивать.

— Итак, с чем прибыл? И только не говори, что у тебя есть какое-то выгодное предложение, сейчас я отдыхаю.

— После ночных приключений? — Сыч хитро улыбнулся.

Я равнодушно посмотрел в ответ, спокойно осведомившись:

— Ты уже в курсе?

Старый вор рассыпался мелким смехом.

— Все уже в курсе. Как вы сначала перебили кучу пиратских отрядов в этой части города, а затем отправились в порт и сожгли корабли, превратив изрядную часть пристани в пепелище. Там до сих пор в воздухе летают хлопья пепла, а жар стоит такой будто зажгли первородный огонь.

В ответ на новость я мысленно скривился. Чертова начинка пиратских бригов, в трюмах было нечто особо горючее, раз до самого утра не желало тушиться. Представляю, какими добрыми словами вспоминали колдуна, устроившего этот бедлам, люди, тушившие пожар.

Там и правда было жарко, когда я уходил. Впрочем, это уже не мои проблемы. Пусть скажут спасибо, что основная часть города осталась цела, все могло закончится куда печальнее для Терниона.

— У магистрата есть ко мне претензии? — спросил я.

Сыч протестующее замахал руками.

— Ну что вы! Никаких претензии ни со стороны магистрата, ни от кого-либо еще к вам нет! — он ухмыльнулся. — А если бы вдруг и были, то их бы придержали при себе, не желая озвучивать. Не после случившегося ночью.

Я покачал головой. Ясно, на горожан и власти произвело впечатление мое сольное выступление. Что-ж, может и к лучшему, не хотелось воевать еще и с местными, выясняя отношения.

— Значит, никаких обвинений в превышении силы? — по деловому уточнил я.

Вор вытаращился в изумлении.

— В превышении силы⁈ Это как? — он действительно не понял вопроса, который показался донельзя странным любому жителю средневековья.

Внутри скользнуло раздражение. И правда, что за чушь. В эти времена нет такого понятия. А если на тебя нападают, ты можешь убить нападающего любым способом, используя методы, вплоть до самых радикальных и никто тебе лишнего слова не скажет. Максимум предложит помочь закопать обидчика в землю или не париться и сбросить труп в ближайшую канаву.

— Неважно, — я отмахнулся, ругнув себя за невнимательность. Еще бы про гуманизм начал рассказывать и ценность человеческой жизни, вот бы старый вор посмеялся, принимая сказанное за шутку.

Я и сам давно изменился, чтобы рассуждать о подобных вещах. Перебитые ночью пираты в памяти остались лишь легкой дымкой, не стоящей внимания. Выбросил и забыл.

— Ладно, если претензии нет, то зачем пришел? Ты ведь не по собственному желанию сюда притащился? — спросил я, почему-то уверенный, что инициатива встречи принадлежала не старому вору, а тем, кто его сюда послал. И послал не просто так, а с предложением.

Так и вышло.

Лицо Сыча приняло мрачное выражение.

— Пиратская эскадра никуда не ушла, — сообщил он спустя мгновение. — Встала на рейде у входа в залив и перекрыла подходы.

Я нахмурился. Неужели преподанного урока оказалось мало? Или флибустьеры решили изменить правила игры и захотели играть на привычном для себя поле?

— Морская блокада?

Глава гильдии покачал седой головой.

— Не только. Утром от них пришел гонец с требованием передать захваченную с упавшего пузыря пленницу. В случае отказа, пираты обещали начать новый обстрел жидким огнем и на этот раз они не станут ограничиваться уничтожением прибрежных укреплений и будут стрелять по жилым районам.

Ультиматум. Либо отдавайте то, что нам надо, либо стираем город с лица земли. Потерпев поражение на земле, гости с Южного Бисера перешли к угрозам. И требовали они не банальный выкуп, как ожидалось, а нечто другое.

Кстати, об этом. По моему лицу скользнула нехорошая улыбка.

— Донес о рыжей кому надо?

Ведь именно соглядатай Сыча видел, как Сорен вытаскивал девчонку из корзины рухнувшего воздушного шара, а затем нес в Коллегию, перекинув через плечо.

Вор затряс головой.

— Нет, это не я, клянусь! Я много раз врал, но сейчас говорю правду! Власти узнали о рыжей девке не от меня! Видимо кто-то еще видел, как ваш здоровяк тащил ее сюда!

И столь горячо и искренне прозвучали слова, что поверить им было невозможно. Но главное убедило не это, а страх, мелькнувший в глазах старого вора, когда он увидел нехорошую улыбку на лице колдуна. Он понимал, что если тот захочет, то убьет его прямо тут, и никакой следопыт не поможет.

— Возможно, — я неспешно кивнул, признавая вероятность, что кто-то еще мог заметить, как рыцарь уволакивает от шара живую добычу. — Значит пираты хотят девчонку обратно?

Сыч угрюмо кивнул.

— А магистрат настаивает, чтобы мы передали ее, чтобы они отдали ее пиратам? — уточнил я.

И снова мрачный кивок.

— Но кто сказал, что после этого пираты все равно не обстреляют город жидким огнем, перед тем, как убраться обратно в Южный Бисер? — спросил я.

Старый вор пожал плечами и торопливо пояснил:

— Точно не знаю, но кажется члены магистрата заключили еще какой-то сделку с вожаками пиратов. Я не знаю подробностей, но предполагаю, что дело касается морских перевозок и торговли.

Я ненадолго задумался. Могли власти Терниона пойти на такой шаг? Могли. Почему бы вместо войны, не заключить выгодный союз с бывшим противником? Это в природе купеческих воротил. Противостояние слишком невыгодно и разорительно, проще пойти на сделку, чем потом подсчитывать убытки. Такова натура торгашей, они не из тех, что будут сражаться до конца из принципа. Любой аристократ на их месте с негодованием отверг бы подобное предложение, пообещав развешать все пиратов на реях. А эти уже готовы вести переговоры и плевать, что у них вчера ночью убили кучу горожан.

— Без гордости, без самоуважения, без чувства собственного достоинства, — я ухмыльнулся.

Сыч поморщился, но ничего не сказал, признавая право колдуна на насмешливый тон.

— А как же остальные жители Терниона? Особенно потерявшие близких в ходе пиратского набега? Они тоже согласны заключить договор с насильниками и убийцами?

Вор пожал плечами.

— Все хотят жить, никто не хочет погибать, особенно столь страшно. Жидкий огонь уже внушил ужас, люди не захотят повторения.

Мда, в этом был смысл.

— Хмм, возможно, — я качнул головой, признавая справедливость замечания.

Помедлил, обдумывая ситуацию, спросил:

— Раз в магистрате засели дельцы, то они должны понимать, что так просто девчонку я не отдам, и скорее всего предложили что-то в обмен, — я кивнул на лежащий у ног Сыча мешок из грубой дерюги. — Полагаю это оно, выкуп за рыжую пленницу.

Глава гильдии кивнул и наклонился, длинные пальцы быстро развязали стягивающую горловину бечевку. Мешок распахнулся, давая возможность заглянуть внутрь.

— Это будет вашим, если вы согласитесь передать девушку властям Терниона, — официальным тоном заявил Сыч.

Я посмотрел на содержимое, хмыкнул и задумчиво проронил:

— Черное с золотом, — помедлил: — Сорену точно понравится

И замолк, обдумывая предложение торговцев. В мешке лежали недостающие предметы из комплекта гвардейских доспехов Старой империи: наручи, поножи и шлем. Должно быть местные заметили, что о чем пришлый воин в темной броне расспрашивал в оружейных рядах на базаре и сделали заметку на память. А когда наступил подходящий момент, подсуетились и достали необходимые части, которые искал рыцарь. Учитывая, что Тернион крупный торговый город, найти нужные элементы старинной брони оказалось сложной, но вполне решаемой задачей.

Дальше просто, доспехи выкупили у прежних владельцев, надавив или заплатив хорошую цену.

— Весьма щедро с их стороны. Латные перчатки я выкупил у старого оружейника за тысячу золотых, а здесь сразу три фрагмента комплекта, — сказал я. — Должно быть обошлись в кругленькую сумму.

Сыч кивнул.

— И весьма. Насколько знаю, старые хозяева не хотели продавать, посланцам магистрата пришлось постараться, чтобы они согласились.

— Или на них хорошо надавали, — рассеяно обронил я и тут же добавил: — Впрочем, это неважно.

Старый вор снова кивнул, соглашаясь. Какая разница каким образом доспехи сменили владельцев, главное, что они могли стать моими, так и говорил его взгляд.

— Так вы согласны на предложение? — вкрадчивым тоном осведомился он.

Но я все еще думал, поворачивая ситуацию и так и этак, пытаясь подобрать приемлемый вариант, и чтобы броню забрать, и чтобы себя при этом не обидеть.

Рыжая мне нужна, по крайней мере на ближайшее время. Тут и знания об алхимии и секрет «самовара», умеющего поднимать в воздух воздушный шар, и сведения о странном подземелий на одинокой скале. Так просто отказываться от всего этого глупо. Тем более, что выиграет при таких раскладах только скучающий у сковородки с яичницей гвардеец. Он бы сразу согласился на все, лишь бы получить желанные недостающие части комплекта

Однако артефактная броня это конечно хорошо, но знания намного ценнее.

— Так вы согласны? — повторно спросил Сыч.

В голосе вора скользнуло неприкрытое напряжение, его выбрали в посредники, потому что он уже имел дело с колдуном, но как оправдываться, если сделка сорвется и чужак откажется? Власти не любили провалов и всегда с удовольствием находили в таких случаях крайних. Если ничего не выйдет, всех собак повесят на главу воровской гильдии, и он это прекрасно понимал.

Что-же, может и к лучшему, хорошо иметь дело со здравомыслящим человеком.

— Вот мое встречное предложение, — заговорил я. — Я избавляю город от пиратской эскадры и уничтожаю несколько кораблей. Уверен, после этого, они точно уберутся, не захотев оставаться на месте. Взамен, благодарные представители магистрата переедают мне броню, а также все останки рухнувшего воздушного шара со всем содержимым.

— Останки летающего пузыря? — искреннее удивился Сыч

— Да, корзину, оболочку, и все что находилось внутри, — подтвердил я.

Глава гильдии нахмурился.

— Зачем они вам?

— А это уже мое дело. Ваше — бережно перенести все сюда, — я кивнул на занесенный снегом дворик Коллегии.

Сыч проследил за моим взглядом, еще больше нахмурился. Неожиданное предложение застало врасплох. Но это было еще не все.

— Что касается брони, то я приму ее в качестве задатка прямо сейчас, как доказательства мирных намерений славных жителей Терниона, — продолжил я и сформировав удавку из энергетического жгута, метнул его вперед.

Мешок у ног Сыча шевельнулся и резким рывком переместился ко мне. Вор дернулся, но вовремя остановился, сообразив, что едва не влетел в окружающий Коллегию колдовской барьер. Границу которого, я с начала разговора предусмотрительно не переступал.

— Так мы не договаривались, — мрачно буркнул предводитель воров Терниона.

И заработал от меня насмешливую улыбку.

— С вещами надо расставаться легко, особенно с чужими, — нравоучительным тоном заметил я.

Но это вызвало еще больше мрачной угрюмости на лице вора.

— Вот именно — с чужими, мне не принадлежат эти доспехи, если я вернусь с пустыми руками, мне оторвут голову.

Я пожал плечами, проблемы вора меня мало заботили, тем более недовольство жирных боровов из магистрата. Неужели они думали, что так легко смогут меня купить? За кого меня принимали, за дешевую трактирную девку? Кажется кому-то следовало преподать урок правильного ведения переговоров с магами.

— Передай им мои условия и приходи с ответом до заката, — сказал я.

Сыч покачал головой.

— Пираты требует ответа ровно в полдень, потом начинают обстрел.

Он поднял поднял голову и взглянул наверх. Солнце почти находилось в зените, скрытое ненастными тучами.

С моей стороны последовала ухмылка.

— Тогда пусть тянут время, уверен среди членов магистрата хватает умельцев заговаривать зубы. В идеале пусть условятся на завтрашний день. А до этого подсунут пиратам подарки. Полагаю, получив немного золотых украшений, они согласятся подождать.

Сыч на мгновение задумался.

— Может и сработает, — проронил он, все еще угрюмо.

Я коротко рассмеялся.

— Конечно сработает. Пираты получили основную добычу товарами с портовых складов и будут рады чем-то более весомому. Испокон веков их племя было падко на блестящие побрякушки, уверен эти не исключение.

Больше ничего не слушая, я легко подхватил мешок и отправился обратно в Коллегию. Сыч потоптался на месте, вздохнул и пошел к маячившему в конце улицы следопыту. Встреча закончилась.

В гостиной все так же горел камин, сковородка с яичницей переместилась с подставки над огнем на стол. Пахло изумительно.

— Держи, это тебе, подарок от добрых жителей Терниона, — сказал я, швырнув мешок на пол.

Раздался характерный звук удара друг об друга металлических предметов. Сорен насторожился, затем взгляд рыцаря зацепился за неосторожно высунувшуюся на свет из мешка деталь с характерным окрасом в черном с золотом, и его глаза округлились.

— Не может быть, — он шагнул к мешку, жадно раскрывая горловину и несколько секунд молчал, неверяще глядя на содержимое.

Я не стал ждать более внятной реакции и отправился к столу, пора пообедать.