Зодчий. Книга VII

Глава 8

— Это ещё что за дела? — сказал водитель. Архип поднял глаза от телефона, в котором читал очень смешную историю про человека, попавшего в компьютерную игру. На дорогу впереди рухнуло дерево, полностью перегородив проезд. Оборванные провода ещё искрили.

Их машина затормозила, и едущие за ней фургоны послушно последовали примеру. Архип нажал кнопку рации:

— Полная боевая готовность.

Сказал на всякий случай. Дураков связываться с Мухиными не было. Все местные понимали, чьи машины на дороге. Но не стоит забывать про залётных. Архип открыл дверь и, подхватив автомат, выпрыгнул в промозглую осень. Настороженно огляделся. Вроде тихо всё. Смеркалось, лес обступил дорогу плотно-плотно. Он медленно осмотрел чащу, после чего двинулся к дереву, осторожно косясь на искры с проводов.

— Назад, — приказал Архип, развернувшись. Покрутил рукой над головой. Объедут по другой дороге. Он вытащил телефон из кармана, чтобы позвонить куратору о задержке. Нахмурился, обнаружив, что связи нет. Хотя если провода порвало, то, может быть, вышка обесточена.

— Бросайте оружие и выходите с поднятыми руками, — раздалось из леса слева от дороги. Затем послышалось несколько звонких щелчков, и пули выбили куски асфальта в местах попадания. Совсем недалеко от Архипа. Знак недвусмысленный. Но вместо ответа охранник бросился на землю. Раскинул ноги для упора, выцеливая в лесу противника. Сердце умолкло, время замедлилось. У кого-то совсем мозгов нет, получается. Архип рыскал стволом из стороны в сторону, но не мог определить, откуда кричали.

— Нет чести помереть за грязные деньги, приятель! — крикнули снова.

Охранник огляделся. Третья машина уже развернулась, но стояла. Вторая не успела закончить разворот, пассажирская дверь распахнулась и наружу выпрыгнул Псих, с оружием наизготовку.

— В лесу! — заорал ему Архип.

— Сказали же, не глупи. Положи пушку, — раздалось за его спиной. — Вытяни руки перед собой, чтобы я видел. Не дёргайся, и никто не пострадает.

Чёрт. Архип демонстративно разжал руки и растопырил пальцы. Как это к нему так тихо подобрались⁈

Медленно повернул голову, так что шея заболела. Человек в чёрном камуфляже и в штурмовом шлеме держал его на прицеле, стоя у капота головного фургона. Водитель безропотно показывал пустые руки, удивлённый не меньше начальника. Со стороны Психа раздалась короткая очередь, за которой последовал вскрик и глухой удар о машину.

— Ты вообще понимаешь, что делаешь? — процедил Архип. Человек в чёрном молчал. Показывая руки, начальник охраны перевернулся на спину и сел. У второго фургона лежал поломанный Псих, с неестественно вывернутыми руками. Водитель держал ладони на руле, покорно выполняя приказ ещё одного молчаливого стрелка рядом. У третьей машины распоряжался ещё один напавший.

Плюс четвёртый в лесу.

— Парень, не губи свою жизнь, — Архип уставился в чёрное забрало незнакомца. — Это же деньги Мухина. Ты понимаешь, что это значит?

— Это значит, что у Мухина будет меньше денег, — сказал человек в чёрном и обратился к водителю, — выходи из машины. Медленно.

Тот подчинился.

— Парень, я серьёзно. Ещё есть шанс всё исправить, — продолжил увещевать Архип. Сегодня сумма была больше обычной. — Давай сейчас тихо разойдёмся. Вы к себе, мы по машинам. Никто не пострадает, а завтра уже ведь и пятница. Конец недели, ну?

— Гладко стелешь, — кивнул незнакомец, а затем ткнул стволом. — В лес.

— Мухин вас скормит собакам, — посетовал Архип, поднимаясь, но уверенно держа руки на виду. — Большая ошибка.

— Продолжишь болтать, останешься в этом лесу, — посоветовал грабитель.

— Понял, принял, — немедленно отреагировал Архип, подмигнул напарнику, мол, всё в порядке.

Навстречу им из леса вышел человек в маскировочном костюме «леший», со штурмовой винтовкой в руках. У лежащего Психа склонился ещё один незнакомец в чёрном. Потом распрямился, сделал короткий жест, и тело бойца проскользило по дороге и улетело в кусты. Одарённые.

Ну да, тут без шансов было. С унынием предвкушая разговор об утраченном грузе, Архип покорно вошёл в лес. А после проследил за тем, как фургоны разворачиваются и уезжают туда, откуда они приехали.

— Нам капец? — спросил водитель испуганно. — Сколько там денег было?

Архип промолчал. Посмотрел на часы. Машины-то все на треккерах, отследить их пара пустяков. Да и севернее начинается Конструкт уже.

— Архип? Много, да? — не успокоился напарник. — Может это… Валить надо? Нас же закопают самих…

— Зачем закопают. Мы же сопротивлялись как львы, Коля, — буркнул Архип. — Придурков этих повяжут в течение суток, вот увидишь. Давай лучше посмотрим, что там с Психом.

Волгин, Ларионов, Якимов и Киселёв загнали фургоны на просёлок метров в семистах от места ограбления, где перекинули мешки в кузов ожидающих вездеходов. Маршрут удалось проложить без засвета в чужих Конструктах, а на параллельной трассе на стоянке ждал грузовик, с Костиным за рулём.

— Что ты собираешься делать с этим? — спросил я у Олега, когда Черномор подготовил необходимый массив данных для передачи хрономанту. Случилось это на следующий день после перехвата наличности Мухиных. Гвардейцы успешно провели операцию, в которой почти никто не пострадал, и сумели вывезти астрономическую сумму. Кроме простой выручки там оказались ещё «зарплатные» деньги, как для рядовых бойцов, так и для замазанных в «дотациях» представителях власти. Удар получился несколько серьёзнее, чем я планировал. Разумеется, в тот же день я попросил Паулину закинуть слухи о том, что деньги эти у брата перехватил Артём Мухин. Пусть грызутся.

— Честно, Миша, ничего не хотел с этим делать, — сокрушённо вздохнул Кожин. Мы шли по дорожке моего парка, приближаясь к месту, где со дня на день должна была быть завершена скульптурная композиция с гигантским Кристаллом. Я уже запитал энергию в общий контур, и вклад был весомый даже в текущем состоянии.

Чуть позади нас шагал Капелюш, всё равно внимательный, несмотря на наличие хрономанта. Водник очень уважал эксцентричного «американца». Ну и правильно делал.

— Но энергия твоих людей меня немного всколыхнула, — смущённо сообщил Кожин. — Я даже на миг подумал, что можно что-нибудь изменить.

— Всё можно изменить, Олег, — покачал головой я. — Если приложить достаточно сил.

— Его Императорское Величество тоже так считает, — хмыкнул хрономант. — Также, как считал его отец. И как отец его отца, Александр Гневливый. Это, если вспомнишь, тот, который ввёл смертную казнь за коррупцию. Что вообще не помогло. Пока есть деньги и власть — находятся те, кто хочет заработать.

— Я уже спрашивал, но повторюсь. Сколько тебе лет?

— Много, — не стал юлить Кожин. — Не так много, как твоему Люцию, но много. Дар Хрономанта может открыть тебе тайны времени, Миша. Если повезёт. Мне повезло. Однако позволь с высоты прожитых лет отметить: вся эта возня вокруг изменения людей заканчивается большим разочарованием. Всегда. Однако, чем чёрт не шутит. Может, у тебя получится. Я пойду к Его Императорскому Величеству, покажу, чем живут люди. Его это очень опечалит, уверяю, но и без ответа такой позор не оставит.

— Не должен всё решать один человек. Такая система весьма ненадёжна, — посетовал я.

— Так у людей заведено. Рано или поздно всё сводится к какому-нибудь начальнику. Будет служба — в конце концов, решать будет глава службы. Может быть, не сразу, но с годами. Этот зверь непобедим. Даже те, кто кричали про власть народа после обретения могущества начинали вить из этого народа верёвки, а неугодных карали похлеще тиранов. Это люди, Миша.

Он встрепенулся:

— Ты делаешь меня грустным. А я отпросился к тебе в командировку, потому что здесь можно разжечь сердце заново. Может, закончим?

— Не спеши с этим списком, Олег, — попросил я. — Не надо.

Хрономант нахмурился:

— Ну я был уверен, что именно это ты от меня хочешь! Расставлять твои маячки в арендованных халупах — задачка, с которой справится любой.

— Сначала нужно понять, на кого свалится всё это удовольствие, — мы прошли рядом с навесом, из-за которого бил талант. И в этот миг наружу выскочил скульптор. Глаза безумные, лицо бледное.

— Это отвратительно. Отвратительно! — пробормотал он, уставился на меня.

— Добрый вечер, господин Астахов, — улыбнулся ему я.

— Точно! — ахнул гений и нырнул обратно под укрытие шатра. — Точно! Вечер! Вечер! Добрый!

— Что значит «свалится удовольствие»? — спросил Кожин, проводив взглядом Астахова.

— Если мы срежем всех провинившихся представителей власти и деловых кругов, то кто встанет на их место? Или несколько городов превратятся в бегающих по двору обезглавленных куриц?

— Ты недооцениваешь бюрократическую машину, — усмехнулся хрономант, продолжая прогулку. Нам навстречу попалась парочка женщин лет тридцати, и Кожин моментально вцепился в них взглядом, а затем чуть приподнял шляпу, приветствуя незнакомок.

— Прекрасный вечер, леди! Вы просто бьюти, ю ноу?

— Спасибо, — немного опешили дамы. Одна попыталась остановиться, но подруга потянула её за собой.

— За время странствий я видеть много красота, но ваша просто шокед! Молю, называйте мне свой имя!

Он обращался к обеим.

— Не знакомимся, — подруга победила, увлекая за собой товарку, тихо добавив. — Это же иностранец, Ира, о чём ты думаешь?

Та что-то неуверенно ответила, обернувшись по дороге.

— Женщины и драки — всё, что мне осталось, — мечтательно улыбнулся Кожин.

— А творчество?

— Живущий творчеством постоянно несчастен, — поделился Олег. — Это как нарыв. Он зреет, зреет и не даёт спокойно жить, а потом, когда всё оказалось на бумаге — хочется уже чего попроще. От букв, что рвались сами, начинает тошнить. А вот от ласки, любви и чувств — нет. Но не будем об этом. Значит, пока не спешу с компроматами?

Я помотал головой.

— Пока не нужно. Необходимо больше информации. Больше перехватчиков в Конструктах. Я ещё не до конца изучил структуру Мухиных.

— Как знаешь, Миша. Прикажешь поставить прослушку кому-то ещё? — с кислым видом спросил Олег.

— Думаю, что надо отправить кого-то другого, а то ты слишком примелькаешься.

— Очень мудрое решение! — он не стал скрывать облегчение. — Микроскопом не забивают саморезы.

— Гвозди, — задумчиво поправил я.

— Тем более, — философски проговорил Олег. — Слушай, я ещё кое-что хотел тебе сказать. Вот эта прослушка, которую ты ставишь… Откуда ты взял её?

— Придумал.

Кожин остановился и тихо произнёс:

— Миша. Клянусь, ты мне нравишься. Но твои познания в технике вызывают вопросы. Я же часто рядом, ты не похож на книжного червя. Твои изобретения появляются между делом. Большая часть из них настоящая революция в науке. Сейчас же ты получил доступы к искусственным интеллектам других Конструктов. Это ведь, если не ошибаюсь, в принципе было невозможно. Что дальше, ты сумеешь ими управлять?

Я пожал плечами. Такой вариант рассматривался. Не открыто, конечно. Но какие-то ресурсы потом использовать смогу, где-нибудь пять процентов вычислительной мощности с каждого. Правда наступит этот момент лишь когда прокачаю уровень Модуля Синтеза.

Нескоро.

— Я намекал тебе, Миша, что ты привлекаешь внимание. Не только Императора, но и среди могущественных родов. Вполне обоснованное внимание. Тебе следует быть осторожным.

— Я очень осторожен. Про мои возможности знают только те люди, которые достойны моего доверия, — со значением сказал я.

— Польщён. Но секреты хороши в меру. Уже есть слухи, Миша, что ты связан с Перуанским Протекторатом. Проект наших «партнёров» по созданию витрины, для смущения разума простых людей. Дворянин новой волны, призванный снести старую власть. Выходец из народа. Символ уже достаточно яркий, чтобы вдохновлять и вести за собой. Собиратель Земель!

— Ты же не считаешь меня чьим-то проектом, надеюсь? — прищурился я.

— Я знаю, что это не так, Миша. Такие технологии, будь они известны, давно бы появились за лужей, однако мы далеко впереди их по уровню Зодчества. Для меня большая загадка откуда в такой голове такие знания. Конечно, русский Да Винчи — это прекрасно. Почему бы и не поверить в такую красивую легенду. Но ведь каждому в уши это не занести, уж поверь, — вздохнул он. — А на руку слухам о твоей «засланности» играет то, что ты собрал у себя на землях немыслимое количество неблагонадёжных людей. Здесь и раньше было тесно от сомнительных личностей, а сейчас половина всех известных представителей!

Кожин остановился, сунул руки в карманы пальто.

— Несколько дней назад я выслал отсюда тех, кто действительно неблагонадёжен, — последовал его примеру я. — Остальные пригодятся. История с Ольгиным закончена, сам понимаешь.

Хрономант склонил голову набок:

— О да, тут ты нам подложил порося, конечно. Ещё и радикалов перебил, за которыми тоже приглядывали. И вот мы медленно подходим к вопросу, который я очень хотел бы тебе задать.

— Слушаю.

— Мне нужны твои «перехватчики». Сейчас ты используешь их для своих целей, довольно мелочных. А я вижу перспективы. Большие перспективы. Мне нужен Ольгин, — хищно улыбнулся Кожин.

— Ты хочешь, чтобы я передал тебе технологию изготовления?

— А ты можешь? — взбудоражено спросил Олег.

Я помотал головой.

— Это может быть делом государственной безопасности! — важно сказал он, но махнул рукой, увидев мою скептическую улыбку.

— Я слишком хорошо к тебе отношусь, Миша, — цокнул языком хрономант. — Может быть, надо уже пожалеть об этом. Ладно, тогда мне нужно с десяток подобных причиндалов. У службы внешней разведки имеются предположения о местах, где скрывается Ольгин. Если бы туда поставить твои коробочки…

Он мечтательно закатил глаза.

— Подумаю, — уклонился я от прямого ответа. — Вещь недешёвая в производстве. Но сначала хочу разобраться со своими славными соседями, если не возражаешь.

— Не возражаю, но хочешь, я решу эту проблему? — прищурился Кожин. — Одна голова Мухина — один перехватчик? Как тебе валюта?

— Я сам решу, — улыбнулся ему я. — Будут тебе перехватчики. В знак дружбы. Но нужно подождать.

У меня был свой план. План, который уже воплощался в жизнь. Боярский отыскал несколько разорённых Мухиными купцов, которые согласились выступить подставными лицами. На это ушли приличные средства. Настолько приличные, что я выставил свой Сгусток Озарения, взятый в Злобеке, на аукцион, и сейчас за него торговались несколько крупных родов. Цена росла каждый час.

И ведь всегда есть шанс, что при инициации сущности им попадётся уже известная схема. Но если вдруг выпадет нечто уникальное, революционное, то род может просто разбогатеть, предоставляя технологию по патенту. На это и рассчитывали торгующиеся за Сгусток Романовы, Федотовы, Панкеевы и Розенкройцы.

Ничего, даже если там какая-нибудь ферма — от богачей не убудет, а мне поможет. Пока у меня есть некоторые сложности с финансами из-за немыслимых трат. Скоро, конечно, всё изменится. Производственные здания в Константине уже были готовы, и ресурсы на них пришлось закупать дополнительно.

Осталось запустить их. И для этого мне нужно было завершить последний проект. Тот, которого ждал Черномор. Да и я, если честно. Было крайне любопытно увидеть его в действии.

Но пока мы работали над криминальной империей. Долговые обязательства перехвачены. Сегодня ночью Черномор должен будет провести атаку на сетевые ресурсы Мануфактуры, для большего хаоса, а в общественном поле уже появились слухи о проблемах у Евгении Мухиной. Завтра с ней должен будет пообщаться ещё один «доверенный человек» Боярского. Разорившийся барон Спиннер, за небольшую копеечку и моральное удовлетворение согласившийся стать посредником между мной и Мухиной по подводу активов.

Ну и на почту губернатора Кобрина упала фотография его развлечений с любовницей. Судя по добытому видеофайлу из кабинета градоправителя — мужчина очень испугался. Это хорошо. Значит, с этим тоже можно работать. Пока не найду ему замену.