7 крестражей Маши Вороновой. Часть 1

Глава 15

— Тебя что, действительно совсем не беспокоит, что мастер Шен с его девочками покинул группу? — задала вопрос Сой Фанг, пока молодые мастера Ли успокаивали переживающую Юлань.

— Нет, — пожала я плечами. — К тому же в правилах нигде не говорилось, что группа не может разойтись или присоединиться к другой группе.

На этих словах девочки мастера Чена переглянулись - похоже, я подала им идею. Ну не я, конечно. Думаю, они бы с радостью последовали примеру ушедших. В конце концов, когда предмет их обожания крутится рядом с девушкой, которая явно не собирается присоединяться к ним в поклонении молодому мастеру Чену, это как минимум неуютно, так что было у меня некоторое подозрение, что скоро мы лишимся еще нескольких человек. Вот только, как мне казалось, это не самая хорошая идея. Место, где мы оказались, не было безопасным, а ведь мы еще даже к гробнице не подошли. А с учетом того, что даже цветочная полянка доставила нам немало проблем, я вполне обоснованно подозревала, что чем больше будет группа, тем будет безопаснее. Впрочем, каждый принимает решения, основываясь на собственных умозаключениях. А нет ума - нет и умозаключений.

— Было бы из-за чего переживать, — буркнула Хэй Юэ, — Неблагодарные. Бай Лилу, ты обязана заявиться к ним в секту и потребовать возмещения убытков! И не вздумай заикнуться о том, что это “небольшие деньги”. Ты на нее бюджет маленькой секты потратила!

В общем и целом Юэ была права, но ради возвращения этих действительно небольших денег делать столько разных телодвижений мне было откровенно лень. А некоторая одержимость Хэй Юэ на деньгах лично меня наводила на странную мысль, что у Черных Журавлей имеются некоторые проблемы с финансами.

***

Когда мы наконец двинулись в путь, боковым зрением я заметила, что мастер Ли внимательно присматривается к окружающему пейзажу.

— Мастер Ли, вас что-то беспокоит? — уточнила я. Ли Хой поднял на меня взгляд, некоторое время молчал, а потом ответил:

— Отсутствие следов команды Шена.

Прислушавшись к нашему разговору, Сой вполне разумно заметила:

— Возможно, они пошли в другую сторону?

—Если их цель гробница, — вполне разумно возразил мастер Ли в ответ, - то они должны двигаться в этом же направлении. С учетом того, что у них на руках раненая барышня Лин-Лин, мы как минимум должны были увидеть следы, а то и догнать их.

—Они могли использовать мечи для передвижения, — парировала Сой,— В этом случае следов не будет, ну если только кто-то из нас не обладает навыком, который позволяет отслеживать движение духовного меча.

— А разве мы можем летать на мечах? — уточнила Юлань. — Мы же были в зоне, которая не позволяла подобного.

— Мы из нее могли выйти, — вполне разумно возразил молодой мастер Чен, присоединившись к разговору. — К тому же, если команда Шена воспользовалась заклинанием сокрытия следов…

Дальше он договаривать не стал - механизм подобного заклинания был всем хорошо известен независимо от того, к какой бы секте не принадлежал каждый из нас, это еще одна условно базовая вещь.

Рассуждения о том, куда могли направиться молодой мастер Шен и его компания, скрашивали дорогу, и следующие четыре, а то и пять дней мы шли без каких-либо приключений. И наконец вышли к предгорью, где, к большому нашему удивлению, заприметили небольшую деревушку на пять-шесть дворов, скрытую в тени огромных платанов, сосен и кипарисов.

— Отлично! — порадовалась Юлань. — Сегодня мы отдохнем в комфорте!

Я ничего не успела сказать или сделать, а сестрица уже бросилась вперед, привлекая внимание работающих на полях крестьян. За ней с тем же энтузиазмом двинулись девушки из команды мастера Чена, а потом и оба брата Ли. Сой Фанг и Хэй Юэ обернулись на меня и, пожав плечами, двинулись за остальными. Мне захотелось закатить глаза и тяжело вздохнуть. Ну пусть будет «отдохнем в комфорте», хотя у меня были серьезные сомнения насчет этого. О каком комфорте может идти речь в хижине обычного крестьянина? Впрочем, деревня оказалась куда как зажиточнее, чем я себе представляла. Все дома обнесены заборами, из-за которых виднелись двускатные крыши, укрытые соломой или камышом, в центре деревни площадь с изображением бога-покровителя, вот только чем дольше я вглядывалась в статую, тем меньше понимала, какой именно бог изображен. Сначала мне показалось, что Линьсинь, но обычно в деревнях ему не поклоняются, предпочитая молиться более утилитарному Хушеню, богу земли. Однако существует огромное количество божеств, и знать всех я, разумеется, не могла. Пока я любовалась пейзажами, Юлань и компания уже были окружены крестьянами, выглядящими на удивление дружелюбно.

Всё же было необходимо признать, что в налаживании социальных контактов моей сестре не было равных. Расположить к себе столь удалённо живущих крестьян, которые по-хорошему должны в каждом видеть потенциальную угрозу, это далеко не простое дело, но Юлань все любили, и для неё эта любовь была естественной и неотъемлемой частью мира. Вмешиваться в процесс налаживания связей я не стала, да и с моим характером я его испорчу. Всё, что от меня требовалось, — выглядеть чуть менее высокомерно, чем обычно, и немного улыбаться крестьянским детям, раздав им какие-то символические сладости, завалявшиеся у меня в сумке.

В итоге нашу довольно большую компанию согласилась разместить у себя молодая вдова, которая со своим ребёнком переночует у родственников, оставив свой дом целиком и полностью в наше распоряжение. Вдова уж точно не переживала, что группа хорошо одетых и явно состоятельных людей что-то украдёт или сломает в её скромном домике. Больше всего меня удивило то, что в принципе, хоть и с некоторым трудом, наша далеко не маленькая компания сумела разместиться в этом доме. Впрочем, я планировала, как и прежде, спать в палатке - тесниться на кане я, естественно, не собиралась, хотя и разместиться на нём вся наша девичья составляющая могла без особого труда.

— Кажется, ты выглядишь чем-то обеспокоенной, — подошла ко мне Сой Фанг. Мне же осталось признать:

— Я редко покидаю секту, и подобное взаимодействие с обычными людьми вызывает некоторую тревогу. Но что именно беспокоит, я пока ещё не поняла.

Сой Фанг понимающе покивала головой:

— Тебе действительно стоит чаще выходить во внешний мир, иногда нахождение вот в таких вот небольших деревушках позволяет ощутить просветление и тот самый баланс внутри себя и единения с природой. Мы, старшие ученики, часто выводим младших на помощь обычным крестьянам. Вроде бы мелочь — саранчу извести или заклясть поля на плодородие. Но когда видишь результат своих трудов, и простой рис становится слаще.

— Возможно, ты права, — признала я. — В следующий раз, когда в секте будут набирать группу для выполнения подобных заданий, возможно, я тоже поучаствую.

— Ты сейчас здорова, и для тебя это будет полезным опытом, — фыркнула Сой Фанг. — Если очень попросишь, я даже возьму тебя в свою группу.

Я же только усмехнулась:

— Давай сначала завершим задание, данное Советом. Не думаю, что я проклинаю нас на неудачу, но хотелось бы вернуться с него живыми.

Сой Фанг резко стала серьёзной:

— Ты про барышню Лин-Лин?

— И про неё в том числе, — вздохнула я. — Не знаю, обратила ли ты внимание, но за то время, что мы шли по лесу, нам встретилось немало демонических растений. А мы, на секундочку, практически в самом сердце территории праведных сект. И даже если это влияние появившихся гробниц госпожи Ма Ша, оно не должно быть так сильно распространено.

— Будем надеяться, — вздохнула Сой Фанг, — что ты слишком много думаешь и находишь закономерности там, где есть просто случайности.

— Что ж, — усмехнулась я. — Будем надеяться, что я слишком много думаю и нахожу закономерности там, где есть просто случайность.

— Сестрица, — наш разговор, грозящий пойти по кругу, прервала подбежавшая Юлань с венком на волосах. — В деревне сегодня в нашу честь собираются устроить праздник. Будет весело. Ты же придёшь? Ты не можешь обидеть крестьян своим высокомерием!

Сестрица вполне могла давать уроки «как вывести Бай Лилу из себя буквально за три слова», ладно, за пять. После последнего её предложения мне сразу захотелось донести до потенциальной наследницы, что в лексикон, да и в обиход нужно ввести такие слова, как дипломатия, лицемерие и обтекаемые выражения. В общем, всё то, что нужно, если планируешь встать во главе крупной секты. Вот только что-то мне подсказывало - это закончится очередным слёзоразливом и, как следствие, очередным скандалом с её ухажёрами. Точнее, пока одним ухажёром, мастером Ченом. А вот учитывать братьев Ли в составе её гарема или нет, я пока не определилась. С одной стороны, оба молодых мастера проявляли к Юлань определённую симпатию, а с другой - держались достаточно обособленно, так что пока понаблюдаем.

Юлань, в какой-то момент поняв, что сказала что-то не то, побледнела, выдохнула и, взмахнув рукой, убежала куда-то по своим делам, оставив мне жгучее желание заняться воспитанием, и понимание, что в её возрасте это уже бесполезно. Примерно так же бесполезно взывать к совести хихикающей Сой Фанг. Так что мне оставалось глубоко вздохнуть, вспомнить Сутру Сердца и, прочитав её пару раз про себя, отпустить ситуацию до следующего раза. Ну а пока для интереса можно заклясть поля на плодородие. Для этого надо, правда, заклинание, которое я мало того что не помню, так ещё и не знала никогда. Что поделать, выращивание растений никогда не входило в сферу моих интересов.

В принципе, одного дня мне хватило, чтобы понять: я не слишком люблю людей. Живое внимание к моей персоне заставляло в глубине души передергивать плечами, чувствуя себя кошкой, которую погладили против шерсти мокрой рукой. А больше всего меня беспокоили дети, сбившиеся в стайки, как воробушки, показывающие пальцем то на меня, то на кого-то другого, сначала опасливые и настороженные к незнакомцам, а потом освоившиеся и постоянно подбегающие спросить что-то, а то и в надежде получить какое-то лакомство. И именно здесь, в деревне, я поняла, что надо будет серьезно поговорить с Юлань насчет конфет, которые она таскала с собой, судя по всему, в неограниченном количестве, при том, что бабушка строго ограничивала количество потребляемого нами сладкого. Но дети, подбегавшие к сестре, ни разу не остались без лакомства и угощения.

Кстати, несмотря на удаленность деревушки от обжитых мест, люди не казались здесь изможденными или голодными, а даже наоборот, упитанными, я бы сказала. Возможно, поселение было основано крестьянами, в свое время бежавшими с насиженных мест из-за голода, неурожая или войн, которые даже на территории, подконтрольной сектам праведного пути, нет-нет да и случались. В итоге они нашли достаточно удаленное и безопасное место в этих предгорьях. Ну а раз место достаточно удаленное, то и дичи, и прочей живности здесь должно быть в избытке, чтобы прокормить столь небольшую деревню. Вот только как они справляются с демоническими растениями и животными, которые сейчас развелись в лесах? Хотя, возможно, среди них есть пользователи Ци, которые могли бы вступить на путь культивации. Стоит присмотреться и, возможно, кого-то взять в секту, если в этом ком-то есть потенциал.

И кажется, в этом идиллическом месте можно было полностью расслабиться и забыться, но что-то мешало. Словно где-то в глубине души что-то кошачьей лапой царапало: случайно пойманный взгляд ребенка, лишенный детской наивности, и кажется, вот оно, но раз, и ты понимаешь: померещилось, а ребенок бежит дальше, заливаясь звонким смехом. Или вот лениво спящая на солнышке собака, изредка поднимающая морду и устало-недовольно брешущая на проходящего мимо, словно ворчащая: «Ходют и ходют тут всякие, спать мешают», а ты вдруг замираешь и гадаешь про себя, показался ли тебе красный отсвет в ее глазах или ты просто устала и уже везде ищешь подвох, которого, в общем-то, и нет.

***

Ночь, медленно спустившаяся на деревушку, дышала каким-то спокойствием и умиротворением. Неизбежные звуки жизни смешивались со звуками природы, превращая всё это в легкую колыбельную. Вот где-то недовольно ворчит собака, а вот сгустившуюся тишину нарушает шорох ветвей старого платана, в которых заблудился ветер, да стрекочут вездесущие цикады. Дома, еще недавно суетливые и живые, медленно погружаются в сон, лишь изредка вдалеке слышится то ли смех, то ли плач непослушного ребенка. Крупные звезды едва заметно мерцают, смиренно восхваляя красоту убывающей луны. Прохладный свежий воздух наполнен ароматами цветов и трав. Лишь статуя бога-покровителя, окутанная серебристым светом луны, кажется мне мрачнее и зловещее, чем утром.

Мне не спалось, именно поэтому я решила, что лучший способ бороться с бессонницей — это неспешная прогулка по ночной деревне. Однако эта прогулка не прогоняла тревогу, а лишь усиливала ее многократно. Пасторальная деревушка, казалась окруженной мрачными тенями, свежий ночной воздух, тот самый, что пах травами и цветами, словно в насмешку, усиливал мое беспокойство, принося с собой запах запекшейся крови, но прежде чем я успевала насторожиться и забеспокоиться, он снова пах травами и цветами. Это все сводило меня с ума, порой казалось, что я снова нахожусь под влиянием госпожи Ма Ша и непонятно, что делать, Сутра Сердца может и не помочь, она и раньше не всегда помогала, а благовония из глициний, оберегающего от демонического влияния, у меня с собой нет. Не запаслась, как назло.

Резкий дребезжащий звук заставил меня вздрогнуть и настороженно заозираться. Я не сразу поняла, что это трещит Пинго, у меня этот артефакт срабатывает нечасто, вот и шарахнулась от звонка. Судя по всему, прошла общая рассылка, которая меня порядком удивила. Пока мы мыкались по лесам, одну из гробниц успели зачистить, туда добралась внушительная группа, в которую объединились несколько команд. Вот только список погибших при зачистке заставил зябко передернуть плечами, словно по спине провели мокрой тряпкой на холодном ветру. Я отключила артефакт после того. как убедилась, что среди погибших нет представителей Бай Хэ, и вдруг поняла, что все еще слышу тихое отдаленное дребезжание, словно до кого-то еще пытаются достучаться по Пинго. Этот тихий, отдаленный звук был настолько раздражающим, что игнорировать его было совершенно невозможно. Казалось, чем больше ты хочешь не обращать на него внимания, тем сильнее и громче он звучит. Нет, конечно, жажда знания как жажда воды, а осторожность — ключ к самосохранению, однако, как оказалось, пить я хочу сильнее.

Найти источник звука оказалось не так уж и сложно, надо было просто идти туда, где он становился сильнее. Некоторое время я покружила, а потом, найдя направление, нахмурилась. Звучало откуда-то со двора, где мы остановились. Дом полностью отдан нам, в одной комнате, той, которая с камином, расположились девушки, в проходной — мастера Ли и мастер Шен, а звук, судя по всему, шел из хозяйственной пристройки. Вдова, которая сдала нам дом, сказала, что там склад разного хлама и сельхозинвентаря. Чем ближе я подходила, тем меньше мне все это нравилось. Давно не смазанная дверь скрипнула, и, как мне показалось, этот звук разнесся по всей деревне и был таким громким, что его слышали все. На некоторое время я замерла, прислушиваясь, но нет, деревня мирно спала. Стрекотали цикады, а ночной ветер все так же пах травами и цветами, вот только запах свернувшейся крови никуда не девался, а казалось, становился все сильнее. Я глубоко вздохнула и открыла дверь пошире. В свете полной луны наваленные тяпки да серпы заставили облегченно вздохнуть, и если бы не непрекращающийся писк, все было бы хорошо. В полумраке было сложно что-то разглядеть, так что я использовала заклинание скрытого огня, чтобы осмотреть сараюшку, и вдруг замерла. Сердце пропустило удар, а потом кто-то закрыл мне рот рукой.