7 крестражей Маши Вороновой. Часть 1

Глава 4

— Благословенная небесами госпожа Бай!

Я с некоторым недоумением посмотрела на Сой Фанг и уточнила:

— Ты в порядке или одержима злыми духами?

Сой Фанг закатила глаза и фыркнула. А нет, не одержима.

— Это что сейчас было?

— Ты про что? - уточнила я, испытывая непреодолимое желание снять наконец всё это с головы и переплестись попроще.

— Бай Лилу, — почти прорычала Сой Фанг, — ты почему смогла пройти сквозь барьер?

Я укоряюще посмотрела на ученицу Пика Ярости, сейчас похожую на взъерошенную кошку, разве что не демоническую — глаза не горят.

— Ты читала свод?

Судя по сдавленному рычанию, меня сейчас попробуют убить или покалечить.

— Получив статус «Гаон Яньцзи Сюэ Шэн», старший ученик вместе с нашивкой, — я ткнула пальцем с надетым на нем хучжи, — получает свод правил «Путь старшего ученика»…

— Да-да, — прервала меня Сой Фанг, — там одно название на двадцать слов. Нет, не читала! Никто не читал. Этому уложению двести лет, это хуже, чем сходить на урок мастера Шинся.

— А зря, — пожала я плечами, — там в конце есть целых три листа о правах старшего ученика и о том, куда у него есть доступ, включая склад.

Мы стояли чуть в стороне от склада, в котором шустро и с неожиданным энтузиазмом крутились ученики Пика Наказаний. Кажется, глупая старуха и им успела перейти дорогу. Иначе было бы очень сложно объяснить, как они явились сюда раньше, чем догорит палочка благовоний с того момента, как Сой Фанг по моей просьбе связалась с ними. Старуха, кстати, действительно была непростая. Она происходила из клана моей матери – Юэ, и кажется, была внучкой служанки, которая вошла в секту Бай как часть приданного. Опираясь на так называемое родство с госпожой секты, старуха буквально кошмарила обычных учеников, понимая, что те не пойдут устраивать разборки с госпожой секты, и даже к главам Пиков не пойдут. Удивительно, как маленький человечек в своей наглости и уверенности в безнаказанности был преисполнен уверенности в собственном величии.

— Я всё равно не понимаю. — продолжала страдать Сой Фанг. — Почему тебе она начала приносить требуемое без всяких разглагольствований? Буквально по щелчку пальца?

Я скосила взгляд на спутницу и вздохнула, вызывая водяное зеркало, которое послушно отразило контрастную картину. Пышно разодетая я со сложной прической и дорогими украшениями, и Сой Фанг в простой непримечательной форме, растрёпанная, лишь рукоять меча украшена нефритовой подвеской.

— Теперь поняла?

Сой Фанг покачала головой. Всё же меч головного мозга не лечится.

— Я выгляжу как та, кто обладает правом приказывать, как та, кто находится значительно выше этой старухи, и как та, кто, получив отказ, вполне может обратиться с вопросами не то что к главам Пиков, а к главе секты.

— А мы? — уточнила Сой Фанг.

— А вы нет. Старшего ученика от обычного только по нашивке отличить можно. И то, сколько Гаоняньцзи Сюэшэн даже без нашивки ходят? И получив отпор, вы не идете выяснять подоплеку дела, а вздыхаете: «Ну ладно, разберемся так», и идете ловить демонов или заклинать поля на плодородие с тем, что накопили сами. У вас и мысли не возникало о том, что старуха «Да вы знаете, кто я?» настолько ниже вас по статусу, что вам даже не надо с ней здороваться, заходя на склад и вынося нужное. А если бы в первый раз вы были одеты достаточно представительно, например, в парадную форму, кстати, напомни зайти в ткацкую мастерскую заказать обновленную форму, мастера об этом даже не подумали - она бы не посмела вам отказать.

Судя по взгляду Сой Фанг, это для нее стало открытием.

***

Разумеется, после того переполоха, что мы устроили на складе, в госпитале нас встретили так, словно мы давно потерянные родственники с нефритовым ключом от богатств покойной бабушки. В лучах нашего света успела погреться и Юнь Лин, сопровождавшая нас, как маленький хвостик, и готовая преданно заглядывать в глаза всесильной госпоже Бай, то есть мне. Хотелось бы верить, что у меня появилась первая последовательница, но всё прозаично и просто — личные интересы позволяют поступиться толикой самолюбия и некоторыми принципами. Не осуждаю ни в коей мере — сама такая.

Вернувшись домой, я чувствовала себя безумно усталой и измотанной. К тому же болела голова. Странного в этом ничего не было, если учесть, сколько я проходила с тяжелой баодянь на голове. Так что хотелось мне только одного — выпить успокаивающего отвара и лечь, пока призванный дух будет играть на гуцине неспешную мелодию, в которую вплетаются звуки ловцов ветра и тихий шелест бамбука. Еще в эту идиллическую картину было бы неплохо добавить димсам и чашку ароматного желтого чая. Возможно, даже того самого сорта “Хуа Шань Хуан Я”. Разумеется, большая его часть идет как дань императору, но и у известных культиваторов нет-нет да и заваляется плиточка редкого и ароматного чая. Однако, как это часто случается, построй план - насмеши небесное дао. Во дворе меня уже ждала служанка матери, а значило это только одно — скандал.

Матушка возлежала на кровати из архата, а вокруг нее суетились служанки и Юлань. Мокрое полотенце на лбу и безвольно свесившаяся с кушетки рука дополняли общую картину упадка и безысходности. Чуть в стороне, стоя на коленях, рыдала хорошо ухоженная женщина, пытаясь разбить лоб в ударах о землю

— Я всегда была вам верна, госпожа, вам и клану Юэ!

А, теперь поняла - это Лин Сю, служанка матушки, которую она взяла с собой из родного клана, родственница той самой старухи, не совсем поняла, то ли ее бабушка, то ли тетка. Культиваторы, достигшие определенного уровня, очень долго могут выглядеть молодо и красиво, и это в том числе является причиной желания практически каждой женщины встать на путь культивации бессмертного Дао. А если характер позволяет, а вот таланты подкачали, всегда можно пойти по стопам госпожи Ма Ши - практики демонического культа обоих полов не зря славятся своей чарующей красотой, которая вполне может свести человека с ума.

— Это всё госпожа Лилу, она с детства недолюбливала меня, после того как я отругала ее в детстве, и сейчас нашла способ выместить свою злость, — женщина сорвалась на фальцет и с особой силой ударилась головой, оставив на отполированном до блеска полу кровавое пятно. Так она действительно убиться может. Зная методы Пика Наказаний, и я бы предпочла уйти сама, по крайней мере, получилось бы обойтись без долгой мучительной боли. И да, меня в детстве из служанок не только она ругала, практически все прислужницы матери так или иначе заслужили мою неприязнь, но устраивать какие-то подковерные игры ради них? О нет, это не стоит моего внимания. А тех, кто стоили, я давно выжила. Месть — это блюдо, которое хорошо в любом виде. Особенно если приготовлено не твоими руками. Я некоторое время наблюдала за концертом по заявкам. Судя по всему, он длился уже значительное время, и надо сказать, Лин Сю обладала немалой смелостью, закатывая подобную истерику. Понятно, что сейчас не только ей, но и всей ее семье грозят немалые неприятности, начиная от банального штрафа и заканчивая показательной поркой или даже изгнанием и продажей. Многие слуги из матушкиного двора были теми, кто когда-то заключил договор продажи жизни и смерти, сделав себя и своих потомков рабами. и если мне не изменяет память, Лин Сю была одной из таких служанок.

Ну что тут можно в итоге сказать? Подобной суеты двор Мань Ши Мудань не видел давно. Даже после нашего возвращения из Тайного царства и моей беседы с дедушкой не поднимался такой шум. Дедушка, как и подобает патриарху, пожелал побеседовать с матушкой наедине относительно того, что за техники она использовала для нашего с Юлань рождения. Скандал не потряс секту только потому, что некоторые семейные тайны должны таковыми и оставаться. Так что некоторое время многих в секте интересовало, почему достопочтенная матрона семьи Бай, до того не являющаяся ярой буддисткой, решила посетить один из уединенных храмов для того, чтобы почтить Будду, переписывая священные сутры и постясь. Сопровождались эти слухи еще одним: Мастер Бай Вень таки возьмет себе наложницу, а то и не одну. Впрочем, после того, как матушка вернулась из паломничества, эти слухи утихли сами собой. По своему развитию Юэ Ван не уступала мастеру Бай Вэню, и отличалась несколько взрывным характером, поэтому никому не хотелось в разгар обмена сплетнями обнаружить у себя за спиной разгневанную госпожу и ощутить на себе все прелести ее характера.

— Ты непочтительная дочь! — встретило меня с порога. Я закатила глаза и с трудом удержалась, чтобы не зевнуть. Монолог «номер три» — это где-то на две палочки благовоний, можно посвятить время медитации или рассматривать причудливый узор на кровати из архата, на которой возлежала матушка. Все-таки резчик обладал непревзойденным мастерством, украсив красное дерево столь тонкой резьбой, изображающей сражение двух богов и демонов в незапамятные времена. Тогда и трава была зеленее, и культиваторы сильнее. То, что матушка злится, я не удивлена. Клан Юэ в ее лице потерял лицо, и теперь в секте начнут шептаться, что госпожа Бай не строга со своими слугами, попустительствует им и, возможно, не способна в полной мере выполнять обязанности главной матери секты. А значит, отца снова будут убеждать взять наложницу, а может даже не одну, чтобы раскидывать листья и ветви благородного клана Бай. Где это видано — всего трое детей у такого статусного мужчины? Надо больше, больше детей! И все равно, что культиваторам сложно зачать и выносить, и нас троих секте более чем достаточно. От одной Юлань проблем как от целого гарема. Впрочем, к чести отца, он такие призывы, не слишком частые, если уж быть совсем честными, игнорирует, прекрасно понимая, что даже две женщины на заднем дворе — это слишком много для спокойной жизни, особенно если эти женщины также вступили на путь культивации Бессмертного Дао.

— Сестра, матушка заботится о тебе, как ты можешь…

О, примерно половина монолога прошла.

— Бай Лилу, ты вообще слушаешь меня? — вклинился в мои мысли рёв матушки.

— Нет, — честно призналась я, и пожав плечами, добавила: — Я этот монолог наизусть знаю, как и пять других его вариаций, начиная с первого, это когда “Бай Лилу, как ты могла?”, и заканчивая: «Злое препятствие, ты рождена, чтобы убить меня». Так что да, я не вслушивалась.

— Злое препятствие, — начала было матушка, но под моим насмешливым взглядом осеклась и закашлялась, а потом снова закричала, правда, уже на всех: — Вон!

Отлично, значит, и я пошла.

— Бай Лилу!

Или не пошла.

Слуг, включая стоявшую на коленях женщину, как ветром сдуло. Действительно, когда матушка к своему грозному окрику еще и ци добавляет, лучше особо не задерживаться. Но вот только теперь нам предстояла милая семейная посиделка, и значит, все внимание сиятельной госпожа Юэ Ван будет сосредоточено на мне.

— На колени! — грозно зыркнула на меня матушка, а я чуть приподняла брови и отрицательно покачала головой.

— Я сегодня без наколенников пришла, — призналась я. Сегодня мне было откровенно лень даже пытаться изображать послушную и смиренную дочь. — А стоять на холодном и жестком полу не слишком-то приятно, и к тому же, как следствие, чревато больными коленями, даже если я уже вступила на путь культивации небесного Дао. И не надо говорить мне что-то про репутацию невоспитанной дочери, — прервала я матушку еще на моменте набора воздуха в грудь. — Она у меня уже есть. Непочтительная к родителям, своевольная, и так далее. А если будете настаивать, — прервала я ее снова на том же этапе, — я, конечно, постою на коленях, может, даже стуры перепишу, но потом обязательно пожалуюсь дедушке о том, как болят колени после несправедливого наказания, или поплачусь о том, как устала рука.

Мать поджала губы. Концерт окончен, начинается конструктивный разговор. Разве что Юлань все еще заламывает руки и не знает, куда себя деть. Встав с кровати, матушка села на пуфик у кресла и внимательно осмотрела себя в водяном зеркале. Если не знать, что у этой женщины трое детей, то ее можно принять за девушку в расцвете своих лучших лет.

— Тебе было обязательно сообщать обо всем Пику Наказаний? — начала мать уже совершенно спокойно. — Почему ты не сообщила мне? Я бы решила эту проблему.

— Пик Наказаний ее тоже замечательно решит, — пожала я плечами. — У них так горели глаза энтузиазмом, что они даже малейшие прегрешения не пропустят.

А вот какие-нибудь смягчающие обстоятельства вполне могут, ибо еще не настолько отринули мирское, чтобы им не было чуждо ничто человеческое, особенно желание отыграться за обиды.

— Это была проблема клана Юэ, — бросили на меня недовольный взгляд через зеркало.

— Это была проблема секты Бай Хэ, которую породил клан Юэ, — равнодушно возразила я. Я всегда знала, что матушка крайне пристрастна, и если есть возможность подыграть члену ее родного клана, она это сделает. Хотя, возможно, здесь была и иная подоплека - мне очень не нравилось, когда она противопоставляла клан Юэ секте. Кажется, в нашем диалоге мы зашли в тупик. Юлань металась взглядом от матушки ко мне и заламывала руки, не зная, что сказать и что сделать. Вот не первый же раз она наблюдает за нашими столкновениями, пора перестать волноваться, перейти в режим наблюдателя и просто получать удовольствие, глядя, как два тигра дерутся.

— Пик Наказаний вытрясет с нее всё, что она успела наворовать, причем, — я не отказала себе в мимолетной улыбке, — не только она, но и ее предки. Советую вам поскорее отправить не то бабку, не то тётку этой старухи подальше, ведь скорее всего, и вы сами знаете это, она также нечиста на руку.

В отличие от многих, матушка прекрасно понимала, что прожигать меня взглядом без добавления огненной ци бесполезно, поэтому лишь нахмурила брови.

— Не тебе меня учить!

— Сестра, — поспешила вмешаться Юлань, — тебе не следует быть такой категоричной и жесткой, матушка лишь беспокоится о том, что твои действия могут навредить твоей же репутации. Будет неприятно, если тебя будут считать грубой, невоспитанной и непочтительной.

Я приподняла бровь, уже устав отвечать, что подобная репутация сопровождает меня довольно давно, и в некоторых моментах играет даже на руку. А еще у меня появился солидный козырь в споре с матушкой.

— Возможно, если бы не одна техника, ваша дочь была бы более послушной и почтительной.

Даже в отражении зеркала было видно, как госпожа Юэ Ван побледнела.

— Хватит!

— Матушка, что за технику упомянула сестрица? — с детским любопытством уточнила Юлань. Ах да, она же не в курсе. Если будет настаивать, расскажу. Правда, почтительная младшая дочь, поймав недовольный взгляд матушки, вздохнула и отступила.

— Я отошлю Лин Сю, — спустя продолжительное молчание наконец заговорила мать. — Если за ней нет никакого греха, пусть наслаждается заслуженным благословением в кругу детей и внуков. Если же Пик Наказания сочтет ее виновной, я не буду им препятствовать, как и полагается госпоже секты. Я чту уложения и законы, и никогда не ставлю себя выше их. Тебе же надлежит вернуться в свой двор и успокоить хаотичный разум.

Я закатила глаза. Вздохнула и попыталась вспомнить, как должна вести себя почтительная дочь. Глубоко поклонившись, я прижала кулак к раскрытой ладони и самым смиренным голосом ответила:

— Повинуюсь, матушка.

Кажется, госпожа Юэ Ван осталась довольна, по крайней мере, она молча отпустила меня, оставляя неприятное послевкусие витающего в воздухе вопроса: «Ну и зачем всё это было?»